Превратности судьбы

Придя утром в больницу, Клара Леганс первым делом пошла в палату к своей несчастной внучке. Ребёнок, по её мнению, больше заслуживал внимания. Войдя в палату, женщина немного сморщила нос от острого запаха лекарств, но переборола себя. Девочка лежала в постели, и грустно смотрела перед собой. Её глаза были наполнены слезами, а маленькая ручка судорожно держалась за одеяло. Рядом на стуле сидела медсестра, и читала ей какую-то сказку. - Здравствуй, Диана, - Клара подошла к кровати. – Ты же помнишь меня? Я твоя бабушка. - Бабушка, – Диана увидела миссис Леганс и протянула к ней руку. – Забери меня… - Не напрягайся! – медсестра тут же положила руку девочки обратно на одеяло. – Хорошо, что вы пришли, мадам, - обратилась она к вошедшей. – А то мать она вообще видеть не хочет. И не удивительно… А это что? – кивнула она на пакет в руках женщины. - Да так, привезла немного фруктов… - вздохнула Клара. - Но мадам, нельзя же… - покачала головой девушка. - Выйдем? – внезапно резко ответила миссис Леганс, взяв медсестру за локоть. – Поговорим! - Бабушка… - снова послышался голос Дианы. - Я вернусь через минутку! – ответила Клара, выходя за дверь. - Ох, мадам, нельзя в палату еду. Если врач узнает… - Так позовите его! – возмутилась женщина. – Как мне сообщили, травмы моей внучки несовместимы с жизнью! - Это верно, а еда не улучшит её состояние… - Но и не ухудшит! – нахмурилась Клара. – Я объехала весь Чикаго в поисках этих фруктов. А учитывая положение дел в стране, была вынуждена заложить своё обручальное кольцо, чтобы купить их! И всё, чтобы порадовать мою внучку! Если она и так умрёт, то пусть хотя бы будет счастлива перед смертью, ясно! Я корю себя за то, что не успела забрать Диану у Элизы, и хочу хоть что-нибудь сделать для неё! - Ладно, - вздохнула медсестра. – Я всё понимаю… Мне тоже жаль эту девочку… Но, когда будете уходить, заберите всё, что останется. Не оставляйте мусор. - Хорошо, - согласилась женщина. – А теперь я пойду к моей внучке! Войдя в палату, Клара Леганс собралась с силами, и направилась к кровати малышки. - Бабушка, ты не уйдёшь? – послышался слабый голос. – Я не хочу к маме… - Нет, - попыталась улыбнуться женщина. – Я останусь с тобой. А потом мы поедем в Лейквуд… - голос её дрогнул. – Это за городом, там недалеко лес и озеро… - Там красиво? - Очень. Поешь фруктов, тебе нравятся персики? - Очень вкусные, - слабо улыбнулась девочка, откусывая с помощью Клары кусочек. Женщина терпеливо помогла внучке съесть три персика, и снова уложила её в постель. - В Лейквуде будет много персиков, - попыталась улыбнуться Клара. – И ещё груши, яблоки, сливы… - Я люблю сливы, - ответила Диана. - Мама никогда не давала мне фрукты. Меня священник в церкви несколько раз угощал. А почему ты раньше не приходила? Только с мамой за дверью ругалась… - Элиза не пускала меня к тебе, - пояснила Клара. – Я хотела тебя забрать, а она была против. Нам будет хорошо в Лейквуде. Тебя там никто не обидит. Там же живут Мадлен и Джеймс, твои сестра и брат. - Хочу там побывать, - вздохнула девочка. – Там, наверное, красиво… И сестру с братом хочу увидеть. Хочу им понравиться… - Ты им обязательно понравишься, - сквозь слёзы проговорила Клара. – И остальным детям тоже. - Я так устала, спать хочется… - Тогда поспи, а я почитаю тебе, хочешь? - Да, - кивнула Диана. – Про Золушку. Это моя любимая сказка… Там бедная девочка становится принцессой… Медсестра Элис читала мне сказки, пока ты не пришла. Она такая добрая... - Хорошо, - вздохнула Клара, беря книгу. – Слушай… Когда женщина закончила читать, девочка уже