Не стоит прогибаться под изменчивый мир

Поданный иск, как и следовало ожидать, стал буквально медийным взрывом. Сначала даже никто не верил в подобную дерзость, но все вокруг принялись обсуждать, начиная от центральных каналов, заканчивая блогерами в интернете. Пока план работал просто прекрасно. Теперь главное держать марку. Аргумент-доказательство-свидетель – классическая схема, главное правильно подавать и не позволять перехватить инициативу. Мэтт в этом был хорош – чувствовал каждого, кто заступал на трибуну, чувствовал судью, присяжных. А зрители и журналисты в суде и не пытались скрывать своих чувств. Создание Альтрона, похищение их части команды, всё в таком духе. И сейчас Мэтт допрашивал Вижна – одно загляденье. И пусть Вижна нельзя было «прочувствовать» как остальных – нет пульса, нет дыхания, нет потоотделения, Джейсон в Мэтта верил. Тем более, что стратегию они разработали, к тому же тех, кто очень логичен, легко предсказать. – Итак, мистер Вижн, вы говорили о том, что на путь подписания Заковианского Акта вас сподвигли расчёты, это так? – Да, – попросту ответил тот. – То есть вы очень хороши в расчётах? Можете просчитывать сложные и неоднозначные ситуации, включающие в себя поступки разных людей? – Я обладаю высоким интеллектом и недоступной ни одному человеку вычислительной системой благодаря соединению искусственного интеллекта, разработанного мистером Старком, и Камня Бесконечности. – Того самого, который послужил также и для создания Альтрона? И, насколько я знаю, ваше тело было создано самим Альтроном? – Уверяю, я не Альтрон. Мистер Старк учёл свои предыдущие ошибки, и... – И не создал из неизвестной ему технологии ещё один искусственный интеллект, после того, как предыдущий вознамерился уничтожить мир? – как истинный адвокат перебил его Мэтт, сам заканчивая предложение. – Я не Альтрон, – повторился Вижн таким ровным голосом, будто его вообще ничего не трогало. Интересно, а он вообще эмоции испытывает? – И я помог уничтожить Альтрона. – К этому мы ещё вернёмся позднее. Но я хотел спросить у вас нечто иное. Расскажите, как вы помните ситуацию, сложившуюся по завершению основной битвы между Мстителями в берлинском аэропорту, начиная с того момента, как капитан Роджерс и сержант Барнс поднялись в воздух на летательном аппарате, известном как джет. – Капитан Роджерс вместе с подозреваемым на тот момент в совершении террористического акта сержантом Барнсом сбегали на джете. Мистер Старк и полковник Роудс отправились в погоню с помощью своих костюмов. Мастер-сержант Уилсон отправился следом, чтобы им помешать. Мистер Старк приказал совершить выстрел, но мастер-сержант Уилсон сумел увернуться, и энергетический луч попал в костюм полковника Роудса, отключив все системы. Мистер Старк и мастер-сержант Уилсон прекратили погоню, пытаясь поймать падающего полковника Роудса, но не сумели этого сделать. – Прошу прощения, что поднимаю этот вопрос ещё раз, но вы – самостоятельная личность или же следуете приказам мистера Старка? – Я действую согласно собственному анализу ситуации, но прислушиваюсь к другим людям, в том числе к мистеру Старку. – И каков же был ваш анализ на момент выстрела в мастер-сержанта Уилсона? Чего вы хотели достичь им? – Выстрел был призван уничтожить систему крыльев. – То есть заставить мастер-сержанта Уилсона упасть вниз, как и полковника Роудса? При том, что у него не было высокотехнологичного костюма для хотя бы минимальной амортизации при падении, а парашют находился в том же месте, где и система управления крыльями, и был бы сожжён, попади выстрел куда рассчитывалось? – Без костюма и с остатками крыльев мастер-сержант Уилсон набирал бы скорость падения медленнее, чем полковник Роудс в полном титаново-золотом костюме. – И вы полагали, что его поймают? Тогда позвольте спросить, зачем вообще было стрелять в мастер-сержанта Уилсона? Какова была цель? Не для того ли, чтобы мистер Старк и полковник Роудс смогли продолжить преследование капитана Роджерса и сержанта Барнса? Так, по вашему мнению, как самостоятельной личности, способной к глубокому анализу и прогнозу, недоступным нам, обычным людям, развивалась бы ситуация, попади вы в мастер-сержанта Уилсона? Ему бы позволили упасть и погибнуть? Или же мистер Старк и половник Роудс прекратили бы своё преследование, ради которого вас и попросили сделать тот выстрел, чтобы спасти мастер-сержанта Уилсона? – Кто-то один из них мог бы спасти его. – И кто же? Вы были на одной радиоволне