Ржавые цепи

- Тише. Слышишь? - Что? Светлана резко останавливается, прислушивается; в тишине она различает лишь эхо собственного голоса. Но это её не радует; за этим что-то не редко следует – обычно нехорошее. Дампир хватается за клинки, подходит ближе к Стренджеру – он держит наготове пистолет. Они не стоят на месте – делают шаги, постепенно приближаются к металлической двери, прислушиваются к каждому шороху, но… ничего. И никого. Это пугает, задевает, настораживает. Они долгое время скитаются по здешним лабиринтам, встретили всего парочку немецких солдат, которых без труда удалось нокаутировать; Джошуа чувствует, что здесь что-то нечисто. Он опережает Люпеску и подходит к двери, сжимает ржавую рукоять, кивает в сторону – дверь откроется, и, вполне возможно, что за ней их будут ждать. Светлана готова и молча сверкает глазами – как жёлтыми бриллиантами на солнце, - и мужчина поворачивает скобу, толкает дверь; в другом помещении – ничего; сплошная коробка из серо-зелёных шершавых стен. Пусто. Тупик. - Что-то не так… - озвучивает свои мысли Стренджер прежде, чем дверь за ними захлопывается. Светлана пытается броситься прочь, хочет проскочить в щель между стеной и дверью, но не успевает – даже её скорость проигрывает отточенным механизмам; напарники встают спина к спине, готовясь к худшему: они предполагают, что прямо сейчас к ним ворвутся вооружённые до зубов фрицы и откроют пальбу, но… правда оказывается намного хуже. Створки стен отъезжают в стороны, открывая расщелины с гофрированными трубами. Из них начинает валить газ. Кто-то давно просёк, что на территории чужой. - Светлана, не дыши! – кричит Стренджер, пряча лицо за воротником свитера; его слова не успевают долететь до неё – ядовитые пары в закрытом помещении распространяются слишком быстро. Люпеску задыхается, также пытается справиться с ядовитыми клубами, но ей с каждой секундой становится только хуже. Джошуа успевает подхватить её, удержать на весу. – Держись! Держись! Она кашляет, пытается сопротивляться, но силы покидают её с невероятной скоростью. Стренджера самого одолевает слабость. Веки тяжелеют, тело немеет; мужчина уже садится на колени, притягивая к себе Некру; он остаётся в сознании ещё несколько секунд, держит на вытянутой руке пистолет, ставший нереально тяжёлым, и запоминает, как в помещение врываются люди в противогазах, а человек в железной маске, вышедший в самый центр кладовой, окидывает Джошуа взглядом, а затем бьёт несколько раз: сначала по руке, выхватывая оружие, а затем – по голове, отправляя того вслед за напарницей. В темноту неизвестности.