Отчаявшийся

Pov Тобиас.       Я ненавижу свою жизнь. Наверное, многие могут сказать то же самое. Найдутся и те, кто упрекнут меня. Скажут, мол, «сам себе все проблемы выдумал». Как бы мне хотелось, чтобы все обстояло именно так, но увы. Реальность - штука мерзкая.       Предугадывая множество мыслей и вопросов, хочу заметить, что семья у меня дружная и любящая. Мой папа-омега, Эдвард, — потрясающий человек. Узнав о своей беременности, он ушел со стажировки в хорошей фирме, занимающейся дизайном. А потом, всецело посвятил себя мне. Папа-Эд никогда не жаловался на недосып или болезни, всегда увлеченно играл со мной. Для него я всегда был самым лучшим и красивым. Жаль, что в реальности это не так.       Что же касается отца, то он у меня тоже замечательный. Отец-Николас — бета. Странно, правда? Вообще-то он мой отчим, но я никогда не считал его таковым. Этот человек всегда был прекрасным, любящим и заботливым родителем. Даже невзирая на то, что беты и отцовство — вещи плохо совместимые. Считается, что эти люди очень требовательны, педантичны и щепетильны. Все так, но это нисколечко не влияет на их поведение в семье. Правда, благодаря отцу, у меня всегда все было распланировано по часам. Я не жалуюсь, так даже удобнее.       О своем биологическом отце-альфе я знаю мало, да и не горю желанием узнать. Этот человек бросил папу, когда узнал о беременности, сославшись на то, что он еще молод и не готов. Я считаю, что он — просто эгоист и гуляка, страшащийся ответственности. Молод? Да он всего на четыре года младше папы. Тоже мне, разница. Ник, в общем-то, тоже был еще студентом, когда они с Эдом познакомились. Но бета оказался не промах. Влюбившись в омегу, он сразу взял его в оборот. И после нескольких месяцев, полных ухаживаний и романтики, папа сдался ему в плен.       Рос я весело. Когда был маленьким, ненавидел омежьи игры. Они что у девочек, что у мальчиков всегда были одинаковые и многие базировались на семьях и детях. Другое дело забавы альф и бет. Я лазал по деревьям, играл в догонялки и кидался мячами. Сотни раз разбивал коленки и локти. Все мои друзья не были омегами, да и меня таковым не считали. Впрочем, как и я сам.       До начальной школы, я был уверен в том, что бета. Даже гордился этим. Ведь все беты - очень умные. А папа, знающий правду, ничего не говорил мне. Только улыбался и кивал. И, как раз в том возрасте, на меня посыпались первые проблемы.       Когда, во втором классе, нам устроили медосмотр, то обязали проходить его всем вместе. То есть, результаты непременно узнавал каждый в классе. Ни для кого не был секретом чей-то рост, вес и тип. Я шел туда с улыбкой, а уходил без нее. Оказалось, что я — омега. Страшненький, несуразный, высокий, словно фонарный столб. С того дня, надо мной начали смеяться. Причем потешались все. Поначалу, мои «друзья » говорили не обращать внимания. Посмеются и отстанут. Но отстали сами, так называемые, друзья. Им стало не комильфо общаться с главным изгоем класса.       Я был разбит. Не хотелось ходить в школу, да и жить вообще. Папа и отец долго утешали меня. Говорили, когда начнется гормональная перестройка организма, я стану краше всех. Тогда-то все мои обидчики зальются слезами. И я поверил. Только вот этого чуда не произошло.       Изменение гормонального фона принесло в мою жизнь только больше проблем. Тогда у всех прорезался их запах, и я, с нетерпением, ждал своего часа «X». А жизнь снова преподнесла мне сюрприз. После первой непонятной течки, которая оказалась для меня адом из тошноты и дикой боли, уже стало ясно, что, что-то не так. Я совсем не чувствовал сексуального возбуждения, как это было описано во всех справочниках по медицине. А потом появился запах. Ужасный, мерзкий запах, больше напоминающий гниль или помои.       С родителями мы обежали всех врачей, но никто не смог дать вразумительный ответ. Только один доктор смог поставить диагноз. Доктор Принствисон объяснил, что у меня крайне редкое генетическое заболевание, которое проявляется неправильными течками и запахом. И, как он с грустью сказал в конце своей пламенной речи, это не лечится.       Мой мир рухнул. Да, я не грезил семьей и детьми, встречей альфы. Но, тогда-то и понял, что такого со мной теперь точно никогда не случится. По отдельности, плохая внешность и противный запах, еще куда не шло, а вместе — настоящий кошмар.       Как и ожидалось, моя школьная жизнь не наладилась. Мне приходилось всегда носить с собой запасную одежду и аэрозоли. Все дело в том, что, несмотря на душ, духи, гели и спреи, к обеду мой запах снова пробивался и дышать в классе становилось нечем. Одноклассники отказывались сидеть рядом, а учителя смотрели косо. Молчали — и на том спасибо.       За все время обучения там, я так и не сблизился с кем-либо. За руки-то не держался, а о поцелуях и отношениях вообще молчу. Но папа все еще внушал мне надежду, что, к университету, я стану красивым омегой и найдется тот, кто захочет быть со мной.       Я-то знал, что подобное развитие событий практически невозможно. Ведь если даже на бет запахи влияют не так сильно, они все равно их чувствуют.       С внешностью мой папочка тоже прогадал. Хотя, думаю, что он просто хотел меня взбодрить. К восемнадцати годам, я остался высоким, несуразным и довольно худым. Единственным украшением моего лица были по-альфьи высокие скулы. Цвет моих глаз, как и у семидесяти процентов населения земли, карий. Волосы я обстриг коротко после пары неудачных попыток отрастить.       Естественно, что за все шесть лет обучения в универе, никто на меня и не взглянул. Хотя нет, смотрели. С омерзением так, а потом отсаживались. Зато я стал отличником. Закончил с красным дипломом и получил предложение пойти в аспирантуру, но я отказался. Отца тогда погнали с работы и я решил найти какое-нибудь хорошее место, чтобы помогать им.       Имея положительные рекомендации от организации, где я проходил практику, меня взяли в одну известную и крупную фирму, занимающуюся экспортом и импортом стройматериалов. Правда не на должность юриста, как я хотел, а помощником. Это тоже было хорошо. Я получил шанс и возможность продвигаться по карьерной лестнице.Чем и воспользовался. В связи с полным отсутствием личной жизни, я посвящал всего себя работе. Поэтому, начальство без зазрения совести давало мне всевозможные поблажки и премии. Разумеется, что и карьерный рост не заставил себя ждать.       