Любимый дядя

Не многие могли похвастаться теплыми и весьма тесным отношением между собой и своим дядей. Сиэль относился к тому проценту людей, кому с этим повезло. Сколько он себя помнил — Себастьян, а именно так он, порой, позволял себе обращаться к дяде, по имени, всегда был для него лучшим из лучших. Возможно, причиной послужил погибший отец. Винсент Фантомхайв был спасателем и отдал свою жизнь при исполнении обязанностей. Главным мужчиной в семье стал его младший брат — Себастьян. Мужское воспитание было необходимо ребенку, и Рейчел совсем не возражала. Она хранила теплые дружеские отношения с семьей покойного мужа. Что с братом, что с сестрой. Даже собирались, порой, вместе на праздники. И Сиэль видел перед собой образец семьи, которая его и воспитывала, и заботилась. Будучи маленьким, он не мог уехать к дяде погостить. Тот сам приезжал по возможности и всегда дарил самые классные подарки. Но с возрастом Сиэль позволял себе не только гостить но, бывало, и жить в доме дяди. Особенно на летние каникулы. Мама не была против. Себастьян выезжал с племянником на пикники, на рыбалку, учил ездить за рулем, хотя мальчик и сидел у него на коленях. Все равно было весело. Сиэль был счастлив рядом с ним. И вот, второго июня, в один из прекрасных солнечных дней, совсем не подозревая о скором прибытии гостя, Себастьян шел в сторону входной двери. По ту сторону не прекращали звонить и стучать. — Да иду я! По голове себе постучи, кем бы ты не был. Девять утра, нормальные люди… — в процессе разговора Себастьян и открыл дверь, да так и не договорил, заметив племянника. — Сиэль! Свет моих очей! — Привет! — мальчишка кинулся дяде в объятия. — Я к тебе погостить, ты же не против?  — Не против ли я? О чем ты, ребенок? Ничто не сделает меня счастливее, — лучезарно улыбнулся мужчина и, подхватив парня под попу, а иначе не удержишь, второй рукой закрыл дверь, сразу на замок. Сиэль обвил талию мужчины ногами. — Какие у тебя были планы?  — Спать-есть, спать-есть, спать-гулять-есть, спать-есть и опять есть. Жизнь хомяка одним словом. — В хомячковых потребностях есть еще пункт размножения, — состроил моську вундеркинда. — Увы, своим приходом ты стёр для меня сей пункт, — наигранно тяжко вздохнул Михаэлис и отпустил племянника, когда добрался до гостиной. — Ну, а теперь рассказывай ты. Предупредил маман или сбежал? — Предупредил запиской. Она с ночной смены из больницы, отсыпается. — Что ж прекрасно. Меньше хлопот на мою несчастную голову, — не подавляя зевка, мужчина поднялся и, почесав бок, двинулся в сторону спальни. — Еда в холодильнике, чувствуй себя дома и тд и тп, а я посплю ещё два часика. Встретимся в обед! — Хорошо. А я разгребать себе комнату в гостиной. И действительно, на два часа, даже чуть больше, Сиэль был представлен сам себе. Дорогой дядя, как «истинный хозяин», променял своего племянника на лишние пару часов сна. А когда проснулся, ближе к двенадцати, напал на холодильник и пригласил за компанию выпить чай. — На работе завал? — спросил Сиэль, когда они с дядей сидели за столом. — Ты так долго спишь. — На работе все мирно-ладно, — бодро ответил тот, наматывая на вилку спагетти. — А вот блуждания по клубам до трех часов ночи явно не способствует поднятию духа в девять часов утра. — Развлекаешься, а потом зомби. — Эй, я как огурчик