Минус на минус даст плюс?

ЁСоб Пока я скакал на одной ноге, шипя от боли, она развернулась и вышла, хлопнув дверью. Что за замашки? Я уж было хотел что-то сказать, но... — Еще слово – и огребешь по полной, — нарушил паузу чей-то спокойный, но такой холодный и опасный голос. Я чуть повернул голову: ДуДжун. Кажется, он не на шутку зол. — Ты заигрался, — присоединился к нему ЧунХён. Остальные ребята лишь хмуро кивнули и неотрывно смотрели на меня. Бесит. — Не вам меня судить. С этими словами я попытался выйти из гостиной, но мне преградил дорогу... ХёнСын. — Хоть ты и мой друг, но... ты отвратительно себя ведешь в последнее время. Самому не стыдно? — Ни капли, — громко сказал я и тут же понял, что соврал. Да... вот оно... то, что подступило комом к горлу, то, что неприятно жжется внутри – это стыд. Ненавижу ощущать себя виноватым тогда, когда действительно виноват. Тяжело признать это самому, но для меня еще тяжелее признавать это перед кем-то. Тем более, что сейчас эти «кто-то» стоят и смотрят на меня, словно я только что нанес кровную обиду всем пятерым. Бесит. Я толкнул ХёнСына плечом и, прихватив куртку с капюшоном, вышел из квартиры. Хочу пройтись и подумать. Хотя нет. Мне нельзя думать, потому что почти каждое мгновенье в мысли приходит она. Ее глаза. И эта фальшивая улыбка, которая почти не сходит с ее лица, когда я только заговариваю с ней... Я нажал кнопку лифта. Он идет откуда-то снизу... Долго идет. Из-за этого лифта мою голову опять наполняют мысли... Меня раздражает ее улыбка. Я ненавижу ложь во всех ее проявлениях, хотя сам лгу каждый день, каждый час, а бывает и каждую минуту... Но ей нельзя. Она не идол. Она обычный человек. Со своими странностями, с невежественными выходками, с независимым мышлением... Так почему мне она улыбается так натянуто? Что я должен сделать, чтобы изменить это?.. Но тогда возникает вопрос: почему я вообще хочу изменить это?.. И да, я знаю ответ. Наверное, я даже почти готов признать это... Но пока не хочу ни о чем думать... Вот черт. Забыл наушники от телефона... и сам телефон... и ключи... Лифт наконец-то открыл для меня свои двери. Я нацепил безразмерную куртку и натянул капюшон. Надеюсь, меня никто не узнает... Интересно... куда она пошла? Домой? Наверняка домой... время позднее. И опять я начинаю думать обо всем этом. Ко всему прочему просыпается совесть. Я больше не могу себя ничем оправдать. Уверен, что будь это просто горничная... любая другая, а не ИнСу – я бы никогда не позволил себе такого. Но это именно она... поэтому я веду себя, как идиот. По-детски пытался уничтожить эти чувства на самом корню мелкими обидками, глупыми выходками, а добился прямо противоположного результата. Она может и не простить. Она вполне может уйти. И тогда, я так и останусь лишь неприятным эпизодом в ее жизни... Нет. Так не пойдет. Сам не заметил, как забрел в какой-то двор. Ноги принесли меня к детской площадке. Но я резко остановился и пригляделся – на качелях сидит девушка. И почему-то... я точно знаю, кто именно. Понемногу охватывает паника: если она сейчас обернется, что мне сказать? Извини, я вылил на тебя кучу грязи, потому что люблю? Думаю, после этих слов мне придется до конца жизни пользоваться вставной челюстью. С другой стороны, может, это мой шанс извиниться перед ней? Немного поколебавшись, я медленно пошел к ней... Слышу, она разговаривает сама с собой. Жаль, что говорит не на корейском. Голосок такой жалобный, обиженный... Уже открываю рот, чтобы сказать: «Прости», но... Вдруг ИнСу вскакивает на ноги, совершенно неожиданно и резко, и быстрым шагом, иногда срываясь на бег, удаляется в противоположную сторону, пару раз умудрившись споткнуться... Она так и не оглянулась. Наверное, это к лучшему... Вряд ли она стала бы меня сейчас слушать... Только через минуту понимаю, что смеюсь. Да, она всегда умеет развеселить. Такая неуклюжая и странная. С тихим смехом сажусь на те же качели, где еще минуту назад сидела она – моя милая горничная. Теперь я готов все обдумать... И хоть вечер выдался на редкость отвратительным, но есть один плюс: