Как я сдавал физкультуру.

- Ну не могу я! - Старайся лучше, - в голосе скользят металлические нотки. Мои руки дрожат. Мышцы живота свело, а ноги, кажется, вот-вот откажут. Я вообще не понимаю, кто придумал эту пытку? Нет, ладно пытку, но кто пустил в школу этого садиста? Он сведет меня в могилу! - Все! – выкрикиваю я, шлепаясь на пол. - Как всегда, Смирнов. Я смотрю на него, сдувая со лба налипшую челку. Глаза этого человека ехидно сощурены, отчего кажется, будто он насмехается. Впрочем, в этом я не сомневаюсь. Мне вот интересно, он всегда такой садист или только для меня старается? Ах, Алексей Олегович, знали бы вы, как тяжела доля гуманитария, который в жизни даже в футбол не играл! Что уж говорить об отжиманиях и канате? Учитель-учитель, можно было бы и пощадить меня! Ну чем я, несчастный десятиклассник, заслужил такое? Вы видели мои слабенькие ручки? А ножки? Вы только посмотрите в мои честные и невинные глаза! - Придешь на пересдачу. - Но как?! – я резко подымаюсь с пола, раскрывая рот. - Ты не сдал, Смирнов. - Алексей Олегович! – мне кажется, что я вот-вот захнычу. - Завтра в семь, у меня как раз тренировка закончится. И я, поднявшись с пола, трагично опускаю голову и удаляюсь из зала. Вы думаете, что мне нечего сказать этому садисту? Есть! Я бы с радостью забил на все это, но нет! Так уж вышло, что родители поставили мне условие: пока я все свои долги не сдам, в Америку с ними не поеду. Ну, ладно бы это была просто Америка, но нет, это мечта всей моей жизни! А этот чертов физрук достает меня, как только может. Один раз он пообещал связать меня скакалкой и отдать в роли мишени для игры в вышибалы. Десятый класс. Какая еще физкультура?

