Rose of power

      Моменты, когда мы переосмысливаем всю жизнь. Когда вспоминаем каждую ошибку, каждую мелочь, острые слова, чувства, эмоции. Все распределено по полочкам, ничего не путается. Сердце бьётся, душа мечется, разрываясь. А глаза так и остаются холодными, грустными. Разочарованными. Ты умираешь изнутри и это страшнее любой смерти, любой боли. Сгорания заживо, пронзания плоти острым мечом, удушья и других видов летального исхода. И мне…суждено было испытать это много раз. Но больнее всего это было, когда я отыскала то, за чем они охотились долгое время..... Когда я нашла корону. — Где эти ваши герои, когда так нужны? — бормочет Маринетт, отряхивая свою одежду от засохшего разноцветного вещества, — здесь они, здесь. Освободила бы меня сразу.....       Фигура в фиолетовых одеждах скрылась несколько секунд назад, напоследок взмахнув шёлковым плащом на высоких крышах домов. Народ ликовал, безумно радуясь «новой героине». Но Дюпен — Чен не понимала почему. Эта колкая грубая девушка лишь прогнала злодеев и убила нескольких из них. Чему тут радоваться? После, недоумение сменилось недавней горечью и разочарованием. Грусть съедала душу, окуная в океан, в народе называемый «депрессией». Встав с земли, девушка вздохнула и подняла голову вверх. — Когда все это закончится? — шепчет брюнетка, закрывая глаза. Она вдруг чувствует жжение в области шеи. Тело девушки вздрогнуло, покрываясь мурашками. Голубые глаза с тревогой уставились на золотой кулон с ярким рубином. Украшение искрилось, сияло и буквально плевалось ало — белыми искрами. — Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! — запричитала Мари, накрывая кулон руками и озираясь по сторонам. Если вновь появится «духи» — их увидит весь Париж! Все! Все и каждый! А этого нельзя допустить. Сломя голову брюнетка бежит сквозь толпу и понимает, что единственное место, где она может спрятаться от любопытных смертных, это то самое здание, где буквально десять минут назад были злодеи.       Полицейские оккупировали данное место и «обмотали» его желто-черной лентой. Но Дюпен — Чен все равно. Она бежит к боковой стороне участка и прыгает в открытое окно. В ноги ударяет стекло. Оно вонзается в кожу ладоней и ступней. Мари шипит от боли. В глазах темнеет, разум мутнеет. Тело болит, причём безумно. Кости ломит, руки уже начали истекать кровью.       Но страшнее всего то, что как только капля красной жидкости попала на пол, тот вдруг загорелся. На нем начала вырисовываться алая пиктограмма с многочисленными лучами, идущими вдоль стен, потолка. У Дюпен — Чен уже рябило в глазах от яркого света. Кулон на шее засиял ярче и искры, вылетевшие из него, сформировалась в безликий худой силуэт. Острая спина, плечи, тонкая талия и шея, круглое лицо, длинные волосы и платье — все, что удавалось различить. Фигура буквально была сложена из маленьких огоньков, наделенных энергией, и трудно было её рассмотреть. — Что…? — шепча, спросила Мари, еле как держась на ногах. Она аккуратно вытащила стекло из рук, шипя от боли, а после приступила к ногам. Пол вдруг затрещал и пиктограмма отодвинулась, показывая длинную винтовую лестницу вниз. По стенам вдруг зажглись факелы, горя бело-красным цветом. — Иди......за мной! — шепчет силуэт металлическим голосом. Его платье под конец рассыпалось, что не давало увидеть ног. Фигура быстро полетела вниз.       Маринетт, шатаясь, последовала вниз. Кулон продолжал гореть, освещая путь. Силуэт двигался медленно, чувствуя, что спутница обессилена. — А ты у нас не из болтливых… — бормочет сквозь боль Мари, выдавливая улыбку. Она шла, опираясь о стену. Каждый шаг отдавался болью. Фигура молчала, даже не оборачиваясь. — Куда мы идём? — спрашивает Дюпен — Чен, но так и не слышит ответа, — ты…не похожа на тех духов, которые я видела раньше. — А я и не дух… — отрывисто обронил силуэт и больше не произнёс ни слова. Ну, и на этом спасибо.       Они спускались долго. Долго и мучительно. Лестница, казалось, была бесконечна. Не было ей конца и края. — Сколько мы уже идём? — хныкала Мари, ведя себя как маленький ребёнок. — Две минуты… — спокойно ответил силуэт, спускаясь. — Что? — вскрикнула Нетти, оживляясь. И тут, она догадалась. Это все магия. Волшебство. Заклинание. На самом деле лестница короткая, она просто заколдована. Дюпен — Чен встряхивает головой и подходит к краю ступенек, смотря в пугающую бесконечную пустоту. Она сглатывает и прыгает вниз. Силуэт, казалось, улыбнулся и со скоростью света помчался по лестнице, оставляя красный след.       