Он не такой, как мне казалось.

Не знаю, сколько времени я сидела на бортике ванной, держала в руках тест на беременность с положительным результатом. Самой не верилось, но, тем не менее, я отчетливо видела две полоски. Интересно утро начинается! Я рада, но вот Марк... Как отреагирует? «Может, пока помолчим?» - отзывается внутренний голос. Да, это будет правильнее, причем по одному только тесту судить не вариант - он может выдать ложноположительный результат, а я, оповестив парня об этом, испорчу ему праздник. Поэтому я решила пока повременить с известием о таком событии. Нужно было повторно пройти тест, потом сходить на прием к гинекологу и уже потом рассказывать Марку. Собравшись с мыслями, я убрала подальше свою улику и принялась за такие привычные гигиенические процедуры. Марк спал как сурок, зарывшись в подушки и подмяв под себя одеяло, вальяжно развалившись на всей кровати. Волосы ниспадали на лицо, но, по-видимому, ему это не мешало. Маркуша слишком грустно на меня поглядывал, оказавшись сдвинутым на пол. «Что это такое?» - этот немой вопрос читался в его глазах, а вот Грею, Марк вовсе не мешал – котенок по своей привычке спал на моей подушке, негромко мурлыча. Я тихо подошла к Марку младшему, потрепав того по загривку. Пес вяло повилял хвостом, но взгляда не сменил. - Понимаю, малыш! Хочется на кровать! – пес более живо повилял хвостом, - Сегодня нельзя! Пошли вниз! – шепотом произнесла я, зазывая его рукой к выходу. Маркуша нехотя поднялся и отправился за мной, напоследок бросив взгляд на спавших Марка и Грея. Вообще, думаю, я успею сделать торт. Марк проваляется, наверное, до полудня, а я тем временем похозяйничаю на кухне. Маркуша тем временем отправился на улицу, и, видимо, после прогулки мне нужно будет его помыть. Ох, ладно! По привычке включаю музыку из своего плейлиста, где сосредоточено все: Марк, Мирон, ОХРА, Король и Шут, Skillet, Thousandfootkrutch, Би-2, Lumen, даже Егор Крид и еще какая-то попса, которую я временами могу слушать. Песни заиграли одна за другой, а я по привычке пустилась в пляс, скользя по полу, от точки А до точки Б. Давно не танцевала, давно не развлекалась. Уже почти забыла, как это. Но даже при всем этом, мысли о возможной беременности меня напрягали. Не получалось отвлечься даже за готовкой и танцами. Хотелось с кем-то поговорить, обсудить, спросить совета, в конце-концов, хотя я ведь не послушаю все равно, наверное. Первой, о ком я подумала, была мама, но поняв, что она не сможет себя сдерживать и позвонит маме Марка, а в итоге моя маленькая скрытность накроется медным тазом, я передумала. Лешка – они с Аней ждут первенца, который через 3 месяца уже появится. В итоге, братишка тоже не тот вариант. Маринка – она все скроет ото всех, кроме Артема, который выпытает, зачем это Лиза приглашала ее на личный разговор. Оставался Мирон. Боже, он храни туже столько моих секретов и, держу пари, не только моих. Он умеет это делать–умеет слушать, часто забывая о своих чувствах и секретах. Вообще расскажу Маркуше–он никому не скажет и ничего не посоветует – идеально! Стало смешно от самой себя. Время постепенно двигалось вперед– торт был уже почти готов, пес вернулся в дом, даже почти чистый, но мыть все равно надо. Поэтому, мы с ним отправились в ванную. В одежде я его больше не купаю, только в нижнем белье, ибо постоянно сушить футболки и шорты мне надоело. Маркуша уже послушно следовал за мной, прекрасно зная, что без этого не обойтись. Пока мы спокойно мылись в ванной, Марк уже проснулся и с интересом наблюдал за нами. - Знаешь, малыш, у меня для тебя новость, вообще она для всех, но пока расскажу тебе… - говорю я в полголоса, пока не слышу родной голос рядом с нами. - Привет! - сказал он, оповещая о своем присутствии. А я тут же заткнулась, молясь о том, что он ничего не услышал. Ведь начнет интересоваться, что за новость, а я не сдержусь. - С добрым… – я замялась, поглядывая на наручные часы, - днем! – мило улыбаюсь. – С днем рождения! – поздравляю, а в голове бьется лишь одна мысль: «Не спались!». - Спасибо! – Марк подходит ближе, разглядывая мое тело в мокром нижнем белье