Игры Дьявола: жизнь после смерти.

      Суицид, значит… Это всё плохо закончится… Я чувствую. Надо спуститься к каютам. Тело требует сна и отдыха. Ноги не держат. Прошла к лестнице в трюм. У фальшборта стоит Сатч. От него исходит дым сигарет. Выдохнул. Держа между пальцами сигарету, сложил руки на перилах. Пальцы дрожат. Это слишком сильно заметно. Рука невольно потянулась в его сторону. Я уже хотела подать голос, но остановилась. Спустилась вниз к каюте. Ему больно. Ему очень тяжело и больно. Он еле держится. Не до меня сейчас. Положила ладонь на рукоять. В голове пронеслись картинки воспоминаний: первая наша встреча, поцелуй, секс, тихие моменты, встреча после Маринфорда, беременность, снежки на корабле с Отцом… Госпади! Я его могу. Я не смогу одна находиться в этой каюте. И в детской тоже. Кто-то дёрнул за плечо. Резко обернулась. — Мари? — Лил, ты здесь уже долго стоишь… опять что-то случилось? — насторожилась девушка. Я лишь отвела взгляд. — Пошли ко мне. — она повела в свою каюту. Села на койку и посадила меня напротив себя. — Слушай, я уже заебалась видеть, как ты страдаешь. Что опять случилось? — Ну… я не могу находиться одна в нашей каюте, но и с Сатчем так и не поговорила… — Тревожит тебя не только это. — сильно нахмурилась блондинка. — Давай выкладывай все. Я не отстану. — В общем, — я глубоко вздохнула. Слишком тяжело. — только обещай мне. Прямо сейчас обещай, что никому не скажешь. Обещай. — Ладно. Я обещаю. — высокие брови нахмурились куда сильнее былого. — Чтобы попасть в Ад и забрать детей, мне нужно умереть. А для большего эффекта суициднуться. И… если я это сделаю, я попаду в Ад и спасу детей, но… сама уже не смогу вернуться. — послышался резкий хлопок, а щеку обдало болью и жаром. Во рту привкус металла. Схватили за плечи и тряхнули. — Дура. — голубые глаза прожигают. — Ты о Сатчи подумала?! Больше, будто, способов нет! Тебя этот демон наёбывает! Я это чувствую! — Я уже не уверена, что у нас будут хоть какие-то отношения…       Шок — вот что первым я увидела на лице девушки. На моё лицо легли тёплые, даже горячие, ладони. Резко обняла за шею и прижала к себе. — Тогда я с тобой. — Нет. — я вылезла из сестринских объятий. — Меня с этим миром связывают только братья и сестры. А у тебя есть ещё и Шанкс. Вот тебе стоит подумать ещё и о нем. — Он пират от мозга костей. — фыркнул девушка. — И он прекрасно понимает, что кто-то из нас, будучи пиратом, может погибнуть в сражении. — Нет, Мари. — отпрянула я от девушки. — Я запрещаю тебе. Подумай тогда о Марко. Он потерял Отца, а сейчас ещё и обеих сестёр. — Лил, ты стала мне сестрой, и я не могу тебя бросить. Я тоже потеряла Отца. Белоус из того мира — мой родной и кровный Отец. Да. Это так. Для меня он был всем. А потом он умер. Следом погиб и сдешний Белоус, который мне смог заменить родного. А сейчас вот ещё и сестру. Лил, я не отпущу тебя туда одну, после чего ты не сможешь вернуться. Слышишь? — Я буду не одна. — Я не доверяю этому демону. — Зато я ему верю. До последнего. Ведь благодаря ему я попала на этот корабль и встретила всех вас. — Ладно. — тяжело вздохнула Мари. — Давай спать.       