За каких-то пять лет я из простого мальчика на побегушках стал секретарем директора нашего филиала. Конечно, это не то, что я хотел, имея диплом юриста, но омег вообще редко допускали до таких должностей. Особенно, если они не выходцы из обеспеченных семей. Дискриминация есть везде. Это не новость. Я, если честно, доволен собой. И уповать на несчастную судьбу лишний раз не хотелось. Правда, пришлось покупать более действенные средства, а позже и таблетки. Хорошо, что к тому моменту я съехал от родителей на съёмную квартиру. Узнай они об этом — прибили бы. Ведь побочными эффектами может стать бесплодие. Мне-то бояться нечего, не думаю что найдется токсикоман, пожелавший быть со мной. А завести ребенка из пробирки и обрекать его на участь предмета насмешек, я не хочу. Сам пережил, это то ещё дерьмо.       Вот так я и живу по сей день. У меня есть недорогая съемная квартира около метро и работа, которую хорошо оплачивают. Но при этом ни друзей, ни даже малейшего намека на отношения нет. Мне так и приходится таскать с собой кучу тюбиков, склянок и сменную одежду. Хотя я и говорю родителям, что все в порядке, на самом деле, это далеко не так. В будние дни мое одиночество не так ощутимо. Я могу забыть о нем за очередной серией сериала перед сном, но в выходные…       По пятницам, после работы, я традиционно заезжаю в один и тот же супермаркет за каким-нибудь алкоголем. Возможно, кассиры, что уже узнают меня в лицо, думают, что я или алкаш, или всегда весело провожу уикенды. Но на самом деле, я напиваюсь, практически в хлам. А в своих алкогольных бреднях вижу альфу своей мечты. Правда, мои мечты имеют лицо моего шефа.       Возможно, что у кого-то могли зародиться мысли о моей сокровенной тайной любви к боссу. Или даже фантазии о страстном служебном романе. Спешу расстроить, мистер Корден уже много лет, как женат на одной премилой омеге-девушке. Точнее сейчас уже женщине. У них и сынок есть, Уилли. Замечательный юноша. Он не раз наведывался к отцу на работу. А в моих фантазиях мистер Корден лишь из-за того, что до ужаса сексуален. Сложно найти человека, который в своем возрасте, мог так хорошо выглядеть. Даже мелкие морщинки и седые волосы не вредят.       Вот и сейчас, я снова предвкушаю встречу со своим горячим воображаемым любовником, складывая папки в конце своего трудового дня. Pov Автор.       Тобиас Грейс был уже порядком утомлен. Сегодня состоялось сразу несколько важных встреч, в перерыве между которыми ему приходилось бегать в уборную, чтобы опрыскаться очередным спреем, убирающим запах. Таблетки, так некстати, закончились накануне вечером, а новые он попросту забыл купить. Так что это был очередной прекрасный денек из его жизни, когда Тоби катастрофически везло. Впрочем, таких дней за тридцать один год его пребывания в этом мире было довольно-таки много. Мужчина уже перестал удивляться своему везению и внимательности.       Выйдя из здания на улицу, омега сразу почувствовал, как его окутал холодный воздух. — А ведь обещали, что и вечером будет тепло. Вот и верь этим глупым бетам из прогноза погоды, — пробурчал он, кутаясь в легкий свитер, подаренный папой на Рождество.       Огромные окна бизнес центра поблескивали, отражая яркий свет уличных фонарей. Кругом, роясь, ходили люди, спеша скорее покинуть свои рабочие места и вернуться домой к семьям. Но Тобиас не суетился, так, как они. Ему просто хотелось, наконец, дойти до теплого метрополитена. Мысленно он уже покупал себе мартини с соком и мчался домой на «свидание».        Город встречал его гулом машин и извечными склоками таких же горожан, как сам Тоби. Сейчас, находясь в огромной толпе людей, он чувствовал себя лучше. Среди этого гула и суеты омега мог не бояться, что его запах прорежется и все станут сторониться его. Им попросту не было бы дела. У них более насущные проблемы и все мысли заняты собой. Никто попросту б не обратил внимание.       Самый настоящий человеческий водоворот захлестнул Грейса, завлекая в широкий спуск метрополитена. Аромат хлорки и жженой резины ударил ему в нос. Но Тобиас любил этот запах. Блаженно закрыв глаза, омега вдыхал его полной грудью. Мужчину не смущали бездомные и нищие, что лихо шныряли по вагонам, спасаясь от вездесущей полиции. Бродячие актеры и музыканты вовсю зарабатывали себе на хлеб, распаковав инструменты, разрывая от натуги глотки, в попытке заглушить гомон метро. Тоби послушно встав в очередь, дожидался своего поезда. Перед ним стояли такие же усталые работяги, готовые заснуть в любой момент.       Вот гул стал громче, послышался скрип и вагоны распахивают свои двери для страждущих. Народ гурьбой вваливается внутрь. Счастливчики, в числе которых оказался Тоби, занимают сидячие места, позволяя своему телу отдохнуть. Остальные же, вынуждены хвататься за поручни, набиваясь, как шпроты в банку. Поезд тронулся, роняя нескольких зазевавшихся, и пустился в путь по своему маршруту.       Уже через пять минут многие, включая Тобиаса, тихонько дремали, облокотившись на окна и чужие плечи. Под медленное покачивание и едва слышный шум колес кто-то умудряется читать. Приезжие, не знавшие ранее этого транспорта, смотрят на них с интересом и любопытством.       Новая остановка и Грейс, как по волшебству, просыпается и идет к своему любимому супермаркету «Рокки». Его короткие русые волосы за время поездки заметно растрепались и напоминали гнездо. Но парня это ни капли не заботило. Единственное, что он сделал - опустил задравшийся свитер. И то, не для того, чтобы выглядеть лучше. Просто для удобства. Да и к тому же, зачем Тоби красоваться? Перед кем? Его природный запах, пусть пока и не сильно ощутим, но уже скоро станет явным и отпугнет любого желающего завладеть его сердцем или, на худой конец, телом.       Взяв корзинку, сплетенную из тонких металлических прутьев, омега тот час пошел к своему любимому отделу — ликеро-водочному. Выбрав себе на сегодня в спутники большую прозрачную бутылочку с зеленоватым мартини, он принялся размышлять, что лучше взять на закуску. Ужин ведь никто не отменял и пускай это будут только магазинные хот-доги или пара плиток шоколада.       Погрязнув в своих мыслях, Тобиас и не заметил, как кто-то положил ему руку на плечо. От неожиданности мужчина вздрогнул и обернулся всем телом. — Здравствуйте, мистер Грейс, — улыбаясь, произнес молоденький альфа.       