Превратности судьбы

Спустя неделю, Кенди лежала под деревом возле дома Пони, и пыталась привести свои мысли в порядок. Этим утром небо заволокло тучами, поэтому дети сидели в доме, и играли в новые настольные игры, купленные им Кенди в городе. Сама же мисс Уайт потихоньку улизнула из дома, и лежала на траве, грустно смотря в небо. Девушка решила не говорить мисс Пони и мисс Рейн о том, что случилось в последнее время, но то и дело замечала на себе их озабоченные взгляды. «Извините меня, - думала она. – Я не хочу делать вам больно. Вы так хотите, чтобы я была счастлива… Но, похоже, Альберт и впрямь не тот человек, что мне нужен. Он был хорош, как друг, но вот как жених просто ужасен! Боюсь представить, что было бы, если бы мы всё же поженились… Он такой безответственный, да ещё и ревнивый собственник, как оказалось… Ну уж нет, я не игрушка, и никому не позволю так с собой обращаться! И всё же, мне нужно высказаться… Может, поговорить с Анни или Патти? В конец концов они мои подруги… Хотя, Анни говорила, что Альберт мне не пара. Да и Патти сразу почувствовала, что я не люблю его, как мужчину. Но они ведь не знают о недавних событиях. Если, конечно, Арчи и Стир с ними ещё не поделились… Надеюсь, что они этого не сделали. Я хотела бы сама сказать об этом… - Кенди вздохнула, и перевернулась на другой бок. – Как Альберт мог так поступить? Я так верила ему. Думала, что он понимает меня лучше других, а он…» - Кенди, Кенди! – послышался голос. – Тебе письмо пришло! Из Чикаго! - Письмо? – девушка приподнялась на локтях, и увидела запыхавшуюся мисс Рейн. - Да, я только что достала его из почтового ящика, - женщина показала конверт, и вручила его девушке. – Как ты себя чувствуешь? - Уже лучше, - уклончиво ответила девушка. - Что же они пишут? – прошептала девушка, когда монахиня удалилась. – Если это от Альберта, я не стану отвечать! О нет… - письмо вывалилось из рук девушки, как только она прочитала первые строки, и она тут же кинулась в дом Пони. - Мисс Рейн! – крикнула она на ходу. - Я уезжаю! - Так внезапно? – удивилась монашка. – Обычно ты заранее говоришь, когда уедешь. Да и гроза может начаться… - Тётушке Элрой плохо. У неё был приступ, - пояснила Кенди. – Сейчас зайду к мисс Пони, и поеду на первом же извозчике! А гроза… Ну что поделать, отогреюсь в особняке Эндри! - В таком случае я буду молиться, чтобы ты хорошо добралась, и чтобы с мадам Элрой всё было хорошо. Вечером Кенди уже была в особняке в Чикаго, и, переминаясь с ноги на ногу, стояла у входной двери. Кроме чемоданчика с вещами, которые она взяла ещё в Нью-Йорк, девушка так же держала небольшой пакет, куда мисс Пони и мисс Рейн завернули яблочный пирог, попросив передать его мадам Элрой с пожеланием скорейшего выздоровления. Как же ей не хотелось возвращаться в дом, где жил Альберт, но деваться было некуда. «Тётушка Элрой ведь не виновата, что он так поступил, - думала она, входя в дом. – В последнее время она стала мягче ко мне относиться. Не хотелось бы снова её расстраивать… Тем более после приступа…» - Мисс Кенди! – навстречу ей вышла Дороти. – Вас долго не было. - Да, - кивнула девушка. - Я заехала в дом Пони. Но кто и как узнал, что я там? - Это всё мистер Стир, - пояснила девушка, принимая дорожный плащ Кенди. – Он сказал, что, если Кенди так долго не возвращается, значит, она в доме Пони. - Где сейчас он и Арчи? И как там тётушка? – спросила Кенди. - Мистер Стир и мистер Арчи сейчас у мадам Элрой, а ей очень плохо. Она хотела вас увидеть… И ещё… мистер Уильям… То есть мистер Альберт, он… - Не говори мне об этом человеке! – фыркнула