со своей частью команды, раз получили приказ. Мистер Старк и полковник Роудс уже обсудили, кто будет спасать мастер-сержанта Уилсона, а кто продолжит преследование? – Нет. – Мистер Вижн, вы сами утверждали, что производите вычисления куда быстрее людей, принимаете решения быстрее. Вы уверены, что мистер Старк и полковник Роудс с их человеческим мышлением в азарте погони успели бы договориться, кто продолжит ту самую погоню, а кто спасёт мастер-сержанта Уилсона, пока не станет слишком поздно? – Нет, – а вот теперь что-то в голосе прорезалось. Ответ тише, более... машинный? – Как нам известно, мастер-сержант Уилсон увернулся от вашего выстрела. Если бы он увернулся не полностью, и выстрел попал бы ему в тело, заряд такой мощности, что вывел из строя костюм Воителя, какой урон бы нанёс незащищённому телу человека? – При попадании в туловище шанс выжить составлял бы менее 12 процентов. – То есть вы, учитывая ваши высокие аналитические способности к прогнозированию, совершили выстрел, который заведомо мог привести к смерти вашего бывшего товарища по команде, попади вы или промахнись? – Я не... – а вот и хвалёные вибраниумные схемы подвисли. – У стороны истцов больше нет вопросов, – заявил Мэтт и, как и полагается слепому, слегка промахнулся с направлением, так что приставу пришлось помочь ему вернуться к столу. – Ты его уделал, – шепнул Джейсон себе под нос, зная, что только сверхчувствительный слух разберёт эти слова. Мэтт дёрнул уголком губ. Сэм понимал, что Старк рано или поздно нанесёт этот удар, не мог он удержать такой козырь в рукаве, когда на него самого начали лить вёдра отборного дерьма. Почему-то сексуальные скандалы всегда расходились на ура, и даже если скандалить-то толком было не о чем, народу только дай обмусолить историю о том, кто с кем спит, и всё, слухи так и будут множиться. «Да, Надин, именно это я и говорю. Зачем мне ходить в суд, если это просто цирк ради ублажения эго одного выскочки и тех, кого он с собой потащил? Парнишка привык, что ему всё позволено просто за то, что его трахает Капитан Америка, вот и бесится, когда оказалось, что это не индульгенция от всего. А теперь наш доблестный Кэп его кинул, вот мальчишка и взъелся, пытается всех вокруг обвинить», – продолжил заливаться соловьём Старк с экранов всех телевизоров. И они всей командой, конечно же, смотрели. Им было важно знать обо всех ходах «врага», но сейчас... То есть Сэм уже знал об отношениях Стива и Джейсона, успел увидеть их обоих в различных ситуациях, а вот остальные... Ванда уже что-то слышала на том собрании, когда к ним пришёл Росс, а вот Клинт и Скотт слышали об этом впервые. И, как и Ванда, от Старка. От Старка, который выкручивал и извращал всю историю. Они тут все были взрослыми и вполне разумными людьми, но народ уже посматривал в сторону Джейсона, они думали, анализировали, сравнивали свои воспоминания со злыми словами. Сэм никогда не был фанатом этих отношений, но было мерзко от того, как сам их факт выкручивали в подобной манере. Да, Джейсон был тем ещё засранцем, а Стив почему-то этому потакал, но никто не заслуживает, чтобы их чувства смешивали с дерьмом просто за сам факт их наличия. Уж Сэм, как психолог, мог увидеть, что эти двое любили друг друга, правда любили, несмотря на всякие закидоны. Были просто двумя людьми, что держались друг за друга в их безумном мире, а в итоге это подавалось как взаимодействие шлюхи и тупого мудака, обличённого властью. Мерзко. Джейсон же... Джейсон, закинув ноги на стол, курил в приоткрытое окно, словно ничего и не произошло, будто его вообще не касалось ничего из этого интервью. Но Сэм его уже слишком хорошо знал, а сигареты Джейсон доставал, только когда был выбит из колеи. В конце концов, видеть людей насквозь, замечать то, что те недоговаривают, как себя чувствуют – его работа. Было его работой. До сих пор не верилось, как мир встал с ног на голову, и отстаивание своих принципов привело к тому, что они прячутся в задрипанной квартирке посреди самого задрипанного района Нью-Йорка и трясут чужим грязным бельём. А другая сторона трясёт уже их бельём. Старк решил переходить на личное, так что и Джейсон не собирался стоять в стороне. Поэтому вместе с подготовкой речи на то же самое ток-шоу, он решил подготовиться и ещё кое к чему. Надо было подумать об этом и чуть раньше, но... Ладно, он ещё не опоздал. Все прекрасно знают, что скандалы роняют цену акций порой почти до нуля. А на Старка свалилось и свалится ещё немало поводов: Альтрон, действия того же Вижна – тоже детища Старка и Старк Индастрис, другие сомнительные поступки... И мало того, что просто цена будет падать, так, даже если этот суд не приведёт ни к каким конкретным обвинениям, на Старка всё равно потом свалится тонна гражданских исков. Их народ любит судиться. Да хотя бы все акционеры побегут требовать компенсации за то, что их сделали невольными соучастниками создания Альтрона. В свою очередь, это точно так же будет ронять цену СИ. И тут важно правильно подгадать и выработать стратегию, написать одну интересную программку, нанять анонимно людей. Пусть скупают акции, как только те опустятся в цене до определённого уровня, но чуть раньше, чем скупать будут остальные, а дальше разработать цепочку передачи так, чтобы не было сразу понятно, что акции копятся у одного-единственного человека. Если повезёт, то Старку придётся откупаться от иска за иском, и он не сможет следить за уползающим капиталом. И тогда... тогда, если всё получится, то большая часть пакетов уплывёт в руки Джейсону, компания вновь начнёт расти в цене, восстанавливаться после удара, но уже с другим владельцем. Даже если не начнёт... приятно будет отобрать её у Старка. Конечно, это был тычок пальцем в небо, конечно, всё может сотни раз пойти не так, конечно, может, Старку удастся выйти сухим из воды и даже в глазах общественности опять переложить вину на кого-то другого. Это риск, можно потерять немалую часть своего капитала, вкладываясь в пустышку, распределяя средства на стольких посредников, но... Джейсон был готов рискнуть. Приз того стоил. В первую очередь их дело было направленным, скорее, на общественность, чем на юридическую справедливость. Поэтому пришлось влезать в костюм (и не геройский, а официальный) и идти на телевизионное шоу. С Вандой вместе. Конечно, ведь кто ещё сможет их потом «убрать с радаров». Тут нужны его – Робина – навыки скрытности и без способности «магией» отводить глаза тоже не обойдёшься. – Понимаете о чём я говорю? – продолжил Джейсон, откинувшись на удобный диванчик в студии. – Договор по Заковианскому Акту, захоти мы его беспрекословно исполнять, стоил бы миллионов жизней. Я не эксперт-политик, но даже я понимаю, что эта махина не сработала бы. В одной из самых известных международных организаций – Европейском Суде по Правам Человека – с момента подачи заявления до вынесения решения, проходит около пяти лет. И это с учётом всех последних изменений и решении целой кучи дел по аналогии. А речь идёт просто о нескольких судьях, а не о представителях всех стран, вовлечённых в подписание Акта. Представьте себе на минуту, что случился ещё один Альтрон. Или ещё один инцидент, как в Нью-Йорке. Мстители сидят на своих пятых точках ровно, ведь отмашки ещё не было. Собирается экстренный комитет из представителей, которых кого выдёргивают с работы, кого из дома, кого из объятий любовницы или любовника. А кого вообще из пьяной вечеринки – всякое бывает. А повсюду хаос, но высоких представителей надо собрать в одном месте. Сверка списков служб безопасности многих стран, и каждая страна считает себя самой умной, меняя всё в последний момент, чтобы избежать нападений недоброжелателей. Вы уверены, что хотя бы суток хватит, чтобы собрать представителей вместе? А разрушение мира тем временем продолжается. Продолжаются и дебаты. Даже перед лицом возможного конца света политики остаются политиками. Все ищут собственный интерес или интерес для собственной страны, вспоминаются прежние обиды, начинается борьба за влияние. А пошлём ли мы Мстителей защищать Францию или Канаду, не подписавшие Акт? Вот пусть подпишут, и тогда и туда Мстителей отправим. Вспомнят и о геополитических разногласиях. Пусть Северная Корея сдаст наработки по ядерному оружию, Россия войдёт в ОПЕК, США уберёт ядерные ракеты с территории стран-союзниц и так далее. Решение будут принимать так долго, что мир успеют уничтожить. – Но почему же об этом говорите только вы? Мистер Старк не кажется глупым человеком, чтобы не понимать такое. Или всё не так однозначно? – спросила ведущая. – О, мистер Старк всё прекрасно понимает. Именно поэтому он сразу заявил, что собирается подписать Договор, но исполнять его не собирается. Мол, потом сгладим все шероховатости, но сейчас надо успокоить толпу. Мистер Старк привык плевать на правила, стоит вспомнить хотя бы его слушания в конгрессе, где он открыто плевал в лицо всем тем, кому сейчас предлагает подчиняться. Он считает, что из любой