спала. Погладив её по голове, она решила, что не отойдёт сегодня ночью от её постели. Выйдя в коридор, она покачала головой, сидящему возле палаты Нилу. - Если хочешь, езжай домой, - вздохнула Клара. - Я уже позвонил, что останусь с тобой. Но в палату не пойду! Особенно к Элизе! - Как хочешь. Я и сама пока к Элизе не ходила. - Мама, постой, - Нил внимательно посмотрел на мать. - В чём дело? - Клара уже было открыла дверь в палату. - У тебя что, седина в волосах? - Ах, вчера ещё не было, - покачала головой женщина, доставая из сумочки зеркальце и разглядывая своё отражение. Немного слева от середины головы и впрямь была белая прядка волос. - Это всё от нервов. Я слышала, что можно за одну ночь полностью поседеть. Ладно, вернусь к Диане. Если вдруг передумаешь, зайдёшь и предупредишь меня, что уезжаешь, ладно? Нил кивнул, сел на скамейку возле палаты и углубился в свои мысли. Вернувшись в палату, Клара села в кресло возле постели внучки, и задумалась. «За что это всё Диане? – думала женщина. – Она же всего лишь ребёнок. Бедная малышка. Ну почему я не смогла отсудить её у Элизы? Наверное, я сама виновата, слишком поздно спохватилась. Хотя на примере Мадлен и Джеймса знала, как Элиза относится к собственным детям! Но я думала, может она одумается… Каждый раз даю Элизе шанс, и каждый раз жалею об этом! Наверное, Бог действительно наказывает меня, за мои грехи. Именно меня, так как для Элизы потеря ребёнка не наказание. Для неё Господь уготовил иную кару! Врач сказал, что она теперь никогда не сможет снова ходить. Для такого человека как Элиза – это хуже смерти! Но за что Бог наказал саму Диану? Она то в чём провинилась? Как же мне сказать всем в Лейквуде, что Элиза с нами надолго? Когда я сюда ехала, думала, что это на пару месяцев, но теперь… Нил, наверное, уже сообщил им, когда говорил о ночёвке в больнице. Представляю себе их реакцию. Особенно Кенди! Она слишком многое пережила из-за Элизы. Подумать только, я думаю о чувствах Кенди больше, чем о чувствах собственной дочери! Как же я заблуждалась…» Миссис Леганс сама не заметила, как уснула в кресле возле постели внучки. Она не знала, сколько времени проспала, но проснулась от суетливых голосов врача и медсестры. - Диана! – потянулась она к внучке. – Вы ставите ей укол, да? - Мне очень жаль… - покачал головой врач. – Она ушла быстро и тихо, во сне. - Что! – глаза Клары наполнились слезами. – Почему так быстро… - Похоже, она умерла, как только дождалась вас, - перекрестилась медсестра. – Она говорила, что слышала, как мама ругалась с бабушкой, и бабушка хотела её забрать. Говорила, что вы не имели возможности общаться, но она хотела бы узнать вас получше… Похоже, вы были её надеждой на лучшую жизнь. - Я знала, что это неизбежно… - голос Клары дрожал от рыданий. – Но я всё ещё на что-то надеялась… И не думала, что так быстро… Хотела провести с ней ещё хотя бы пару дней… - Диана была хорошей девочкой, - попыталась утешить её медсестра. – Но в подобной ситуации ей повезло. Она не страдала перед смертью. И даже была счастлива. У неё улыбка на лице… Ваши слова и персики действительно обрадовали её. - Чёрт бы побрал Элизу! – внезапно нахмурилась миссис Леганс. – Она то небось долго ещё будет жить! - Прошу вас, мадам, - подошедший врач протянул ей успокоительное. – Не стоит осквернять эту палату руганью! - Вы правы! – женщина выпила таблетку, и направилась к выходу. – Прости, Диана, что пришлось сделать это при тебе, - она посмотрела на девочку, и сжала кулаки. - Отведите меня в палату дочери, - обратилась она к медсестре. - Я ей всё выскажу там! *** Подойдя к