Кенди. - Простите, - опустила голову служанка. – Но он ведь разочаровал ваши ожидания. Мне так жаль… - Не будем об этом, - вздохнула Кенди. - Я больше не его невеста. И сюда я приехала к тётушке и к моим друзьям. Пожалуй, я пойду к ним. Поднявшись наверх, Кенди постучалась и, дождавшись ответа, вошла в комнату. - Тётушка, как вы, - спросила она, подойдя к старухе. Стир и Арчи сидели тут же в креслах. Казалось, будто с тех пор, как Кенди видела Элрой в последний раз прошла не неделя, а как минимум десяток лет. Пожилая женщина похудела, лицо её осунулось, глаза потускнели, а в волосах появились новые седые пряди. - Явилась всё-таки… - проворчала Элрой. – Я думала, что ты снова сбежала. - Я приехала, как только получила письмо от Стира, - пояснила девушка. - Оставьте нас, - махнула Элрой братьям. – Нам надо поговорить наедине. - О чём вы хотите поговорить? – спросила Кенди, когда за парнями захлопнулась дверь. – В письме Стир написал, что Нил… - Да, он в коме… - вздохнула старуха. – Я потеряла почти всех близких мне людей… Хотя Нил не был мне особо близок, но он был частью моей семьи. Я просила Элизу приехать ко мне, но она, видите ли, занята! - Понимаю, - кивнула девушка. – После недавних событий, у меня нет желания жить под одной крышей с Альбертом! Но мне кажется, в последнее время мы с вами стали ближе. Потому я и приехала. - Может быть, - согласилась Элрой. – Значит, ты не хочешь здесь жить? - Поймите меня, - Кенди приблизилась к старухе, и попыталась заглянуть ей в глаза. – Он сделал мне очень больно! Но я готова приезжать время от времени ради вас, и ради моих друзей. Ведь у меня никого больше нет. Вы, Стир, Арчи, Анни, Патти, и ещё мисс Пони и мисс Рейн. И больше никого… - Разве ты никогда не пыталась найти свою настоящую семью? – удивилась Элрой. - Это сделала за меня мисс Рейн, - вздохнула девушка. – Но я никому не говорю об этом. Не хочу, чтобы, такие как Элиза чернили их имена! Но вам, я думаю, могу сказать… Это случилось, когда я сбежала из колледжа Святого Павла. Я вернулась в Америку, и сразу поехала в дом Пони. Там, пока мы пили чай, всё и открылось: - Ох, Кенди, - причитала мисс Пони, выслушав рассказ девочки о том, как и по какой причине, она сбежала из колледжа. – Но куда ты пойдёшь без образования? - Я пойду учиться в другое место! – категорично заявила Кенди. – Не хочу учиться этому фальшивому образу леди! Ну, какая, например, леди из Элизы? Она злобная и подлая! Это она подстроила нам с Терри ловушку! А ведь он милый, верно? - Да, - умилилась мисс Рейн. – Очень приятный молодой человек. Хотя, по-моему, немного вспыльчив и резковат. Но, похоже, он любит тебя. Кстати, Кенди, мы тут разбирали мусор на чердаке, и нашли очень интересную статью. Мы хотели бы, чтобы ты взглянула на неё. - Зачем? – удивилась девочка. - Сейчас узнаешь! – мисс Пони открыла ящик стола, и достала оттуда вырванную из газеты страницу. - Эта газета пятнадцатилетней давности! – усмехнулась Кенди, глядя на дату. – Но… - девочка перевернула страницу, и охнула от удивления. – Эта женщина… на фотографии… Она похожа на меня… И точно, на фотографии была изображена молодая женщина, с длинными, светлыми, кудрявыми волосами, слегка курносым носиком и ямочками на щеках. У стоящего рядом мужчины так же были светлые волосы. Взгляд Кенди скользнул ниже, и она увидела, что на руках женщина держит маленькую девочку со светлыми кудряшками и таким же курносым носиком. - Эта малышка в точности, как ты, Кенди, - ответила мисс Рейн на немой вопрос девочки. – Полагаю, эти двое твои родители. Это так странно… И почему я раньше не видела