Две надежды человечества

Впервые за все время в штабе Легиона Разведки царила полная тишина. Даже самые болтливы солдаты, а именно Саша Браус и Конни Спрингер, молчали, напряженно стискивая руки в кулаки. Жан и Эрен даже не передирались, присоединяясь к молчанию остальных. В помещении царила напряженная атмосфера. Это началось после того, как штаб покинул командир Гарнизона — Дот Пиксис, оставив шокированных солдат с настороженными капитанами и напуганным майором. Валери Барроуз держала письмо с повесткой в суд. Быстро разорвав конверт, она жадно впилась взглядом в ровные строчки, быстро пробегая по ним взглядом. Поняв, что это правда, она раздраженно рыкнула и, порвав письмо в клочья, резко развернулась и стремительным шагом направилась вон от сюда. Как только Валери зашла в свою комнату вся раздраженность вмиг пропала с её лица, её заменила опустошенность. Девушка тяжело вздохнула, прикрыв глаза. Ну, вот. Суд уже знает, что пропал кристалл с Энни Леонхард, узнали что их «предал» Клаус и даже узнали каким-то чудом, что гигант-Имир тоже пропала. Все это было похоже на кем-то тщательно продуманный план и, почему-то, она была уверена, что все это придумал именно Рок. Все же, как он сам говорит, он живет намного больше остальных людей благодаря своей силе гиганта, так что нет ничего удивительного в том, что он может создать такой хитроумный план. Настолько хитроумный, что никто не понимает его суть. Барроуз опять тяжело вздохнула и села на кровать, задумчиво склонив голову. Для чего Року Энни? Чтобы удержать возле себя Блейка? Тогда, зачем ему он? Клаус же простой человек и вряд ли сможет помочь ему чем-то. А зачем Року Имир? Да, она гигант. Но по сравнению с ним, прискорбно признавать, она никто и ничто. А может, план Рока заключался в том, чтобы она понесла наказание за что-то? Ох, сколько вопросов и никакого ответа хотя бы на один из них! Валери перевела взгляд на ковер, на котором сидел её верный пес Цербер. Его черная шерсть переливалась на солнце, а темно-синие глаза внимательно и неотрывно наблюдали за ней. Увидев, что хозяйка обратила на него внимание, он медленно приблизился к ней, уютно положив свою голову ей на колени, но все еще не переставал смотреть на неё. Её питомец уже столько лет с ней, что иногда казалось, что он как никто другой понимает её и улавливает малейшее изменение с её стороны. Особенно эмоциональное. И все же... - Какое наказание ждет меня? ******************************************************************************** Катерин проснулась от нежного поцелуя. Лениво открыв глаза, она увидела склонившегося над ней мужа. Как же непривычно было не то что называть, а даже думать так! - Доброе утро, Кетти, - нежно произнес Ален, ласково гладя её по щеке. - Доброе, - смущенно ответила она. Недавно Валери сделала им поистине королевский подарок — подарила новый дом, где могут жить лишь они вдвоем. Внутри все было по-домашнему и со вкусом. Абрамсы сначала никак не решались принять его и всеми силами отнекивались, но Барроуз сказала, что это её последний для них приказ — жить в нем счастливо. Катерин прекрасно помнит , что Клаус пожелал им поскорее завести «маленьких Аленов» и смеялся с их покрасневших лиц. А ведь, кажется, совсем недавно они все вмести обговаривали этот вопрос... Через несколько минут они все же поднялись с кровати и пошли завтракать. Обстановка действительно была очень уютная и, казалось, эти двое забыли о всех бедах, что случились с ними. Но это просто так казалось. Ален все еще был в бинтах, а на лице Катерин был большой шрам, на животе был еще больший, но его сейчас не было видно. Вдруг в дверь кто-то громко и настойчиво начал стучатся. Ален и новоиспеченная Катерин Абрамс непонимающе переглянулись. - Ты ждал кого-то? - спросила девушка, на что её муж молча покачал головой в знак отрицания. Он поднялся с места и открыл дверь. Перед ним стоял солдат из Гарнизона. Выглядел необычайно серьезно и, казалось, глядел на них с самой настоящей неприязнью и подозрением. - Ален Абрамс и Катерин Блейк здесь проживают? - жеманно спросил он, будто чувствую себя выше их. - Если Вам подойдет, то здесь живут Ален и Катерин Абрамс, - холодно ответил кареглазый, обнимая свою жену за талию, - Мы можем чем-то Вам помочь? Но солдат из Гарнизона даже не обратил на его слова внимания. Он сделал взмах рукой и в дом зашли еще пятеро солдат с эмблемами роз. Они быстро огляделись и начали заходить в комнаты, будто пытаясь найти кого-то. - Эй-эй, солдаты, что здесь творится?! Какого чёрта вы вваливаетесь в чужой дом да еще и так нагло себя ведете?! - вскричала Кетти, дернувшись за ними. Да, её характер