сейчас, — возмутился мужчина и едва не подавился спагетти. Не стоило так много класть в рот, к тому же при разговоре. Но как только прожевал, договорил свое: — Ни синяков под глазами, ни помятого вида. Хоть сейчас на обложку журнала. — Какой ты самоуверенный, — шутливо цокнул языком юный Фантомхайв. — До обложки еще фотошоп применить. — А чего это сразу фотошоп? — А потому что все равно редактируют. Мы когда с классом ездили на экскурсии по журналам, нам фотограф обложки рассказал, скольким звёздам он правит лицо. — Вот она, реальность, — вздохнул с поднятием и опусканием плеч. Подперев рукой щеку, Себастьян уже не так энергично стал поглощать поздний завтрак. А глядя мельком на то, что племянник пьет только чай, ответил: — Возьми хоть печеньку. И у меня конфетки есть, твои любимые. — Потом потаскаю. У тебя очень классный чай, не хочу мешать вкус, — довольно прищурился парнишка. — Как хочешь. Больше не желая влезать со своим мнением, мужчина вернулся к поеданию спагетти. Но долго молчать он все равно не мог. Не в его это характере. Сколько бы лет не стукнуло, а стукнуло двадцать девять в этом году, он остался все тем же весельчаком. Возможно поэтому он так и не завел свою собственную семью. А возможно, причина заключается в его ориентации. Любитель обоих полов. И если остановится на одном, будет скучать по другому. И никто об этом и не знал, Себастьян предпочел скрыть сей факт. Мало ли как семья к этому отнесется. Он ведь помогает в воспитании племянника, который вполне мог пойти по его стопам. Да только поздно что-то скрывать или исправлять, потому что у дорогого племянника еще более ужасные предпочтения. С четырнадцати лет он тайно влюблен в сидящего рядом человека. Когда впервые Сиэль это осознал, ему тяжело было на что-то решиться. Он даже думать не смел, чтобы что-то предпринять. Через год все-таки стал задумываться о том, что хочет попробовать с дядей. Глядя на то, с каким удовольствием он жует печеньки, периодически обмакивая кончик в чай, Сиэль думал, насколько сильно изменится он, когда узнает правду? Увидит ли еще хоть раз парень эту беззаботную улыбку? Сможет ли вообще разговаривать с близким человеком?.. Такие мысли вгоняли в грусть, почти депрессию. Это была одна из причин, почему Сиэль не планировал рассказывать о своих чувствах. Он боялся потерять то, что имел. — Эй, малыш? — ласково обратился к нему знакомый голос. А в следующую секунду потрепали по волосам. — Что за лицо такое печальное? О чем грустишь? — Ой! — Сиэль вздрогнул. — Прости, я задумался. — О чем, если не секрет? — Просто очень много задали. А так хочется побольше погулять. — Много задали? — удивлённо хлопал глазами мужчина. — У тебя летние каникулы, ребенок. Времени вагон и маленькая тележка. Успеешь свои уроки сделать. Ты лучше давай, гони грустные мысли прочь и настраивайся на позитив. Через час мы отправляемся в тир. Игра на желания, помнишь? Месяц назад ты говорил, что сможешь превзойти меня в стрельбе. Вот и посмотрим насколько ты хорош теперь. — Я хожу на курсы, оттуда и домашнее задание. А насчёт тира я не против. Я тебя сделаю! — усмехнулся парнишка. — Ну-ну, посмотрим, — ответил той же усмешкой Себастьян, выходя из кухни. — У тебя ещё есть время морально подготовиться к выполнению моего желания! — Ха! Я же говорил, что ты слишком самоуверен!