этой статьи? - Может, мы просто забыли о ней… - вздохнула мисс Пони. – В конце концов, в то время у нас было очень много малышей. Мы могли просто не придать значения этой заметке… - Прочти, что там написано! – кивнула мисс Рейн. – Мы уже давно прочли. - Тут говорится о пожаре в сельской школе, - прочла девочка. – Несколько погибших… И в статье идёт речь о двух молодых сельских учителях… Их звали Джон и Мишель Томас… Она была француженкой, и преподавала французский язык, а он литературу. Тут говорится, что мужчина вынес из пожара пять детей. Но когда побежал за последним, балки рухнули, и придавили их обоих. Его назвали героем посмертно. А у его жены разорвалось сердце от горя, когда она узнала о смерти мужа. Она скончалась в больнице буквально через пару дней. Местная медсестра выяснила, что у молодых людей нет родственников, и их маленькую дочку отнесли в приют, недалеко от Чикаго… Это ужасно… - девочка выронила статью из рук. – Но, где гарантия, что это и, правда, мои родители? Энтони говорил, что у его мамы так же были изумрудные глаза. Но его мама не была же моей мамой… - У тебя её улыбка и волосы… Но посмотри ещё раз на фото, - посоветовала мисс Пони. – Мы тоже сначала не заметили кое-чего. Девочка подняла вырезку, и пробежалась по ней взглядом. Пара сидела, похоже в гостиной своего дома. Мужчина приобнял жену за плечи, а та, мило улыбаясь, держала на руках маленькую дочку. Тут взгляд Кенди скользнул по ребёнку, и она заметила, что малышка сжимает в руках большую куклу. Первый раз Кенди не обратила внимания на игрушку, но теперь, когда ей посоветовали присмотреться… - Это же моя кукла! – девочка прижала руку к губам. – Та самая, с которой меня нашли… Правда, плохо видно, не могу рассмотреть, вышито ли у неё на груди слово «Кенди»… Вот бы найти ту медсестру, что отнесла эту девочку в приют… Чтобы знать наверняка. Я это, или не я… - Я нашла её, Кенди, - кивнула мисс Рейн. – Но не говорить же тебе всё сразу. - У меня есть знакомая в больнице в Чикаго, - продолжила мисс Пони. – Её зовут Мери Джейн. Я позвонила ей, и сказала, что к ней приедет мисс Рейн по важному вопросу. - Когда я приехала, - кивнула монахиня, – то спросила, что она знает о Мишель Томас. Та ответила, что слышала о той трагедии. И направила меня в ту самую больницу. Та медсестра давно уволилась по выслуге лет. Приехала к ней домой, спросила насчёт того, что стало с дочерью Мишель Томас. Она ответила, что отнесла её в приют на берегу озера Мичиган. И в точности описала наши холмы. Она не помнила названия приюта. И сказала, что у него лошадиное название… - Лошадиное? – невольно хихикнула Кенди. - Моя фамилия, означает маленькую лошадку… - засмеялась мисс Пони. – Видимо именно таким образом название приюта и отложилось в голове той пожилой женщины. - И что вы ей сказали? – поинтересовалась Кенди. - Сказала, что тебя удочерила богатая семья, и ты счастлива, - улыбнулась мисс Рейн. – Это ведь, правда? - Ну да, – улыбнулась девочка. – Значит, эти двое действительно мои родители… - Она передала мне ту фотографию, с которой делали снимок для газеты, - добавила мисс Рейн. – Сказала, что хранила её потому, что фотография очень красивая… Странно это, но у каждого свои причуды… *** - И мисс Рейн передала мне ту самую фотографию, - закончила Кенди. – Кукла и старое фото, всё, что у меня есть… Вы, вероятно, видели эту куклу в моей комнате. Обычно я сажу её на кровать. А фотографию храню в шкатулке рядом с фотографией Энтони. Я узнала, где стоял их дом. Но там теперь живут другие люди. От них ничего не осталось… - Печальная история… - вздохнула