Глава 1.
17 ноября 2017 г., 19:33
Когда тебе девятнадцать лет, хочется вдохнуть полной грудью, уйти на всю ночь со сверстниками в клубы, ведь ты совершеннолетний и по праву считаешься взрослым. Но нет — и сейчас Джихун понимал, что это несбыточные мечты, потому что чувствовал цепкую хватку на своей лодыжке и противную мелодию будильника, который, похоже, звенел не в первый раз. Его сильно потянули куда-то вниз, и он свалился с кровати. Пак недовольно замычал, не в силах разлепить глаза, и потащил на себя одеяло, которое упало вместе с ним.
— Время без двадцати девять. — Над ухом раздался тихий и спокойный голос, кажется, принадлежавший Дэхви.
Русоволосый приоткрыл сонные глаза и сфокусировал взгляд на Ли. Парень с трудом поднялся на ноги, заодно кладя своё одеяло на постель, и осмотрел студентов, находящихся в комнате: Джинён тихо посапывал на своей кровати, лёжа щекой на телефоне, Гуаньлинь тоже проснулся только сейчас и вряд ли собирался идти на пару. В последний раз жалобно посмотрев на непреклонного блондина, Пак начал собираться, делая всё нарочито медленно, надеясь на то, что однокурсник психанёт и уйдёт без него, тем самым давая парню шанс выспаться. Но Ли только жалобно смотрел на Джихуна, сонно натягивающего на себя джинсы, а потом и вовсе бросился помогать. Где-то к пятидесяти девяти минутам они общими усилиями всё-таки пришли к аудитории, где уже начинался урок. Парни тихо зашли в класс, поклонившись преподавателю, стоящему у кафедры, и сели за парту. Абсолютно точно не так представлял себе взрослую жизнь Пак. Он пусть и пересмотрел когда-то сериалы, сюжеты которых были полной выдумкой, но уж точно не думал, что всё обернётся таким образом. Нет, понятное дело, что прошёл всего лишь день, однако ему уже всё так надоело. Хотелось убежать далеко-далеко в свой Масан и, прижавшись к маме, жаловаться, что столичная студенческая жизнь не для него. Он глупо верил, что тут за ним будут бегать учителя, как в школе, и вообще, для Джихуна взрослая жизнь была чем-то прекрасным и тем, чего он долго ждал.
— Пак Джихун присутствует? — Услышав своё имя, русоволосый резко дёрнулся, чем напугал Дэхви, и поднял руку. Преподаватель кинул мимолётный взгляд на парня и сделал пометку в своём журнале. Прошло ещё минут десять, пока мужчина называл одно имя за другим. Пак пытался запомнить внешность всех, кто поднимал руку, и их имена, но быстро плюнул на это дело. Ли всё это время лежал на парте, пытаясь немного поспать, но громкий баритон учителя не давал ему это сделать. На удивление, все, кого назвали, присутствовали, кроме…
— Лай Гуаньлинь? — Спустя минуту тишины седовласый мужчина поднял взгляд на студентов, приподнимая очки, и обратился к ним: — А разве ему неизвестно, что первая лекция довольно-таки важна и нужна, как минимум, для того, чтобы я знал вас в лицо? Я возьму этого молодого человека на карандаш.
По аудитории прошелся шёпот, а Джихун, кинув взгляд на удивлённого Ли, подал голос:
— Гуаньлинь плохо себя чувствует. — Пак одновременно поймал на себе взгляд преподавателя и получил несильный хлопок по бедру от Дэхви, который не понимал, что творит его друг.
Мужчина хмыкнул и, стерев предыдущую надпись около имени китайца, сделал новую, непосредственно переходя к самой лекции. Все слова учителя русоволосый честно законспектировал, надеясь, что появившийся энтузиазм не улетучится через день. Когда было написано последнее слово и поставлена точка, парень довольно и громко выдохнул, тем самым привлекая к себе внимание студентов, которые сидели ближе всего. Смутившись, Джихун вжался в сидение и сполз ниже под парту, а Дэхви, повернувшись в его сторону, хихикнул и продолжил рисовать каракули в тетради, в которой было написано строчек пять конспекта.
Когда преподаватель хлопнул в ладоши и объявил уставшим за эти сорок пять минут студентам, что лекция подошла к концу, Ли крепко схватил приятеля за руку и потащил вон из аудитории, пока около выхода не скопилась куча народа. Первокурсники решили погулять по коридорам университета, чтобы хоть представлять, где что располагается. Вокруг слонялись студенты с разных потоков и курсов, и Дэхви даже заметил Джинёна, поднимавшегося на второй этаж с каким-то брюнетом, у которого были лисьи глаза и широкая улыбка.
