Океан любви

Городская поликлиника. Четвёртый этаж. Кабинет УЗИ. Из него выходит омега, ему 19, но он уже на четвертой неделе беременности. Он идет по коридору к лифту и видит, как из него выходит его теперь бывший парень с блондином, животик которого уже виден. Омега прикрывает своё лицо результатами исследования и решительно идёт к лестнице. — Всё-таки я был прав, когда говорил, что он меня использует. Я ведь знал, но продолжал надеяться. Какой же я дурак, — ругал он себя, спускаясь по ступенькам. — Кому я теперь нужен? Использованный, да ещё и беременный. Никому. Наконец он вышел из здания. Стояла осень. Листья медленно кружились в воздухе, как человек в этом мире. Они прилипали к лавочкам, урнам и асфальту так же, как люди привязываются друг к другу. А потом окружающие наступают на них, топчут, и листья из ярких и красивых становятся грязными, тусклыми и ненужными, совсем как омега, который сейчас шёл к парку, находящемуся неподалеку. Только листья не имеют души и сердца в отличие от него. И вот он уже стоит перед входом в парк. Парень устремился вглубь, в это любимое место. Оно представляло собой старую площадку, окружённую кустовыми деревьями, которые скрывали её от посторонних глаз. Сама горка была сломана, поэтому тут никто не гулял. Лишь качели были целы и крепки, как прежде, качаясь на них, он любил думать о жизни и о мире в сущности. Но чаще он приходил сюда поплакать или когда хотел побыть один. Ровные и тихие покачивания и тишина вокруг действовали успокаивающе. Подходя к любимому месту, он услышал шум, и чем ближе омега подходил, тем громче были голоса, скрежет и другие звуки. Когда он дошёл, ему предстала картина, от которой слезы, что он сдерживал, потекли по щекам. Старой площадки не было. Рабочие устанавливали новую на её место. Также несколько деревьев были спилены. Его любимое место стало для него чужим. Он медленно пошёл прочь. Теперь он окончательно был убеждён в своём желании закончить жизнь самоубийством.