нужной двери, Клара попросила приведшую её медсестру не беспокоить их, рывком открыла дверь и вошла внутрь. Элиза полулежала на кровати, и смотрела в окно. Увидев мать, она укрылась одеялом с головой, обнажив перебинтованные ноги. Лицо её, как отметила миссис Леганс, ничуть не пострадало в пожаре. - Можешь пытаться избежать разговора сколько хочешь, дрянь такая! – Клара рывком сдёрнула с дочери одеяло, и залепила ей звонкую пощёчину. – Но тебе лучше выслушать меня! - Ой, мама, мне и так плохо… - женщина потёрла щёку, и попыталась заткнуть уши руками. Но миссис Леганс помешала ей это сделать. – Чего ты хочешь от меня? - Всего лишь сказать, что я не прощу тебя за смерть Дианы! – прошипела Клара, отвешивая дочери одну пощёчину за другой. – Дрянь! Я растила тебя в любви и заботе! Давала всё, что ты хотела! Ты никогда ни в чём не нуждалась! Как ты могла стать такой мразью! – из глаз её лились слёзы, а руки продолжали наносить удар за ударом по лицу Элизы. - Да оставь ты меня! – взвизгнула Элиза, когда мать схватила её за волосы. – Мне больно! - Больно? Ах, больно тебе! – мать схватила дочь за плечи, и принялась трясти, как куклу. – А каково было бедной девочке, тебе плевать? За что, Элиза? За что ты так с ней? - Это был несчастный случай! – из глаз женщины хлынули слёзы. – Я знаю, что плохая мать, но я не желала смерти дочери! - Если бы ты отдала её мне, ничего бы не случилось! - Диана была мне нужна, ясно? У меня больше никого не осталось! А она была дочерью мужчины, которого я любила! - Вряд ли ты говоришь про Альберта! - Нет, Альберт не отец Дианы. Но это моя тайна! Я любила одного человека, но даже он меня предал… - Потаскуха! – выругалась Клара. – Я и так всё знаю! Альберт сказал мне, что ты изменяла с Джорджем и ему, и Жану! Он знает, что Диана не его дочь. И ты это только что подтвердила! А Жан Ламберт любил тебя, а ты разбила ему сердце своим поведением! Как же мне было стыдно перед ним из-за тебя! Я молила его простить меня за то, что связала его с тобой! Слава Богу, он понял, что я сама от тебя такого не ожидала! Да он был староват для тебя, но был порядочным человеком. И всё его состояние могло достаться тебе! - И пропало бы как все наши сбережения! - Недвижимость всегда останется недвижимостью, Элиза, что бы ни случилось! Пока мы вынуждены все ютиться в Лейквуде, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Но когда экономика страны нормализуется, мы снова заживём, как прежде. Правда, нам придётся продать часть имущества, но Нил и Альберт ищут способ вернуть основную часть нашего состояния! А дом Жана достанется Мадлен! - Я слышала, он завещал что-то и Кенди! - Некоторые украшения и часть денег! – ответила Клара. – Это его благодарность за то, что она пообещала позаботиться о Мадлен. Конечно, деньги обесценились, но украшения и столовое серебро всегда будут в цене, Элиза! Тебе же никто ничего не оставил. Ни Жан, ни тётушка Элрой! Но это лиричное отступление. Неужели ты думаешь, что после смерти Дианы, и после того, что ты сделала с Кенди, тебе будут рады в Лейквуде? - Значит, Кенди тоже там? – в глазах Элизы загорелась искра, что не ускользнуло от взгляда её матери. - Да, - кивнула Клара. – Но ты зря надеешься, что сможешь дальше плести свои интрижки! За тобой будут следить, чтобы ты ничего больше не натворила, и никому не навредила! И на этот раз даже шпионы Нэнси не понадобятся! - Значит, ты на стороне Кенди? – фыркнула Элиза. - Вижу, что смерть дочери от любимого мужчины, как ты выразилась, да ещё по твоей вине, не особо тебя тронула! А что касается Кенди, то наши отношения не те, что