за несколько лет все же немного изменился. - Мы разыскиваем двоих преступником, которых вы двое можете покрывать, - нахально ответил парень из Гарнизона. - Объяснитесь, - потребовал Ален, сжимая от злости кулаки. Армия вообще с ума сошла? Какие преступники? Тем более, почему они думают, что они находятся именно в этом доме. Но Ален не успел задать еще несколько вопросов, как из комнат наконец-то повыходили остальные солдаты и вместе сказали: - Все чисто. Их здесь нет. Их «командир» раздраженно поморщился и, посмотрев на Катерин, ядовито выплюнул: - Ты не проведешь меня, тварь. Где твой брат?! Бедная девушка от шока выпучила глаза, но её муж не стерпел такого отношения к ней и со всего размаха врезал напыщенному индюку так, что тот даже на ногах не смог удержатся и, как мешок картошки, с глухим стуком упал на пол. - Ты понимаешь с кем говоришь, щенок? - сквозь зубы говорил Ален, чтобы опять не сорваться, - Мы бывшие солдаты из Легиона Разведки, члены элитного отряда капитана Валери. - Бывшие солдаты, - сделал акцент на этом «побитый», поднимаясь. Он достал из кармана письмо и кинул его под ноги Катерин, - Ждем вас двоих сегодня в суде. Не говоря больше ни слова, он круто развернулся и ушел, напоследок сказав, что он еще отыграется. Остальные ушли за ним. Девушка несколько секунд смотрела им в спины, а потом перевела взгляд на белый конверт, что все еще валялся на полу. Она все еще не понимала, что творится и в чем её обвиняют, зачем им брат и какое отношение она с мужем имеют к каким-то преступникам. Подняв конверт, она пошла на кухню, пока Ален закрывал дверь. Распечатав его, она вынула от туда письмо. Это действительно было «приглашение» в суд, который состоится сегодня над... - Что?.. - пораженно выдохнула девушка, жадно смотря на ровные строчки. - Кетт, что такое? - спросил Ален, подходя к ней. - Ал... Сегодня состоится суд... Над Валери, - отрывисто оповестила его девушка, поднимая на него заплаканные глаза. - Как? За что?! - Брат... Брат предал её. Он помог сбежать пленнику, украсть кристалл, в котором находилась Женская особь и забрал с собой Имир, а она гигант! Под конец она чуть не плакала, а последние слова были похожи больше на истеричный визг. Парень шокировано посмотрел на неё, все еще не веря в эти слова. Выхватив письмо, он быстро пробежался по тексту глазами. Поняв, что все это никакая не шутка, он грузно плюхнулся около Катерин, закрывая лицо руками. Как же больно. Сначала умер Ник — его лучший друг, напарник. Потом он думал, что Клаус тоже мертв — этот наглый и самовлюбленный нарцисс. Но он оказался вполне себе живым! Только смерть Ника и элитного отряда капитана Леви омрачало ему настроение. Да, неправильно так думать, ведь в той экспедиции умерло множество людей, а они остались ни с чем. Но, даже если так неправильно думать, ему было плевать на остальных, ведь Ален не был лично знаком со всеми и морально близок тоже не был. Потом были для него только хорошие моменты — виписка из больницы, предложение, на которое Катерин Блейк ответила согласием, пьянка от Клауса, подарок от Валери, прощание со всеми солдатами. Обычные деньки. И ему это нравилось! Когда не нужно переживать за свою и чью-то жизнь, когда тебе не грозит смертельная опасность и шанс быть съеденным гигантом, когда не нужно головой отвечать за все свои действия и каждый день ходить на тренировку солдат. Обычные, но совсем не серые, будни были ему как раз по вкусу. Особенно если с ним его любимая и единственная девушка. Но судьба будто решила опять испытать всех, в том числе и его. Ален мог представить, что именно будет на суде и почему именно Валери будут обвинять: предательство подчиненного, за которого она несла ответственность, угроза объекту — Эрену, ведь на месте Имир мог быть и он, все же он тоже является гигантом, побег пленника тоже можно считать за её провинность, ведь (Ален готов был дать руку на отсечение) солдаты из Военной полиции и Гарнизона подумают, что именно Клаус освободил его, а так же именно он украл бесценный кристалл и похитил Имир прямо из под носа капитана. Но он-то знает, что Барроуз ни в чем не виновата! Он знаком с ней с детства, да он был ей первым другом, еще даже с Блейками были не знакомы. Что же касается Блейка... Ален скосил глаза, посмотрев на подавленную блондинку. Ален все равно не мог поверить в то, что Клаус посмел предать не то что Разведку, а их дружбу. Абрамс помнит, как блондинистый парень был верен им всем, помогал им убивать титанов, прикрывал им спины, вселял уверенность у всех, поднимал настроение самыми разнообразными способами, но, что главное, всегда успешно. Клаус был готов