и в пене, пока пес послушно стоит в воде и поглядывает на нас обоих. Маркул закусил свою нижнюю губу, на которой было сосредоточено мое внимание. – Чем так вкусно пахнет? – с ухмылкой на лице спрашивает он, а я все еще не могу перестать смотреть на эти губы. - Торт, - наконец, выговариваю я. Марк радостно улыбается. - Все для тебя! – улыбаюсь и подмигиваю ему, постепенно возвращаясь к своему делу. Очень заметно, что он сдерживается, но все же идет к умывальнику чистить зубы. Хорошо, что он ничего не слышал. Как же хорошо! Заканчиваем мы все почти одновременно, только мне теперь нужно сушить волосы, а еще переодеваться. С последним легко справиться не получилось – Марк вошел в комнату. Вообще до самого праздника ходить по дому в чем-то праздничном не хотелось, поэтому я стояла в сухом нижнем белье в поисках нужной мне одежды. Выбор был между привычной футболкой с шортами и легким платьем. - Помочь? – Марк возник из ниоткуда, накрыв мои плечи своими ладонями, а затем спустил руки на талию, оставляя на моих плечах и шее короткие мокрые поцелуи. - Ага! – это единственное, что я смогла произнести. Парень довольно хмыкнул, разворачивая меня к себе лицом, а затем поднял на руки, поддерживая за бедра и попу. – Так не поможешь! – зачем-то сказала я. - Уверена? – он опасно сузил глаза, а затем легонько прикусил кожу над ключицей, от чего я не сдержала стона. – По-моему, получается! – его улыбке мог бы позавидовать сам Чеширский кот. Марк направился к кровати. - Эй, я, так-то, одеться собиралась! – не слишком уж и активно я выразила свое недовольство. - Зачем? Можешь ходить так целый день! – проговорил Марк с хрипотцой в голосе. «Да, к черту все!» - подумала я, уже решив, что оденусь потом. Сейчас даже думать об этом не получалось, когда он в такой близости, и когда такой настойчивый. Марк уже опустил меня на кровать, нависая сверху, покрывая открытые участки тела поцелуями. Моя и его одежда долго на наших телах не задержалась, отправляясь на пол. Марк не сдерживался: целовал, кусал, оставлял засосы на излюбленных местах, а потом немного поднимался, разглядеть свое творение. Довольный видом, он устроился между моих ног, заполняя меня одним движением, срывая с моих губ очередной стон. Мы сплетали пальцы, пока парню не стало скучно. Теперь его руки грубовато сжимали мои бедра и талию, пока я комкала в руках простынь или впускала коготки в его нежную молочную кожу на спине, оставляя на ней неглубокие царапины. Оргазм настигает нас почти одновременно. Марк опускается на меня, оперевшись на локти по обе стороны от моей головы, запутываясь в рыжие еще немного мокрые волосы. Он нежно проводит пальцами по моему лицу, убирая отдельные влажные капельки, а затем накрывает мои губы поцелуем – слишком нежным и, не побоюсь этого слова, божественным. Так умеет только он. - Вот теперь твои поздравления принимаются! – с ехидной улыбочкой говорит он. - А до этого не принимались? – вопросительно поднимая одну бровь, вырисовывая свои узоры на его плечах. - Не на 100%! – говорит он, наконец, сползая с меня. Марк поднимается с кровати, натягивая боксеры, и скрывается в ванной снова. Лежать на кровати надоело, поэтому встала. Благо, вещи были разбросаны не так далеко, как я думала, поэтому искать их не пришлось. И уже через минут пять я снова стояла у шкафа, выбирая себе наряд. «Просто надень любую футболку и шорты и успокойся уже!» - подытоживает мой внутренний голос. Вытаскиваю из шкафа черную футболку с мордой кота на груди и джинсовые шорты. Марк был доволен подарку, особенно сертификату на посещение тату-салона. Свой портрет он рассматривал очень долго, подмечая для себя какие-то детали. В целом, он был рад, а это хорошо. Его родители не смогли приехать, поэтому поздравляли сына по видеосвязи. Празднование началось раньше, чем было запланировано потому, что Идан перепутал время на два часа, в итоге гости уже пришли, а виновника торжества еще не было. Мирон позвонил мне несколько раз, ругаясь на парня при этом. - Не кипишуйте вы так! Сейчас будем! – проговорила я, когда бесконечный срач друзей мне надоел. Мирон кое-как успокоился, судя