я кое-что понял. ИнСу – тот человек, которого я не понимаю... но которого хочу. Просто хочу. Я даже не знаю, что в ней такого, потому что всегда предпочитал девушек, отличных от нее во всем – во внешности, в характере, даже в происхождении. И знаю, что с этой горничной поседею раньше времени, а то и сразу облысею. Но... хочу. Именно ее. Вот только этот вывод я сделал немного позже, чем стоило бы... Но я ведь упорный?.. *** ДуДжун Не думал, что ЁСоб может быть таким... Да, у него язык без костей, но он никогда не переходил границы. Зато теперь все понятно. Она нравится ему. Странно, что я раньше этого не заметил. Хотя... последнее время мы были очень заняты, да и мне как-то хватало своих собственных чувств. А сейчас ситуация стала слишком сложной... Что я должен делать?.. ЁСоб вернулся только под утро, в начале пятого. Я слышал, но даже не повернулся, когда кровать справа скрипнула под тяжестью его веса. Слишком уж я был зол. Заснуть мне в ту ночь так и не удалось. Весь день прошел в уже привычной суете и шуме. Мы мотались с одного конца Сеула до другого. Все это время я не разговаривал с ЁСобом, да и он не делал никаких попыток завести беседу. Обстановка в группе стала очень натянутой. Правда, КиКван пытался как-то изменить ситуацию, вот только его на редкость ненатуральный смех и глупые замечания ни к селу, ни к городу лишь вызывали жгучее желание отправить его на какие-нибудь очередные съемки. Господи, да куда угодно! Я звонил ИнСу три раза, но она не взяла трубку, а на четвертый — вообще выключила телефон. ДонУн тоже звонил, но также остался в полном игноре. Боюсь, что она злится и на нас. Ведь мы даже не вступились. Нужно поговорить с ней и объяснить, что мы просто растерялись... А вот как заставить этого упрямого осла извиниться – я без понятия. Да и не собираюсь больше бегать за ним, как нянька. Хватит уже с меня. Разбаловали ребенка. Как и ожидалось, ИнСу не пришла вечером. Не было ее и на следующий день, и на следующий за ним. Я писал ей в сети, отправлял смс, пытался дозвониться, но все без толку. Наконец, я не выдержал и обратился за помощью... — Хён... Тут такое дело... — Может, стоит начинать разговор с «Привет, ГуЧжим-сси, как твои дела?», — с сарказмом заметил менеджер, сидя за столом и внося поправки в расписание ЧунХёна. Я, нахмурившись еще больше, оставил его слова без внимания, — Ладно, ладно. Что за дело? — Горничная, она не при... – но ГуЧжим сразу же перебил, не дав договорить. — А, точно! Горничная, — протянул хён, не поднимая головы и уткнувшись в бумажки, — она придет завтра, и будет вам привычная домашняя еда, можете не беспокоиться, неженки. Слава Богу... Как же полегчало. — А она ничего не говорила? Почему пропустила три рабочих дня? – осторожно спросил я. — Горничная приступит к работе с пятницы, то бишь завтра, — после небольшой паузы последовал бесцветный, лаконичный ответ. Я немного не понял... — Эм... «Приступит к работе»...? Я стоял и недоуменно смотрел на ГуЧжима. Наконец, тот нехотя отложил бумаги в сторону и поднялся, с тяжелым вздохом потягиваясь и разминая плечи. — Думаю, с молодой горничной много проблем, так что я нанял новую, — спокойно сказал он, — Аджума 58 лет. По-моему, на этот раз это самый оптимальный вариант для вас, парни, — с этими словами он похлопал меня по спине и ушел... *** ДонУн — Что?! — Тише, — цыкнул на меня ДуДжун. Хёны недавно ушли спать, и я своим вскриком вполне мог помешать им заснуть, а то и уже разбудить кого-то. Теперь понятно, почему лидер ходил весь день задумчивый и серьезный. Я тут же бросился набирать номер телефона ИнСу-нуны, но забыл, что пять минут назад нанес на лицо маску. Весь экран заляпал. Надеюсь, сенсорные кнопки не пострадали... Опять «абонент заблокирован или находится вне зоны действия сети»... Неудивительно, события трехдневной давности до сих пор вгоняют меня в расстройство и тихий ужас. Никто не ожидал такого. И хотя ЁСоб-хён и ИнСу-нуна не были в восторге друг от друга с самого начала, но все-таки то, что произошло – нонсенс. Разве можно так обращаться с девушкой?.. — И что делать? Мы