мак напротив сердца.

1 сентября. Снова. Только теперь Лиза не маленькая девочка с чистыми глазами.

      Во рту ощущение, что вчера она вылизывала унитаз или мусорный бак, а может быть, даже сожрала пепельницу. Именно сегодня, после грандиозной пьянки в честь первого, мать его, сентября, Питер решил порадовать людей теплым светом осеннего солнца. Это явление абсолютно не понравилось опухшим глазам девушки, казалось, что она на сцене, а в лицо ударяют тысячи софитов.       Лиза тяжело поднялась с жесткой кровати и медленно подошла к подоконнику, на котором лежал телефон.       — Блядь, — девушка хлопнула себя по лбу, о чем сразу же пожалела. На дисплее телефона гордо красовалось «46 пропущенных от: Миша a.k.a Противник Гендерных Стереотипов». С чувством нашкодившего перед родителями ребенка Лиза нажала на кнопку «перезвонить» и глубоко вдохнула, приготовившись оправдываться перед другом. — Привет, Миш.       — Слава гендерному равенству, ты жива. Лиз, блядь, что это за хуйня? Почему ты мне не отвечала? — не успела девушка начать свой рассказ, Миша тут же перебил подругу. — Давай, я жду объяснений, дорогуша.       — Ну, Максимов, что тебе объяснять? Мне скинули адрес, я приехала.       — Блядь, Лиз, а если бы тебя выебали, м? Что бы ты тогда делала?       — Во-первых, кому захочется выебать девушку, которая похожа на тринадцатилетнего мальчика? А во-вторых, я бы порадовалась тому, что на коже моего соулмейта наконец хоть что-то появится, — Миша оторопел на другом конце. Он, да чего таить, да и все друзья Лизы никогда не затрагивали тему её родственной души. Пьяной, да девушка могла и шутить на этот счет, и поносить своего соулмейта на чем свет стоит, но её окружение всегда воздерживалось от этого. Любому было больно смотреть на Лизу, на бедную девушку, на теле которой все чаще и чаще «расцветала» новая кисть сирени. — Блядь, Мих, ты чего там сдох, что ли?       — Да нет, — Максимов быстро опомнился и, переведя свой взгляд на светло-розовую, бережно отглаженную Соней рубашку, вспомнил, что все-таки хотел спросить, — Лиз, сегодня первое сентября, всякая торжественная хуйня, начинается через час. Вместе поедем?       — Та нет, езжай сам, я Юлика попрошу меня подвезти.       — Окей, до встречи.       — Бросай уже трубку, время — деньги, — девушка закончила звонок, слыша громкий смех своего друга.       Девушка без задней мысли кинула телефон на кровать и открыла окно. Свежий воздух остудил зудящую голову и пустил стадо мурашек под легкую ткань футболки. Сама не понимая зачем, Лиза наполовину высунулась из окна и оглядела двор. Простой, серый, питерский двор. Раздолбанная местными быдло-подростками-алкашами, которые почти ничем не отличались от компании Лизы, разве что были в тысячу раз тупее, детская площадка. Мусорные пакеты валялись вдалеке от своего места назначения (мусорного бака), и черт его знает, ветер ли это или ленивые жильцы. Неподалеку маленькая кошка, которую девушка видела далеко не впервые, раздирала лапками пакет со всякой дрянью. Бедняжка просто пытается выжить в этом суровом мире. О чистоте двора и говорить не стоит. Бутылки и их осколки, недокуренные бычки и много чего ещё валялось на земле и асфальте, и никто не собирался их поднимать, это стало нормой. Грязный, обычный русский двор. Никакой романтики.       Поморщив нос от вида этого «великолепия», Лиза все-таки встала на устойчивую поверхность и отошла от открытого окна. Свежий воздух выносил тухлость и неприятный запах из её комнаты. Девушка огляделась в поисках одежды. В шкафу оказалась лишь старая рубашка с картой мира, которая уж точно не подходила к тематике сегодняшнего дня. Лиза потупила взгляд и застыла перед грудой разных вещей.       — Блядь, я вам кто, чтобы перед шкафом часами стоять?       Девушка взяла простую черную толстовку, которую ей подогнала прикольная девушка с татуировкой на шее по имени Даша. «Побольше черного» — простой девиз Лизы чуть ли не на каждый день. Натянув на ноги черные джинсы и черные носки, девушка усмехнулась. Черный — точно её любимый цвет.       — Бля, так впадлу что-то готовить, — Лиза потянулась за телефоном, брошенным на кровать пару минут назад. Покопавшись в контактах, она все-таки нашла заветное имя Юлиус и позвонила. Спустя пару гудков она услышала знакомый голос, — Здаров, Юлик. Можешь через пару минут подъехать, подбросишь меня до уника?       — Блядь, Лиз, я тебе друг вообще или личный водитель?       — Юль, ну пожалуйста.       — Ещё раз назовешь меня «Юль» и до конца жизни будешь у меня «Неред». Чтоб через десять минут была готова.       — Спасибо, Юлик, — сказала девушка гудкам в трубке. Друг всегда любил оставлять последнее слово за собой.       Лиза быстро закинула кошелек, потрепанную тетрадь, которую ей как-то подарил Совергон на какой-то наитупейший праздник, любимый скетчбук и простой механический карандаш, на котором красовались разные глупые наклейки, эппловские наушники, гордо одетые в синюю изоленту, в черный рюкзак, который, казалось, был с ней с окончания школы в Чайковском. Наспех натянув кепку на голову, она криво завязала кеды и накинула красный бомбер, который нарушал идиллию черного в её одежде.