***

В тире народу было полно. Многие пришли сюда с семьями, в основном сыновья с отцами, чтобы развлечься. Сиэль же часто приходил сюда с дядей. Оплатив на целый час, они отправились в отдельную комнату, где будет предоставлено больше пространства. И где они не ограничатся пистолетами с холостыми пулями. Первые несколько выстрелов делались пробные. Сиэль обладал вполне хорошим снайперским зрением, чтобы попадать в цель. Генетика. Что с нее взять. Фантомхайвы всегда этим отличались. Однако не стоило забывать, что стоящий противник тоже был Фантомхайвом. Его способности во многом превосходили. Он не позволял так просто одержать верх и нисколько не поддавался. Но в этом и была своя прелесть — стимул стать лучше. Для Сиэля Себастьян был авторитетом, примером для подражания. Не просто, как старший мужчина в семье. У Сиэля ведь еще был Алексис — муж тети. Тоже отличный мужчина. Но равнялся парнишка именно на Себастьяна. — Счёт 24-24, — огласил Себастьян, снимая наушники. — Ну-с, дорогой племянник. Равный счёт может означать только одно… — Еще один ход? — С завязанными глазами, — закончил предложение. — Ты чокнутый? Красноречивый взгляд сказал лучше любых слов. О да, еще как! Ради достижения цели пойдет на все, даже на самые крайние и сумасшедшие меры. — Что такое, малыш? — обманчиво ласково поинтересовался тот, вставляя новую обойму. — Страшно? — Естественно, еще пристрелишь меня ненароком. Так что я против такой затеи. — Патроны холостые — не смертельны. Но даже так, попасть в тебя нужно очень сильно постараться, ведь стрелять нужно вперед, а не влево. Но если ты отказываешься, дело твое. Если я смогу попасть в мишень с закрытыми глазами — победа за мной. — Это будет не честно, так как соперник не принимал в этом участие! — Честно, потому как им двигал банальный страх. Он сам отказался от участия. — Нет, — гнул свое. — Это соображение безопасности себя и своего противника. Каким бы хорошим стрелок ни был, но стоит ему закрыть глаза и может пройти дезориентация в пространстве, что повлечет за собой стрельбу совсем не в то место. Не желая тратить время на долгие споры и доказывать обратное, Себастьян отложил оружие и стянул с себя шарф. Под удивленный и немного пугливый взгляд племянника, он завязал себе глаза, затем надел наушники и взял в руки пистолет. Всего несколько секунд прицеливания, благодаря фотографической памяти, он сосредоточился и воспроизвел выстрел. Пуля попала в мишень, но не в в самый центр. В ближайший обведенный круг. — Придурок… Пусть так, Сиэль все равно не собирался выполнять желание. Победа досталась совершенно нечестным путем. Дядя прекрасно знал, что он не будет стрелять и все равно поставил это условием. Заведомо выигрышный вариант. — Нечего обижаться, — с полуулыбкой, развязывая шарф, заговорил мужчина, — условия не такие уж ужасные. Да и особой опасности не представляют. А если хочешь стать первоклассным стрелком, нужно ставить себе непосильные на первый взгляд задачи. — Ничего подобного, — Сиэль отвернулся, вздернув нос. — Быть безрассудным идиотом тоже неверно. Ты знал, что я откажусь, поэтому и предложил. Такая победа ничтожна. — Начнем с того, что я не знал, откажешься ты или нет. Вернее сказать, надеялся, что твоя трусость уже преодолена, — отложив пистолет, Себастьян сократил расстояние между племянником и приобнял его, обидчивого, — но ничего, мы еще будем биться. Глядишь, и сам предложишь пострелять с завязанными глазами. Или же нет, интереснее будет стрелять на ходу, особо не прицеливаясь. Вот это я называю, профессиональный уровень подготовки. А так же в движущиеся мишени. — Я не собираюсь становиться профессионалом, — резко осадил родственника парень и отодвинулся от него, — папа бы такое не одобрил. Упоминание о погибшем брате умело остужало пыл. С губ Себастьяна исчезла улыбка и взгляд стал серьёзным. — Поехали отсюда.