же не можем так все оставить... — Прекрати причитать, — строго одернул меня лидер, — Нужно обязательно поговорить с ней. И с ним. Наверняка ЁСоб испытывает угрызения совести, но мы же самые твердолобые и глупые!.. В любом случае, нужно его поторопить. Он просто должен извиниться. И повесить этот ответственный разговор с ЁСобом нужно на кого-то близкого ему и одновременно авторитетного... Думай, ДонУн. — Ну... авторитетом для него являешься ты, лидер. Да и самый близкий из нас всех тоже ты. Почему бы тебе не поговорить с ним по-мужски? – и правда, хён. Сделай это. — Нет. Не собираюсь даже заговаривать с этим пабо. Если ты не заметил, то мы, как бы, в ссоре, — невесело усмехнулся ДуДжун. — Тогда... КиКван-сси? – предложил я. — Ага, и ЁСоб сделает все с точностью до наоборот! — Тогда Джокер? — Хм... Решено. Скажи ему, чтобы завтра поговорил с ЁСобом. А я пойду к ИнСу. Заставлю ее выслушать меня и принять наши извинения. Непривычно было видеть хёна таким серьезным, угрюмым и бесконечно усталым... Покрасневшие глаза, мешки под ними и какой-то нездорово бледный цвет лица. Но интонация, с которой он все это говорил, была на редкость твердой и невеселой... Ах, ну что за напасть... Почему бы им всем просто не поговорить откровенно и помириться?.. *** ЧунХён Да уж... Все вышло из-под контроля. И снова они обращаются ко мне. Лестно, но все же я впервые так волнуюсь перед разговором с ЁСобом. Главное, не давать слабины! Вот только если он опять будет таким же засранцем, как три дня назад, то дело плохо... Но, конечно же, он не будет таким, это же наш милаш ЁСоби, ведь так? Ладно, отставить панику, отсеять сомнения! — ЁСоб, надо поговорить, — спокойно, но твердо сказал я сидящему на диване одногруппнику. Он на удивление послушно встал и проследовал за мной в спальню. — Я слушаю, — он сел на мою кровать и внимательно уставился на меня. — Дело касается того инцидента, который... – начать было очень тяжело. — Я понял, давай ближе к сути, — поморщился ЁСоба. — Хорошо, — резковато ответил я, несколько раздражившись из-за его тона, — Ты должен извиниться перед ней. Воцарилась тишина. ЁСоб выглядел абсолютно спокойным и даже безмятежным, он все также неотрывно смотрел на меня. Кажется, ему вообще все по барабану. Мне впервые так хотелось отвесить ему нехилый подзатыльник, чтобы его мозги наконец-то встали на место. Я уже хотел разразиться тирадой, но... — Должен – так должен. Только вот ее здесь нет, — развел руками парень, — между прочим, если она не появится до конца недели, ГуЧжим вполне может ее уволить. И чем только думает эта девчонка?.. – он улегся на кровать и продолжил ворчать. — Ты ничего не знаешь? – это прозвучало скорее как утверждение. — Что именно? – ЁСоб резко поднялся. — Она и так уволена. — Она...что? – лицо лжемакнэ выразило недоумение. Он явно никак не мог понять смысл моих слов. — Уволена. — Врешь! — Ну точно! Только по такому поводу мне и врать, — фыркнул я только уже впустую: ЁСоб соскочил с кровати и скрылся за дверью. Беги, беги, Ян ЁСоб. Быть может, догонишь. *** ЁнДи Овощ по имени ИнСу сидел в кресле, закутавшись в теплый плед, и усердно шмыгал носом уже четвертые сутки. И если первые два дня он шмыгал из-за небезызвестного мне и всей Корее Ян ЁСоба, то следующие два дня причиной был уже насморк. — Ну как самочувствие, мой депрессивный друг? – обратилась я к ИнСу. — Тебе не стыдно издеваться надо мной? – недовольно поморщилась она. — Эээ... нет? – ухмыльнулась я, — ты выпила таблеточку? — Да-да, — равнодушно кивнула подруга. — Если узнаю, что ты их выкидываешь, поверь, я придумаю очень извращенное наказание. — Окей, — и больше никакой реакции. ИнСу уставилась в телевизор, бездумно щелкая пультом. — ... Ты, может, уже включишь телефон?