по интонации голоса, но уверена, Идан еще много чего выслушал в свой адрес. Между тем, мы с Марком собирались. Парень по привычке надел джинсы, худи, кроссовки и кожаную куртку. Я же решила, что платье будет там не в тему, особенно, если буду танцевать, а я буду, поэтому надела черные кожаные лосины, светло-синюю рубашку и белые кроссовки. Волосы были заплетены в две косички, образ дополнял не слишком яркий макияж. Уже через минут сорок мы были у нашего любимого бара, куда парни пригласили хороших знакомых Марка, которых набралось слишком уж много. Среди прибывших были и девушки–некоторые их них, завидев парня, чуть ли на шею ему не кидались; уверена – это просто фанатки, которые влились в их тусовку. В большинстве своем девушки просто подходили и поздравляли его, не предлагая себя при этом. С этими молодыми особами я даже пообщалась, пока парни увели Марка куда-то. Сюрпризы в честь дня рождения. Вообще празднование проходило очень бурно– Марк радовался, как ребенок. Ему и правда не хватало такой атмосферы. Наконец, он ее получил. Марк даже исполнил несколько своих треков, но в основном, мы просто сидели в хорошей компании, вспоминая веселые истории. - Рыжик, твой выход! – шепнул мне на ухо Мирон. Я коротко кивнула, отправляясь на танцпол. Тоха меня объявил, как следует, называя чуть ли не богиней танцев, явно преувеличивая. Как только все увидели рыжую шевелюру на танцполе, резко прекратили разговоры, обращая все внимание на меня. Было приятно – давно такого не испытывала. Но самым главным для меня было то, что Марк неотрывно смотрел на меня. Зазвучала песняTwoFeet – GoFuckYourself. Специально приготовленный для моего парня– простите, жениха– номер. Далеко не такой, как в клипе на эту песню, но получилось не менее горячо. Пластичные движения на протяжении трех с небольшим минут, заканчивающиеся расстегнутой рубашкой, под которой только черное кружевное белье. Марк, возможно, меня за это убьет, но моя совесть чиста– я танцевала только для него, хоть и поймала на себе не один десяток пошлых и голодных взглядов. Когда мое выступление закончилось, я вернулась к Марку и парням, которые сидели, открыв рот– еще чуть-чуть и начали бы пускать слюнки, даже Мирон. А вот это уже новый уровень мастерства. - Бро, не будь Лиза твоей невестой, я бы… - начал Назар, но один только взгляд Маркула, говорящий что-то вроде: «Даже думать об этом не смей!», оборвал его на середине фразы. - Тебе понравилось? – меня интересовало только это. - Да! – коротко ответил Марк, резко дергая меня за руку и сажая к себе на колени, - Но было бы еще лучше, если бы станцевала его дома! – его взгляд прожигал насквозь. Видимо, говорило выпитое спиртное и возбуждение. Парни шутили – дотерпим ли мы до дома. Кто-то даже из них поставил тысячу рублей на то, что не дотерпим; в итоге проиграли. На протяжении всего вечера Марка осыпали поздравлениями и пожеланиями, среди которых было пожелание и красивых милых деток. Организм сам решил, что нужно выдать себя – щеки залило краской, мозг думал только о положительном тесте на беременность. Пришлось соврать, что мне просто душно и нужно пойти подышать на задний двор. Марк со спокойной душой отпустил меня, поцеловав перед этим. А вот Мирон заметил мое состояние, поэтому последовал за мной. Я вышла на улицу, прихватив свою куртку, которую просто накинула на плечи. Холодный мартовский воздух немного успокаивал нервы, как и ночной шум города. Из клуба прекрасно слышалась музыка, радостные возгласы посетителей. Я просто стояла посреди заднего двора, старалась выровнять дыхание, как вдруг услышала звук открывающейся двери и чьи-то шаги позади себя. Даже поворачиваться на источник звука не хотелось. Мирон поравнялся со мной–он тоже молчал, не желая нарушать тишину. - Все хорошо, Мирош! Я скоро вернусь, просто в помещении душно! – почему-то оправдываюсь перед ним. - Ага! – соглашается друг. – А что еще? – сказать или нет? «Лучше не надо!» - напоминает о себе внутренний голос, но я не слушаю. - Я беременна, Мир! – слишком тихо выдаю я. – Вот что еще! - мозг уже кричит, что я дура, но плевать. В нем я уверена, он