Империя трупов

POV Ким Мина

20 Января 00:45 Международный аэропорт Инчхон. Корея.       — Ты нашёл его? — выйдя из здания аэропорта, к нам с моим спутником подъехал чёрный Mercedes Maybach S-Класс. Чимин молча открывает заднюю дверь авто и я залезаю в машину. Парень садится на переднее пассажирское кресло рядом с водителем. Спокойно пристёгиваю ремень и жду ответ от Хосока, который сейчас вёл со мной разговор по телефону. По планам, в Корею я должна была прилететь завтра, но из-за неугомонного брата, Паку пришлось менять билеты. Кладу руку на подлокотник, и трогаю ладонью поверхность, обтянутую кожей цвета слоновой кости. Эта машина была настолько комфортной, что я бы в ней жила.       — Да… — после недолгой тишины, из динамика раздался голос Чона, но он был неуверенным. — Но не знаю, понравится ли тебе его местонахождение, — снова пауза с его и с моей стороны, но парень решает продолжить. — Сейчас он развлекается с моим братом и другими ребятами. Они в клубе «QUEST». Мина, если тебе не трудно подбери ещё и моего мелкого.       — Поняла, — сбрасываю звонок, и обращаюсь к водителю, который вёл машину, не отрывая взгляд от дороги. — Маршрут меняется, едем в «QUEST», — после моего приказа, он разворачивает машину и направляет в указанное ему место. Вот как знала, что будет что-то не так. Что случилось с Тэ за каникулы?

***

      Поднимаюсь по лестнице в VIP комнаты, которые находились на втором этаже клуба. Где располагается компания мне было неизвестно, оставалось только стучаться в каждую дверь и привлекать внимание гостей комнаты. Чимин мне отказывался помогать. По его словам, он не собирался искать богатеньких сопляков. Господи, послал же мне охранника. Спасибо, что хоть с меня взгляд не сводит. Стучу в очередную дверь и захожу. Бинго! То, что я искала, нашла.       Захожу в комнату, ничему не удивляюсь. Обнаженные девицы, соблазняющие своих «ночных жителей», дым от сигарет и кальяна, резкий запах алкоголя смешанный с приторно-сладкими духами. Естественно, клуб лучшее лекарство от всех проблем, а секс со шлюхой просто вишенка на торте: классовые взаимоотношения, способы соблазнения, кризисы сексуального самоопределения, и групповая терапия.       Оглядываю комнату, в которой был один широкий низкий стол, как подобает таким комнатам. На нём была разнообразная выпивка: на любой вкус, даже самый придирчивый. Вокруг стола был чёрный бархатный диван, на котором восседали гости этой грязной ночи. Во главе этого убогого места сидел Чживон собственной персоной. Вон смотрел на меня стеклянным взглядом, который немного пугал. На его лице не было ни единой эмоции. Видимо, расставание сыграло на нём больше, чем на мне. Наверное, кто-то из нас любил больше, и это не я.       — Кто это у нас тут? Неужели, сучка Ким Мина пришла? — раздался голос с края дивана, а хозяином такого тона являлся Сон Мино. Встаёт и подходит ко мне, но как только начинает тянуть свою руку к моему лицу, видимо, чтобы потрепать за подбородок, как рука Чимина его останавливает, небрежно откидывая руку Мино. Неужели он думает, я ему позволю прикоснуться? Вижу, как Чимин, который до этого стоял за моей спиной, теперь прячет меня за своей. — Слышь… — хочет что-то сказать, но я перебиваю его.       — Засунь своё «слышь» куда подальше, не с тобой разговаривать пришли, — в такие моменты нужно быть суровее и холоднее чем обычно. Логово молодых избалованных парней, это хуже стаи гиен. Будущие наследники опаснее своих родителей, они могут сделать то, чего их родители делать не станут. Взрослые даже мыслить в ту сторону не будут, где обитают их дети, так что не покажешь когти сразу, тебя схватят за глотку и не отпустят, пока не сдохнешь.       — Может, для начала выпьешь, а после уже поговорим, — наконец подаёт голос хозяин этого застолья, он кивает мне в сторону выпивки. Проверка: откажешься, знак того, что испугался и уйдёшь, не узнав нужной информации. Подхожу к бутылке неизвестного мне напитка, беру стакан, и наполняю рокс алкоголем золотого цвета.       — Госпожа, — слышу обеспокоенный и встревоженный голос Чимина, в то время, как залпом выпиваю. Виски обжигает горло в первую секунду, а потом наполняет теплом и согревает. Громко ставлю стакан на стол и с вызовом смотрю на Чживона, а тот только усмехается.       — Где Тэхён? — смягчаю голос и нахожу глазами младшего братишку Хосока, который уже отвёл от меня свой нашкодивший взгляд, но как-то тихо он себя ведёт. Обычно Чон совершенно другой: громкий и активный. Хотя, возможно его шкура уже почувствовала опасность, вот бы и у Тэ эта чуйка работала, а то вообще нет инстинкта самосохранения.       — Его здесь нет, — Чживон опустошает ещё один рокс со спиртным и не смотрит на меня. С двух сторон он окружён женщинами. Они обнимают его, прижимаясь своими пышными прелестями, наровясь соблазнить богатого мальчика. Смотрю и так противно от этого становится. Как его не тошнит от чужих прикосновений?! И вот этого урода я любила, даже стыдно за себя стало. Однако, сейчас главное брат, который непонятно где и что делает, и я уверена, что он где-то здесь.       Чживон, видимо, забыл о своём госте в моем лице, и переключился на девушку, которая что-то нашептывала ему на ухо. Меня бесила вся эта ситуация, да и позориться перед Чимином не хотелось. Я боялась показаться перед ним той, кто не может постоять за себя и за родных людей. Однажды я уже была перед ним слабой, ещё раз показывать свою другую сторону не хочу. Смотрю на свои ноги и понимаю, что я в туфлях на шпильках, но это не мешает мне реализовать свой гнев в полной мере. Делаю шаг к низкому столу, высота которого была со ступеньку, залезаю на него и иду к Чживону, сбивая блюда и напитки на своём пути, наступая на дорогие тарелки, что с хрустом трескаются под моим каблуком. Мне всё равно, главное узнать ответ у Вона, который не смотрит на меня, в отличие от шокированных гостей за его столом.       Опускаюсь и оказываюсь наравне с головой Кима. Вижу, что рядом со мной стоит стеклянная бутылка из-под коньяка и беру её. Хватаю парня за шиворот и притягиваю к себе. Ошарашенный и пьяный наглый взгляд смотрит на меня, а после расплывается в хищной улыбке и довольно прищуривается.       — Говори, а то я эту бутылку о твою голову разобью, чтобы озарение быстрее пришло, — не шевелится, а смотрит с вызовом, наслаждаясь. Видимо, правила этой игры известны только нам, но не посторонним. Одна из девушек, что сидела рядом, вся тряслась от того, что происходит вокруг неё. Наверное, страшно смотреть на ненормальную, которая залезла на стол с бутылкой. Мне это безразлично, сейчас главное чтобы это помогло достигнуть цели.       — 506 комната. Он ушёл туда с моей подругой, —отвечает испуганная девка. Отпускаю Чживона и встаю в полный рост.       — Спасибо, ты мне очень помогла, — достаю из кармана пятьдесят тысяч вон и протягиваю девушке. За информацию нужно платить. Отворачиваюсь от Кима и иду к другому мелкому засранцу, по имени Чонгук. — Ты долго тут сидеть будешь? — ноль реакции на мой вопрос, снова наклоняюсь и поднимаю за подбородок голову Гука, так, чтобы глаза смотрели на меня. Щёлкаю перед его лицом пальцами, но меня словно нет. — Что с ним? —  закричала я, всё, пытаясь понять, что с братом Хосока.       — Он танцевал, видимо устал, вот и пришёл отдохнуть, — ответил Мино, таким пофигистическим тоном, что ему захотелось врезать. Совершенно нет заботы о тех, с кем ты отдыхаешь. Наверное, если даже кто-то ласты откинет, никто не заметит, просто подумают, что человек прилёг отдохнуть.       — Чон, смотри на меня, — парень резко встрепенулся и начал быстро и резко мотать головой в разные стороны. — Стой! — хватаю руками его голову и смотрю в глаза, парень был весь горячим. — ЧЖИВОН! ТЫ ДОЛБАНУТЫЙ КРЕТИН, — у Чона были расширенные зрачки, мои руки начали трястись, быстро беру его запястье и проверяю пульс, который оказался слишком частым для нормы. — Гуки, ты меня слышишь? — на что он лишь кивнул головой и начал что-то быстро мне рассказывать, настолько шустро, что я просто не поспевала за его словами. Пока он говорил, я вывела его из-за стола, а после из комнаты. Выйдя, Чон упал на пол.       — Нуна, стены, они двигаются, они меня убьют, превратят в лепёшку, расплющат, уничтожат. Господи, меня сейчас стошнит, — Чимин, поднимает парня, и смотрит на меня.       — Пожалуйста, отвези его в больницу, — смотрю на него умоляющим взглядом. Я правда хотела, чтобы сейчас Пак не показывал все противные черты своего характера. — Я не справлюсь без тебя, пожалуйста. Взамен я выполню всё, что ты попросишь.       — Тебя никто за язык не тянул, — он наваливает тело на себя и уводит от меня, а я направляюсь на поиски другого брата акробата. Господи, почему так трудно, за что это всё мне?!        — Мне жаль, что ты всё это видишь, — шёпотом говорю слова в спину черноволосого охранника, который был слишком далеко, чтобы их услышать. Разворачиваюсь и иду в названную комнату. Дёргаю ручку и дверь открывается. В тёмной комнате лежит Тэ, а на нём сидит девушка, которая молниеносно реагирует: спрыгивает, крича, с брата и укрывается подушкой.       — Повеселился? — прохожу внутрь и задаю вопрос виновнику торжества, а после снимаю бежевое пальто, которое было на мне и протягиваю девушке, что испугалась незваного гостя и теперь от страха прижимает подушку к себе. Натягиваю пальто на девушку, а та смотрит так, будто потеряла нить происходящего.       — Принцы не носят шлюх на руках, запомни это. Постарайся бросить это дело, ты слишком молода, чтобы здесь гнить, — заправляю выбившийся локон за ухо девушки, а та опускает глаза и начинает дрожать.       — Шлюха на час — шлюха навсегда, — раздался голос Тэ который всё также лежал на кровати, как звезда, разбросав ноги и руки.       — Ты долго валяться будешь? У меня сегодня не лучшее настроение, — пытаюсь своим раздражением заткнуть рот брата, как у него язык поворачивается такое говорить, при девушке, которая его обслуживала. Тэ просто проигнорировал меня и даже не шелохнулся. — Ты что с ней делал? Насиловал или занимался любовью? — смотрю на девушку, чья шея и живот были в засосах и разноцветных синяках.       — Тебе честно сказать? — в тон заявил он, раскинувшись на кровати еще больше и подложив руки под голову. — Ты ещё здесь? — этот вопрос, не требующий ответа, был адресован девушке, что сейчас была под моей защитой, но, видимо, Тэ её настолько пугал, что она быстро вскочила на ноги и убежала из комнаты.       — Ты очень любезно её прогнал, — обхожу кровать и встаю около небольшого окна, с видом, на тёмный переулок. — Ты хоть заплатил? Она тебя, наверное, долго обхаживала? — он сел.       — Я скучал, — Тэ потянулся к тумбочке, что стояла рядом с кроватью за сигаретами, но заметил мой укоризненный взгляд. — Дай хоть раз при тебе покурить, — делаю глубокий вздох, что служит зелёным светом для брата.       — Тэ, что происходит? Ты звонил и просил приехать, когда я была в Китае, а когда приехала, то узнаю, что с моего отъезда ты живёшь ночной жизнью, — голос уже не строгий, обычный, как у меня, так и у брата. Чувство, что мы разговариваем об обычных бытовых делах. Спасибо Хосоку, который иногда сообщал о похождениях моего младшего брата.       — Прости… — брат одной рукой находит свою рубашку валяющуюся рядом с кроватью и стелит её рядом, делая для меня чистую поверхность, чтобы я могла присесть.       — Гука увезли в больницу, — сажусь на приготовленное мне место и закидываю ноги, приобретая позу лотоса. — Я рада, что ты в своём уме и даже почти не пьян.       — Почему, — Тэ поперхнулся дымом и начал кашлять, его потрясла эта новость.       — Он что-то принял, не могу сказать точно что, поэтому Чимин его увёз в больницу, — тянусь к сигарете брата, и он, не сопротивляясь даёт её мне. Слишком трудный день. Облизываю губы и делаю затяжку, медленно яд заполняет мои легкие. Выдыхаю.       — Чимин?       — Мой надзиратель, — усмехаюсь, вспоминая лицо Чимина, который совершенно не выглядел, как охранник.       — Почему надзиратель? Он же отцовская крыса, — забирает у меня сигарету и затягивается. — С тебя хватит, а то Юнги или Хосок убьют меня, узнав, что брат подсаживает сестру на никотин.       — Не узнают, если ты не проболтаешься, — тянусь за новой порцией дыма, но брат отказывается мне давать сигарету. — Чимин лучший выход, чем, если бы отец отправил меня учиться заграницу.       — Если он отправит тебя, то только вместе со мной, — сказал Тэ, грустно усмехнувшись этому выводу.       — Он тебе что-нибудь говорил?       — Нет, он весь в делах и заботах. Мама вообще дома не появляется.       — Измена?       — Кто знает?! Их не поймёшь. Не удивлюсь, если у каждого из них есть другая семья, которую они прячут.       — Другие дети, — пробую это слово на вкус и оно мне противно. Даже если они и есть, то я им не завидую, но сейчас речь не об интригах родителей. Сейчас моя забота - это Тэ. — Ты думаешь, что сигаретный дым поможет заполнить пустоту? Лучше скажи мне, что тебя гложет.       — Мина, помоги мне переписать судьбу, — мне показалось, что в его ровном тоне, проскользнули нотки отчаянья. — Я хочу, чтобы один человек стал моим. Я хочу занять место другого. Хочу, чтобы она смотрела только на меня, — быстро тараторил свои требования Тэхён, смотря стеклянным взглядом на дверь.       — Только не говори мне, что это…       — Сора, я правда люблю её. Ты мне веришь? — Тэ перебивает меня, и я глубоко вздыхаю. Сажусь к нему ближе, и заключаю в объятия, точнее, я, как коала, которая залезла на дерево. — Мина, отпусти меня, — на что я только мотаю головой, пусть помучается от моей любви к нему. Обнимашки - хорошее лекарство от одиночества.       — Ты же знаешь, я буду верить тебе, даже когда все остальные убеждены, что ты врёшь, — он тушит сигарету о тумбу, и бросает на пол. — Но сейчас, Тэ, даже если я верю, то помочь не могу. Сора понравился Юнги, как только она увидела его, — делаю паузу. — Даже если мы расстроим свадьбу, то ничего не изменится. Если только ты постараешься влюбить её в себя.       — А если она влюбится, ты поможешь?       — Помогу.       — Думаешь, я смогу, разрушить эту стену? — на что я лишь пожимаю плечами. — Ты даже не представляешь, как сложно любить того, кто не любит тебя, — эти слова, на меня подействовали не очень хорошо. Он правда думает, что мне это неизвестно.       — Наоборот, это ты ничего не знаешь о настоящей любви. Сейчас, это всего лишь минутное увлечение.       