Омега тут же ожил и добродушно улыбнулся в ответ. — Привет, Уилли. Как же тебя занесло сюда? — намекая на отдел, спросил он. — Не рано ли? — Мистер Грейс, — юноша зарделся. — Мне вообще-то уже восемнадцать… — А пить крепкий алкоголь можно с двадцати одного, — закончил за него Тоби.       Альфа только больше смутился. Опустив голову вниз, он скрестил за спиной руки. — Да нет, я просто увидел вас и решил подойти… — он заламывал пальцы, то и дело, сжимая жёсткую ткань джинсов.       Тобиас смотрел на эту огромную тушу, которая в данную минуту мялась, словно, младшеклассник, получивший двойку и вызванный на ковёр к отцу, и добродушно улыбался. Однако, даже сейчас этот восемнадцатилетний юноша был похож на своего отца. Высокий, статный. Иногда, когда он летом навещал отца в фирме, из-под лёгких футболок и маек виднелось крепкое поджарое тело. Густые черные волосы парня всегда были аккуратно уложены, на висках и затылке они были почти ежиком сбриты, а к макушке становились длиннее. Высокие скулы омега считал фамильной чертой всех Корденов. Ведь они делали и без того похожих родственников копиями друг друга. А большие, карие, полные наивности и доброты глаза, выдавали в прекрасном Уильяме, милого мальчика Уилли.       Тоби так и хотелось подойти к альфе и растрепать его шевелюру. Он бы это и сделал, но это могло еще больше смутить юношу, да и при всем магазине. Хотя-я-я… — Приятно слышать, — он все-таки подпортил прическу Уиллу, но того, по-видимому, это лишь порадовало. — А можно составить вам компанию, пока вы будете закупаться? — вежливо спросил Корден. — Конечно, заодно расскажешь, как дела с экзаменами. Ты ведь в этом году поступаешь в университет? — говорил омега, сворачивая в следующих отдел. — Да, мистер Грейс, — проговорил юноша, глядя на продукты, что выбирал Тоби. — Я усердно готовлюсь. Хотя, думаю тут нас больше пугают. — Ты прав. По личному опыту, скажу, экзамены проще, чем о них говорят, — он сжал в руке упаковку пончиков, предаваясь воспоминаниям. — Это учителя рассказывают так, чтобы вы готовились усерднее.       Подумав, мужчина положил сласти обратно. — Ну, полагаю, мне следует пойти на кассу, — уведомил он спутника. — И я с вами, — спохватился тот. — Но ты же и не взял ничего, кроме пачки начос? — Я… — альфа призадумался. — Я так и хотел в общем-то… — Ну, ладно, — Тоби пожал плечами. — Пойдем тогда.       Ловкая кассирша-омега, быстро посчитала товары Грейса, а вот с покупкой Уилла повозилась специально. Она, то и дело, строила глазки привлекательному парню, всячески заигрывая с ним. Хотя тому это явно было побоку. Корден прожигал взглядом спину своего спутника, который, упаковав все, уже собирался уходить.       Лишь когда полу-рыком Уилл приказал кассирше «Быстрее», она наконец принялась за свою работу.       Нагнать омегу брюнет смог уже в дверях. — Мистер Грейс, — прикрикнул он, несильно хватая Тобиаса за руку. — А у вас сейчас свидание намечается?       От такого заявления Грейс опешил. Он еще некоторое время стоял с удивленным взглядом и пытался понять, с чего у Уилли такие мысли. В один миг ему очень захотелось ударить себя со всей силы ладонью по лицу. Конечно же, в его продуктовой корзине был просто набор для свидания, плавно переходящего в «ночные забавы». Алкоголь, свечи (приготовленные для расслабляющей ванны), конфеты и готовая курица-гриль. Тоби уже хотел сказать правду, как в нем взыграла омежья гордость. Пусть хотя бы этот юнец думает, что у него все в порядке с личной жизнью. — Да-да, — неуверенно начал он. — Свидание. Как раз дома будет. Да, дома.       После этих слов Корден заметно помрачнел, но мужчина был слишком увлечен разглядыванием пакета, чтобы увидеть это. — Он заберет вас? — Уильям сделал акцент на первом слове. — А, нет. У него еще работа. — Тогда, вы не против, если я подвезу вас?       Тобиас не хотел соглашаться. Его запах с каждой минутой был сильнее. Но щенячий взгляд альфы заставлял его изменить решение. — Ладно, — тяжело вздохнув согласился он.       Корден тот час ожил, выхватив пакет из рук Грейса, понесся к своему авто. Сев на место водителя, он положил пакеты на заднее сидение, затем открыл пассажирскую дверь, приглашая туда Тоби. — Кстати, не знал, что ты водишь, — проговорил тот, пристегивая ремень.       Брюнет усмехнулся. — Уже с шестнадцати лет. Не бойтесь, я аккуратный водитель, — глядя прямо в глаза собеседнику произнес он. — Я и не боюсь, — омега тепло улыбнулся. — Даже скажу так, готов доверить вам, мистер Корден-младший, свою жизнь. — Вы представить не можете, как лестно слышать это, — едва слышно, произнес Уилл, заводя мотор.       До Тоби не дошел смысл сказанного, он бы слишком занят отогреванием своих продрогших рук и мысленно корил себя за столь легкую одежду. Проверив время на телефоне, мужчина понял, что еще может успеть на свой любимый сериал и его не придется искать в интернете. Он улыбнулся сам себе. Вот только его «водитель» воспринял все эти действия иначе.       Уилл переменился в лице. Пропала вся его детская непосредственность. Ее сменила серьезная маска. Парень молча выкрутил руль, выезжая с парковки.       Многомиллионный город сиял множеством огней. Люди торопливо шныряли кто-куда. Разморенный Тобиас было расслабился в кресле, когда почувствовал, как усилился его аромат. Он взглянул на альфу и по его подергивающим ноздрям понял, что тот уловил смрад. Омега молча опустил окно. Холодный воздух тут же прокрался в салон, окончательно избавив Грейса от сна.       «Скорее бы доехать», — думал он, нервно постукивая пальцами по коленям.       Стоило машине только затормозить в одном из уютных спальных районов, как Тоби вылетел из нее, забыв о продуктах. На открытом воздухе его запах вновь стал менее ощутим, однако омега все же решил не искушать судьбу и как можно скорее оказаться дома. — Вы забыли пакет, — сказал брюнет, возвращая ношу владельцу. — Спасибо тебе большое, Уилли, — Грейс улыбнулся. — И что бы я без тебя делал?       Альфа снова по-детски просиял. — Я могу еще помочь донести до вашей квартиры.       Вот тут омегу даже передернуло и он поспешил ретироваться. Он выхватил пакет из рук Кордена и направился в сторону подъезда, обронив напоследок: — Спасибо, но не стоит. Лучше езжай поскорее домой, поздно уже.       