никому не скажет. - Так это же прекрасно! – друг искренне не понимает, почему у меня такое настроение. – Так вот почему ты не пьешь! – делает для себя заключение, пока я с непонятной мне самой улыбкой смотрю на него. – Вот же Марк козел, не сказал ничего! - Он не знает! – тут уже Федоров смотрит на меня с полнейшим непониманием. - Самый приятный сюрприз приберегла напоследок, да? – ехидно спрашивает он. - Нет, Мирош! Я вообще не знаю, стоит ли ему говорить, тем более, сегодня. А вдруг он расстроится. Не хочу рисковать. Не хочу рассказывать. - Сказать рано или поздно придется! – Мирон говорит очевидную вещь, но ее все равно трудно признавать. – Поэтому ты сегодня такая задумчивая весь вечер? – лучший друг он такой– заметит даже то, что я очень старательно пытаюсь скрыть. Парень без лишних слов меня обнимает, прижимая к себе, поглаживает по голове. Вот она– поддержка, которая мне была нужна еще утром. Мирон не отпускает меня, мы просто стоим так, обнявшись. - Когда расскажешь? – вдруг спрашивает он. - Когда буду уверена! – твердо для себя решаю я, тем более, тянуть с таким нельзя. *** День рождения проходит на славу и на следующий день в свои права вступает апрель. В этом месяце у меня целых два значимых события, следующих друг за другом – консультация гинеколога, свадьба Артема и Марины, которые решили пожениться в конце месяца, а запись к врачу у меня на середину апреля. Обожаю эту систему. Быстрее помрешь, чем дождешься своей очереди, чтобы попасть на прием. Марк до сих пор ничего не подозревает, и это даже к лучшему, наверное. А вот второй и третий тесты на беременность показали тот же результат, что и первый. Значит, первый не ошибался. Хотя, до заключения профессионала я верю в то, что это мог быть ложноположительный. Очень боюсь потерять Марка из-за этого. Этот страх намного сильнее других. Даже сильнее страха перед Поднебесниковым, который в нынешнем свете событий кажется мне капелькой в море. Наша с Викой система работает по своим механизмам, не заклинивает. Илью я не вижу. Мы вообще больше его не видели с того момента, как он за день до дня рождения пришел к нам домой с извинениями. Он очень странный человек. Вообще его не понимаю. Целый год доставать нас, потом получить за это срок, угрожать, а в итоге прийти с извинениями. Может, Вика как-то на него повлияла. В больнице ничего нового не происходило. Марк с Назаром выезжали на концерты. Маркул очень расстраивался из-за того, что я не могу поехать с ними, в очередной раз проклиная мою учебу. Я тоже частенько ее проклинала, готова была бросить, но раз начала, то нужно дойти до конца. Из-за его концертов, записей и посиделок мы виделись только вечерами, а иногда вообще не виделись пару дней. Зато, когда Марк возвращался, все компенсировал в двойном размере. Близился день моей консультации с доктором, а я очень боялась. Вроде, хотелось уже узнать точно, успокоиться, смириться; но с другой стороны– хотелось бежать от этого, не желая признавать даже возможности. Хотя внутренний голос твердил мне с первого дня, когда я взглянула на тест, что это правда, и отнекиваться глупо. Возможно, мое поведение – это поведение маленькой девочки, которая боится ответственности. Утро началось еще замечательнее – унитаз получил львиную долю моих объятий. Чертов токсикоз. Такие порывы были не первый раз, Марк сильно переживал из-за каждого, и казалось, сам начал подозревать истину, которую я старательно скрывала. Успокаивала его моя очередная маленькая ложь: «Это просто отравление!». Только этих «отравлений» становилось все больше и больше. Иногда даже радовалась, что он занят музыкой, что проводит вне дома больше времени. Только вот в день консультации был дома. - Лиза, это не отравление! – говорит он. Так хотелось сказать: «Я знаю, Марк! Это далеко не отравление! Как сказал Хаус: «В вашем теле развивается паразит. Не беспокойтесь, многие женщины начинают любить своего паразита, дают ему имя, наряжают и водят играть с другими паразитами!», но я не могу сказать. Точнее, я могу, но просто боюсь, оттягивая момент Х на более дальний срок. - Я вызываю врача! Даже не смей