— Кстати, — начал Ли, и Джихун вздохнул, поняв, что вопроса, на который он сам не знает ответа, ему не избежать, — зачем ты соврал про Гуаньлиня? Если уж он прогуливает, то не стоит его покрывать, да и не оценит он таких стараний. Мне кажется, он не совсем добрый человек.
Пак отчасти был согласен с парнем. Над черноволосым явно не висело клеймо ангелочка, скорее наоборот. Всё в нём гласило, что у него образ, а может и не только, плохого парня. Обычно Джихун таких видел в американских фильмах, у таких парней были самые красивые девчонки, крутые машины, подаренные богатыми родителями, и, конечно, популярность вкупе со всеобщей любовью. У русоволосого никогда не было какой-то антипатии к таким героям, скорее даже интерес. Но всё же, несмотря на это, он не мог дать объяснение своему поступку. Может быть, он просто хотел наладить отношения со своим напарником? Только вот Дэхви сказал, что тот этого не оценит, хотя обычно такие «бэд-бои» на самом деле добрые, может, и с Гуаньлинем так же? Казалось, на каждый жизненный вопрос у Джихуна был пример из просмотренного фильма или дорамы, и это, наверное, не доведёт до добра.
— Я не знаю, — отрезал Пак, хмыкнув, когда Ли остановился напротив двери с табличкой «студенческое самоуправление».
— Как думаешь, что это такое? — Дэхви пальцем указал на надпись, и Пак хотел было пошутить, зачитав её, но не решился. Ли предложил просто-напросто зайти и посмотреть, ведь это вряд ли запрещено, а если запрещено, то они впредь будут знать.
Блондин постучал, приоткрыл дверь и сначала несмело заглянул в помещение, а позже вошёл, утягивая за собой знакомого. Первое, что они увидели, это длинные ноги и бёдра, которые обтягивала чёрная юбка до колен: судя по всему, девушка сидела на принтере, но ни тела, ни лица её не было видно. Рядом корячился ещё один человек, уже мужчина. Он опёрся на тот же принтер и что-то бубнил.
— Сожми сильнее, — раздалось позже. — Нет, слишком сильно, так у нас ничего не получится.
Студенты ошарашенно переглянулись и попятились к двери.
— Нет, ну как так можно, заниматься этим прямо в университете! — брезгливо шепнул Дэхви, прикрывая ладонями своё маленькое лицо, которое покраснело то ли от возмущения, то ли от неловкости.
Только парни повернулись к дверной ручке, чтобы сбежать отсюда побыстрее, как послышался знакомый женский голос, окликнувший их. У Джихуна глаза были готовы выпасть из орбит, и он максимально сильно не хотел поворачиваться. Дэхви, кажется, чувствовал себя точно так же, но у хрупкого парня хватило духу повернуть своё пунцовое лицо к девушке, которая, спрыгнув с принтера, с улыбкой направлялась в сторону первокурсников.
— О, парни, а вы всё-таки прислушались к моему совету и решили устроиться на работу, видели объявление, да? — Шатенка поправила юбку и удивлённо посмотрела на Пака, который всё ещё стоял к ней спиной. Ли сильно хлопнул его по руке, отчего он, ойкнув, повернулся и устремил взгляд в пол. Сзади девушки появился парень, который вытирал руки, испачканные в чём-то чёрном, тряпочкой. Он широко улыбнулся, продемонстрировав ямочки на щеках, и поднял раскрытую ладонь в знак приветствия.
— Объявление? — единственное, что успел спросить Дэхви, прежде чем его схватили за руку и потянули вглубь помещения. Джихуна тоже вовлекли в это, чему он был не очень-то рад.
Хиён, которая, оказывается, работала в совете студентов, лепетала без умолку, размахивая руками. Парень, представивший себя Юн Джисоном и непосредственным главой студенческого самоуправления, в это время собирал в свой дипломат какие-то бумаги, а позже начал надевать пальто.
— Вы очень вовремя, на самом деле, мы сейчас уезжаем по одному делу, но нам к вечеру надо распечатать бумаги, а крышка принтера плохо прижимает листы. Её надо всего лишь придавить, но не очень сильно, и распечатать двадцать копий образца, что лежит там. Это очень хорошо, что вы решили работать на благо университета, а то к нам мало кто идёт. — Дэхви тихо вздохнул и стал осматривать принтер со всех сторон. — Конечно, вам придётся поработать некоторое время бесплатно, но потом у вас, конечно, будет зарплата.
Хиён не видела или просто не хотела видеть удручённые лица новых соседей, поэтому продолжала давать поручения.