Потоки воздуха обдували, развевали волосы и путали их. Голубые глаза закрываются и, вскоре, брюнетка упала на землю. Никакого удара, ущерба здоровью. Девушка смотрит вверх. Как оказалось, лестница была примерно в десять метров, от чего брюнетка могла видеть потолок во всех подробностях. — Отлично! — фыркает Мари, поднимаясь и отряхиваясь. Силуэт прошёл прямо сквозь неё, но Нетти показалось, что её просто обдул ветер.       Рядом стоящая круглая дверь загорелась красным и распахнулась, позволяя войти в огромное пустое помещение. Но стоило Дюпен — Чен сделать один лишь шаг — все вокруг поменялось и она оказалась в звездном бездонном пространстве. Здесь была видна сама планета Земля, Луна, Солнце и другие планеты, вокруг которых вращались свои светила. Маринетт трясёт головой и опирается по сторонам, видя перед собой пьедестал. Как он держался без гравитации — загадка. На каменной статуе лежала красная бархатная подушка, а вот на ней.       Искусно выполненные узоры, прекрасные изгибы, совершенные линии, пустые места, в которых должно было что — то быть — все это рождало собой эту прекрасную золотую корону, украшенную многочисленными маленькими кристаллами и камнями. Здесь было семь пустых мест — небольших вмятен. А в самом центре сияла маленькая гравировка в виде векторного изображения розы. Рубин ярко-ярко засиял, после чего вдруг померк. Силуэт рядом рассеялся, сливаясь с звёздным небом. — Что это…? — изумилась Мари, подлетая к пьедесталу и аккуратно касаясь короны, — неужели это все правда…? Адриан… Он прав… Но… В сказке пустых мест восемь. А здесь — семь…       Стоило взять диадему в руки — все вокруг растаяло и Мари оказалась в пустом большом помещении, где единственным украшением серых стен было зеркало. Огромное, в форме эллипса — приплюснутого овала, с серебряной отделкой и тремя сиреневыми камнями — один из них был чуть больше остальных и поклялся в центре, выше самой зеркальной поверхности. — Что за…? — изумилась брюнетка, озираясь по сторонам и прижимая к себе диадему, — где я! — Здесь… — спокойно ответил чей — то голос. Мари вздрогнула и попятилась, ударяясь о то самое зеркало. Прямо над ней нависла чья — то фигура в сером плаще с капюшоном. Худые руки в чёрных перчатках вырвали корону и она повисла в воздухе, сияя и переливаясь. Дюпен — Чен смогла увидеть лишь грязно — жёлтые глаза, горящие насмешкой и превосходством.       Мари задерживает дыхание и замирает, пытаясь увеличить расстояние. Она прижимается к зеркальной поверхности и чувствует спиной её холод. Мурашки стадом несутся по телу. На ладонях собираются красные искры, что показывает, что Мари готова нападать. Но фигура лишь сверкает белыми зубами. — Красный — не твой цвет! — бормочет тень незнакомым для брюнетки голосом. Та вдруг в ужасе понимает, что не чувствует в ушах привычной тяжести. Сережки. Их нет! — Ах ты! — вскрикнула брюнетка, сжимая руки в кулаки и поднимая их вверх.       Фигура смеётся и отодвигается, позволяя Дюпен — Чен увидеть… Синий. Синий. Синий! Искры начали стремительно менять цвет. Красный померк и уступил дорогу голубому, а после — ярко — синему. И если пару лет назад Мари бы не беспокоилась — она семнадцать лет жила с этим цветом, то сейчас… — Что? Нет! — вскрикивает брюнетка, осматривая голубую энергию, быстро тающую в её руках. — Blackvil! — приказывает тень, поворачивается. Мари следит за её взглядом и видит ЕЁ.       Гордую, независимую, сильную. Рыжие волосы едва касаются плеч, голубые уверенные, но пустые глаза смотрит вперёд в ожидании приказаний. Чёрный отлично ей шёл, облегчая кожу. Тёмный плащ колыхался за спиной. — Сабрина! Что ты делаешь? Это же…? — изумляется брюнетка. Просто в голове не укладывается. Сабрина теперь на тёмной стороне.       Рыжая сжимает руку в кулак и Мари чувствует, что зеркальная поверхность теперь уже совсем не жёсткая. Теперь это уже портал, ведущий в неизвестное место. Может, он приведёт её домой, может в Антарктиду, может на другую планету. — Передавай привет Джульетте, — ухмыляется тень и толкает брюнетку прямо в неизвестность. С криком та исчезла. Зеркало вновь стало зеркалом, отражая жёлтые глаза. Под указом Сабрины поверхность разламывается и осколки летят в разные стороны. Драгоценные камни падают на землю. Но в воздух подлетает самый крупный из них, влетая в одну из вмятин короны. Камень тайн нашёл своё место… — Наконец — то! — улыбается фигура, скидывая капюшон. Корона опускается на аккуратную голову. Тёмные волосы на секунду становятся рыже — каштановыми, более волнистыми и короткими, — как долго я этого ждала.....