Элрой. – Выходит, твоя настоящая фамилия Томас? - Выходит, что так… Но я решила остаться Кенди Уайт. Я привыкла к этому имени. Когда меня нашли, в корзинке была только кукла. У неё на груди было вышито слово «Кенди», поэтому меня так и назвали. Хотя это вовсе не значит, что меня так назвали родители. А фамилию Уайт дали по двум причинам. В детстве у меня не было веснушек, и кожа была очень светлая. А ещё меня нашли в снегу. А Уайт означает – белый. Анни нашли в тот же день, но при ней хоть письмо было с просьбой позаботиться о девочке. Думаю, если бы Анни не удочерили Брайтоны, она также носила бы фамилию Уайт. - Выходит, узнать точную дату твоего рождения невозможно? - вздохнула Элрой. - Нет… - покачала головой Кенди. – Да и зачем? Меня и так устраивает. Мы с Анни считали днём своего рождения тот день, когда нас нашли. Но позже, Энтони сказал, что день нашей очередной встречи станет днём моего рождения. Это было двадцатого мая, тогда распустился сорт роз, который он вывел, и назвал в честь меня – Милая Кенди. С тех пор, я праздную день рождения в тот день, в память об Энтони. - Энтони был хорошим мальчиком. - Да, я до сих пор скучаю по нему, - призналась Кенди, - Когда я тогда приехала в Лейквуд, то думала, что, наконец, найду семью, как Анни. Но всё вышло не так. Правда, Энтони как-то сказал, что я похожа на его маму, что у неё тоже были зелёные глаза. После этого мне стало казаться, что мы стали ближе. Я подумала, что это довольно приятное совпадение. - Розмари была ещё и блондинкой, - усмехнулась Элрой. – Она была хрупкой, и нежной, как роза, только без шипов. Она любила эти цветы. В память о ней Энтони и стал их выращивать. - Да, он говорил мне, - улыбнулась девушка. - У моей дочери тоже были зелёные глаза, - снова вздохнула Элрой, погрузившись в воспоминания. - У вас есть дочь? - удивилась Кенди. – Я её никогда не видела, и даже не слышала про неё. - Я запретила кому-либо говорить о ней! – нахмурилась старуха. – Кэтрин была своеобразной девушкой. Непокорной, прямо как ты. - Неужели? – удивилась мисс Уайт. - Когда ты появилась в Лейквуде, то очень сильно напомнила мне Кэтрин, - кивнула старуха. – Такая же весёлая, жизнерадостная, но при этом ужасно своенравная. Разумеется, я верила той клевете, что говорила о тебе Элиза. Но до того случая с кражей я считала, что всему виной твоя необразованность. Ты не знала ничего о манерах. Когда Уильям принял решение взять тебя в семью, я была против, потому что думала, что ты воровка. Конечно, вскоре я убедилась, что это неправда. Но ты очень напоминала мне Кэтрин. Я злилась на тебя потому, что ты своим поведением напоминаешь мне дочь. Хотя и понимала, что в этом нет твоей вины. - А какой она была? – осторожно спросила Кенди. - У неё были каштановые волосы, слегка вьющиеся на концах, и большие изумрудные глаза. Внешне вы совсем не похожи. Только цветом глаз. Кэтрин… В шестнадцать лет она влюбилась в парня, а затем сбежала с ним, чтобы выйти замуж. Мы с мужем были против этой свадьбы, вот она и поступила по-своему. - Но почему вы были против? – удивилась Кенди. Это был первый раз, когда тётушка Элрой решила рассказать ей что-то личное. – Разве вы не хотели ей счастья? - Хотели, конечно, - вздохнула Элрой. – Но он был не очень богат. Не нищий конечно, но он не смог бы много ей дать. Мой муж сказал, что если Кэтрин выйдет за него, то он лишит её наследства. Так он и сделал. Упрямый был человек. Но Кэтрин была ещё упрямее, и её это не испугало. Однако, они недолго прожили вместе… - Недолго? – переспросила девушка. – Но что случилось? - В городке, где они жили, началась