Ржавые цепи

- Мой повелитель! – Менгеле кланяется в реверансе перед новым Богом; она ждала всё это время не трансформацию жалкого арийца, а появление истинного Дьявола. Белиар щёлкает зубами; те неестественно светятся. Прошлый называл её королевой; для истинного дьявола она всего лишь жалкая блоха. Остальные молча ожидают; Стренджер хромает в сторону Рейн и, игнорируя полукровку, подкидывает Зигмунду оставшуюся твану – Джошуа знает, ему понадобится. Немец никак не реагирует: он не может прийти в себя от увиденного: брат, что же ты натворил?.. Рейн сжимает пальцы на его плече, а сама строит догадки, как же всё пойдёт дальше. Белиар, выросший в самом центре, смеётся над попытками со стороны смертной с ним поговорить; смеётся, а его конечности неестественно вытягиваются; шипастый ободок макушки касается верха – демон растёт, демон пытается вернуть себе прежний облик. Батори боится; Рейн чувствует её страх: так и должно быть. Наконец-то доигралась. - Повелитель, - она вновь делает попытку поговорить с ним, - я хочу!.. Белиар смеётся; жалкая попытка навязать ему себя. - Нет! – отрезает дьявол; Батори пятится назад; это конец. Белиар поднимает ногу. – Смертные будут слушать меня! А затем наступает, пригвождая тело Бутчересс; слышится неприятный чавкающий звук – Менгеле не кричит и не издаёт никаких звуков; тело её в продавленной яме, в луже собственной крови. Не дышит. Мертва. Так просто – думает Стренджер, наблюдая, - лишить кого-то жизни, как по щелчку пальцев. Белиар осматривается: вампиры теснятся к стенам, и демон решается наказать их: набирает в грудь воздуха и выдыхает огненным вихрем: кровопийцы пытаются убежать, но стихия настигает их быстрее. Их тела также сыплются пеплом. Оставшиеся стражи продолжают защищать тех, кто признан их вождём в видимом пророчестве. Белиар смеётся в лицо врагам; он вырастает больше… Если он достигнет потолка, они все трупы. Джошуа знает, что делать. Им нужно отвлечь Белиара. И запереть его в другом измерении.