ситуации сможет выкрутиться, он же богат и знаменит, никто же его не посмеет обвинить. Даже после того, как он создал Альтрона. Я же, как и все остальные, кто выступил против подписания Акта, не понимаю, зачем ставить себя в ситуацию, когда надо выкручиваться. Не подпиши мы договор – у нас нет обязательств. Да, многие будут недовольны, но насколько будут недовольны люди, когда Мстители наплюют на положения Акта, после его подписания? Не важно, как быстро мы спасём мир – мы будем виноваты. Мы будем платить за каждое разрушение, можно было его избежать или нет. В итоге, если мы будем следовать договору, то нас будут ненавидеть за то, что бумажку мы поставили выше жизней, и люди погибли, пока мы ждали отмашки. Нарушим мы положения – нас будут ненавидеть за все последующие действия, мол, если бы мы послушали комитет от ООН, то проблем было бы меньше. Этот договор служит лишь одному: переложить всю ответственность на Мстителей и умыть руки. И даже мистеру Старку не хватит денег, чтобы каждый раз возмещать убытки. – И он этого не понимает? – Я не думаю, что он мыслит рационально. Возможно, его гложет совесть за то, что Альтрон сделал с Заковией. Он хочет признать вину, но не умеет этого делать. Поэтому вместо принятия личной ответственности, он пытается распределить её на всех, думая, что тогда этот груз станет легче. Что взять с богатея, которому всегда всё прощалось просто за его имя? Но себя-то не обманешь. – А касаемо его слов по поводу ваших отношений с капитаном Роджерсом… – Серьёзно? – не дал договорить ей Джейсон. – Знаете, мне очень горько от того, что в нашем обществе информация о добровольных отношениях двух совершеннолетних и дееспособных людей становится большим скандалом, чем создание робота, собиравшегося уничтожить человечество. В такие моменты начинаешь думать, что, может, этот мир и не заслуживает спасения, ведь люди сами его уничтожат, не сумев разобраться с приоритетами. И если уж говорить о заявлениях мистера Старка, то это наглядно показывает, что по существу ему ответить на обвинения нечего, вот он и пытается отвлечь от себя внимания нападками на чужую личную жизнь. И я предпочитаю до его уровня не опускаться, хотя мог бы сказать многое и про неё. Сэм не сразу понял, куда порой уходит Джейсон. Нашёл его на крыше (ну конечно). Неплохо заныкался в угол, почти незаметно, чёртов он ниндзя. Чёртов он пьяный ниндзя, похоже. – Неплохо смотришься по телеку, – Сэм попытался самым непринуждённым образом завести разговор. – Ага, – неопределённо заявил Джейсон и приложился к горлышку бутылки виски. – Это ты так празднуешь? – Ну, может. – Так. Ну ладно, что у тебя там творится в твоей безумной башке? – спросил Сэм, присаживаясь рядом. – Да нормально всё. Делом я занимаюсь, в качестве зоопарковой зверушки на шоу хожу, чего ещё от меня надо? – Я не обвиняю, я за тебя беспокоюсь, – честно ответил Сэм. Правда беспокоился. Да, с пацаном они не всегда ладили, и Джейсон постоянно носил маску беззаботности и непрошибаемой крутости (чем и бесил обычно), но Сэм же знал, что там, под бронёй, есть человек. И достаточно уязвимый человек. – Они опять спрашивали о Стиве, – внезапно поделился Джейсон, хотя Сэм уже и не надеялся. – О наших отношениях. А какие нахрен отношения, если я даже не знаю, где его носит? А ещё он с этим Баки... – А что с ним? – Да всё! А, ты же не знаешь. Баки – это первая любовь Стива, он ему так и не набрался смелости признаться. И вот они вдвоём куда-то пропали. Весело, правда? – Ты что, ревнуешь? – Я не понимаю, что, бля, происходит. А выглядит это пиздец паршиво. Он тусуется со своим несостоявшимся бывшим, наплевав на всех остальных. Взял и свалил, пока нам приходилось и из плена выбираться, пока мы вот этот цирк устраиваем, стараясь защититься... – Стоп-стоп-стоп! – прервал его Сэм. – Ладно, я понимаю, ты обижен, ты ревнуешь. Но ты правда думаешь, что Стив – наш Стивен Роджерс – бросил бы свою команду в беде просто ради того, чтобы не объясняться со своим парнем, потому как хочет свалить с новым? Не перегибаешь палку? – Ну, может... – Не может, а так и есть. Я уверен, что у него есть причины, по которым он сейчас недоступен. Как появится, он их объяснит, а мы пока займёмся насущными делами. И, серьёзно, завязывай со всем этим. Печень ещё посадишь! – И почему вас – мозгоправов – так не любят, а? – За то, что правду говорим и заставляем её признать. Давай, пошли, умоешься, и мы там решили комедию посмотреть, не откалывайся от коллектива.