***

Сиэль больше не обмолвился с дядей и словом. Нехорошо все закончилось. Но с другой стороны, надо мыслить здраво. Его отец тоже был профессионалом. Но он погиб. Сиэль не хотел ничего подобного и с дядей. Лучше оставаться любителем. Настрой поднял вкусный заказанный обед, состоящий, по большему счету, из одного фастфуда. Нет, конечно, Себастьян, как и многие взрослые, не одобрял, когда подобной гадостью питались подростки, но иногда ведь можно позволить. Да и самому насладиться. А за просмотром сериала и вовсе пошло, как по маслу. Сиэль и вовсе попросил приготовить что-то посущественнее, в виде картошки-фри и домашнего бургера. И Себастьян дал согласие. Времени у них достаточно, смогут приготовить домашний фастфуд. Так готовка стерла последние остатки плохого настроения. Что дядя, что племянник умудрялись шутить, подкалывать друг друга, а после затеяли войну мукой, которую использовали для сладких роллов. Захотелось в последний момент разбавить американскую идею другими. И только они, идиоты, могли начать готовить в десятом часу, когда до отправки ко сну оставалось два часа. В процессе важного момента, когда начищенный дольками картофель, перед этим хорошо протертый салфетками, отправился в кипящее масло, на мобильный Сиэля решили позвонить. — Беги, я выживу один! — крикнул ему со смехом Себастьян, осторожно орудуя поварешкой и не давая картошке принять обгоревший вид — до золотистого цвета — это максимум! Сиэль показал язык и убежал в свою временную комнату, чтобы иметь возможность поговорить по телефону в тишине. — Опять оставляем записки? — заворчала мама по ту сторону связи. — Сколько можно, Сиэль? Так трудно позвонить мне и сказать, что на каникулах будешь жить с дядей? — Ну, у тебя же работа. Вдруг помешаю звонком. — Уж минуту я бы уделила тебе! — чуть ли не прорычала Рейчел, заставив сына вздрогнуть. Но почти в тот же миг смягчила тон. — Все хорошо у вас? Спать-то не собираетесь? — Мы готовим, — невольно расплылся в довольной улыбке. — И у нас все хорошо. А ты как? Опять не отдыхаешь? — Нет, вот именно сейчас я отдыхаю, — и по голосу было слышно, что женщина улыбнулась, — лежу в постели, да телевизор смотрю. Рядом Зиг лежит, свернувшись клубочком. — Вот, тишина и покой, тишина и покой, — негромко засмеялся Сиэль. — Ты, «тишина и покой», смотри не учуди ничего с дядей. А то обоим влетит. — А что мы можем учудить? — Сиэль был прямо белым и пушистым. — Вот именно, что все что угодно. Знаю я вас. Так что без глупостей. И дай трубку Себастьяну, — попросила Рейчел. — Он на кухне, — вздохнул парень и отправился к дяде. — Включи на громкую связь! — прикрикнул тот, словно чувствовал что племянник вернулся с телефоном только по причине разговора с его матерью. — Что вы творите? — спросила Рейчел, будучи на громкой связи. Шипение масла слегка заглушало. — Ничего сверхъестетвенного! Решили сделать домашний картофель фри. Все лучше заказанного! Мелкий, вставай на шухер, — скомандовал племяннику и, поменявшись с ним местами, забрал мобильный. А после переключил на обычную связь и вышел под веселый смех из кухни, переговариваясь с Рейчел уже без лишних свидетелей. И пока они болтали, Сиэль успел отправить последнюю порцию картошки в масло. На этом их кулинарные шедевры подошли к концу. Осталась гора посуды в раковине, заляпанная маслом плита и готовые блюда на столе. Четыре бургера, сладкие роллы и картофель фри. Все в домашних условиях. И бились они над всем около двух часов. — Что от тебя хотела мама? — спросил с улыбкой у мужчины, когда тот вернулся. — Спрашивала о жизни, а под конец предупредила, чтобы я не позволял тебе сесть мне на шею, — подмигнул Себастьян и вернул мобильный хозяину. А сам сел за стол и взял первый бургер. — Ням-ням. — А я уже на нее сел. Только из-за огромного надкуса Себастьян так и не ответил — был риск, что все из рта выйдет обратно. Так что он заткнулся и жевал молча, тихо мыча от удовольствия. Вкусно получилось, сегодня прям особенно! «Наверняка причина в двух вложенных частичек души», — подумал он и тихо хмыкнул на свои же мысли. Приходит ведь, порой, подобный бред. — Давай устроим ночной сеанс кино? — вдруг предложил идею подросток, в котором внезапно забила энергия ключом. Никак вкусная еда повлияла на мозг. — Ради этого мы и наготовили вкуснятины. И! Спешу напомнить, остатки заказанного все еще лежат на журнальном столике. Идем смотреть ужасы! — Начнем с маленького, с романов Стивена Кинга, и по нарастающей! — воодушевился младший Фантомхайв. Так, охваченные одинаковым желанием, они наплевали на загрязненную кухню, забрали с собой приготовленное и отправились в маленькое незабываемое путешествие. В страну ужасов.