Уильям остался стоять на месте, с тоской глядя вслед уходящему мужчине.       Придя домой, Тобиас скинул с себя верхнюю одежду, за которой последовали классическая белая рубашка и строгие черные брюки. Порывшись в шкафу, он облачился в старую разношенную футболку и свободные семейные трусы в горох, которые днем были скрыты чопорным имиджем секретаря. Разогрев себе ужин, он налил мартини с соком в обычную кружку из которой пил чай или кофе. Сериал уже начался, но мужчина успел пропустить только заставку.       Расставив все на кофейном столике, он начал свою трапезу, обильно сдабривая каждый кусочек пряного белого мяса чуть ли не полной кружкой горько-сладкого напитка. И вот, уже через считанные часы, к Тоби явился альфа его мечты. Он был, как всегда, нежен и ласков. Его совершенно не волновал запах или внешность омеги. Это заставляло мужчину с еще большей охотой уходить в мир иллюзий. Pov Уильям.       Я был просто вне себя от злости. А ведь как же хорошо все начиналось. Я ехал домой после курсов для подготовки к сдаче экзаменов и словно невидимые силы одернули меня. Резко захотелось каких-нибудь снэков и ради них я заехал в первый попавшийся магазин, а там встретил его. Мистер Грейс был, как всегда, прекрасен. Да, он не похож на тех ребят с обложек журналов или из сериалов с фильмами, но я влюбился в его добрую и теплую улыбку, еще когда в двенадцать лет случайно столкнулся с ним — младшим помощником секретаря. Признаюсь, этот бета сначала не сильно привлекал меня, особенно в сравнении с другими секретарями работниками омегами. Но мистер Грейс, Тоби… Он принял меня за заблудившегося в огромном здании ребенка, который что-то хотел передать родителю. В этом была доля правды. Тогда мы просидели часа два, разговаривая обо всем. Тоби поил меня чаем с пончиками, одновременно перепроверяя какие-то отчеты. Мне-то он и пожаловался, по секрету, что его так называемый «наставник» ужасно халтурит, подворовывает, уходит пораньше, да еще и свою работу на него скидывает.       Сейчас, когда я лучше знаю мистера Грейса, могу сказать, что у него попросту сдали нервы. Да и мешки под его глазами, оттеняемые почти белой кожей, говорили не о самом нормированном трудодне. После этого я стал активно предлагать отцу его кандидатуру и тот, проверив Тоби различными поручениями, отметил мою хватку в выборе подходящих людей. По правде говоря, я рад, что смог внести свою лепту в получении Тоби должности. Кстати, в то же время, началась моя к нему безответная любовь.       Я старался как можно чаще заходить к отцу, только бы увидеть его там. Как мистер Грейс сидит за своим столом, удрученно изучая какие-то бумаги. Как его короткие волосы падают ему на глаза, а он, не отрываясь от листа, тщетно пытается убрать их назад. А лучше всего, когда Тоби замечает меня. Его лицо сразу озаряла улыбка. Я просто млел, слыша его сладостный, нежный голос. А потом, мы вновь садились вместе перекусить.       И тут перед моими глазами вновь предстала картина, как он мечтательно смотрит в телефон, как, смущаясь, говорит о своем сегодняшнем свидании. Я с силой сжал руль, даже пальцы побелели. Злость переполняла мой разум, словно сжимая горло в тиски. Когда я чуть не врезался в проезжающую мимо машину, пришлось съезжать на обочину.       Быстро открыв окно, я запустил пальцы в волосы, откинув голову назад. — Чем? — прорычал я. — Чем я хуже какого-то другого мужика?!       Со злости я двинул кулаком по рулю. Послышался пронзительный гудок, даже кошка, сидевшая рядом с машиной, подпрыгнула. Это немного отрезвило меня. — Ну почему же он считает меня ребенком? — глупо, ответ ведь знаю.       Как же еще Тоби относится к тому, кого он видел на Хеллоуин в костюме щенка с пакетом конфет. Но, как там отец говорил - «Альфы всегда должны добиваться своего»? Отлично, так и поступим. Тем более, что это была последняя капля.       Насколько я знаю, все любят подарки, так что начать я решил с них. Найдя в интернете очень милого плюшевого белого мишку, я оформил доставку. Когда менеджер по телефону предложил добавить к игрушке записку, я решил, что идея хорошая. Вот только личность свою раскрывать пока рано. Поэтому, косолапый пришел с красивой открыткой, оформленной под винтаж, в которой каллиграфическим почерком красовалось: «Тобиасу Грейсу, самому красивому работнику фирмы, от тайного воздыхателя». Заезженное, конечно, но все же, думаю, романтично.       На следующий день, придя «проведать папу», я увидел чудную картину: мистер Грейс, счастливо улыбаясь, прижимал к себе мою игрушку. Его мечтательный взгляд заставил мое сердце биться с новой силой. Так хотелось подойти и прижать его к себе, обнимая. Но пока рано. — Здравствуйте, мистер Грейс, — отозвался я.       Он от неожиданности подпрыгнул на своем стуле. Забавный. — А, Уилл, привет, — медвежонок так и сидел на его коленях. — Откуда игрушка? — Да, подарил кто-то, — смущается, прелесть. — Милый, правда?       Он посмотрел мне глаза, протягивая подарок. — Да, очень, — «но ты все равно милее». — А ты к мистеру Кордену? — отложив медведя, спросил Тоби. — Да. — Но у сего сейчас переговоры, знаешь… — не дав договорить, я перебил его. — А, ну тогда ясно, — я развернулся на сто восемьдесят . — Извините, пока.       Поступил как идиот. В отражении на стеклянной двери я увидел удивленный взгляд мистера Грейса. Но, ведь я даже не придумал что сказать отцу. Поэтому, такой поворот событий мне на руку.       Раз первая попытка удалась, я стал буквально заваливать его различными подарками. Поначалу это были только мягкие игрушки. Затем пошли цветы. Причем я, иногда, тайно наведывался в офис и, подсматривая, оценивал, какие ему больше нравятся.       Я был в восторге, видя как он радуется каждой посылке. Мне хотелось сделать для Тоби как можно больше. Но все пошло прахом, когда я решил прислать более дорогой презент.       Сразу после школы, я вновь решил наведаться к отцу. Но в приемной, вместо улыбчивого лица моего любимого, я увидел, как он сидит мрачнее тучи и с опаской смотрит на бархатную коробочку. — Мистер Грейс, что-то случилось? — спросил я, подходя к нему. — А, — он отвел глаза. — Да…нет. — Мистер Грейс, не врите. На вас лица нет.       Тобиас молчал. — Вы же знаете, что я не отстану, пока все не узнаю, — настаивал я, придвинув стул к его столу.       