прежде, это верно! Я вижу, как она заботится о Мадлен, и благодарна ей за это! Да и Эдвард ей не родной сын, но она любит их обоих. Я вижу это, Элиза, и понимаю, что была не права на её счёт! Как и на твой счёт тоже! Я так сильно тебя любила, что не видела, какой сволочью ты растёшь. Я слишком многое прощала тебе, на слишком многое закрывала глаза. Сначала думала, что ты ещё ребёнок. Потом думала, что ещё слишком молода… Каждый раз надеялась, что ты вот-вот изменишься! А потом стало слишком поздно! Как бы там ни было, я тебя предупредила – сочувствия в Лейквуде не жди! Особенно от Кенди и Фленни! - Что? – вспылила Элиза. – Эта чопорная медсестра тоже там? - Конечно, - кивнула Клара, отмечая, что руки дочери мелко задрожали. – Она теперь жена Альберта, и мать вашего с ним сына! И да, она, как мать также лучше тебя! А теперь до свидания, Элиза. У меня нет ни желания, ни времени сидеть с тобой. Нужно ещё о похоронах бедняжки Дианы договориться! Но я тебя предупредила – сочувствия не жди! Даже от меня! С этими словами Клара встала и, смерив, дочь презрительным взглядом, вышла из палаты. «Так значит, Кенди и Фленни теперь там всем заправляют? – подумала Элиза, когда за матерью закрылась дверь. – Вот чёрт… Кенди меня теперь больше всех ненавидит, да и Терри тоже… А эта Фленни… - Элизе тут же вспомнились слова бывшей медсестры в полицейском участке. – Высокомерная выскочка! Ещё одна леди… ну нет, даже не с конюшни, скорее уж леди с помойки! Чёрт, и почему я оставила свечу зажжённой, - с досадой подумала она. – Жила бы сейчас в своей квартирке с Дианой… Да, жалко, что она умерла. Я так надеялась, что она вырастет, и будет зарабатывать нам на еду. И, как подрастёт, поможет мне справиться с моими врагами! А может мне удалось бы выбиться из нищеты, удачно выдав её замуж? Альберт же не единственный любит пригревать обездоленных девушек. А у нас и фамилия есть знатная в отличие от Кенди и этой Фленни! Но теперь всё прахом…» *** Спустя месяц Нил, с тяжёлым сердцем ехал назад в Чикаго за сестрой. Чтобы ему не было обидно ехать одному, Альберт вызвался поехать с ним. Ожоги Элизы уже окончательно зажили, и врачи дали понять, что пора бы её уже забирать. Тем более, что за время своего пребывания в больнице, Элиза успела настроить против себя всех врачей и медсестёр. Пока мужчины отсутствовали, остальные гадали, чего ждать от приезда Элизы. Так же следовало подготовить ей комнату. Разумеется, заранее об этом думать никто не хотел. - Я предлагаю на чердаке! – подал идею Стир. – Кенди, вроде там была твоя первая комната? - Да, но там было не так уж плохо, - улыбнулась Кенди. – Для девочки только что приехавшей из приюта это было замечательно. - Кроме того это будет укол в сторону миссис Леганс, - фыркнул Арчи. – А она и так себе места не находит от горя. Да и мы ведь хотим не её, а Элизу проучить. - Да, у нас и отношения вроде наладились, - вздохнула Кенди. – Не хотелось бы делать ей больно, тем более в такое время. - В любом случае, время пока есть! – вздохнула Фленни. – Если что, будем импровизировать. Я бы её хоть в саду оставила! - Чтобы пострадали наши грядки? – усмехнулся Стир. – Это же Элиза! Назло нам хоть зубами всё повырывает! - Думаю, когда она объявится, мы сами поймём, куда её заселить! – прошептала Анни. - Ну вот, дельная мысль, - Арчи погладил жену по волосам. - Ты что, теперь во всём будешь со мной соглашаться? – спросила она. - А что? – усмехнулся Арчи. – Я не хочу, чтобы ты думала, будто я разлюбил тебя. Подумать только, ревновать к моей юношеской влюблённости в Кенди… Да, я был резковат, но… - Ладно, забудем