С мечом в руке, короной на голове

      Тёплое утро. На Мьюни было солнечно, ничего не предвещало что-либо плохого. Мун тихонько посапывала в кровати, прижавшись к Тоффи. Солнце освещало всю комнату, играя яркими зайчиками. Один из таких лучиков попал на спину принцессы, через некоторое время начиная греть. Мун проснулась и обернулась, посмотрев на часы. Было только 6 часов утра, а завтрак будет в 10. Девушка закатила глаза и думала, с чего она в такую рань проснулась. Посмотрев на Тоффи, Мун начала перебирать тонкими, белоснежными пальцами его тёмные, шёлковые пряди. Ящер, пробуженный нежными действиями, медленно открыл глаза. Пальцы Мун тихонько скользнули к аккуратно вытянутой челюсти Тоффи. Принцесса прикрыла глаза и ласково прикоснулась к его губам своими. Поцелуй длился совсем недолго, но для них это было самым лучшим пробуждением. Тоффи приобнял Мун и тяжело вздохнул. — Тоффи? Что-то случилось? — Мун услышала, как сердце Тоффи начало биться сильнее, а он прижимал к себе принцессу сильнее и не отпускал. — Нет, ничего, просто я каждый день думаю о том, что у меня никого нет, только ты. — улыбка с лица Мун пропала, она подняла голову и посмотрела на Тоффи. — В смысле? — Мун боялась задеть за живое. — Видимо, пришлось рассказать всё с самого начала. — Тоффи вздохнул. — Мун, ты готова?       Мун еле заметно кивнула, пришло время раскрывать карты. Тоффи начал свой рассказ.

***

Мьюни. Земли монстров. 1972 год, 15 января.

      Недавно был принят новый закон отношений между монстрами и мьюнианцами, который все очень тепло приняли. Королевство было разделено на две земли — для монстров и людей. Отношения были тёплыми, всё быстро наладилось.       В знатном роде монстров — Лизард, родился сын, которого назвали Тоффи. Ричард и Мирэна были счастливы рождению сына, но кто же знал, что жизнь повернёт другим углом?

Мьюни. Земли людей. 1972 год, 15 мая.

      Всё королевство ликовало по поводу рождения малышки-принцессы Баттерфляй. Скоро должно быть официальное приветствие и представление наследницы престола перед всем народом Мьюни. Замок украшали для бала, был приглашён каждый, от человека до монстра. Все обсуждали, что какая, наверное, новорождённая принцесса красавица. У всех на лицах сияли улыбки. Глория и Хлодвиг, все были счастливы.       Раздался звон колоколов и все жители королевства были собраны у замка. — Король и королева, Хлодвиг и Глория Баттерфляи, а также, новорождённая принцесса.       Все ждали заветного часа. Королева начала говорить: — Граждане Мьюни! В этот день, 15 мая, мы бы хотели представить новорождённую наследницу престола королевства. Мы назвали её Мун, что на английском означает «Луна», а на старомьюманском «любовь, верность». — действительно, имя хорошо отражало в будущем принцессу. Волосы её были платинового цвета с оттенком голубого, глаза сияли светлой-светлой синевой, а на пухленьких щёчках были светло-сиреневые ромбики. Все начали умиляться, принцесса была самой красивой из тех, что только видал народ Мьюни. В принцессе с самого детства уже проявлялась сильная магия.

Мьюни. 1977 год, 14 июня.