Я спала в её каюте. Точнее… Я не могла заснуть. Вообще. Не помню, когда в последний раз спала. Кажется… на том зимнем острове после пьянки. Встала и поднялась наверх. Села спиной к мачте. — Лили? — знакомый голос. Давно его не слышала. Даже если и были на одном корабле. — Я ведь ещё та сволочь, не так ли, Алесс? — обречённая ухмылка. — С чего ты взяла? — сел рядом. — Я забыла тебя. Просто забыла и всё. Эгоистка. Забыла того, с кем была с самого начала. — Лили, у тебя проблемы в семье. И сейчас я тот, о ком ты должна думать в самую последнюю очередь. — Алесс, я не о том. Мы с тобой почти не общались с того дня, как попали в эту команду. А иногда, когда находимся рядом, даже не посмотрим друг на друга. Ну или я просто перестала замечать тебя. До беременности, после… Я забыла тебя. — Хватит, Лилит. В любом случае, я тебя также считаю самым близким человеком. И моего мнения тебе не изменить. — я посмотрела на друга. Он немного изменился, а я и не заметила. Черты лица стали немного грубее. Появилась борода. Глаза стали куда грустнее. Не из-за нашего разговора. Вообще. Алесс относится к тем, у кого глаза грустные всегда. — Прости. — Ничего. — повернул голову ко мне. — Что думаешь делать? — Умирать. Буквально. Только так я смогу попасть туда и спасти детей. — И бросить этот мир? Навсегда? — Да. Уж лучше пусть умру одна я, чем вся семья. — Уверена? — Да. — Удачи.       Смотрит своими синими глазами. И впервые улыбается ими. Потрепал волосы и ушёл, оставив меня одну. Слишком тихо. Всё слишком сильно затихло. Так всегда: тишь перед бурей. И эту бурю уже будет невозможно остановить. POV Эйс       Сатчи в последнее время совсем размяк. Мне это не нравится. Я, конечно, понимаю: ссора с Лил и дети… Но всё же. Заглянул на камбуз. Прошёл к кухне. Лежит на диване. Глаза закрыты рукой. Спит? — Мясо в холодильнике. Не шуми только. — голос охрипший. — Сатчи, — я сел за стол лицом в сторону дивана. — я не за мясом. — тот ничего не ответил. — Я к тебе. — Я хочу побыть один. Оставь меня, пожалуйста. — лежит также. — Ну брат, твою мать! — не сдержался я. — Хватит вести себя, как гавно Морского Короля! — Да что ты вообще знаешь?! — начал рычать. Но также остался неподвижным. — Что ты можешь понимать?! — Всё. — я нахмурился. — Ты мужик или кто? Размяк от потери детей и ссоры с женой? Не падай в моих глазах. Это ещё не конец света. С женой можно поговорить, а спасти детей у нас обязательно получится.       Он медленно сел и красными глазами посмотрел на меня. Злой. — Она и разговаривать со мной не захочет. А после всего этого вряд-ли ещё и к детям потпустит. Да даже если и наоборот, то все равно шансов спасти детей, по крайней мере у меня, никаких.       Сатч в конец отчаялся. Его нужно поднимать на ноги. — И что? Ты так и будешь страдать? Пока Лилит сама мучается и ломает голову над тем, как бы вытащить детей, ты так и будешь лежать на этом диване и готовить отвратную еду команде? — он опустил голову. Волосы сползли со спины по плечам. — Ей тяжело. Она одна. Даже этот демон, который ну никаким хуем не внушает мне доверия, никак не может помочь ей. Она страдает также как и ты: из-за ссоры и потери. Но ещё в довесок ко всему у неё на плечах ужасные силы, которые, как она раз упомянула, сдерживать почти невозможно. Она еле справляется. Почти на грани. А ты всего лишь готовишь стряпню и все. — подправил рукой волосы и запрокинул голову, тяжело выдохнув. — Всё сказал? — хрип еле заполняет помещение. Слишком тихо. — Можешь идти. — Ты окончательно упал в моих глазах, старший брат. — я встал и двинулся в сторону двери. — Не упади также низко и в её глазах. конец POV Эйс POV Сатч       Эйс оставил меня. В сердце остался какой-то осадок. Упал? Упал в его глазах и также могу упасть в её? Я веду себя как ничтожество. Ничтожество, которое не может ни то, что начать действовать. Не может даже всё нормально обдумать. Просто все бросил на самотек. Вышел из камбуза на палубу. Закурил. Мимо прошёл Алесс. Обычно он ночью не дежурит. Да и вообще в это время его не вытащишь за пределы каюты. Значит, там она. — Сатчи? — голос Марко. Я немного обернулся. — Воу, не смотри на меня так, йои. — сел на фальшборт. — Что опять случилось?       