Причины, по которым я люблю его

POV Толик Сквозь сон слышу "Толь" и понимаю, что пора просыпаться. Зевая, пытаюсь урвать ещё хоть пару минут сна, но мне не дают это делать и начинают щекотать, поэтому я понимаю, что пора отрывать жопку от кровати. Целую его и одной рукой пытаюсь найти очки на столике рядом с кроватью. - Эрик, ты можешь пока сделать кофе? Пожааалуйста. - Без проблем,- кивнул он и ушёл на кухню. Нахожу очки, встаю с кровати и ползу к шкафу, чтобы выбрать одежду, в которой пойду гулять. Найдя длинную любимую футболки и черные штаны, я, собравшись, ползу на кухню, где уже ждёт завтрак и чашка любимого напитка. За кухонным столом сидит Эрик с такой же чашкой кофе и очень растрёпанными волосами, разглядывая что-то на экране ноутбука. Завтракаем мы, как обычно, в тишине, а потом собираемся и выходим на улицу, направляясь к определённому месту. Мы решили прогуляться в своём любимом парке - любимый Таврический садик, так как тут можно отдохнуть телом, душой и покормить уточек. Наша страна слишком гомофобна и не принимает это "западное веяние" от слова вообще, но Рикка всё равно ведёт меня к парку за руку - мы хотели успеть насладиться солнцем, пока оно снова не скрылось за тучами. На людях Эрик обычно очень серьезный мужчина, слишком быстро вскипающий, если ему что-то не нравится, но дома при ссорах он такой же, это в нём не исправить. Я сжимаю его руку сильнее, так как знаю, что за его спиной я всегда в безопасности. Иногда он бывает котиком, а иногда - злым тигром, который быстро показывает, что мне лучше не спорит с ним. Когда мы ругаемся, после того, как остынем, он мажет мои синяки кремом, так как сложно держать себя в руках, а держать друг друга - ещё сложнее, но после я засыпаю на его руках, словно ничего не было. Поднимаю взгляд на него и понимаю, что люблю его таким, какой он есть, со всеми его тараканами. Его голос выводит меня из своих мыслей, но ровно до тех пор, пока до меня не дошёл смысл вопроса. - Чем ты хочешь заняться сегодня? После секундных раздумий я отвечаю, что хочу покормить уток и сидеть на скамейке, смотря на озеро, ну и горячего кофе - в пальто стало слишком прохладно, особенно для сентября в Петербурге, хоть это и нормально. Он тут же хмурится и говорит, что стоило бы напялить шапку и вообще я могу заболеть, когда ему не очень нравится эта перспектива. Бубня, он лезет в заранее сложенный рюкзак, где находились мои шапка и перчатки, которые тут же оказываются у меня в руках, а на губах остаётся привкус быстрого поцелуя, после чего снова идёт бубнёж о том, что я должен думать головой и вообще буду лечиться сам, ибо уже большой. Проследив, чтобы я всё правильно надел и не подумал снять, Эрик берёт меня за руку и мы продолжаем свой путь. Осознание того, что я искал его всю жизнь и хочу провести её с ним вплоть до самого конца накрывает с головой, и в груди теплеет, будто сердце охватил настоящий пожар. Ни с кем я не могу быть таким. Ни с кем, кроме него.