***

      — Здаров, — она перегнулась через подлокотник, чтобы обняться с Юликом, — Меня даж до уника не надо, подкинь до кафешки рядом.       — Угу, — парень был какой-то слишком сосредоточенный, какой-то сам не свой. Глаза были чернее обычного, а в них казалось отражалась сильная боль.       — Чел, что с тобой? Ты как будто хуй съел.       — Все в порядке.       — Да я же вижу, что нет, — Лиза всегда стояла на своем, будь то выбор алкоголя или покупка котенка в детстве.       — Блядь, Лиз, появилось, — челюсть девушки уже давно валялась где-то внизу, — Гвоздика, на ноге. Цветок-то неебаться красивый, но мне так не вставляет, что он есть.       — Чувак, но ты как бы не забывай, что у неё тоже цветок где-то есть.       — Блядь, Лиз. Ты ж знаешь, что я пиздец как жалею об этом. Если б я, блядь, мог вернуться туда, я б этого точно не делал.       — Да, знаю я, — Лиза решила больше не развивать эту тему, — Да вот тут, тут нормальные десерты делают, — машина подъехала к поребрику бордюру, и девушка напоследок обернулась к другу, — Чувак, крепись. Ты ж знаешь, что когда-нибудь все точно будет заебись. Я всегда рядом, ты можешь рассказать мне что угодно. Не кисни. Обещай мне, что не будешь творить хуйню из-за этого, — увидев недовольное лицо друга, она повторила, — Обещай.       — Обещаю.       — Вот и заебись, до встречи. — девушка выпрыгнула из машины.       — Дверью не хлопай! — недовольно пробурчал Юлик, но она даже этого не услышит.       На входе было красиво выведено «Bonch», а напротив было массивное здание университета. Лиза привычно опустилась на любимое место в углу, рядом с окном, ведь так намного проще наблюдать за людьми. Девушка выдохнула и оглядела происходящее на улице.       Перед универом кучковались какие-то студенты. «Вот тупые, нахера так рано приперлись, еще дохуища времени?» — усмехнулась девушка, вспомнив, как сама в первый день пришла за час до нужного времени. Сейчас Лиза на четвертом курсе и может немного расслабиться. Посмотрев на стоявшего вдалеке ото всех шатена, девушка вспомнила о Юлике.       Онешко закончил свое обучение со словами: «Да в пизду это дерьмо!» и ушел в видеоблогинг. Его воспитывали слишком заботливо и слишком ограниченно. Парниша буквально жил в банке с ватой, никуда не ходил, ни с кем не дружил, часто болел, а когда закончил школу, в нем проснулся бунтарь, и на следующий день он уже видел проносящиеся в окне пейзажи России.       — Вы уже определились с заказом? — воспоминания прервал официант смазливой внешности, на котором девушке даже не хотелось заострять внимание.       — Угу. Мне латте и чизкейк клубничный, спасибо, — парень спокойно кивнул и быстро удалился из поля зрения Лизы, а она снова предалась воспоминаниям о рассказах из жизни Онешко.       Юлик забил на морали, которые ему втирала мать, начал пить, курить и материться, но одна вещь прочно и надолго засела в голове, если вкратце, то: «Не ебись ни с кем, кроме своей родственной души, пожалуйста». Вообще этого правила придерживались все в этом мире.       Лиза иногда даже завидовала такому трепетному отношению к культуре соулмейтов. Ведь её родственной душе было глубоко посрать на эти правила. В один момент на её коже ровно месяц, каждый блядский день, появлялись новые цветы, говорящие о бурной сексуальной жизни парня, который любит сирень. Это все, что о нём знает Лиза, а больше она знать и не хочет. Порой девушка ненавидит его, ведь тот сломал её представление об идеальной жизни с любимым соулмейтом. Из-за него Лиза не верит в сказки.       Перед девушкой на стол опустилась чашка кофе и тарелка с кусочком торта, а над ней возвышалось довольное лицо официанта, Лиза, пробормотав тихое «спасибо», принялась за еду.       Погода в Питере впервые решила блеснуть солнцем оригинальностью и дать людям надеть что-то светлое и яркое, без страха быть облитым первой же машиной через пятнадцать минут после выхода, но Лиза как всегда была в черном и предпочла не говорить о том, что скучала по такой погоде. Теплый солнечный свет пробирался через кремовые занавески кафе, и еще более уютная атмосфера создавалась в помещении. Здесь всегда было комфортно, именно поэтому Лиза предпочитала это место Макдональдсу напротив.       Она попросила счет и еще раз огляделась вокруг. Этот приятный момент хотелось оставить в памяти навсегда. Или как в игре: сохраниться здесь и при любом удобном случае возвращаться в помещение, где всегда тепло и можно вкусно поесть. Поняв, что сохранить себя здесь нельзя, девушка печально вздохнула и потянулась за скетчбуком, чтобы хоть как-то запечатлеть этот момент. Назойливый звук, оповещающий о сообщении, прервал девушку и заставил посмотреть на телефон. Миша a.k.a Противник Гендерных Стереотипов Лиз 15 минут осталось, ты где? 12:46