Ничего кроме ухмылки я выдавить пока не смог. — Отчитали словно мальчишку. — после первого затяга так и не тронулся губами сигареты. Сама тлеет. Да и чет вообще в глотку не лезет. — Да кто? Мальчишка. — Н-да. — он забрал сигарету у меня и затянулся сам. — Но твоё внутреннее 'Я', надеюсь, не упало вместе с самооценкой? — я хмыкнул на это. — Ну вот и отлично. Теперь подойди к Лил и поговори с ней. Ей тяжело, хоть она это не каждому показывает. И тебе она это покажет в последнюю очередь. И не потому что не хочет. Как раз таки наоборот: рядом с тобой она хочет расслабиться. Но не может. — И что я должен делать? — нет смысла сейчас к ней подходить. Я его не вижу. — Что я ей скажу? — Ты должен показать, что она рядом с тобой может расслабиться и полностью положиться на тебя. А вот что ты скажешь — думай сам. — выбросив окурок, брат ушёл восвояси. Ещё один советчик! Тоже мне! Хотя с другой стороны… оба правы.       Я достал пачку сигарет из кармана. Все та-же фирма. Вот уже десять лет курю одни и те же сигареты. Одни из лучших. Уже в печенках сидят. Бросил в море. С этого момента не курю. Хватит. И… что интересно… Я ведь не то, что решил бросить курить. Обычно, когда бросают, у многих начинается ломка. А я перестал. Не лезет. Вообще не хочется. Вот что значит перестать курить и бросить. Теперь я понял, что имел ввиду когда-то Отец. А сейчас… Я прошёл туда, откуда вышел Алесс. Лилит сидит у мачты на пристрое, куда я, собственно, и прошёл. Я сел в двух метрах от неё. Тишина. Слишком тихо для ночи. Даже для штиля. Ни единого звука. — Лилит, — начал я. — я виноват. — она уже открыла рот, чтобы ответить, но я не позволил. — Не перебивай, пожалуйста. — вздохнул. — Да, может, ты не считаешь меня виноватым в том инциденте, в чем я не сомневаюсь. Да и сам себя за это виню. Но сейчас я извиняюсь за другое. — слова путаются в голове. Словно отказываются выходить на ружу. — Прости, что не понимал… нет. Прости, что отказывался понимать то, на сколько тяжело может быть тебе. Потеря детей… эта глупая ссора… я замкнулся в себе напрочь, забыв о твоих чувствах. Я себя виню за это больше всего. — сглотнул. Все также тяжело перед ней. — Сама видишь, я уже старик и должен понимать, что да с чем. А ты все та же маленькая девочка, что когда-то попала к нам на корабль. — перевёл взгляд на Лили. Смотрит прямо в глаза. А в её глазах удивление, толика шока и ещё что-то… я не могу разобрать. И кто я после этого, раз не могу прочесть эмоции по глазам любимой? — Ты в моих глазах все тот же маленький злой клубок шерсти, который рычал на Отца, а потом примостился у его же бока. — на девичьих глазах заблестели слёзы. Теперь я понял, что ещё скрывается в этих глазах: переживание и страх. Она очень сильно переживает и боится. Так боится, что и не описать. Но тщательно скрывает. Резко отвернула голову, отпустив вниз. Пару слезинок скатилось по щекам и упало на колени. — Сатч, — голос тихий. Она еле пытается им не дрогнуть. Опять скрывает свою слабость и боль. — Я не виню тебя. Ни в коем случае. Ты тоже… — дрогнула. — Ты тоже прости меня, — говорит совсем тихо. Да. Она всё та же девочка, что зло скалилась на всех в самом начале, и улыбалась позже. Изнутри и капли не изменилась. За это я её и полюбил. За этот детский характер. — прости, что не понимала твоих чувств. Я… я пыталась понять, что твоирится с тобой, но не могла. Не могла, из-за чего боялась даже посмотреть на тебя. Боялась, что ты больше не подойдёшь ко мне.       