спорить со мной! – он не унимался и уже начал набирать номер скорой, но был мной прерван. - Не нужно. Я иду сегодня на консультацию! – к кому я иду на консультацию, приходится упустить. - Замечательно, во сколько она? - В 13:00! – отвечаю я, наблюдая на его лице самое решительное выражение. - Поехали прямо сейчас! Да и уже 12 дня. – Марк не потерпит возражений, поэтому не спорю. Он меня подождет у регистратуры, или просто в коридорчике, пока я схожу к своему доктору. В больнице была удивительная тишина, пациентов как ветром сдуло. Справившись с документами, мы отправились к кабинету. Марк не захотел ждать меня где-то в отдалении. В итоге мне становилось страшнее с каждой секундой, как мы приближались к кабинету. Даже без медицинского образования понятно, что гинеколог занимается далеко не отравлениями. «Крепись, сестренка!» - подбадривает меня внутренний голос, когда мы уже подходим к нужному кабинету. Марк не выпускает меня из своих рук, поглаживая по тыльной стороне ладони, по плечу, по лицу. Кратко целует в носик, когда нас просят подождать. Он даже не задается вопросами, почему мы пришли к этому специалисту. «Может, ты просто перегибаешь палку?» - напоминает о себе внутренний голос. Возможно, он прав. Но лучше от этого мне не становится. - Богданова Елизавета Николаевна, – из помещения выходит миловидная женщина, по-видимому, медицинская сестра, - пройдемте в кабинет! – сестра провожает меня в кабинет к врачу. Побеседовав с гинекологом, мы отправляемся в другую комнату кабинета, где стоит аппарат УЗИ. Вот он – тот самый момент, когда меня, наконец, убедят, что я беременна. Визуализация всегда дает общей картине более целостный вид. - Так, могу сказать, что у вас 6-ая неделя беременности! – вроде и радостно, и грустно. – Поздравляю вас! – продолжает девушка, рассматривая эмбрион на экране аппарата, рассказывая мне все подробно, а я даже не слушаю, лишь думаю, как рассказать об этом Марку. Марк встречает меня со спокойным и облегченным выражением лица, как только я появляюсь из-за двери, но мне кажется, что я выгляжу еще хуже, чем была, когда заходила в кабинет. - Марк, в общем, я беременна! – выпаливаю я, не разводя сопливую драму. Пусть вот так, пусть резко в лоб, зато четко и по делу. Он слишком долго молчит, переваривая сказанное мной ранее, а я уже начинаю злиться. - Скажи хоть что-нибудь! – не выдерживаю. – Хватит молчать уже! Или, давай, пойдем в машину и поговорим там! – предлагаю я, понимая, что устраивать истерику в коридоре поликлиники не самая лучшая наша идея. Но мне даже сделать шага не дают, резко прижимая к себе, а потом он и вовсе поднимает меня вверх, кружа в воздухе. - Лиза, милая, родная, я так рад! – говорит Марк, все еще не спуская меня на землю. - Марк, отпусти! – молю я, потому что знаю, ничем приятным это не закончится. Парень послушно опускает меня на ноги, но не перестает обнимать. Он слишком искренне и по-детски радуется известию, когда я думала, что будет совершенно противоположная реакция. С души, как будто падает огромный камень, придавливающий ее до этого. Тяжесть от него не давала дышать, думать. Казалось, что все будет плохо, что он отвернется. Все же, я дура. С этим даже спорить не надо. *** Время летело слишком быстро. Артемка взял в жены мою лучшую подругу, поклявшись сделать ее самой счастливой девушкой на свете. Вот мы любим удивлять людей на чужих свадьбах. На свадьбе брата Марк сделал мне предложение, на свадьбе лучшей подруги сообщил о скором прибавлении в нашей большой семье. Хорошо, что там не было наших родителей, которые бы в диких криках и визгах восторга разнесли всем барабанные перепонки. Сказать, что наши друзья были удивлены, не сказать ничего. Маринка вовсе стояла с бокалом в руке и с открытым ртом–глаза по пять копеек. В итоге звездами вечеринки были не молодожены, как положено, а мы с Марком. Целая толпа народа, один за другим подходили нас поздравить, интересовались сроком, некоторые– без сомнения, очень образованные люди– даже полом ребенка, который мы сами узнаем, может только в августе и то не факт. - Хорошо же воспринял? – Мирон появился вновь так же