Лиза a.k.a лучше выпить пива литр чем не выпить пива литр Вообще-то 14 если быть точным 12:46

Миша a.k.a Противник Гендерных Стереотипов Да похуй. Иди сюда. Мы крч перед уником стоим напротив твоей любимой кафешки, Юлик точно тебя подвезет? 12:46       Лиза выглянула в окно и посмеялась, увидев Мишу в песочном пальто, сгорбившегося над телефоном.

Лиза a.k.a лучше выпить пива литр чем не выпить пива литр Щас буду, не пизди 12:47

      Накинув рюкзак за спину, девушка надела черную кепку на голову и, кивнув баристе и официантам вышла из здания. Она полной грудью вдохнула свежий воздух и перебежала дорогу. Ныряя между студентами, Лиза наконец добралась до своих друзей.       — Привет, столб. Здаров, Ксюш.       — Лиза! — Миша, как обычно крепко обнял её, после передав эту задачу Хоффман.       — Блядь, Лиз, я тебе потом такое расскажу, охуеешь просто неистово.       — Ага, а то есть мне ты этого не можешь рассказать? Ага, все ясно с тобой — Максимов скорчив недовольную рожу отвернулся от подруг, показывая свое вселенское недовольство, будто бы его реально считают изгоем.       — Да, ладно тебе, Миш, это бабское, — Ксюша было хотела что-то добавить, но друг ухватился за случайно брошенную подругой фразу.       — В смысле «бабское»? Слушай, мне показалось, или она мыслит гендерными стереотипами, а? — Миша комично повернулся к Лизе, показывая всем своим видом, что реально задумался над этим вопросом, а очки на носу лишь усиливали его образ.       — Блядь, мне кажется или нам всем сейчас дадут пизды, за то, что все уже почти зашли, мы стоим на улице.       — Да, пошли, — Ксюша махнула рукой и первой направилась в здание.