Переживания от разрыва с Чживоном были убиты работой и учёбой. Наши с ним воспоминания я легко заглушила в своей голове, несмотря на то, что это было необычное влечение. Слишком долго длилась эта любовь, чтобы легко забыть, и мои попытки сбежать от этого провалены, как бы я не обманывала всех и себя.       — Ты худеешь? — внезапно брат берёт мою руку и окольцовывает своими пальцами моё запястье. Решил поменять тему разговора.       — С чего ты взял? — пытаюсь вытащить руку, но Тэ, не позволяет, он просто игнорирует мой вопрос, начиная читать мне наставления.       — Ты должна кушать, а то, если будешь так худеть, совсем исчезнешь, — забота брата радовала меня, даже такая мелочь, но уже приятно, что о тебе кто-то беспокоится.       — Не переживай, — прижимаюсь к нему крепче и кладу голову ему на плечо. — Тэ, а как ты понял, что Сора начала тебя интересовать? Что тебе в ней понравилось?       — Не знаю. В первые наши встречи, когда ты приводила её домой, она молчала. Всегда была тихой и неразговорчивой. Позже она начинала отвечать на мои вопросы и даже смеялась над шутками. Даже когда я шутил над ней, она обижалась, но ненадолго. Я не был в неё влюблён, но от одной её улыбки был счастлив. Сора прекрасна и хрупка, как бабочка, которую я хочу поймать и защитить.       — Господи, неужели мальчик вырос, но прошу, брось эту затею Тэ, ты для этой бабочки огонь. Если Сора полетит к тебе, то точно превратится в пепел.       — Почему ты мне это говоришь? Ты должна меня поддерживать, — немного обиженно произнёс брат.       — Я тебя поддерживаю правдой, которую могу сказать только я, — парень в моих объятиях, только отрицательно мотал головой, не желая воспринимать мои слова. — Что я должна по твоему мнению сделать, чтобы помочь тебе?       — Увези Юнги. Признайся ему. Скажи, что не можешь жить без него. Он сделает это ради тебя, — секундная пауза. — Хён бросит Сора…       — Не будь таким эгоистичным, подумай о чужих чувствах…       — Почему я должен думать о других, когда сам страдаю. Моё сердце разбито, — он прошептал последнее предложение. Брату было слишком плохо от собственных чувств. Он страдал от любви, и в моё отсутствие полностью отдался своей собственной терапии, глуша боль и пустоту алкоголем, шлюхами, наркотиками и табачным дымом. — Почему ты рассталась с Чживоном? Из-за родителей? Ты такая слабая Мина, даже бороться не можешь.       — Я такая и есть, но зачем мне бороться за того, к кому не испытываю прежней любви?! Лучше двигаться дальше и отпустить воспоминания, связанные с прошлым, чтобы они не разъедали сердце, — нагло вру и сама пытаюсь в это верить.       — Я буду бороться до конца, — уверенным тоном заявил младший Ким. — Но сегодня я не пойду на вечер в честь помолвки, придумай что-нибудь или сделай вид, что мы поссорились и тебе ничего обо мне не известно. Не хочу видеть её с ним.       — Хорошо, — киваю головой. Я тоже буду бороться, за того, кто начинает интересовать меня. Возможно, я ошибаюсь в своих чувствах, но лучше я попробую и меня отошьют, чем я буду мучаться в догадках и в тайне мечтать. Хотя, я уверена, что совершенно ему не интересна, но мне всё равно. Он может ласково невзначай прикоснуться, одарить спокойным взглядом и ровным дыханием рядом. Помолвка. Мин Юнги и Кан Сора.       — Дорогой, у тебя руки откуда растут? Ты очень неаккуратен, ты знал это? — смотрю на Чимина, который делает то, чего я не понимаю. Разворачиваюсь к людям, которые наблюдали за этим и прошу прощения. — Извините, нам очень жаль, — правила этикета никто не отменял. Когда, окружающие понимают, что это вышло «случайно», то отворачиваются и продолжают свои пустые разговоры. — Удивляюсь людям, которые смотрят на всех сверху вниз, хоть сами на полголовы ниже, — в порыве злости говорю то, что пришло на ум первым. После, демонстративно отворачиваюсь от Пака и подхожу ближе к Сора.       — Прости за это, позже встретимся, — сообщаю ей на ухо, и ухожу. Игнорирую все взгляды, которые направлены на нас и произошедший инцидент. Выхожу из громадного зала для приёмов, где проходило торжество и поднимаюсь вверх по лестнице, которая вела на крышу высокого здания. В этот момент я была немного зла, и мне необходим был свежий воздух, чтобы проветрить мысли от случившегося.       Выйдя на холод, я ощутила, как мороз овладел моим телом. В этот момент я начинаю жалеть о том, что надела открытое платье, а не с длинными рукавами. Что и говорить, сейчас бы я с радостью надела пуховик и тёплые ботинки.       — Ты была сегодня плохой актрисой, — на мои плечи упал чей-то пиджак, ради интереса поворачиваю голову и встречаюсь со смеющимся взглядом Хосока. — Даже если улыбаешься, то взгляд пустой, — парень обнимает меня со спины и кладёт подбородок на мою макушку. — Трудная ночь и утро, да?       — Неужели, правда не выглядела счастливой? — спрашиваю друга, который намекнул на мой отстранённый взгляд. Хотя, это правда. Сейчас мыслями я была с Чонгуком, пока он находился в больнице. — Ты тоже сегодня намучился. Как там Гуки?       — Ему намного лучше, потому что промыли всё, что можно, — Чон усмехается и я спиной чувствую его вибрацию в груди. — А как ТэТэ?       — Слава богу, — вздыхаю, и камень падает с плеч, сильно переживала за Гуки, всю ночь не смогла сомкнуть глаз. — Он в порядке, но… — хочу ещё кое-что сказать, но передумываю, потому что лучше Хосоку этого пока не знать. — Почему тебя не было на новогодней вечеринке? Кто она?       — Лучше ты мне скажи, кто он? Ты знала, что он следит за нами прямо сейчас? — вопросы были заданы странным тоном, как будто Чон сделал для себя какие-то выводы, о которых я не знала. Его забавляла вся эта ситуация. — Он ждал меня в больнице с Гуки, пока я не приехал. Я благодарен ему, — Чон отходит от меня и смотрит с улыбкой. — Будь аккуратней с ним, он не той породы, какую ты привыкла видеть в своём окружении.       — Он мой телохранитель, — пытаюсь отнекиваться от выводов Хосока, но тот лишь отрицательно покачал указательным пальцем.       — Телохранители на свои объекты смотрят по-другому, а он смотрит на тебя, как на добычу. Он хочет попробовать на вкус богатенькую девчонку, но после этого ничего не будет. Не мне тебя учить, Мина.       — Вот именно, для него я ходячий кусок мяса, который нужно охранять.       — Хотя знаешь, одна ночь без обязательств, принесёт вам море удовольствия. Может он сделает тебя немного живой?! — не хотел отступать от меня с этой сумасшедшей идеей Хосок.       — По-твоему, я сейчас труп ходячий?       — Что-то в тебе есть от трупа, — он начал смеяться над своей шуткой и изобразил призрака. — Ты, как бездушное тело. Так что попробуй, тебя за это никто не укусит. Обещаю, Чжвион не узнает.       — Ты сейчас меня дразнишь?       — Возможно. Я знаю, если ты в чём-то заинтересуешься, то получишь желаемое в любом случае, — смотрит уверенно в мои глаза, и понять трудно: он сейчас серьёзен или шутит.       — Ты меня плохо знаешь, — сильнее натягиваю на себя пиджак друга.       — Я наоборот тебя хорошо знаю, — делает шаг ко мне. — Не строй из себя дуру, которая не видит дальше своего носа. Я уверен, даже вчера, видя Чжиовна, ты понимала, что это он глушит так свою любовь к тебе. Если вы снова сойдётесь, а после он снова тебя обидит, и ты не будешь с ним счастлива, то тогда на сцену выйду я, и предложу тебе вступить со мной в союз, — Хосок улыбнулся на последних словах ещё шире. — Ты же примешь моё предложение? — его тон был игривым и было понятно, что он надо мной шутит.       — Как я посмею отклонить твоё предложение. Я с радостью его приму, — делаю низкий поклон Чону, а тот рассмеялся. — Если что, я буду ждать тебя в белом, — продолжаю играть роль будущей невесты.       — Я буду с красным пионом, — парень подходит ко мне, кладёт руки мне на плечи и целует в лоб, а я расплываюсь в улыбке, но боковым зрением замечаю, как на наш спектакль идёт Чимин. — Идёт мой будущий хороший друг или враг, — Хосок отстраняется и уходит в сторону выхода с крыши здания, по пути потрепав Пака по плечу.       — Ты ему нравишься, — Чон поднял мне настроение, поэтому решаю забыть инцидент с бокалом. Почему-то сейчас мне было весело: хотелось смеяться и улыбаться. Пак оборачивается в сторону, куда ушёл Хосок, а после странно смотрит на меня.       — Он мне не нравится, — ровным и холодным тоном парировал он.       — Жаль, — говорю двусмысленно, чтобы запугать парня. Чимин, удивлённо на меня посмотрел, анализируя сказанное слово. Я, не выдержав, рассмеялась. Мне было смешно от его мимики, которая появилась на его лице. Он был шокирован таким поворотом событий. Наверное, после этого, он вообще к Хосоку не подойдёт. Снова повисло молчание, которое не напрягало. Мы привыкли к присутствию друг друга.       — Тебе настолько сильно ненавистны богачи?       — Ненависти нет, вы мне просто не нравитесь, — он смотрит на соседние небоскрёбы, которые выросли в Сеуле, как грибы после дождя. — Я думаю, что лучше быть свободным, чем иметь кучу денег и быть в неволе.       — И правда, — усмехаюсь жестокой правде. Все мы рабы этой золотой жизни. Многие думают, что раз кошельки лопаются от денег, то и жизнь полна развлечений. Конечно, у нас есть все, о чем другие могут только мечтать, и мы принимаем это, как должное, вот только права голоса у нас нет, а если есть, то он должен получить одобрение. — Я бы тоже хотела быть свободной, — смотрю на профиль парня. Он идеальный: пухлые губы, острый подбородок, скулы, нос. Даже завидно, что парень выглядит красивее. Хотя, что это я жалуюсь, все гены красоты перешли к Тэхёну. — Я даже сбежать не могу, всё равно найдут, но испытать свободу я бы хотела.       — Тебе она не понравится, — Чимин повернул голову в мою сторону и посмотрел мне в глаза, а затем снова долгая тишина. Я начала делать маленькие приседания, чтобы согреться. — Может, пойдём?       — Не хочу. Если хочешь, то можешь идти, — но парень отрицательно покачал головой, оставаясь со мной.       — Давай потанцуем, так мы согреемся, — он уверен в своём предложении. Чимин расстёгивает единственную пуговицу на своём пиджаке. Видимо, он и правда собрался это делать. Достаёт из внутреннего кармана пиджака телефон и включает медленную мелодию.       — Знаешь, я не откажусь, — приближаюсь к нему, Пак протягивает мне руку, в которую я вкладываю свою ладонь, а другую кладу на плечо парня. Шаг за шагом, мы научились воплощать движения в танец, но всё равно выходило странно. Я танцевать не умела, поэтому вёл Чимин и, на моё удивление, хорошо с этим справлялся. Он поднимает ведущую руку, в которой была моя ладонь, и делает шаг назад, а я начинаю крутиться, как девушка из шкатулки.       — Прости, — Чимин не мог сдержать смех, он начал так заливисто смеяться, что мне и самой смешно стало, правда причину я не понимала. — Ты ни разу в такт песни не попала.       — Это не я виновата, это музыка не попадает в мой ритм, — мои слабые попытки оправдаться.       — Ты, богатая принцесса, разве тебя не учат с детства быть идеальной, — сквозь смех с нотками упрёка говорит Пак.       — Как видишь, я принцесса с изъянами.