эпидемия, и они оба умерли, - казалось, будто копив долгие годы эти печальные воспоминания, Элрой больше не могла сдержаться. – Я долгие годы ничего не знала об этом. Память стёрла из моих воспоминаний имя и фамилию того молодого человека. Я даже внешность его не запомнила, так как видела всего пару раз. В тайне от мужа, я пыталась их найти, но безрезультатно. И вот, наконец, уже после смерти мужа, я вспомнила, как звали того юношу – Фред Льюис. С помощью этих данных я нашла городок, где они жили. У них был неплохой домик. Как я узнала, у этого парня была хорошо поставленная фирма, которая приносила хороший доход. Если бы они не умерли, то жили бы в любви и достатке ещё долгие годы. Я также узнала, что у них был маленький сын, который, по словам экономки, что работала в их доме, так же умер. Экономка же эта всё их имущество отобрала себе. Её муж адвокат устроил всё так, что я ничего не смогла добиться. - Это ужасно… - из глаз Кенди уже давно текли слёзы, но она не замечала этого. – Значит, вы так и не помирились… - Конечно же, нет, - покачала головой Элрой. – Разве что на могилу сходила. - Но почему вы мне это говорите? – запоздало удивилась Кенди. – Раньше вы никогда не делились со мной своими переживаниями. - Я просто хочу, чтобы ты знала, что я не совершу одну и ту же ошибку дважды, - пояснила Элрой. - Если ты не хочешь выходить за Уильяма – не выходи! И всё же, девушке в твоём возрасте уже положено быть хотя бы обручённой… - Ну, кто же мог подумать, что так выйдет, - вздохнула Кенди. – Если бы не Элиза, я бы давно вышла замуж за Терри. А если бы Альберт не скрыл от меня эти письма… - Ты бы всё равно не вышла за него, - махнула рукой Элрой. – Я же вижу, что ты его не любишь. Сравни ваши отношения с тем, что происходит между Арчибальдом и Анни, например, или между Алистиром и Патриссией. Это же небо и земля. Не пытайся врать мне, Кендис! Я всё вижу! - Как бы там ни было, Альберт давно был моим другом, и я думала, что смогу забыть Терри, и быть с ним счастливой. Я люблю его, правда, но как друга. И всё же, Альберт сам всё испортил. - Ты скоро опять уедешь, так? – старуха внимательно посмотрела на девушку. – Мне кажется, или в Нью-Йорке так же что-то случилось? - Всё нормально, - покачала головой Кенди. – Но я же сказала, что не могу пока жить с Альбертом под одной крышей. И всё же, я буду навещать вас. Когда мне станет легче, буду приезжать чаще. Кстати, мисс Пони и мисс Рейн передали вам яблочный пирог. Я отдала его Дороти на кухню. Она подаст вам его к чаю. А я, пожалуй, поеду. Скоро свидимся. После этого, Кенди оставалась в особняке ровно столько времени, сколько понадобилось, чтобы собрать часть тёплых вещей. Приближалась осень, и девушка чувствовала, что скоро они ей понадобятся. Так же захватила она ту самую куклу, фотографии родителей и Энтони, и некоторые личные мелочи. Несмотря на уговоры Стира и Арчи, она не пожелала остаться даже на ночь. И всё же, когда она выходила из дома, Альберт преградил ей дорогу. - Постой, Кенди, нам нужно поговорить, - попытался он задержать бывшую невесту. - Нам не о чем говорить, - в голосе мисс Уайт чувствовался холод. Девушка прошла мимо парня, но он схватил её за запястье. - Прошу, выслушай меня! – в голосе его звучало отчаяние. - Отпусти, мне больно! – Кенди дёрнулась, но рука её оказалась в руке Альберта, словно в тисках. - Кенди, я не хотел сделать тебе больно, пойми, - пытался оправдаться Альберт. – Я просто хотел уберечь тебя, от лишних волнений. - Поэтому сам мне их и создал? – съязвила девушка. - Да нет же, ну как ты не поймёшь, что тебе со мной