От этих слов заставила дрогнуть. Все годы надевала маску сильной. Показывала, что сама способна защитить всех и себя. Но сейчас она впервые открылась мне с этой стороны. Она позволила себе снять маску сильной девушки, показав обличие хрупкой девчушки, которую, словно тонкий хрусталь, нужно оберегать. Я сел ближе и протянул руку к её щеке. Повернул к себе. Глаза все те же: янтарные, а вокруг зрачка отдаёт фиолетовым. Все те же веснушки. И все такая же хрупкая. Я обнял её как можно крепче. Отпускать совсем не хочется. Ни за что. На спине почувствовал прикосновение хрупких ладоней. Да. Сейчас она полностью открылась мне. Даже после того случая на острове, когда она одна сидела в лесу и плакала, тогда она всё также не снимала свою маску сильной девушки. Только сейчас она позволила себе это сделать. — Сатчи, — тихий голос раздался у уха. — Обещай мне кое-что. — я слегка отпрял от Лилит и положил на плечи ладони. Лёгкая улыбка. — Обещай, что больше не будешь называть себя стариком, — тихий смешок. — И считать себя им. — снова тихо засмеялась. — Педофилией немного тянет. — снова обняла как можно крепче и уткнулась лицом в плечо. Снова поставила меня в лёгкий ступор. — Хорошо. — взял на руки и встал сам. — Обещаю. конец POV Сатч       Я впервые смогла полностью расслабиться в руках Сатчи. Впервые при нем мне захотелось быть слабой и прижаться как можно крепче к нему. Всё вдруг дрогнуло. Слабо, но заставило напрячься. Мужские ладони сильнее сжались, неосознанно оставляя следы на моей коже. Понял это и ослабил хватку. Посмотрел мне в глаза. Встревожен. Ещё раз дрогнуло всё, но куда сильнее. Намного. Сатч еле удержался на ногах. Я встала на ноги, что мне с неохотой позволили. Все выбежали на палубу. — Что это было? — подошёл к нам Марко. — Один из демонов вылез. — Сатана. — И он не уйдёт, пока не возьмёт то, что ему нужно.       Всё снова дрогнуло. Но в этот раз так, что корабль чуть не треснул. Доски неприятно заскрипели. Впереди все начало чернеть. И оттуда вылезло существо. Такое же чёрное, словно сама тьма. Лишь глаза и рот белым отдают. На голове рога. Длинные когти. И аура. Она ужасающая. Холодная. Нет. Ледяная. Уставился на меня. Ему нужна я. Марко с Сатчем окутали себя пламенем и тьмой. — Стойте. — остановила рукой, смотря на демона. — Сатана, это ведь мой шанс? — Так ты решилась? — я кивнула. — Да. Но только не с ним, если не хочешь попасть в плен к Докуше. Сделай всё сама. — Хорошо. — кивнула я. — Я пока задержу его. — принял боевое обличие Сатана. — Лилит, — злой Сатчев голос. — Что ты задумала?       Я подошла к Сатчу и посмотрела все в те же зелёные глаза. И такие любимые. Дотронулась ладонью. Сердце пропустило удар. — Сатчи, — сглотнула. — прости, что не сказала. — в горле застрял ком. — Передай спасибо всем. Я хочу так много сказать, но… но не успею… — Ты чего удумала?! — меня схватили за плечи. В глазах непонимание и страх. Незаметно взяла кинжал Сатча из ножен на поясе.       Коснулась его губ своими и слегка смяла. Сердце снова пропустило удар. — Прости меня. — я резко вонзила кинжал в свою грудь. Прямо в сердце.       Острая боль сковывает всё тело. Рот наполнился кровью. В глотке сразу пересохло, от чего закашлялась. В лёгких словно становится пусто. Дышать с каждым разом тяжелее. Ног не чувствую. Ничего не чувствую… Открыла глаза. Надо мной силуэт. Это… Это Сатчи… Что-то кричит. Не слышу. Начало темнеть. Стало невыносимо холодно… И страшно.

Продолжение следует…