      Принцесса росла, хорошела, в 5 лет у неё уже были небольшие навыки боевой магии. Мун была худенькой, довольно высокой девочкой, с длинными волосами. Каждый день она шла с мамой гулять около леса. Глория заговорилась с подругой, а маленькая принцесса отошла. Услышав где-то тихий плач, она побежала на звук. С маленького холмика, она увидела много небольших, но злых монстров, нависших над маленьким Тоффи, плачущим над бездыханным телом Мирэны, рядом с лесной речкой. — Мама, проснись! — кричал от безысходности маленький ящерёнок. — Можешь не кричать, — низким и хриплым голосом сказал монстр, больше похожий на бегемота. — твою маму мы отравили ядом, который даже септарианский организм не одолеет, а у тебя регенерация даже не работает, тебя-то мы с лёгкостью угробим.       Мун наблюдала с открытым ртом, она боялась высовываться. Но один монстр замахнулся ножом на Тоффи и принцесса громко крикнула звонким голосом: — Не трогайте его! — Мун нахмурилась, её ромбики засияли белым, а в руках сиял маленький огонёк. — А ты кто такая? — ухмыльнулся самый большой монстр, обернувшись на девочку. — Я принцесса Мьюни, Мун Баттерфляй, и не трогайте его! — в Мун с детства росла храбрая девочка, что отразилось на ней в будущем. — И что ты можешь, у тебя даже палочки нет! — монстры засмеялись, а Тоффи смотрел на девочку с длинными платиновыми волосами. — Огонь лунной бабочки! — из руки Мун вырвался белый огонёк, летящий прямо в монстра. Чудища были в недоумении, даже среагировать не успели, как один из них вспыхнул огнём. Девочка ухмыльнулась и спустилась с холма. Монстры убежали в лес, а полыхающий пламенем сгорел заживо. — Ты в порядке? — Девочка протянула руку с длинными, тонкими и бледными пальцами, что свидетельствовало о том, что девочка занималась на фортепиано. — Вроде да… — ящерёнок вытер слёзы и Мун помогла ему встать. Тоффи посмотрел на свою мать и начал плакать. — Мне жаль, что так случилось. — Мун вздохнула. — У меня теперь никого нет, папа бросил нас, а маму отравили смертельным ядом. — Мун положила руку на плечо ящерёнка. — Мне жаль тебя. Я Мун, а тебя как зовут? — принцесса посмотрела на Тоффи своими светло-синими глазами. — Тоффи. Спасибо, что спасла меня. — ящерёнок резко обнял Мун, отчего та удивилась, но ответила тем же.       С тех пор, Мун и Тоффи стали лучшими друзьями. У Тоффи никогда не было друга.

Мьюни. Земли монстров. 1980 год.

      Тоффи воспитывался у своей тёти, которой было уже много лет, а септариане живут по 400-500. С Мун он виделся почти каждый день, но что-то неделю от неё не было вестей.       Мун сидела в своей комнате и горько плакала. Её отец заболел Мьюно-лихорадкой, от которого нет лекарства. Хлодвигу дали ещё несколько дней жизни. Глория вошла в комнату и положила руки на её плечи. — Мама… — от слёз Мун начала заикаться, она бросилась в объятия матери. Громкие всхлипы вырывались из её груди, а ромбики на щеках поблекли. Глория молчала, по её щекам стекали слёзы. Вдруг резко прибежал слуга Генрих и начал говорить с ужасом: — Королева, принцесса, король Хлодвиг, он… Он умер… — от этих слов весь внутренний мир Мун разбился на мельчайшие осколки… Осколки души были рассыпаны по углам сердца принцессы, разрывая его на части. Мун упала на колени, её ромбики приобрели тёмно-фиолетовый цвет. Она прикрыла лицо руками, она тихо плакала. На завтрашний день состоялись похороны, на которых Мун стояла с прозрачными глазами без эмоций, её ромбики почти пропали.       После смерти Хлодвига, Мун начали воспитывать в чререзвычайной строгости, ей постоянно говорили, что она наследница престола. Её лишили детства, которого у неё было мало.       Наконец встретившись с Тоффи, на её лице не сияла уже улыбка. — Мун? Что случилось? — ящерёнок начал волноваться за подругу. — Мой папа умер от неизлечимой болезни, меня лишили детства, я теперь не знаю, куда деваться… — Тоффи обнял её, понимая её одиночество.

Мьюни. 1982 год.

      Смерть за смертью, словно жизнь испытывает Мун и Тоффи на прочность. Тётя ящерёнка, Амелия умерла от старости. У Тоффи никого не осталось, дядя был пьяницей, лишь одна Мун была лучом его счастья. С тех пор он старался защитить её от опасностей, хотел сберечь хотя бы её от смерти.

***

      Рассказ окончен. Мун внимательно слушала и вспоминала всё её потерянное детство. — Надо же, я даже и забыла от всей этой ереси с королевством о нашем общем одиночестве. — Мун вздохнула, на неё нахлынули все грустные воспоминания. — Мун, когда я вижу, как ты страдаешь, мне самому становилось плохо. Когда в тебя вселилась Эклипса и тебе с каждым днём становилось хуже, я боялся, что ты умрёшь, а я не хотел этого, ты единственное, что у меня осталось в жизни. — Тоффи посмотрел Мун в глаза, в чьих уголках начали сиять слёзы, словно маленькие алмазы. Он обнял её, прикоснувшись губами ко лбу принцессы. Мун и Тоффи понимали друг друга, у них обоих случалось в жизни горе — смерть родных.       Иногда, никогда не знаешь, кто будет самым дорогим человеком в твоей жизни, это может быть совершенно не родной тебе человек, но разлука с ним может так сильно ранить, потому что ваши сердца связаны.