***

Я быстро приглаживаю растрепанные волосы, бегло глядя на часы. Ну, кто меня дернул завалиться спать сразу после школы и отключить телефон? Еще чуть-чуть и я опоздаю на пересдачу по физкультуре! Тьфу, как это глупо звучит. - Смирнов, - монотонно произносит учитель за моей спиной, захлопывая дверь. - Алексей Олегович, я опоздал на три минуты! – вздыхаю я, виновато глядя на учителя. Голубые глаза Алексея Олеговича злобно сверкают, после чего я замечаю в руках учителя нечто, напоминающее плетку. - Не бейте меня! – жалобно воплю я, хотя картина кажется мне скорее комичной, нежели трагичной. - Не собирался, - отвечает тот. - Ну… а что мне делать-то? - Прыгни через козла. - У меня ноги не поднимаются. - Мне помочь? – учитель вскидывает бровь. - Нет, я сам. Разбегаюсь и прыгаю, что есть сил. Мне кажется, что я готов перелететь весь спортивный зал! Но, мне это только кажется… - Бля-я-я-яя! – вырывается у меня, когда я с шумом приземляюсь на козла, прижавшись щекой к обивке инвентаря. - Смирнов… - учитель вздыхает, прижимая ладонь ко лбу. Я пытаюсь встать, но, не успеваю я подняться, как меня с силой прижимают обратно к козлу. Я пытаюсь подняться на руках, но учитель оказывается быстрее: он больно хватает меня за запястья и, сжав их, буквально выворачивает. Я чувствую, как в животе что-то съеживается от страха. Учитель тем временем достает что-то, шумно звякнув пряжкой ремня. - Алексей… - пытаюсь пожаловаться я, но поднять голову не получается, посему я остаюсь прижатым к козлу. Тут до меня доходит, что ничего учитель не доставал. Он снимал ремень! И знаете что? Этот гребаный садист связал ремнем мои руки, да так, что я оказался полностью прижатым к козлу, а мои руки буквально обнимают ненавистный мне инвентарь. Хреново быть прижатым козлом к козлу. Да, что за тавтология? Не время думать об этом! - Выпустите меня! – мне, наконец, удается поднять голову, но учитель с силой впечатывает меня обратно. - Сейчас мы будем учить тебя растяжке, - холодно чеканит тот, вынимая что-то из кармана брюк. Мне кажется, что сейчас я себя не контролирую. Мое тело напряжено, скулы свело так, что голова готова вот-вот треснуть. В глазах плавают мутные пятна, сердце отбивает безумную чечетку. Я так и знал, что не следовало мне сдавать эту физкультуру! - Расслабься, - ровным тоном произносит тот, сдергивая с меня джинсы вместе с нижним бельем. Мне кажется, что мои щеки покрываются румянцем. Но мне все равно дико страшно! И стыдно. Моя кожа покрывается сотней мурашек, когда рука учителя ложится мне на бедро. Что он делает? Ах, что он делает, черт подери?! Как стыдно. Стыдно, что я сейчас, со спущенными штанами прижат к козлу, к ненавистному инвентарю, через который я, черт побери, не могу даже перепрыгнуть! И одновременно я чувствую, как внутри меня разливается приятная нега… Что-то холодное тычется мне в зад. Кажется, я готов зарыдать. Интересно, он снимает все это на видео? Даже ногами подрыгать не получается, их он привязал к ножкам козла. Какой изощренный маньяк, наверное, опытный. Ох-х… я молчу, но, честное слово, что он такое делает?! - Черт, - вырывается у меня, когда в мой анус входит его палец. Противная жидкость струями стекает по бедрам. Мои щеки такие горячие, что слезы на них кажутся просто растаявшими льдинками. Погодите-ка, я плачу? Ну вот, еще больше унизился. Это… совершенно незнакомое мне чувство, но, кажется, я хриплю, сдерживая стон… - Хороший мальчик, - комментирует учитель, глубже вводя палец. Я чувствую, как что-то инородное заполняет меня. Мне неприятно, хочется вырваться. Кричать не получается, а адреналин, ударивший мне в голову, совершенно выбил из меня силы. Сердце бьется очень быстро, отдавая в виски. Его палец начинает двигаться быстрее, размазывая внутри меня какую-то жидкость. Входят сразу два пальца, и я чувствую, что мой член встал. Такого позора я не ожидал. Но ощущения кажутся настолько необычными… настолько… - Малыш, - учитель переходит на неожиданно ласковый лад, - Не кричи громко. Что? Почему он сказал мне не кричать? О, черт! Я утыкаюсь лбом в обивку инвентаря, потому что мне очень хочется куда-то спрятаться. Его рука настойчиво ласкает мой член. В животе горячей волной разливается возбуждение, а из груди вырывается стон. Хриплый, сдавленный. Мне очень тяжело и хочется провалиться со стыда под землю, куда угодно, лишь бы подальше от него. Головка его члена упирается мне зад. Кажется, он очень большой. Знаете, когда я представлял себе свой первый раз, то думал, что буду шпилить какую-нибудь пышногрудую красотку, но не думал я, что меня будет иметь учитель физкультуры! Очень приятно иметь… - Ох, черт, - я сильнее сжимаю пальцы, пытаясь пошевелиться. Ремни туго перетянули запястья, руки затекли. В животе приятно пульсирует, а мой зад скучает по приятным ощущениям. Головка члена медленно входит в меня, буквально разрывая плоть. Я чувствую, как сжимаются мышцы и из горла вырывается крик. Боль тупая, назойливая. Я не хочу, чтобы он выходил, но и не хочу, чтобы он двигался. Слезы вновь выступают на глаза, и я пытаюсь выдохнуть. Учитель тем временем медленно входит. Из меня вырываются нечленораздельные звуки, больше напоминающие стоны умирающего животного. Он рвет меня. Он рвет мою задницу своим большим и горячим членом! Ох, черт, да всунь ты его уже! Алексей Олегович делает резкий толчок, звучно шлепнувшись о мои ягодицы. Боль никуда не ушла, но, кажется, будто стала более тупой. Учитель начинает медленно двигаться, оглаживая мои бедра. Я перестаю чувствовать боль только тогда, когда его член полностью входит в меня, а такт нарастает. Учитель шумно дышит, а я в изнеможении кусаю губы, запрокинув голову. Вот уж не думал, что буду вести себя как последняя шлюха. Толчки становятся резче и глубже. Чувствую, как инородное тело распирает меня изнутри. Чувствую, как мой набухший член требует разрядки. Я нетерпеливо дергаю задницей, насаживаясь на член. Слышу, как учитель ухмыляется, отчего мне становится еще более тошно. Фрикции учащаются, дыхание сбивается. Я стону от каждого толчка, которые становятся болезненнее с каждым разом, потому что мое тело требует разрядки. Член туго входит в меня по самые яйца, и я чувствую, как нечто горячее разливается внутри меня. Я пытаюсь вырваться, но оргазм выбивает из меня последние силы. Ноги дрожат, а дыхание никак не приходит в норму. Глаза закрываются, и я чувствую, что силы покидают мое тело. Сперма горячей струей стекает по моей заднице. Не помню, как он отвязывает меня и несет в душ. Я лишь чувствую, что его сильные руки скользят вдоль моей груди, шеи. Он ласково проводится ладонью вдоль позвоночника, и, огибая ягодицы, шепотом произносит: - В следующей четверти будем проходить канат.