незаметно, как тогда в баре. Я согласно кивнула. – Я же говорил! – друг крепко меня обнял, и прошептал – Если будет мальчик, назовешь в честь меня, а если и девочка, как хочешь, так и выкручивайся! Он знатно меня развеселил, а затем отправился поздравлять своего лучшего друга. Родителям мы сказали сразу после свадьбы друзей. Не поверите, и моя, и мама Марка расплакались от счастья. Дай им волю– примчались бы в тот же момент, но не изобретена у нас еще телепортация. Лешка отреагировал не менее эмоционально. Брат чуть не задушил меня в объятиях, даже поговорил с будущей племянницей или племянником. Чудо в перьях просто. К слову, Марк занимается этим каждую ночь, перед тем, как мы засыпаем. По-моему, наш ребенок будет больше любить своего папу, и узнает его первым, а не меня. *** Не знаю, кто и как распределял даты, но наша свадьба ровно через две недели после свадьбы ребят, как раз после дня победы. Пришлось ночевать перед свадьбой у Мира, потому что жених не должен видеть невесту. Мои родители очень настояли на этом, обрекая моего лучшего друга на наблюдение за редкими приступами токсикоза. Я не помню, во сколько мы легли спать, но было уже утро. Не спалось совсем. Бьюсь об заклад, Федоров был готов убить меня на месте. Я бы хотела того же самого. До утра мы просто играли в карты, я устраивала истерики совершенно без почвы, когда Мир вспоминал свободные деньки Марка. Беременная ревнивая невеста – это отдельный вид нечисти, на самом деле. - Лиз, может, поспим? Ты завтра замуж выходишь! – напоминает мне друг, зевая, широко раскрыв рот. - Спи, я не хочу! – отвечаю я, все еще сидя в зале. Федоров сдается, отправляясь спать, а у меня нет сна ни в одном глазу. В квартире друга я не знаю, чем заняться. Хотелось написать Марку, но подумав, что он спит, я переубедила себя. То ли адреналин в крови, то ли во мне заработал какой-то новый источник энергии, я с утра не чувствовала ни капельки усталости. Мой организм готов был выстоять перед самыми сложными испытаниями, в число которых входило – проходить весь день на каблуках, платье с корсетом, хоть и не тугим, а еще выйти замуж за самого лучшего мужчину на этой планете. Утром к Мирону приехали Аня, Марина и моя мама, прихватив с собой наряд невесты, а еще чертовски много косметики и других женских штучек. - Будем делать из тебя диснеевскую принцессу! – проворковала Маринка, взяв в одну руку косметичку, а в другую лак для волос. «Делайте!» - сегодня я была готова на любые манипуляции с моей внешностью. «Мне, и правда, нужно соответствовать своему принцу!». Боже, это звучит настолько ванильно, но мне нравится. Пока девушки и мама колдовали надо мной, я залипала в телефоне, изредка перекидываясь сообщениями с Марком. «Хочу тебя увидеть!» - пишет он. «Уже скоро, родной!» - мне безумно хотелось взглянуть на него. Ночь без него прошла слишком сложно для меня. - Все! Теперь платье! – проговорила Марина, отводя меня в нужную комнату. Шикарный белый наряд покоился на моей кровати, щедро выделенной другом. Спасибо родителям Марка–они привезли его из Лондона– как будто в Москве выбор маленький. Но тем не менее, здешние варианты их не устроили. Белоснежная ткань идеально села на мою фигурку, открытый верх с красивым кружевным орнаментом, нетяжелый подол и небольшой шлейф, которые ниспадали воздушным облаком. Волосы аккуратно забраны в шикарную прическу, два локона обрамляют мое лицо, неяркий нежный макияж, красивые бархатные туфли под цвет платья с небольшими бриллиантами на них. Я себя не узнала, заглянув в зеркало, а потом посмотрела на маму, которая не сдерживала слез. - Мам, пожалуйста, не плачь! – проговорила я, обнимая ее. - Ангелочек мой, ты такая красивая! – мама вытерла скатившиеся капельки слез, быстро заморгала, убирая все их следы. - Так, все, не распускаем нюни! Не портите мой шедевр! – строго проговорила Маринка. – Успокоились?