об этом. – улыбнулась Анни. – Мы в первые месяцы кризиса все были сами не свои. - Ну вот, - фыркнул Терри, заметив приближающийся автомобиль. - Нашу Горгону Медузу привезли уже! Не смотрите ей в глаза, а то в камень обратимся! Все дружно засмеялись, но стоило авто приблизиться, как снова надели маски недовольства. Остановив автомобиль, Нил брезгливо вытащил из машины инвалидное кресло сестры. В воздухе повисло неловкое молчание. Элиза злобно смотрела то на одно недовольное лицо, то на другое. Кенди, как она отметила, похорошела, несмотря на все тяготы жизни. Её густые, кудрявые волосы были стянуты в высокий хвостик, что не мешало им спадать на спину и плечи красивыми волнами. Веснушек у Кенди меньше не стало, однако, они не портили внешность, а напротив добавляли изюминку. Взгляд Элизы задержался на Фленни. Новая жена её бывшего мужа кисло смотрела на Элизу своими пронзительными синими глазами, блестевшими за стёклами очков в модной оправе, которые ей подарил Альберт взамен разбившихся. Волосы её всё так же были уложены в хвостик, но при этом кончики и чёлка слегка завиты. Элиза тут же отметила, что раньше не замечала насколько она фигуристая. Рядом с Фленни стояла недовольная Нэнси. Светлые волосы её, как и раньше были подстрижены под каре, а губы сжаты настолько плотно, что превратились в тоненькую ниточку. Казалось, что она лишь усилием воли удерживается от того, чтобы не вырвать Элизе все волосы. Конечно, Элиза не подозревала о том, что жена её брата была вовсе не рада продавать отцовскую квартиру в уплату её долга. Анни и Патти о чём-то недовольно перешёптывались, глядя на свою противницу. Элиза так же подметила, что, хотя её враги и были одеты довольно скромно для аристократок, но платья были чистые, целые, сшитые, явно самостоятельно, но по модным выкройкам, и приятных расцветок, что говорило о неплохом качестве ткани. - Добро пожаловать в ад! – недобро сказала Фленни, решив нарушить эту немую сцену. Очки её при этом сверкнули на солнце. - Как ты смеешь так со мной разговаривать! – моментально послышался возмущённый голос Элизы. – Я - хозяйка этого дома! Я! И не смотри на меня так, будто лимон проглотила! - Хозяйка этого дома – Кенди! – фыркнула Нэнси. – Мы как раз решали, куда тебя заселить. - Как куда? В мою обычную комнату! – стукнула руками по подлокотнику Элиза. – Ну… То есть в ту, где я спала иногда, когда приходила сюда из нашего особняка! - В ней сейчас спит мама! – усмехнулся Нил. – А она в гневе на тебя за Диану! - Может в комнату с привидениями её? – пошутил Стир. - Кенди, помнишь? - Ага… - задумалась женщина. – Но она занята. Там хранится всякий хлам. Я хочу поступить с ней так же гуманно, как она когда-то поступила со мной! - О, я понял! – на губах Стира заиграла ехидная усмешка. Ещё пара секунд, и он, изловчившись вытащил Элизу из инвалидного кресла, сунул её как мешок с картошкой в тачку, и повёз так, чтобы женщина не видела, куда её везут. Остальные побежали следом. Элиза вопила всю недолгую дорогу так, как неизвестность пугала её, да ещё и от сильной тряски у неё заболели ноги. Когда Стир остановился, мисс Леганс, наконец, перевела дух и заметила, что завезли её в какой-то большой амбар. - Что это? – возмущённо прошипела она. - Это твоя новая спальня, - радостно ответил Стир. – Кенди, я правильно понял твою идею? - Вполне! – послышался весёлый голос Кенди. – Располагайся поудобнее, Элиза. Это твоя новая комната! Только лошадей не хватает. Зато через стенку коровник и курятник. Слышишь мычание и квохтанье? - Может, сюда коров приведём? – подала идею Патти. - Нет, - покачала