***

      Лиза смотрела в огромное окно актового зала, откуда открывался вид на небольшой сквер за зданием университета. Листья заканчивали свой полет, создавая разноцветный ковер, который нельзя было не зафиксировать. Спрятавшись за спину Миши, девушка сфотографировала осеннее великолепие на телефон, а после набросала неаккуратный эскиз в скетчбуке. Наконец Лиза спокойно села на свое место и оглядела помещение.       Большой актовый зал все равно отдавал советской атмосферой, как все не старались его усовершенствовать. Когда-то красные, замазанные грязью коврики лежали на полу, а бархатные сидения никто и не собирался убирать. На большой сцене о чем-то с огромным энтузиазмом распинался ректор, Лизу всегда бесил его голос, да и он сам. Все студенты были дружелюбными, но девушке просто не хотелось общаться ни с кем, кроме её друзей. За все три курса она завела лишь парочку знакомств, о которых не хочет вспоминать. Как будто за последующий год в ней вдруг проснется острая необходимость в друзьях.       Друзья у неё всегда были, но не такие, что могли бросить, а те, кто прошли с ней много сложностей и остались рядом по сей день. От размышлений её вновь отвлек звук сообщения. Юлиус 13:26 Сегодня бухич в честь первого сентября. Придешь?

Лиза a.k.a лучше выпить пива литр чем не выпить пива литр 13:26 Дак, вчера за него бухали.

Юлиус 13:26 И что с этого? Придешь или нет?

Лиза a.k.a лучше выпить пива литр чем не выпить пива литр 13:27 Не в этот раз, мэн. Прости

Юлиус 13:27 Жаль. Увидимся.

***

      Персиковый свет заката освещал фигуры трех друзей, идущих по небольшому скверу, который тоже был покрыт разноцветным ковром упавших листьев. Лиза успела сфотографировать это и выложить на всеобщее обозрение. Ксюша просила снять её на фоне «листочков, они же такие охуенные».       — Какого хуя нам задали ебучий проект в первый же день, блядь? Да еще и совместный с дизайнерами, вообще полный абзац! — Миша смешно размахивал руками, когда возмущался, что и заставляло Лизу и Ксюшу чуть ли не плакать от смеха.       — Мих, не ссы. Все быстро сделаем и откроем вискарь, он давно пылится на полке.       — Вот это мне нравится намного больше, чем ебучий проект.

***

      В Лизиной комнате темно, а свет включать никто не собирается. На стенах висело множество акварельных рисунков. Портреты, пейзажи, натюрморты, присмотрись и заметишь, что где-то работы наклеены в два, а то и в три слоя. Задание закончено, ровно как и бутылка виски. Они лежали на полу и смотрели на потолок. Алкоголь развязывал язык, и тянуло поговорить на душещипательные темы.       — Так вот, о чем я хотела вам рассказать, — Хоффман приподнялась на локтях, но тут же была опущена вниз сильной рукой Лизки, чтобы не нарушать идиллию, — Так вот. Несмотря на то, что выгляжу я как та ещё шлюха…       — Ты не шлюха.       — А ты не перебивай. Я всегда придерживалась того, чтобы спать только со своей родственной душой и все такое. Так вот, — глубоко вздохнув Ксюша все-таки выдавила из себя это, — Я переспала не со своим соулмейтом, — Миша приглушенно охнул, а Лиза лишь усмехнулась.       — Какие твои любимые цветы? — спустя пару минут Лиза нарушила тишину.       — Гвоздики…       — Погоди-ка, а у тебя случайно нет клевера на предплечье по-моему? — Лиза удивленно вскинула густые брови, вспомнив слова Юлика в машине.       — Есть… — ещё грустнее отозвалась подруга, — А какая разница вообще?       — Не важно… — важно, Онешко всегда говорил: «Клевер всегда будет пизже ваших роз и пионов», — У тебя-то он всего один, для меня это был бы повод радоваться, а не грустить.       — Сколько их?       — На сотке я перестала считать.       — Лиз, мне жаль… — Хоффман правда не знала, что делать в такой ситуации. Девушка никогда раньше не рассказывала о «саде» на своем теле. Это было что-то вроде запретной темы.       — Да, похуй. Я привыкла.