будет лучше, чем с Терри! – парень, словно не слышал сарказма. - Откуда ты знаешь, с кем мне будет лучше? – Кенди, наконец, вырвалась, и посмотрела бывшему другу и жениху в глаза. – Какое ты имеешь право решать, что для меня лучше? Кроме того, после случая со Стиром я поняла, что ты очень… ненадёжный человек… В детстве ты казался таким умным и рассудительным, но теперь я понимаю, что ты не такой… - Кенди, прошу тебя… - снова попытался оправдаться молодой человек. – Я же хотел, как лучше. Неужели одна ошибка может поставить крест на нашей любви! - Альберт, я должна была сразу сказать тебе, что не люблю тебя! – не выдержала Кенди. – Да, я всё это время любила только Терри! И за тебя согласилась выйти замуж потому, что ты был моим другом, и я не хотела тебя обидеть! - И ты ещё говоришь, что я поступил с тобой жестоко? – Альберт не сдержался, и залепил девушке пощёчину. – Я думал, что твои чувства ко мне искренние! Не думал, что ты станешь ТАКОЙ! - Какой, ТАКОЙ? – заплакала девушка, потирая горящую щёку рукой. - Я верила тебе. Думала, что ты поможешь мне залечить рану в моём сердце. И тогда… И тогда я бы смогла тебя полюбить, как мужчину. Ведь как друга, я любила тебя уже давно. Но мне нужно было время. И мы были бы счастливы. Но то, что ты сделал - это ужасно! Сначала Стир, потом письма… Я не могу забыть этого! И эту пощёчину я тоже не забуду! Ты ударил меня! Ударил за то, что я обиделась на то, что ТЫ был неправ? За то, что бросил Стира в Эдинбурге, и он сам был вынужден добираться до Америки? За то, что скрывал от меня МОИ письма? Так за что ты меня ударил? Отвечай? - Прости, я не хотел, - Альберт понял, что сделал, но было уже поздно. - Повторюсь, - Кенди попыталась взять себя в руки, и решительно посмотрела в глаза Альберта. – Я могла бы полюбить тебя, если бы ты сам всё не испортил! И даже если бы мы с Терри продолжали общаться, как друзья, я никогда не изменила бы тебе! Слышишь? Но теперь всё кончено! Даже если я однажды тебя прощу, то уже никогда не выйду за тебя! Прощай! Из глаз Кенди снова хлынули слёзы, и она что есть сил, побежала по дорожке, к стоящему возле ворот автомобилю. «Поеду ка я к Патти, - подумала Кенди, сообщая водителю, куда её везти. – Мне просто необходимо поговорить с кем-нибудь. Я думаю, что тётушка Элрой выслушала бы меня. Но она сейчас так слаба. Кроме того, ей доставили волнений воспоминания о её дочери. Если она столько лет хранила эту боль в себе, не буду заставлять её переживать ещё и за меня». Альберт ещё долго стоял на пороге дома, и печально смотрел в ту сторону, где скрылся автомобиль, увозящий мисс Уайт. «Кенди… Значит, ты никогда не любила меня? – думал он. – Ты видела во мне только друга? Если ты уйдёшь отсюда, то и я не стану тут больше жить. Этот дом всегда был мне в тягость…» *** Элиза вот уже около получаса мерила шагами комнату. Нервное напряжение давало о себе знать, и девушка то и дело пинала ногами то подвернувшийся под ноги пуфик, то подушку, то что-нибудь ещё. Всего пару часов назад, мисс Леганс вернулась из больницы, где лежал Нил, но врачи строго запретили ей навещать брата. Элиза спорила с доктором минут десять, пока дверь в палату не открылась, и оттуда не вышла симпатичная девушка. Её светло-голубые глаза таинственно блестели, белокурые волосы, были модно подстрижены под каре, а на губах играла презрительная усмешка. - ЕЙ, значит, можно, а мне нельзя? – взвизгнула Элиза. - Я просила никого не пускать, пока не уйду! – усмехнулась девушка. – Полагаю, ты помнишь меня, Элиза? - Конечно, помню! Нэнси! – кулаки девушки сжались сами собой от негодования. – Как