— осторожно спросила я. — А ты, может наконец-то, купишь мне новую симку? — Да ладно тебе, ИнСу. Хватит малодушничать. Ответь на их звонки, прими извинения и возвращайся... — Еще чего! – ИнСу ледяным взглядом буквально пригвоздила меня к месту. — Ну хорошо, не хочешь — не возвращайся, – промямлила я и поспешила удалиться на кухню, вот только... Раздался звонок в дверь. Я подошла посмотреть на незваного гостя. — Извините за беспокойство, я к ИнСу-сси, — приятный мужской голос. Ну, вот и он. Давно пора... *** ИнСу Слышу краем уха, как ЁнДи открывает дверь. Господи, ну кого там принесло? Развлекать гостей мне сейчас ну никак не улыбается! — ИнСу... – негромко и как-то робко позвала меня подруга. Я обернулась... — Ты?! – невольно вырвалось. — Так не рада меня видеть? – усмехнулся ДуДжун. — Нет... вовсе нет, — замялась я, поспешно встала с насиженного места, уронив с колен пульт и запутавшись в пледе. Он был одет с иголочки, лицо чуть блестело от немалого слоя косметики, волосы аккуратно уложены. Видимо, прямиком с какого-нибудь выступления или шоу... ДуДжун прошелся туда-сюда по гостиной, что было не очень-то вежливо, и, наконец, открыто взглянул на меня. — Выглядишь не очень, — как-то так сразу, без обиняков, заявил он. Я даже растерялась. Они что, добить меня хотят?!.. — Ну уж извините, — насмешливо выдавила я из себя. — Волосы растрепанные, не совсем чистые... Треники, как у учителя физкультуры... Очередная футболка размера «фри», растянутая, видимо, уже твоими усилиями, до колен... Я тихо офигевала. — Знаешь, горничная одной из самых популярных бойз-бэндов Кореи не должна так выглядеть. Ну, вот я и поняла, к чему он клонит. Негромко засмеялась, ДуДжун присоединился. — Ты знаешь, оппа, — я специально выделила обращение, — не стоит... — Что не стоит? – по-прежнему улыбался ДуДжун. — Иди-ка ты домой, ДуДжун, — резко оборвала я смешки. — Только с тобой, ИнСу, только с тобой. Ты еще должна мне вишневый пирог. Ты обещала. А обещание – есть обещание, — беззаботно начал читать лекцию лидер, подняв пальчик вверх. — Приходи завтра и получишь свой пирог, — хмуро сказала я и уселась обратно в кресло. ДуДжун присел передо мной на корточки. — Он раскаивается, — серьезно сказал парень. — Надо же, какой хороший мальчик! — всплеснула я руками. — Побегом проблемы не решаются... — Что, правда, что ли? А у меня почему все вдруг решилось? – крайне удивилась я. — Прости, что не вмешались, надо было его остановить... — Ну что ты! Зачем затыкать рот человеку? — Прекрати, — прикрикнул на меня ДуДжун. Я не ожидала, так что замерла с открытым ртом. — Я хочу сказать, что тот вечер был ошибкой. Для всех нас. Я приношу извинения от нас пятерых. ЁСоб извинится перед тобой сам. Просто выслушай его, не воспринимай все в штыки. Я не хочу, чтобы все так закончилось. Я хочу, чтобы ты осталась. — Ты хочешь, чтобы я осталась? Почему? – все еще немного дуясь из-за того, что он на меня прикрикнул, спросила я. — Ну... – ДуДжун, кажется, растерялся. Хм... чего это он? – Потому что я... твой друг. Я немного помолчала. — ДуДжуна, спасибо тебе за все. Но я не думаю, что мне стоит возвращаться. Может, ты и считаешь меня своим другом, но как же остальные? И... «этот»? – в слове «этот» я попыталась выразить все свое презрение, скривив лицо так, что ДуДжун не удержался от смешка. — Да брось, за все это время мы все неплохо сблизились. Или ты уже все забыла? Игры с ДонУном, философские дебаты с ЧунХёном, вечные наставления по поводу стиля в одежде ХёнСына, четко фиксированный рацион КиКвана? Я думаю, мы отлично ужились вместе. Они все хотят, чтобы ты вернулась. А насчет «ЭТОГО»... – он скопировал мой тон и выражение лица, — он хочет, чтобы ты была рядом больше всех нас вместе взятых, поверь. — Что, не с кем больше собачиться? – усмехнулась я. — Да хоть бы и так, — улыбнулся ДуДжун. Теперь я понимаю, почему лидер именно он. Все-таки в такие моменты видно, насколько он зрелый, рассудительный и надежный... И ведь умеет убеждать. — Но я уже уволилась... как же руководство?.. – начала сдаваться я. — ГуЧжим снова возьмет тебя на работу, я уже договорился, — потрепал меня по волосам ДуДжун и поднялся, — Так что до конца недели отдыхай, и чтобы в понедельник пришла с самого утра и погладила мои вещи... Я хотела подольше изобразить оскорбленную гордость, но на лице сама собой (а точнее из-за ДуДжуна) расцвела улыбка... Окей. Я попробую еще один раз...