- все дружно кивнули. – А теперь в путь! Пора и тебя, Богданова, замуж выдать! – девушка усмехнулась, подгоняя нас. Так как погода позволяла, все проходило снаружи. Легкий ветерок не давал задохнуться, что могло бы быть в душном помещении. Как и положено, папа повел меня к моему будущему мужу. Сама не верю в это! Заиграла музыка, папа чмокнув меня в макушку, взял меня под руку, ведя по направлению к алтарю, где стоял он. В черном смокинге, белая рубашка, галстук, бутоньерка из нагрудного карманчика, волосы привычно уложены на одну сторону, а глаза светятся восторгом, радостью и бесконечной любовью. Знаете, по-моему, я увидела одно из самых прекрасных лиц, что может быть на этом свете. Папа передал меня Марку, напоследок обняв и поцеловав меня еще раз, как это делал в детстве. - Ты прекрасна! – прошептал парень, привлекая меня к себе. - Как и ты! – я мило улыбнулась. По-моему, я весь день сегодня улыбаюсь. Я все время улыбаюсь рядом с ним. - Марк Маркул, вы согласны взять в жены эту девушку? – проговорил ведущий церемонии. - Да! – коротко ответила Марк, неотрывно глядя на меня. - Елизавета Николаевна, согласны ли вы взять в мужья этого мужчину? - Да, определенно да! – ответила я, лучезарно улыбаясь. - Можете обменяться кольцами! – мы надели золотые обручальные кольца, которые предоставил нам Мирон, подмигивая обоим. – А теперь поцелуйте невесту! - просить Марка дважды не пришлось, он накрыл мои губы самым нежным поцелуем, крепко обнимая меня, не желая никуда отпускать. - Теперь ты точно моя! – проговорил он. После церемонии, мы отправились в ресторан, где и проходило само торжество. Все шло как никогда хорошо– все веселились, Марк не отпускал меня от себя даже на секунду, целуя временами и интересуясь моим самочувствием. К нам подходили все, поздравляли. Постепенно становилось все тяжелее, поэтому уже поздравления от последних людей принимал Марк, когда я старалась не выпасть из реальности прямо за столом. - Поздравляю вас! Вы отличная пара! – этот голос показался мне очень знакомым, а еще чрезвычайное напряжение Марка, заставило меня посмотреть на гостя, которым оказался никто иной, как Илья Поднебесников. - Ты? – вообще слов больше не было. - Спокойно! - парень поднял ладони выше, показывая, что все хорошо, - Я просто хотел вас поздравить. Я много натворил, о чем сожалею. Я знатно попортил вам жизнь, но вы все равно вместе. В общем, ребята, мне искренне жаль. Не знаю, сможете ли вы меня простить, но в любом случае, прошу у вас прощения за все! Будьте счастливы, вы этого достойны! – это было странно и весьма неожиданно. Парень ушел также незаметно, как и появился тут. Оставляя за собой привкус горькости. Не верилось в его раскаяние, но, может, он и правда изменился. - Я люблю тебя! – прошептал Марк мне на ушко, отвлекая от размышлений. - Я тебя больше! – тихо ответила я, целуя моего мужа. *** 5 лет спустя. Летний день выдался на удивление с хорошей нормальной погодой– можно было погулять, куда мы и отправились: Марк, Мирон, я и Оксана–наша дочь, которая унаследовала все от своего отца, а от меня лишь капризность. Наша девочка очень любит своего крестного – дядя Мирон для нее – это все. Мама с папой ругают – дядя Мирон спасет. Она хочет игрушку, про которую забудет через пару дней – Мирон купит. Вообще они обожают друг друга. Кстати, Федоров тоже, вроде как, остепенился–готов уже жениться, детей заводить, насмотревшись на нас. Да и девушка появилась– такая же безбашенная, как и он. Пока все отправились за мороженым, я присела на скамеечку в парке. Гулять на 7 месяце беременности уже не так легко. Рядом со мной сел наш мальчишка, который уже вырос, не балуется, просто нянчится с ребенком и со мной. Маркушу и Грея Оксана очень любит. А мы безумно любим ее. Оторвавшись от раздумий, я взглянула вперед, где уже шла моя любимая троица. Марк нес на плечах нашу девочку, которая путала его волосы, старательно уложенные с утра. Кто бы мог подумать, что то приглашение «развлечься» от лучшего друга выльется в это. Кто знал, что я влюблюсь во всемирноизвестного рэпера, что он влюбится в меня?Такой высокомерный, на первый взгляд, такой собственник, парень с завышенной самооценкой, считающий, что все девушки – шлюхи. Что ж, я оказалась не права. Он великолепный, душевный, добрый, даже скромный, любящий мужчина. Он, правда, не такой, как мне казалось изначально.