Тоби тяжело вздохнул и начал свой рассказ. — Пару недель назад мне начали приходить разные вещи, подарки, — он не смотрел на меня. Его взгляд был направлен на канцелярию на столе. — Я тогда радовался. «У меня появился воздыхатель» думал, — кажется, вот-вот заплачет. — А потом мне начали присылать цветы. И ладно бы только их. К каждому шли записки. Этот, — Грейс до хруста сжал кулаки. — человек, пытался общаться со мной через них. Он спрашивал обо всем и словно следил за мной. Ну, знаешь, букеты стали присылать только из тех цветов, что мне нравятся больше, да и приписки стали более, — он вспоминал слово. — интимными что ли. Только близкие люди, знали все это.       «Черт, вот тут однозначно мой косяк! Да чтобы я еще раз делал что-то, как в этих сопливых мелодрамах. » — корил я себя. — А сегодня пришло это, — Тоби ткнул пальцем в коробку. — Я много читал и смотрел, знаю, что подобное преследование ничем хорошим не заканчивается. А самое худшее всегда начинается после дорогих украшений. — Мистер Грейс, не стоит так бояться, — я старался его успокоить. — Нет, Уилл. Ты просто слишком юн, не понимаешь… — он схватил меня за руку, глядя в глаза. — Я все понимаю и мой возраст тут не причем, — кажется его настроение и тревога начали передаваться мне. — Вам лучше успокоиться. Давайте я вам чай сделаю. — Я не могу быть спокоен! — мистер Грейс переходил на крик. — Как я вообще могу успокоиться! Назови хоть одну причину! — Да это мои подарки! — на одном дыхании выпалил я. Упс. Pov Тобиас.       Я помню тот теплый октябрьский день, когда впервые увидел его. Когда двенадцатилетний Уилли оказался на пороге моей приемной, я не мог не умилиться. Тогда он пребывал в том возрасте, в котором совсем маленькие альфы начинают превращаться в красивых и статных взрослых, но вот только по Кордену младшему этого сказать было нельзя. Округлые щечки, лицо с россыпью веснушек и милые завитки черных волос делали его совсем ребенком. Только ломающийся голос выдавал скорые перемены.       В тот момент, я не заметил между ним и шефом особого сходства и, решив что этот ребенок заблудился в поисках родителя в огромном здании, напоил его чаем со своим обедом — пончиками. Будучи заваленным по горло бумагами, с которыми должен был работать экс-секретарь и мой бывший начальник, что в очередной раз ускользнул на свидание, я не мог принять участие в трапезе. В итоге альфочка съел их все.       После этого мы начали часто видеться и общаться. Каково же было мое удивление, когда я узнал, чей он ребенок. Правда, на наши отношения это не повлияло. У меня даже до сих пор хранится фото нескольких его хеллоуинских образов. Смотря на них, я мечтал о таком же умном и добром сыне. Наверное поэтому, услышанное мной сейчас повергло меня в шок.       Я буквально замер на месте, просверливая его взглядом насквозь. Да, конечно, я всегда мечтал, чтобы красивый альфа признался мне. Но сейчас я чувствовал себя педофилом. Уилли ведь совсем еще ребенок, мальчик по сравнению со мной. И это я еще молчу о своей «особенности». Да врагу не пожелаешь быть с таким омегой, как я.       Или может… Может это только его глупый розыгрыш. Все в молодости делали глупости. Вот Уилл, например, решил подшутить над секретарем своего отца. — Прости, что ты сказал? — я решил дать ему возможность одуматься, сказать, мол «перепутал» или «не в том смысле.» — Это розыгрыш? — Я. Вас. Люблю, — проговорил он с акцентом на каждом слове. — И все подарки были мои, от чистого сердца. — Но этого не может быть! — я, вспылив, вскочил со стула. — Почему? — кажется Уилл правда не понимал. — Ну хотя бы потому, что я тебе в отцы гожусь, — говорил я уже спокойно, присев обратно и устало потерев переносицу. — Но это же не проблема! — упертость самого настоящего альфы. — В мире миллионы пар с разницей в возрасте больше, чем у нас! — Не только в возрасте дело, — я тяжело вздохнул. — Пойми, просто мы с тобой не можем быть вместе. Лучше брось это гиблое дело. Уверен, в твоем окружении куча омег, которым ты нравишься. — Но мне-то нравитесь вы, хоть и бета!       А вот это даже несколько обидно. Хотя тут я сам виноват, внешность у меня не омежья, а от спреев и таблеток запаха нет. — Я омега, — от этих слов лицо Уилла заметно вытянулось. — И давай уже прекратим этот глупый спор, я устал. — Но ведь..., — было выкрикнул он, когда послышался писк селектора. — Мистер Корден, — обратился я к боссу, жестом приказывая его сыну молчать. — Тоби, зайди ко мне, нужно обсудить завтрашнюю встречу. — Хорошо, мистер Корден, — как только разговор с начальством был завершен, я отпустил кнопку и обратился уже к брюнету. — Прости, но мне надо работать. Так что на этом разговор окончен.       Я развернулся, доставая с полки записную книжку и еще пару папок, которые забыл отдать вчера. Спиной я чувствовал, что взгляд парня направлен на меня, но старался не обращать внимания. И только когда я уже подошел к кабинету, из-за спины послышалось: — Но я не сдамся!       Глупый, глупый мальчик.       Последующие дни стали для меня настоящей проверкой на прочность. Подарки возобновились, только дорогих украшений не было. Мало того, альфа наведывался почти каждый день и просто сидел рядом, заводя непринужденные разговоры. Правда, в конце все равно все сводилось к его просьбе сходить на свидание, в котором я ему каждый раз успешно отказывал. Иногда, подкараулив меня после работы, Уилл предлагал подвезти до дома. В первое время я отказывал, а потом, решив, что раз ему ТАК этого хочется, пусть везет. Все равно ему ничего не светит. Я прекрасно знаю, что будет, если дам слабину. Если позволю нам сблизится, то, быть может, тоже почувствую к нему нечто большее, чем просто чувства родителя к ребенку. А когда настанет течка и скрыть мой запах станет невозможно, он точно одумается. Поймет, что лучше найти нормального молодого и красивого омегу, или альфу с бетой. Любой будет лучше. А мне только и останется, что, горюя, спиваться, жалея себя, да собирать остатки разбитого сердца. Если уж в пьяную голову не придут суицидальные мысли.       Хотя, если говорить откровенно, то в душе мне было приятно его внимание. Наконец-то я ощутил себя желанным. Наверное, так чувствовали себя мои одноклассники, после первой течки. Стоило только увидеть его улыбку, как в груди становилось теплее. Казалось, что сердце бьется быстрее. Должно быть, все это из-за того, что скоро меня ждут четыре дня мучений.       