головой Нэнси. – Нельзя оставлять живых существ наедине с Элизой. И вообще нужно будет тщательно следить, чтобы она не заезжала на своей инвалидной коляске к коровам и к курам! Но в целом идея хорошая! - Вы что, издеваетесь?! – вскричала Элиза. – Какое вы имеете право… - Твоё мнение никого не волнует, Элиза! – сухо ответила Фленни. – Не нравится – вон там лес! - махнула она рукой. - Езжай в своём инвалидном кресле хоть на все четыре стороны! И это только цветочки! – прошептала она, нагнувшись прямо над нечёсаными светло-рыжими прядками. – Ягодки будут впереди! - Ты что, угрожаешь мне? – прошипела Элиза. - Думай, как хочешь! – пожала плечами женщина. – Идёмте, скоро уже ужин, - обратилась она к подругам. - А у нас ничего не готово. Ах да, безопасности ради, думаю, что инвалидное кресло я заберу. Сиди здесь, на соломке. Ближе к вечеру парни принесут тебе кровать. Захочешь в туалет, вот тебе корыто, - она схватила с гвоздя деревянную утварь. - Запрыгнешь, не надорвёшься! - Чёрт, верните мне моё инвалидное кресло! – слышалась вслед удаляющимся ребятам ругань Элизы. – Я же не могу ходить! Но её уже никто не слышал. - А если приедет врач, чтобы справиться о делах Элизы? – спросила Патти, когда они дошли до кухни. – Что мы ему скажем? - Он не приедет! – покачала головой Фленни. – Я звонила в клинику, и сообщила, что являюсь медсестрой со стажем. Меня там все знают! А ещё напомнила, что Кенди также является медсестрой по образованию. Врач согласился, что двух медсестёр хватит, и его тревожить не обязательно так, как больных ему и так хватает. Кстати, сказал, что сочувствует нам всем. Ибо нам терпеть Элизу придётся дольше врачей и медсестёр. И ещё сказал какие лекарства следует давать, когда и в каких дозах. - Но мы их, как понимаю, давать не будем? – спросила Анни. - Только обезболивающее и снотворное по вечерам, - пояснила Фленни. – А то мы не заснём под её брань! А в остальном не вижу смысла тратить на неё деньги! Что скажешь, Нил? - Да и так уже прилично потратились на неё! – фыркнул он. – Сколько мы потеряли из-за её долгов! Так что обойдётся без дорогих лекарств! Но поселить её в сарае… Это словно вернуло меня в детство… - Ничего, переживёт! – улыбнулась Кенди. – А когда придёт зима, переселим на чердак! Заметь, я гуманна к ней. Вместо того, чтобы сидеть весь день в доме на пыльном чердаке, она будет в амбаре дышать свежим воздухом. - Скорее коровьим навозом! – усмехнулся Терри. Вся компания дружно засмеялась и пошла на кухню. Уже давно Фленни и Кенди посовещались и решили, что будет лучше, если каждый день за уборку, готовку и огород будут отвечать новые люди. - Так будет меньше надоедать однообразие, улыбнулась Кенди. - Да уж… - согласилась Фленни. – Нужно составить график! Иначе мы запутаемся. Исключением из всего графика являлись только миссис Леганс, которая, как и прежде смотрела за детьми, работающий в кино Терри, и Нэнси, занимающаяся финансами с Нилом и Альбертом. Так же с тех пор, как Том привёл коров, Эдварду и Мадлен как самым старшим из детей, в хорошую погоду было поручено их пасти. Остальным же детям было поручено кормить кур и собирать яйца. Когда же лил дождь, они сидели с миссис Леганс и читали книжки вслух, когда Клара уставала или намеренно решала провести урок чтения. - Бабушка, ты такая грустная в последнее время, – сказала Мадлен видя, что она плачет. – И ещё у тебя седина в волосах... Это из-за Элизы? - Ты опять зовёшь её по имени? – вздохнула Клара. – Ну да ладно… И из-за неё тоже… - Сестрёнка из-за неё умерла! – топнула ногой девочка. - Тише! – шикнула на неё Клара. – Кроме