I том. Когда умирают бабочки

      Вспоминая свой первый раз в слежке за своими одногодками, я даже и не осознавала, что что-то может перевернуть моё мировоззрение. Ни с кем не общаясь и уделяя время только семье, я вела свою мирную жизнь, но детский сад не дал мне её прожить также, как я делала это раньше. Как бы то ни было, я не боялась чего-то нового, я просто этого избегала, не понимая этого. Я всегда просто стояла в стороне от других, наблюдая своими пустыми кукольными глазами.       Когда все дети принимали участия в каких-либо конкурсах и концертах, я проводила время в каком-нибудь уголке комнаты и могла что-то рисовать. Не очень-то и любила этим заниматься, если честно, да и рисую, я так скажем, паршиво, но делать было просто нечего. В игрушки я играть не могла, хотя я просто их обожала. Мне нравилось, когда мне дарили мягкие игрушки. Я только и делала, что любовалась ими, а потом вместе с ними засыпала, а на следующий день клала их на верхнюю полку в своей комнате. Их было просто не сосчитать, а мама всё ругалась, что они постоянно в комнате пылятся и надо выбросить их. Я всегда ей отказывала в этом, даже увозить никуда не давала. Каждая моя игрушка имеет свою маленькую душонку с воспоминанием, ведь даже про самую старую игрушку я помню то, как я её встретила и сколько мы были с ней.       Я всегда относилась ко всем с каким-то недоверием, и сразу же не торопилась делать какие-либо решения. Я всё-таки не была слепой и наблюдала за тем, что видела. Я обращала внимание даже на самые незначительные детали, если это были люди, только потому что делать было нечего и хотелось прояснить много чего.       В моей жизни образовалось некое общество однотипных людей, которые, будто специально вертятся именно в моей жизни, но это даже очень устраивает. Дело в том, что эти люди просто разделены по группам. Они могут состоять из двух, из трёх и более человек и общаться только в своём кругу. Некоторые так делают и не встревают в неприятности, ну, а некоторые же этим кругом просто давят другие круги, а что ещё хуже, могут давить и на одиночек. В такие ситуации я не попадала, так как меня все просто не замечали и мимо проходили, думая: «это не наше дело».       Так я и жила в своём тихом уголке, если его можно назвать тихим. Дети-есть дети. Они бывают тихими и буйными. С коллективом мне конечно же не повезло, так как не все любили играть в куклы и рисовать, тихо черкая фломастерами. Буйствовали мальчики, которые, то и дело никогда не могли спокойно посидеть и не орать.       Год за годом проходил всё медленнее и медленнее и становилось всё скучнее и скучнее. Как бы мне однообразно не жилось, мама всё же не смогла оставить меня в таком состоянии, и уже к выпускному году в детском саду она отправила меня в музыкальную школу. Как бы я её не уговаривала оставить эту глупую затею и забыть навеки вечные, она всё же твёрдо настояла на своём.       Играть на фортепьяно было легко, если ты не ленишься, а занимаешься хотя бы час в день, что я, как не удивительно, не делала. Меня постоянно отчитывали, говоря усердно трудиться и я трудилась только под конец месяца, перед сдачей зачёта. Выкладываясь по полной перед зачётом. Я могла сдать на хорошую отметку, чтобы мать была довольна.       Вскоре, меня поставили ещё на вокал, хотя я даже и не понимала зачем мне это. Как бы то ни было, мой голос был не так уж и плох, но назвать его просто «прелестным» было невозможно. Я не могла доставать до высоких нот из-за своего голоса, но это не мешало мне петь хотя бы чисто. С каждым годом голос становился всё лучше и лучше, я стала петь намного красивее, но до идеала всё равно не доходило, но мне даже понравилось. Фортепиано так и осталось моим ненавистником, а к вокалу я относилась нейтрально.       Я закончила музыкальную школу, когда ещё училась в обычной школе. Я получила свой документ и отправилась в Японию. Сказать честно, я впервые была так удивлена, когда приехала сюда. Это просто отличалось от всего, что было в моём городе. Нет. Даже в стране. Всё было так необычно, и даже зная про всё это, ища информацию в книгах или интернет сети, ты всё равно не можешь поверить, что это всё наяву.       