Альфа в мои планы посвящен не был и к словам не прислушивался. Даже сейчас сидит напротив меня, уминая шоколадные пончики и рассказывает о школе. — Кстати, мистер Грейс, а вы давно были в кино? — сказал он, пододвигаясь ко мне. — Я в сотый раз говорю тебе: нет! Я никуда не пойду с тобой!, — вновь ответил я, разыскивая в столе нужную папку. — Но в этот раз вы просто обязаны пойти! — Уилли настаивал, даже десерт отложил. — С чего бы? — я удосужился поднять на него глаза. — У меня будет День Рождения, а это будет лучший подарок от вас, — альфа смотрел на меня щенячьими глазами.       Трудно ему отказать в такой ситуации, но я пытался сдержаться. — Нет, — я отвернулся, — лучше просто куплю тебе что-нибудь. — Ну пожа-а-алуйста! — вел он себя, как ребенок, даже губу нижнюю выкатил, будто плачет. — Чего вам стоит?       «Тоби, это только в честь его праздника! Один раз сходишь и все, отошьешь под каким-нибудь предлогом», — убеждал я сам себя. — Ладно, только один раз, — тяжело вздохнув, я вынес решение. — Спасибо вам огромное! — Корден попытался меня обнять, но я увернулся.       Выбрав искомую папку, я пошел к его отцу, оставляя парня в одиночестве. Pov Автор.       Несмотря на начало осени, на улице все еще было тепло. Деревья носили на себе зеленый убор, а горожане могли позволить легкую одежду. Приветливое солнце мягко отогревало старинные улицы центра и отражалось в стеклянных многоэтажках. В парках и на площадях было оживленно. Многие решили потратить свой выходной на возможность понежиться в приятном жаре последних теплых дней.       Переминаясь с ноги на ногу, Уилл стоял у огромного здания многоуровневого торгового центра. Из-за автоматических дверей то и дело слышалась музыка и гул голосов, но парень не обращал внимания. Он также не смотрел в сторону молодых людей и девушек, что пытались заигрывать с ним. Корден был слишком занят, разглядывая время на своих часах. Дело было не в том, что его спутник опаздывал. Как раз наоборот, Уильям пришел чуть ли не на два часа раньше, потому что просто больше не мог сидеть дома в ожидании.       Всю ночь его мучили кошмары, в которых омега попросту отшивал его, называя ребенком. А после, хватая под руку какого-то рослого красавчика, со смехом уходил. От этого парень подскакивал на кровати в холодном поту, а стоило ему снова задремать, как это повторялось и так до утра. Поэтому проспал он не больше двух-трех часов. Расшатанные нервы, пропитанные крепким кофе, давали о себе знать. — Ну здравствуй, — послышался знакомый голос из-за его спины.       Альфа повернулся и расплылся в довольной улыбке. — Я так рад вас видеть! — он чуть не кинулся омеге на шею, но тот жестом остановил его. — То, что я согласился придти не говорит о том, что я разрешу тебе распускать руки.       Корден послушно повиновался своему спутнику. По-джентельменски пригласив Тоби войти, они сразу направились к кинотеатру. Омега то и дело осматривался по сторонам. Он прекрасно видел, как на них пялятся окружающие. В глазах людей они были только отцом и сыном, что решили прогуляться по магазинам. Поэтому Грейс не удивлялся, видя как с альфой заигрывают другие подростки.       «Так напоминает детство, семейные походы в кино. Только теперь в качестве родителя я », — думал Тобиас, вдыхая сладкий запах сладкой ваты, что делали неподалеку. — «Вот же упертый мальчишка», — он перевел взгляд на сияющего Уилла. — « мог бы отпраздновать с друзьями или пофлиртовать с милой бетой-блондинкой, что не сводит с него взгляда », — омега мельком взглянул на девушку у ресторанчика быстрого питания. — «Нет же! По нраву ему такой старик, как я! Может он геронтофил?», — неожиданно даже для себя заключил мужчина.       А Корден, украдкой наблюдающий за ним, воспринял взгляды Грейса по своему.       «Он ревнует? Неужели он ревнует меня?», — счастью парня не было предела. — «Но не волнуйся, Тоби, ты все равно самый лучший!». — он схватил Тобиаса за руку и потащил вперед быстрее.       Тот подумал вырваться, но решил дать хотя бы такую поблажку Уиллу в его праздник. Корден купил закуски себе и своему спутнику и настоял на том, что сам все оплатит. А когда омега-билетер попытался с ним заигрывать, назвав Тоби «очень милым папой». Альфа рыкнул так, что напугал обоих омег.       Фильм выбрали сразу, и Уилл, и Тоби, отметая романтику и ужасы, сошлись на фэнтези. Сначала они оба не отвлекаясь следили за сюжетом, постоянно сталкиваясь пальцами в ведерке с попкорном. Из-за чего смущались, кстати, тоже оба. Тоби мысленно корил себя за это, называя «старым идиотом, что не в силах сдержать свои эмоции». А в это время, на задних рядах уже можно было снимать порнофильм. Вот только нашим киноманам было не до того.       К середине, Уилл уже мирно посапывал у омеги на плече. Грейс совершенно не хотел его отталкивать. Даже наоборот. От такого легкого, ненавязчивого прикосновения по телу мужчины расходилось ласковое тепло, заставляющее какие-то потаенные части души дрожать и жаждать большего. Но Кордену об этом он решил не говорить. Мало ли что он там себе напридумывает.       По окончанию сеанса, брюнет пригласил возлюбленного перекусить где-нибудь и тот не стал отказываться. Выбор пал на кафешку, где делают исключительно сладости. Корден так решил сделать сластене-омеге приятное.       Они сидели за столиком у окна, попивая ароматный цветочный чай и поедая сладкие цветные кексы. Тобиас беспрестанно жмурился от удовольствия, поглощая кусочек за кусочком, а Уильям с счастливо наблюдал за этой картиной. Вдруг их отвлек какой-то стук. Маленькая девочка, постучав им в окно, улыбаясь махала крохотной ручкой. Омега тут же с нежностью посмотрел на нее, но в тоже время в его глазах была какая-то печаль. — Эх, — вздохнул он. — повезло кому-то. Такая милая малышка.       Альфа всеми силами хотел поддержать его. Порывался обнять и сказать, что сможет подарить ему семью с таким же маленьким чудом. Но брюнет боялся спугнуть и без того не слишком настроенного на сближение мужчину. Вместо этого он просто накрыл худую узкую ладонь омеги своей, большой и крепкой.       Тоби, заметив что сделал Уилл, решил опять все спустить на самотек. Он чувствовал, как сердце внутри ликует, но и это списал на скорую течку.       