тебя и Эдварда никто из детей об этом не знает! - Прости, - Мадлен зажала ладошками рот. – Но я не хочу, чтобы она тут жила! С этими словами девочка вскочила с травы, отряхнулась, и убежала в сторону кухни. - Мама… - дёрнула она Кенди за рукав. – А Элиза тут надолго? - Не знаю, - честно призналась Кенди. – Но нам всем придётся потерпеть. Помнишь, чему я тебя учила? Нужно проявлять сострадание даже к таким людям. - Я всё понимаю, мама, но Элиза всем только плохо делает! - Знаю, - терпеливо продолжала Кенди. – Мне её общество тоже неприятно. Ты даже представить не можешь насколько! К сожалению, мы не можем оставить её в больнице. Иначе кто-нибудь потеряет возможность лечиться. А на какой-нибудь пансион у нас нет сейчас средств. Время непростое, сама знаешь. Но мы сделаем всё, чтобы она никому не навредила. Иди пока играй, скоро ужин. Мадлен, прорычав под нос что-то на тему того, что привезли ещё один бесполезный лишний рот, удалилась делиться новостью с Эдом. - Ух ты, даже дочь не рада её видеть! – подметил только что вошедший Терри. - Мадлен всё ещё помнит побои от Элизы, - кивнула Кенди, доставая из печи пирожки с картошкой. – Хотя ей уже двенадцать, но, видимо, эти воспоминания слишком уж яркие, и она не может их забыть. Кроме того, ты же помнишь, как они с Эдом подслушали наше обсуждение смерти бедняги Дианы? Мадлен не может простить этого Элизе, как и все мы! - А Джеймс, слава Богу, даже не помнит, что она его мать! – кивнул Терри. – Зовёт матерью Фленни, считает Артура родным братом, и я вижу, нашей Снежной Королеве это очень даже нравится. - Фленни постепенно оттаивает и становится мягче, - кивнула Кенди. – Она счастлива с Альбертом, и он с ней тоже. А я счастлива за них. Хотя, Фленни по-прежнему любит во всём правила и порядок. И всё же Элиза… - Ладно, солнышко, улыбнись. Эта ведьма не должна разрушить наше счастье. - Да, - кивнула Кенди, целуя мужа. – Мадлен? – взгляд её упал на взлохмаченные волосы вернувшейся на кухню девочки. – Что ты сделала с волосами? - Чёлку обрезала! – пояснила девочка, кладя на стол ножницы. – У неё нет чёлки, а у меня будет! - Ох, Мадлен, - покачала головой Кенди. - Тебя от Элизы отличает не наличие чёлки, а кое-что более существенное! Ты совсем не такая, как она! - Всё равно мне теперь так больше нравится! – усмехнулась девчонка. - Тебе идёт, - улыбнулась Кенди. - Эх, кто понесёт Элизе ужин? - Я понесу! – послышался голос Фленни. – Заодно объясню ей правила пребывания здесь! Элиза сидела на подстилке из соломы, и недовольно чесала живот. Судя по её ощущениям, прошло около двух часов с тех пор, как её привезли. После чего никто так и не зашёл проведать Элизу, включая мать, и женщина стала ещё больше раздражаться. Коровы не переставая мычали, а воздух был пропитан запахами их отходов. Так же ни еды, ни обещанной кровати ей никто так и не принёс. Элиза слышала, как Мадлен и Эдвард приходили в коровник подоить коров, кричала, но на её крики никто не пришёл. И вот, когда уже почти стемнело, в сарай вошла высокая фигура с фонарём и подносом с тарелкой. - Вы что там, оглохли все? – тут же спросила Элиза. - У нас много работы, в отличие от некоторых! – на лице женщины читалось полнейшее равнодушие. – На, ешь! Фленни поставила поднос на пол перед Элизой. Женщина при мутном свете фонаря сумела различить вязкую жидкость, похожую на манную кашу, кусок чёрствого хлеба и чай в чашке, больше похожий на слегка желтоватую воду. - Что это? – женщина окинула взглядом тарелку. – Что это за помои? Меня кормить, как коров будете? - Конечно нет, - покачала головой Фленни. – Коров лучше! От