ты смела сюда явиться? - О, я пришла к своему жениху! Позвольте, доктор, я провожу её! – уверенным тоном скомандовала мисс Реджинальд, хватая Элизу за руку, и таща к выходу. - Что ты себе позволяешь? – топнула ногой Элиза, когда Нэн буквально выволокла её на улицу. - Не советую тебе ссориться со мной, милочка, - в голосе девушки звучала угроза. – Если я услышу, что ты была здесь, тебе не поздоровится! - Ты не имеешь права… - Права свои будешь в суде доказывать! – нахмурилась Нэнси. – Я тебе не паинька Анни Брайтон, и не святоша Кенди Уайт. Ты ещё не знаешь, кому дорогу перешла! Я ВСЁ о тебе знаю, так что советую прислушаться к моим словам! - Ты врёшь! – скрестила руки на груди Элиза. – Докажи сначала! - Надо же, какие мы недоверчивые… - просюсюкала Нэнси. – Ладно, слушай. Я тут узнала, что ты училась в колледже Святого Павла, в Лондоне, где ты подстроила очень неприятную ловушку Кенди Уайт и ныне популярному актёру Терренсу Гранчестеру. В результате, им обоим пришлось уйти из колледжа. - Это легко… - фыркнула Элиза. – Ты всё это узнала от Нила! - А что, если я скажу, что несколько дней назад, ты была в квартире Терренса Гранчестера, в Нью-Йорке? – ничуть не смутившись, ответила Нэн. – Ты осталась там ночевать, и во время твоего визита, туда также приехала и Кенди. Однако, спустя несколько минут, она выбежала из квартиры, как ошпаренная! Продолжать? Этого Нил мне точно не мог сказать, правда? – девушка приблизилась к лицу Элизы, и зашептала ей на ухо. - Я буду следить за тобой день и ночь, прилипну к тебе, как тень. Ты пожалеешь о том, что на свет родилась, понятно?! Запомни, что со связями моего отца, я буду знать о каждом твоём шаге! И только попробуй приблизиться к Нилу, или снова навредить Кенди! Я моментально узнаю об этом, и тебе крупно не поздоровится! А теперь беги домой, к мамочке! Чао! С этими словами девушка посмотрела мисс Леганс в глаза и, заметив в них страх, смешанный с паникой и ненавистью, хищно улыбнулась, и села в автомобиль, стоящий возле входа в больницу. «Проклятая Нэнси! – Элиза в истерике рвала на себе волосы. – Какое она имеет право угрожать МНЕ, Элизе Леганс! И с чего она вдруг так переживает за Кенди? Ладно, допустим, она влюбилась в Нила, но Кенди тут причём? Они даже толком не знакомы! Или, всё же знакомы? Но почему я ничего об этом не знаю?» - Элиза! – послышался голос Клары Леганс. - Вот ты где, нам нужно поговорить. - В чём дело, мама? – раздражённо ответила девушка. - Я хочу побыть одна! - Я вижу, - женщина окинула комнату придирчивым взглядом. – У тебя такой бардак… К ужину чтобы было убрано! - Лора уберёт, - махнула рукой Элиза. - Лора уволена! – покачала головой миссис Леганс. – Как и все наши слуги. Так что убирать теперь будешь сама! - Что? Почему? – взвизгнула девушка. – Мама, ну что это такое… - Ты же знаешь, стараниями Нила, у нас совсем не осталось денег! Хорошо, что хоть тётушка Элрой согласилась принимать нас во время завтрака, обеда и ужина. Теперь всё, что у нас есть – это фирма твоего отца. Но этих денег недостаточно для той жизни, которую мы вели раньше. Поэтому мне пришлось уволить всех слуг. Так что ты, моя дорогая, теперь будешь убирать вместо них! - А… А ты? – Элиза удивлённо расширила глаза. Убираться? Она? Да ни за что! - Я старше тебя, - категорично ответила её мать. – Хватит уже того, что я занимаюсь продажей ненужных нам вещей, чтобы получить хоть какие-то деньги! Так что весь дом на тебе! - Но мама! – топнула ногой Элиза. – Я не хочу! - Не спорь со мной, юная леди! – нахмурилась миссис Леганс. – Собери все ненужные тебе платья и украшения. Я