После чаепития Корден предложил немного прогуляться по скверу. Грейс и не думал отказывать. Они мило беседовали, прямо как там, в офисе. Гуляли у разных лавочек, в одной из которых, Тобиас купил кулон с изображением волка и подарил его Уиллу. Юноша был на седьмом небе от подарка и сразу же надел его. Когда на их пути появилась лавочка с духами и спреями для скрытия или улучшения аромата омег, альфа невзначай произнес: — Я вот понять не могу, зачем они поливаются этой гадостью?! — говорил он, не глядя на идущего рядом Грейса, которого передернуло. — Или реально думают, что какая-то химическая бурда сможет скрыть их природный запах?! — парень усмехнулся, а спутник сжал кулаки. — Вот придурки! Если природа даровала вам какой-то аромат — не выеживайтесь и живите с ним! Какой-бы странный он не был, вы обязаны гордится им.       Тобиас чувствовал, как с каждым словом Кордена что-то внутри него надламывается и холоднеет. В груди стало так больно, словно сотни игл воткнули разом. Обида, страдание и отчаяние медленно переходили в гнев. Когда он затмил разум, Тоби выпалил: — Ах так! Мне все это уже надоело! Достало играть с тобой в детский сад! — его руки добела были сжаты в кулаки, а на глаза, казалось, выступили слезы. — Через два дня приходи по адресу, что я скину тебе по телефону, и мы раз и навсегда прикроем эту клоунаду!       Развернувшись, Грейс почти бегом направился к метро. А Уилл так и остался стоять, как вкопанный, и смотреть ему вслед, так и не понимая, в чем провинился.       «Идиот! Какой же я придурок!» — думал омега, сидя около какой-то старушки в поезде. Его горло сдавил противный ком, мешающий глотать. — «Как я мог поддаться этому сопляку! Ведь заранее знал, что ничего не выйдет!» — мужчине стало душно и он расстегнул свой пиджак. — «Благо хоть это не так далеко зашло. Я еще не успел проникнуться к нему», — врал он сам себе, чувствуя, как сердце рвется на куски.       В назначенный день Корден пришел по уже давно известному ему адресу, к квартире Тоби. Когда парень понял, куда ему предстоит идти, он долго раздумывал на тем, что его ждет. В сознании всплывали картины, одна хуже другой. То парень представлял себе огромного бугая-альфу, с которым живет его возлюбленный; то думалось, что Грейс снова врал и он вообще альфа; а порой, вспомнив сопливые новомодные сериалы, он боялся застать там своего же обнаженного отца. Но, собрав волю в кулак, альфа все же поднимался по ступенькам.       Почти дойдя до нужного этажа, Уильям уловил отголоски мерзкого запаха, но решил, что почудилось. Ароматы его нос всегда улавливал и распознавал с трудом, только острые и химические запахи он ощущал в полной мере.       Позвонив в дверь, юноша принялся ждать, скрестив дрожащие пальцы в замок. Из квартиры сначала не донеслось ни звука, но через пару минут послышались шаги. Ключ в замке провернулся пару раз и вот перед Уиллом предстал Тоби, только вот было в нем что-то странное. Волосы омеги были влажные и всклоченные. Мужчина тяжело дышал. Его лицо, губы и уши были розовые словно от смущения, а тело слегка подрагивало. «Течка», -пронеслось в сознании парня.       Разглядывая Грейса, брюнет даже не сразу уловил гадкий запах, которым был пропитан его дом. Но почуяв его, лицо парня исказилось. — Вот это и есть главная причина, по которой между нами ничего не может быть, — говорил холодно Тобиас, опираясь рукой на дверь. — Что? — собеседник словно очнулся ото сна. — Я говорю про этот ужасный запах. Это мой естественный аромат, а в течку, как сейчас, нормальному человеку им дышать просто не возможно, — мужчина тяжело вздохнул. — Тебе лучше уйти, пока мой организм не начал меня сильнее мучить из-за присутствия альфы, — он попытался закрыть дверь, но юноша не дал ему это сделать. — А что будет с нами потом? — спросил он, осоловело глядя на собеседника.       Тоби, отвернувшись, снова вздохнул. — Уилл, ты должен понять, никаких «нами » не будет. Сам пораскинь мозгами, ну вот зачем тебе нужен престарелый омега с ужасным запахом, когда вокруг столько милых и красивых молодых людей и девушек? — в голосе омеги слышались грусть и мольба, он сдерживался, чтобы не выпустить эмоции. — Пожалуйста, уходи и прекрати все свои попытки. Ими ты сделаешь только хуже. Я не смогу всю жизнь подавлять свой запах, а тебе рано или поздно надоест жить с таким дефектным омегой. Прошу, — почти беззвучный шепот. — Молю тебя! Уходи, пока я еще смогу все забыть и жить дальше! — слезы предательски выступили на его глазах.       Корден был растерян. Он любил, по-настоящему любил этого человека. Но только его аромат. Забывать того, о ком были мысли вот уже семь лет или рискнуть всем?       «Если я сейчас уйду, все правда закончится? Неужели все,что было между нами,станет пустым воспоминанием? » — думал парень, глядя в пол. — «Если я приду к отцу, Тоби сделает вид, что не знает меня. Он будет мил с кем-то еще, угостит его пончиками», — сердце словно порезал холодный клинок. Увидев слезы любимого, он вздрогнул.       Тело среагировало машинально. Альфа, подхватив Грейса, зашел в квартиру и поцеловал его. Прикосновение губ было детским, неуклюжим. Уилли обнял Тоби, крепко прижав тощее разгоряченное тело к своему, крепкому и поджарому. Одна рука парня скользнула под большую домашнюю футболку омеги. Она поднималась выше, касаясь плоского живота, задевая бугорки и впадинки ребер. Когда подушечки пальцев коснулись твердых горошин сосков, Грейса словно током прошибло. Он со стоном подался вперед , приоткрыв рот и Уильям, пользуясь моментом, углубил поцелуй. Огладив небо, он начал ласкать чужой язык, завлекая его в свой страстный танец.       У Тоби подкашивались ноги, а Уилл был уже не на шутку возбужден. Он подумывал сменить позу на более удобную, когда отголосками разума, замутненного похотью, заметил, что входная дверь открыта нараспашку. Придерживая любовника, юноша захлопнул ее. А после, подхватив мужчину, как невесту, понес его в единственную комнату, которая, очевидно, была спальней.        Тобиас очень плохо соображал, течка была на пике. Его нижнее белье успело намокнуть и пропитаться смазкой, поэтому он послушно повиновался более сильному самцу. Позволил раздеть себя, стонал, когда альфа ласкал его грудь, сжимая соски. Омега хватался руками за крепкую спину, когда любовник оставлял на его шее красные отметины: укусы и засосы. Мужчина не успел понять, когда Уилл избавился от одежды. Тоби наслаждался приятными ощущениями от касаний к нежной, еще не успевшей огрубеть, коже, проводя дорожкой вниз к плохо выраженным кубикам пресса.       