— Так... — Девушка начала искать что-то на столе и, не найдя, заявила: — Ладно, это мы сами. Тогда приберите бумаги на столе и уберите их в папки, там всё написано, что куда. И, пожалуйста, дождитесь нас, мы будем не позднее семи.
Отсалютовав, соседка быстро накинула плащ и последовала за главой, по пути хватая какие-то файлы. Ли устало взглянул на Пака, который всем своим видом высказывал возмущение.
— «Давай зайдём, посмотрим», — проворчал русоволосый, цитируя приятеля. Тот цокнул и кинул в него ручкой.
— Откуда я мог знать! Хиён не давала и слова вставить.
Ли устало хлопнул по принтеру и случайно нажал на какую-то кнопку, отчего тот начал быстро печатать листы с искажённым текстом. Дэхви запаниковал и сдуру нажал на другую кнопку, из-за чего листы стали мяться прямо в устройстве и забиваться на выходе. Казалось, ещё секунда, и принтер просто взорвётся. Не придумав ничего умнее, парни просто оперативно выдернули провод из розетки и устало плюхнулись на маленькую софу. Спустя некоторое время блондин всё-таки решил проблему с принтером, вытащив оттуда все испорченные листы и включив его в розетку, и, для надёжности придавив крышку своим хрупким тельцем, принялся распечатывать документы. В первый заход у парня получилось девять из двадцати копий, и он был более или менее доволен. В то время, как Дэхви бился с непослушным устройством, Пак суетливо перебирал бумаги, которых было несчётное множество, пытаясь понять, к какой из тридцати папок они принадлежат. Где-то к шести часам они покончили со всеми делами; крышка принтера в итоге сломалась, но Ли, слава Богу, успел распечатать нужное количество листов. Студенты устало простонали и плюхнулись кто куда: блондин предпочёл мягкий пуфик, стоящий в углу помещения, а Джихун — кресло на колёсиках. От скуки последний начал кататься на кресле и не рассчитал траекторию, из-за чего влетел прямо в принтер. Сломанная крышка начала съезжать, и листы, лежавшие на ней, разлетелись по кабинету. Русоволосый виновато взглянул на Ли, лицо которого показывало наивысшую степень раздражённости, и с кряхтением начал ползать по полу, собирая бумагу.
* * *
— Может, не будем их будить? — предложила девушка Джисону, не решаясь включать свет. Хиён вернулась далеко не в седьмом часу, отчего первокурсники, не дождавшись их, заснули прямо в кабинете. Парень помотал головой и нажал на включатель. По комнате разлился свет от висящей на потолке лампы, а студенты зажмурили глаза, просыпаясь. Дэхви недовольно простонал и отвернулся лицом к спинке софы, демонстрируя свою обтянутую свитером спину. Губы девушки невольно расплылись в улыбке, и она уже хотела остановить главу, который собрался громко хлопнуть в ладоши, чтобы ребята проснулись окончательно, но не успела. Раздался громкий хлопок, отчего Джихун подпрыгнул на кресле, в котором сидел, и начал суетливо оглядываться по сторонам. Хиён приветливо махнула рукой и позвала парней в общежитие, и те, находясь всё ещё в прострации, поплелись за ней. Уже в блоке их встретила Цзинь, которая накидывала на хрупкие плечи пальто. Девушка не обратила никакого внимания на вошедших, видимо, куда-то торопилась. Ан лишь кивнула блондинке, не став расспрашивать, куда она идёт в десятом часу вечера. Темноволосая проворковала, что очень голодна, и предложила парням что-нибудь перекусить, но те, в свою очередь, так хотели спать, что потащились призраками в мужскую спальню. В комнате горел одинокий ночник около кровати Джинёна, последний же увлечённо читал какой-то комикс, пока не заметил первокурсников, которые уже успели расстелить свои постели. — О, привет, а вас где носило? — оживлённо спросил шатен, не принимая во внимание вид парней. — Да так, в студенческий профком, кажись, устроились работать, — выдал Ли и первый лёг на бок, тут же блаженно прикрывая глаза. — Спокойной ночи. — Ночки, — ответил ему Бэ, не желая останавливать диалог и переключаясь на Пака. — Так вы очередные жертвы Хиён? Думаю, вы не продержитесь в этом профкоме и месяца, хотя кто вас знает. Джихун вежливо кивнул и стал расправлять одеяло, надеясь, что разговор окончен. Джинён с улыбкой вернулся к чтению, но, когда русоволосый лёг на подушку и подложил руки под голову, вспомнил ещё кое-что. — Кстати, Линя не видели? Первокурсник устало промычал в знак отрицания и закрылся подушкой от света и речей старшего. Последнее, что он услышал, это брошенное «надеюсь, он помнит о комендантском часе».