продам их завтра же! Ах, да, и определись, наконец, за кого из своих ухажёров ты выйдешь замуж! Это наш единственный шанс не скатиться в нищету! - Не хочу замуж! – взвыла девушка. – Я ещё слишком молода! - Скажи спасибо своему брату! Но если ты в ближайшее время не выберешь жениха сама, я сделаю это за тебя! С этими словами Клара Леганс покинула комнату дочери. Элиза пришла в ярость от такого заявления матери. Чтобы она, Элиза Леганс, убиралась в доме? Чтобы она опустилась до уровня прислуги? Да ни за что! Выйти замуж тоже не вариант! Как только Элиза подумала, что вместо прогулок по паркам, посещений балов, театров и кино, она будет сидеть дома с ребёнком, у неё закружилась голова. А то, что ребёнок родится, она не сомневалась. Конечно, ребёнку можно найти няню… Ну нет, даже при таком раскладе, Элиза не хотела выходить замуж ни за кого, кроме Терри. Может, имеет смысл написать ему? Встретиться? Может, ей удастся влюбить его в себя? Но даже будучи пьяным, Терри категорично заявил, что между ними ничего не будет. Девушка устала от своих размышлений, и повалилась в кресло. «Ну, ничего, Терри, я придумаю, как завоевать тебя! - подумала она. И тут же ей вспомнился сегодняшний разговор с мисс Реджинальд. - Чёрт бы её побрал эту Нэнси! – в сердцах подумала Элиза. – И что она нашла в Ниле, что горой за него стоит? И, самое главное, что её всё же связывает с Кенди?» *** Терри сидел на диванчике, возле окна, в небольшом коттедже возле леса, и смотрел, как его маленький сын играет с плюшевым медведем, подаренным ему бабушкой. Элеонора Бейкер сидела тут же, и с нескрываемой тревогой смотрела уже на своего сына. Было видно, что за последнее время парень мало спал, и постоянно был на взводе. - Терри, так дальше нельзя, - женщина села ближе к сыну, и попыталась его обнять. – Тебе нужна женщина, а Эдварду нужна мать. Ох, вспомни, как тебе было плохо, когда тебя забрали у меня… - Это совсем другое! – процедил сквозь зубы парень. – Я стараюсь быть лучшим отцом, чем мой собственный. Но я не могу жениться лишь бы на ком. Моя жена должна устраивать и меня, и Эда. - А, по-моему, ты всё ещё надеешься, что твоей женой станет Кенди, так? - Она даже не приехала выказать мне соболезнования, по поводу смерти Сюзанны, - нахмурился парень. – Она столько времени игнорировала меня, и всё ещё продолжает мучить! - Может, у неё какие-то дела, и она не смогла приехать? – задумалась Элеонора. – И потом, она не знает твой новый адрес. - Захотела бы – узнала! – фыркнул Терри. – Но, похоже, она предпочла забыть обо мне! Представляешь, даже Элиза Леганс приехала, а Кенди – нет! - Странно, что эта испорченная девица приехала, - покачала головой женщина. – Не нравится мне это… - Я ей чётко дал понять, что между нами ничего не будет! – категорично заявил Терри. – Но у неё не было денег на гостиницу, и… - Это она так сказала? – переспросила Элеонора. – Не нравится мне это, Терри, очень не нравится. Есть такой сорт людей, которым нравится портить жизнь другим. И Элиза Леганс как раз такой человек. - И родители Сюзанны такие же! – Терри решил сменить тему. – Они довели её до могилы! Сколько помню, они никогда не интересовались её делами, здоровьем, даже внук их не интересовал. В отличие от тебя. - Я когда-то потеряла тебя, Терри, - вздохнула женщина. – И не хочу терять тебя снова. И я люблю Эда, и готова помогать, чем смогу. Пойду, уложу его спать. «Что-то здесь не так, - подумала Элеонора, уложив малыша в кроватку, и присев рядом. – Чтобы Элиза Леганс, эта эгоистичная, злобная девица, приехала посочувствовать Терри? Она явно что-то задумала.»