Наконец-то стянув нижнее белье с партнера, альфа сначала прикоснулся к возбужденному члену омеги пальцами, слегка надавив на головку, затем лизнул его, собирая выступившие капли спермы.       Тоби наслаждался новыми для себя ощущениями, но только свербящий зад не давал утонуть в них в полной мере. — Хв…хватит, — с трудом проговорил он, раздвигая ноги и подсказывая Уиллу, что делать дальше.       Не понять такой намек было трудно. Корден, собрав немного выступившей смазки пальцем, приставил его к анусу Грейса и слегка надавил. Мужчина просипел что-то невнятное, сжимая пальцами простынь. — Тише, тише, — нежно проговорил Уильям и провел языком по уздечке на пенисе Тоби. Когда пальцы спокойно вошли в разгоряченное нутро, парень не останавливаясь ласкал член возлюбленного. Он уже давно перестал обращать внимание на естественный аромат омеги. Для него не существовало ничего, кроме Тобиаса - человека, которого он любил с детства, которого так долго хотелось сделать своим.       Когда Грейс уже был достаточно растянут, Уилл приставил свой член к расслабленному колечку мышц и начал медленно входить. Тоби кряхтел и постанывал, окончательно срывая руками постельное белье. Перед тем, как войти целиком, брюнет наклонился к партнеру и сплел их уста в поцелуй. Когда он сильнее толкнулся внутрь, Тобиас простонал, не разрывая поцелуя, и обнял любовника за шею.       Вскоре вся комната наполнилась стонами, периодически срывающимися на крики. Кровать ходила ходуном, ударяясь о стену. Пошлые шлепки и хлюпанье все больше распаляли любовников.       Кончая в очередной раз, омега впился ногтями в спину альфы. Тот, зарычав, несильно прикусил плечо партнера и излился внутрь него. Когда Грейс понял что к чему, было уже поздно, узел сковал их на несколько часов. Шокированный альфа попытался сделать еще несколько толчков, но те принесли лишь неприятные ощущения обоим. Обессиленные любовники задремали в объятиях друг друга.       Когда разум вернулся к ним, за окном было уже темно. Тоби и Уилл лежали вместе на смятой кровати. Грейс пригрелся на широкой груди Кордена, а тот нежно гладил его по голове, взъерошивая волосы. — Почему ты не ушел? — хрипло спросил Тобиас, сильнее прижимаясь к молодому телу. — Я же говорил, что люблю тебя, — парень легко поцеловал его в макушку. — Я хочу, чтобы мы всегда были вместе. — А как же запах? — на этот раз омега смотрел в глаза своему любовнику. — Я уже привык к нему и он мне не мешает. К тому же, я хочу быть с тобой, а не с ароматом. Если хочешь, могу сделать операцию по отключению рецепторов, — без доли фальши ответил брюнет. — И все-таки, вдруг ты передумаешь. Ведь ты так молод, Уилл. — Ну раз за семь лет я не передумал, — глаза у Тоби округлились. — Тоби, я люблю тебя с нашей первой встречи и не было и минуты, чтобы я посмотрел на кого-то еще.       У омеги отвисла челюсть, а альфа, пользуясь возможностью, глубоко поцеловал его. — Стой-стой, — попросил Тобиас, когда почувствовал, как сильные руки сжимают его ягодицы. — Что случилось? Я…я сделал что-то не так? Я был недостаточно хорош? — испуганно затараторил Корден. — Д-да, прости, пожалуйста, просто это был мой первый раз и… — Первый раз?! — мужчина закричал так громко и страшно, что закашлялся. — Ну да, — смущенно сказал юноша. — Я ведь сказал, что всегда любил и хотел только тебя. — Но, то, что ты творил сейчас… — Все мальчики и многие девочки смотрят порнофильмы, представляя себя и своих любимых, — лицо у Уильяма было малиновым от стыда.       Грейс завалился на кровать и накрыл лицо подушкой. — Чувствую себя педофилом, — пробормотал он.       Глубоко вдохнув, он ее откинул. Затем, с трудом сев, подполз к альфе, который, казалось, хотел сквозь землю провалиться и легко чмокнул его в щеку. — Что же, тогда, полагаю, это был первый раз для нас обоих. Предугадывая твой вопрос. Да, я тоже был девственником. — Это так круто, Тоби, — на радостях Уилл стиснул мужчину в своих объятиях. — Я бы с тобой поспорил, — себе под нос проговорил Грейс и обнял юношу в ответ. — Кажется, я тебя люблю. — И я тебя, очень.       Омега резко выскользнул и сел прямо перед альфой. — Хочу сразу все прояснить, чтобы потом не было никаких недомолвок, — серьезным голосом произнес Тоби. — Я ни за что не прощу тебе измену. Если ты решишься на это, то я сразу уйду из твоей жизни. Если ты скажешь, что все это для тебя слишком сложно, а ты еще молод и хочешь приключений на жопу: держать не стану и тоже больше никогда не буду с тобой. Я не ребенок, а взрослый человек и хочу, чтобы мой партнер понимал это и не делал глупых ошибок, без разницы сколько ему лет.       На лице Уильяма не дрогнул ни один мускул. Он согласно кивал каждой услышанной фразе, а под конец выдал: — Если я согласен с каждым пунктом, можно поставить тебе метку? — омега озадаченно взглянул на него. — Просто я знаю, что сделай я это без твоего согласия, ты бы меня и убить мог. А кстати, с чего были те слова о возрасте? Так сильно страшна разница в годах?       Тобиас не сильно хотел распространяться на эту тему, но, поскольку этому человеку он решил довериться, не было смысла скрывать что-то. Показав жестом Кордену приподняться, он стянул перепачканную простынь и скинул ее на пол, а после они оба сели обратно. — Да, мой биологический отец, моральный урод, он был моложе папы и когда тот забеременел, эта сволочь, сославшись на то, что для детей ему еще рановато, бросил папу. А когда мне было пятнадцать, вернулся, весь из себя такой бедный и несчастный, требовал чтобы его простили. Но мои родители слишком любили друг друга. А когда эта мразь увидела меня и почувствовала мой запах, — Тобиас с силой сжал кулаки. — Начал оскорблять меня и папу, мол правильно бросил, раз папа такой бракодел. А отец не выдержал. Он хоть и бета, но рука тяжелая. Набил морду — будь здоров. — Вот мудак, — Уилл обнял любимого со спины. — Обещаю, что тебя больше никто не обидит, что я всегда буду рядом и буду тебя любить. — Звучит, как брачная клятва, — с усмешкой заметил омега. — Тогда я хочу свой поцелуй.       Грейс, улыбнувшись, прильнул к горячим устам и они вновь опустились на кровать, раскаляемые страстью.