них польза есть – они молоко дают. Не нравится – не ешь! Что-то я сомневаюсь, что эта еда хуже, чем то, что ты ела в своей нищей лачуге! - Ней смей так говорить со мной! – ударила кулаком об пол Элиза. – Забыла, как сама была нищей? Я превращу твою жизнь в ад! Ты будешь у меня в ногах валяться, и молить о пощаде! - Я не боюсь! – сухо ответила Фленни. – Помнишь, я как-то сказала тебе, Элиза - смотри, как бы тебе не пришлось вытирать грязь с моих туфель! Вот и пришло это самое время! Это не я сейчас завишу от тебя, а ты от меня! Точнее, от нас всех! Но, прежде всего, ты зависишь от меня и Кенди! Если мы не захотим тебя кормить – никто не будет! Так что валяться в ногах будешь ты! И именно мы можем превратить твою жизнь в ад! Я уже сказала тебе – ягодки впереди! Так что будь осторожна, и не зли меня! Я предупреждаю первый, и последний раз! Когда мы отужинаем, я вернусь за подносом. Если он будет полон, значит, будешь спать на голодный желудок. Стоило Фленни уйти, буквально через пару минут послышался ехидный смешок, и в тарелку с кашей прилетел кусок навоза. Вскрикнув от неожиданности, женщина повернула голову к окну, и успела увидеть метнувшиеся светло-рыжие волосы. Судя по смеху, детей было двое, и Элиза сразу поняла, кто именно лишил её ужина. Брезгливо вытащив коровью лепёшку из тарелки, она, вздохнув зажевала корку хлеба, и запила безвкусным чаем. Фленни вернулась через час, в окружении Стира, Альберта и Нила. Парни открыли дверь по шире, и внесли в сарай кровать. - Хорошая девочка, - усмехнулась Фленни, увидев пустую тарелку. - Мне не дали поесть – проворчала Элиза. – Они мне кинули навоз в тарелку! - Кто кинул? – хором спросили парни. - Дети! – взвизгнула Элиза. - Там точно была Мадлен. Я узнала её по волосам! - Здорово придумали! – ответил Стир, и все четверо, включая Фленни, засмеялись. - Это не смешно! – крикнула Элиза. - А нам ещё как! – Стир снял очки, и протёр заслезившиеся от смеха глаза. – Зато теперь ты знаешь о реакции детей на твой приезд. И особенно Мадлен. - Наслаждайся ностальгией, сестрёнка, – усмехнулся Нил. – Ты с Кенди аналогично поступала. Только Мадлен реально есть за что тебя ненавидеть. - Ты тоже поступал так с Кенди! – взвизгнула Элиза. - Да, но я, в отличие от тебя, осознал свои ошибки, и вовремя изменил себя и свою жизнь! - Так вы дадите мне ещё поесть? - А больше и нет, - пожала плечами Фленни. – В следующий раз будешь внимательнее следить, чтобы тебе в тарелку ничего не прилетело. - Смотри, они и ночью тебе могут навоз в волосы засунуть! - не унимался Стир. – Я научу их, как это сделать бесшумно. - Ладно, ребят, нужно поставить ей ведро для нужды и кровать, - напомнила Фленни. – И усадите её. Элиза хранила упорное молчание, пока парни ставили кровать, кусая от злости и беспомощности губы. Но стоило ей оказаться на своём новом спальном месте, как снова разразилась бранью. - Вы что, твари, мне принесли? – взвизгнула она. – Она такая жёсткая! Где матрас! - На тебя не хватило! – пожала плечами Фленни. – Одеяло рваное, но сойдёт. А подушка… - Сейчас соломки в мешок набью, - усмехнулся Стир. – Кстати, вместо матраса солома тоже сгодится. Помню, как мы с Арчи и Энтони в детстве любили зарываться в стог сена… - Не напоминай, - фыркнул Нил. – А то сам будешь вытаскивать её оттуда! - Да, и я прослежу, чтобы ты выпила лекарство, - напомнила Фленни. - Опять же, если ты этого не сделаешь – сама же будешь мучиться от болей! Элиза против воли проглотила снотворное и обезболивающее, которое Фленни для надёжности дала в виде порошка, растворённого в воде, и провалилась в глубокий сон.