Просто громадные здания в серединах улицы не сравняться с нашими пятиэтажками в городе. Даже в других городах всё совершенно по-другому, что заставляет просто осмотреть каждый уголок этих неизведанных мест. Я решила повременить со всем этим, так как с большим чемоданом тут по всему городу не походишь. Вспоминая серьёзное лицо мамы, которая просто уговаривала меня не брать мягкие игрушки собой, просто давала мне какой-то успокаивающий выдох, так как её совет мне точно помог.       На самом деле, я даже ориентироваться не умею, если только карту в руках держать и полчаса пялиться на неё. Мне всё-таки помогли добраться до моего маленького домика. На самом деле даже не представляю как так получилось, ведь была я очень уставшая, просто как собака, которую в асфальт уложили. Ведь ехала я достаточно долго, но это того стоило. Мама очень сильно переживала, но её успокаивал тот факт, что в этом городе находиться её родственник, который сможет помочь мне в любой момент.       Приехала я сюда, так скажем, поспорив с мамой. Я пообещала ей учиться до потери сознания и впрягаться в оценки и в свою успеваемость, как кобыла, что я и делала, а она, тем временем, посмотрит на мои старания и поймёт, что я ответственный ребёнок, и смогу жить в большом городе. Сначала, она просто не понимала, что я восприняла эти слова всерьёз, но потом, она всё же сдалась и позволила мне приехать сюда. Понимаю, что это глупо, но из такой вот мелкой ссоры, может представиться шанс оказаться там, где ты захочешь, чему я несметно довольна.       Мы с Кармой сидели на скамейке где-то в парке. Я до сих пор не разобралась с местностью, и кроме школы, дома и обычных супермаркетов больше нигде и не бываю. Где-то неподалёку от дома имеется и аптека, а ещё, если идти в сторону супермаркетов, можно заметить магазины одежды. Мама очень хорошо постаралась в выборе дома, чему я очень ей благодарна.       — Карма, — я взбудоражено обратилась к красноволосому, на что он удивлённо поднял на меня взгляд. — Может, проведёшь мне экскурсию?  — Это неплохая идея, — сказал он, встав с места. Я поднялась вместе с ним и он, недолго думая, повёл меня куда-то.       Пройдя несколько небольших, но неизведанных мною улиц, мы смогли добраться до центра. Тут я ни разу не была, но видела это место, когда ехала к своему дому. Огромные здания, к которым я уже, почти что привыкла, шум проезжающих машин и разговоры людей. Небольшой час пик, так сказать. Вокруг было столько всего неизведанного и необычного, что хотелось просто погрузиться в эту шумную атмосферу и разгуляться, но разум всё-таки, смог поставить меня на место.       Даже держа тёплую руку Кармы, мне всё равно казалось, что моя неосторожность может в любой момент потерять эту руку. Меня держали крепко, чему я была спокойна. Даже имея при себе телефон, ты тут никак не сможешь объяснить где находишься. Когда Карма отходил от меня, прячась за другими людьми, я начинала пугаться, но не показывала виду, хотя этот красноволосый демон точно обо всём догадывался и смеялся, выпрыгивая из-за спины и пугая меня до чёртиков. Было и правда страшно его потерять, а также его издёвки просто выбешивали меня, а он лишь от смеха помирал. Ему доставляло удовольствие именно то, что я ничего не могу с этим поделать, а именно отомстить ему.       Вскоре, я не вытерпела и погналась за ним, а он, в следствие, убегал от меня. Бегать по городу было крайне небезопасно, но кто нас остановит таких головорезов, как мы? Пробегая мимо уже посторонних дворов, я натыкалась на всё более любопытные вещи, но не успевая их даже разглядеть, я всё бежала и бежала за этим садюгой, которых только оборачивался и показывал мне язык.       Уже пробежав, казалось, больше чем на марафоне, мы всё-таки выдохлись. Осмотревшись, я поняла, что мы прибежали к какому-то парку. Возле нас стояла средних размеров скамейка, а сзади неё чёрный узорчатый забор. Подойдя к этой ограде и положив руки на неё, я увидела красивый завораживающий вид на море, которая поблёскивало, благодаря лунному свету. Волны бились об камни, а потом вновь возвращались восвояси.       Ходячий самоубийца уже понял, что доводить меня не стоит и подойдя ко мне, он молча обвёл своими руками мою талию и стал приглядываться к берегу. Внизу располагался песок, которого не было видно, пока не включили ночное освещение. Уличные фонари освещали весь парк и люди, проходя мимо, любовались этой красотой.       — Здесь очень красиво, — наконец призналась я в слух. Карма лишь ухмыльнулся и придвинулся ко мне чуть ближе.       — Никогда не видела ничего подобного? — поинтересовался он. Я немного задумалась.       — Мне кажется, не в этом дело, — опустив голову вниз, я заметила, что Карма слушает меня внимательно. — Просто, я никогда не замечала такого, казалось, что это было не интересно и повседневно. Даже если долго смотреть на обычное звёздное небо, которое, мы видим по ночам, можно увидеть в нём что-нибудь необычное, — я просто говорила то, что чувствовала и не думала останавливаться. — Редко, ты просто не понимаешь почему раньше никогда не замечал такие незначительные, но очень потрясающие детали, ведь они и правда могут изменить твоё мировоззрение.       — Почему-то… — начал Карма. — Я чувствую тоже самое. Когда становиться скучно, я просто начинаю искать в обычных вещах, на которых даже внимания не обращал, что-то новое, что-то, чего я раньше не видел.       Даже и не думала, что нас и правда с Камой может связывать эти чувства, ведь, как бы то ни было, они очень трудно понимаемые. С этим красноволосым демоном легко найти общий язык, по крайней мере мне. Я многого о нём не знаю и точно могу не понимать его в каких-либо ситуациях, но я хочу узнать почему он делает то, что не понятно мне. Я хочу узнать что двигает им. Хочу узнать что ему нравиться, а что нет. Столько много вопросов, но так мало ответов. Как всегда.       Проводив меня до дома, Карма поплёлся к себе, а я задумалась о том, что же меня ждёт дальше. Кто-то говорил мне, что нужно жить настоящим и не задумываться пока о сложных вещах, но я так не могу. Нужно сложить всё в кучу и постараться, ведь если я не буду впрягаться как лошадь, то я точно буду впрягаться в эту учёбу больше девяти месяцев.       Придя домой, я думала о том, что я буду учить заранее, а что я оставлю на потом, одновременно убираясь в моих маленьких комнатках и разговаривая с мамой по телефону. Я уже собиралась ложиться спать, ведь после всего этого, у меня знатно болит голова, но телефонное сообщение дало о себе знать.       Тот, кто потревожил меня был Карма, который пожелал мне спокойной ночи. Пожелав ему того же, я плюхнулась в кровать. Даже шевелиться не хотелось, а просто неподвижно лежать и закрыв веки, глубоко уснуть. В кровати, не укутавшись одеялом, мне становилось то жарко, то холодно. Завтра у меня точно проявится простуда, но даже так, я не жалею об этой прогулке или как обычно это называют — свидание?       Следующее утро я начала не с чашечки зелёного чая, а с забитым носом, озябшими ногами и постоянным чиханием. Учителя Карасуму я предупредила о том, что я не приду в школу, как и Карму, который был удивлён моим отсутствием. Написал, что чуть ли не обиделся, думая, что я прогуливаю без него. Как бы то ни было, зелёный чай я всё-таки себе заварила, но вот в доме стало как-то однообразно. Не было что-то такого необычного, ведь раньше этот дом хотя бы скрашивал мой пёс, которого увезли моей родственнице по многим понятным причинам.       На самом деле, у меня редко бывают такие заскоки с болезнью. Наверное, раз в три-четыре года. Но когда это начинается, приходиться запасаться зелёным чаем, салфетками и многими разными антибиотиками.       Час за часом проходят, а я только и могу что спать и чаи распивать. Сейчас ребята занимаются какой-то важной операцией по захвату какой-то ракеты или что-то в этом роде. Сказать честно, я даже думать об этом не хочу, но воспоминания могут нагрянуть в самый неожиданный момент.       Чай казался уже обычным кипятком, поэтому, допивая эту жидкую субстанцию, я заметила, что мне звонит Рицу. Сделав последний глоток, я взяла телефон в руки и поторопившись ответила на звонок. Звонок оказался видео звонком, и поэтому я немного этому удивилась.       — Что ты хотела, Рицу? — вдруг спросила я, зевнув во весь рот. На моём экране не было ничего, лишь какая-то белая стенка или что-то в этом роде.       — Ничего такого, мы просто хотели с тобой поздороваться, — сказала она и в камеру уже залезли Нагиса и Карма, которые помахали мне.       — Как твоё самочувствие, Лира-сан? — вдруг поинтересовался Нагиса.       — Не так уж всё и плохо, это нужно у тебя спрашивать, — чихнув, я потёрла нос.       — Со мной уже всё в порядке, правда где-то остался небольшой ушиб, — позитивно подвёл итоги голубоглазый.       — Ещё раз прости меня за это, — я всё же чувствовала вину перед ним, ведь он и правда не был виноват.       — Ничего, — с улыбкой произнёс он. — Самое главное, что мы во всё разобрались и с миссией на этой ракете тоже, так что, мы смело можем возвращаться домой.       Карма так ничего и не сказал. Его взгляд был каким-то озабоченным и потерянным, что немного напрягало. Нужно поговорить с ним об этом, но сейчас хотелось только поспать. Веки уже сами закрываются, а тело просто не слушается.       Открыв глаза и осознав какую-то бодрость, я славно потянулась, а потом поглядела на телефон. Карма напислал мне сотню раз, спрашивая всё ли со мной хорошо. Надеюсь, нагоняй я не получу, так как ответила я на его сообщения только через час.       Громкие стуки в дверь дали понять, что нужно вставать. Тело ужасно ныло, но потерпеть можно было, и поэтому, я, еле еле передвигаясь по комнатам, всё-таки добралась до двери.       После этого недолгого для меня сна, я не могла даже голос подать. Горло болело так, что даже глотать было тяжко, так что я просто посмотрела в глазок и убедилась кого сюда занесло. Открыв дверь, я увидела Карму, который смотрел на меня серьёзнее некуда.       Показав знак «входи», я направилась в глубь комнаты. Наконец, я слышала хлопок закрывающейся двери, и повернувшись, я даже не успела собраться с мыслями, а также с силами, чтобы хоть что-то сказать, как вдруг Карма крепко обнял меня. Немного удивившись, я глубоко выдохнула.       — Будешь чаю? — хрипло произнесла я. Можно подумать, что я знаю как на это реагировать? Я просто взаимно обняла его, но не так крепко. Силы просто покинули меня, как будто только на ходьбу были силы.       — Ага, — коротко ответил он. И даже ведь не съязвил.       Я медленно зашла на кухню и не успев подойти к плите, как меня тут же посадили на стул.       — Посиди пока, я сам всё сделаю, — сказал он, уже смотря воду в чайнике.       Тело опять начало морозить и я просто сжалась как могла. Карма, заметив это подошёл ко мне и не думая, взял меня на руки. Я даже сопротивляться не могла, а про свой разум я вообще молчу. Аккуратно положив меня в кровать, он осмотрел комнату. Его взгляд остановился на одиноком стуле, который находился в углу. На спинке свисала лишь моя кофта. Карма взял стул и перетащил его к моей кровати.       Чайник свистел как бешенный и Карма пошёл его выключать, а мне всё больше и больше хотелось спать. Я всё пыталась не закрывать глаза, но они протворечили всё больше и больше. Карма наконец-то зашёл в комнату, и глаза вдруг широко раскрылись. Неужели, это он так на меня влияет?       — Ты ела что-нибудь? — спросил он, трогая мой лоб, одновременно садясь на стул.       — Я не хочу есть, — сказала я отвернувшись.       — Я задал не этот вопрос, — обречённо сказал он. В каком-то смысле, я осознавал, что веду себя как избалованный ребёнок, а он — нянька, которая его и избаловал.       — Мне всё равно чего ты не хочешь. Если это нужно, значит будет так, как нужно, — уже как-то строго сказал он.       — Но я не хочу, — упиралась я.       — Я тебя не спрашивал, — ей богу, как моя мама себя ведёт.       Как бы то ни было, этот разговор закончился. Оставив меня в проигрыше, Карма пошёл смотреть что есть у меня съедобного, а я обижалась, как дура, но осознавала, что ни одного куска не съем.       Придя с обычной рисовой кашей, Карма сел на стул и взяв ложку начал медленно приближать её к моему рту. Но когда ложка уже почти приблизилась, я тут же отворачивалась от неё. Карма злился настолько, что аж вены на лице выскакивали, а я не в какую.       — Будешь так выпендриваться, я со рта тебя буду кормить! — сказал он уже не выдержав.       — Но я правда есть не хочу, — спокойно сказала я.       — Тебя никто не спрашивал, — сказал он, уже открывая мою пасть.       Он всё-таки меня накормил. Как будто стало ещё хуже, но этот демон был полностью доволен.       — Спасибо, — сказала я зевая.       — Сколько же ты мне нервы мотала, — вдруг начал говорить он, поднимаясь со стула. — выздоровеешь - от тебя ничего не останется. Запомни это.       — Это угроза? — поинтересовалась я.       — Всего лишь предупреждение, — оскал демона хорошо дал понять, что я помру раньше выпуска.