умереть за своих друзей. Так что же смогло так повлиять на него, что он предал свои принципы? Это должно быть что-то очень-очень важное. Но, может, это все подстава? Хм, а ведь совсем недавно... ФЛЕШБЭК - А после этого была полная ж... жесть! - воскликнул Клаус, рассказывая Алену о своих приключениях вне штаба, вызывая смех у серьезного и всегда собранного Абрамса. Они шли в комнату Алена. Точнее, сам Абрамс изначально туда направлялся, но по дороге встретил Клауса, который маялся дурью. Впрочем, как всегда. Именно тогда блондин, даже не спрашивая позволения, решил проводить «бедного раненого и несчастного друга, что мучается от сильной боли». Именно тогда Абрамс опять уж очень захотел ударить зеленоглазого по пустой голове, но через несколько секунд был рад, что не сделал этого. Клаус действительно разрядил обстановку и смог поднять настроение кареглазого. - О-о-о, как тебя еще девушки не убили? - смеялся Ален, даже позабыв о боли в ранах. - Э-э-эй, я же сущий ангел! Кто захочет убить такого милашку как я? Тем более, я ничего не сделал. Даже не приставал! - Но сыпал их комплиментами, - утвердительно кивнув самому себе, сказал Ален. - Но я же джентльмен! Они должны быть благодарны, что я вообще обратил на них внимание! Тем более, что большинство комплиментов были уж очень преувеличены от реальности, - возмущался Клаус, размахивая руками, даже не обращая внимания на то, как на него смотрят остальные солдаты. Подумаешь! - То есть, ты сделал им комплимент, немного побыл с ними... - Угостил тоже я! - ...угостил тоже ты, а потом ты просто... - Смотался от туда. Да, - кивнул явно гордый собой Блейк. - Так ты себе никогда девушку не найдешь. - Эй-эй, мне они не нужны, - запротестовал блондин. Немного подумав, он резко выскочил вперед, остановившись как раз напротив Алена и сказал: - Ты только посмотри на ЭТО, - он жестом показал на себя и медленно поворачивался, чтобы Абрамс смог оценить его в полной мере. Да, он был хорош собой. Блондинистые светлые волосы переливались на солнце, рубашка подчеркивала его «фигуру» и была расстегнута на три пуговицы, выставляя немного накаченную и загорелую грудь на всеобщее обозрение. Штаны были белого цвета, а на ногах были ремни для крепления УПМ. - И что? - Видишь ЭТО великолепие? Как ТАКОЕ может достаться каким-то обычным замухрышкам? Тем более, когда не было этого, - он пальцем указал на повязку, закрывающую глаз, - девушки не могли от меня взгляда оторвать! Проходящая мимо Имир закатила глаза на это заявление и едко прокомментировала: - Хм, не вижу никакой разницы. Как и был, так и остался заносчивым уродом. Клаус резко обернулся и раздраженно уставился на Имир, которая стояла к нему спиной и продолжила дальше уходить. Но, быстро взяв себя в руки, Блейк сказал: - Не завидуй так, замухрышка-Имир... Но он не успел договорить, озадачено смотря на девушку, что показала ему неприличный жест с участием среднего пальца, но которая продолжала спокойно идти вперед, будто ничего не слышала. Абрамс, что наблюдал за всей этой картиной со стороны, начал смеяться в кулак. Может, это неэтично смеяться над лучшим другом, но до чего же комичное выражение лица у него было! Брюнет мог поклясться, что так блондинчика еще ни одна девушка не отшивала (если, конечно, кто-то это делал). Клаус, услышав сдавленные смешки своего друга, резко обернулся. Кареглазый, увидев столь недовольное и грозное лицо блондина, не удержался и начал смеяться в полный голос. Блейк закатил глаза и скрестил руки на груди и начал притоптывать, ожидая, когда Ален перестанет смеяться. Через минуту он не выдержал и сказал: - Не вижу ничего смешного. - И-извини, - сквозь смех сказал Абрамс, - Просто твоя реакция на её слова были для меня уж о-очень неожиданными, - видя немой вопрос в глаза Блейка, он решил пояснить, - Ты посмотрел на неё так, будто хотел убить, но в то же время ты выглядел немного... - Ну-ну, каким же? - поторопил его Клаус, видя, что Ален в нерешительности замялся. - Восхищенным, - решительно сказал Абрамс, поднимая взгляд на блондина. Блейк фыркнул и, отвернувшись, возобновил ходу, махая другу, чтобы тот его догонял, по пути говоря: - Друг мой, похоже, что у тебя ухудшается зрение. Ты же понимаешь, что я совсем не такой, каким кажусь всем на первый взгляд. Ален немного пристыжено отвел глаза в сторону. Да, он очень хорошо разбирался в людях, но Клаус даже для него был тяжелой загадкой. Он настолько простодушно выглядит, что его невозможно заподозрить в неискренности. Да и сам Абрамс не верил в это до конца. Старался не верить. Все таки, Блейк был прав: люди помнят его как простодушного весельчака и просто не хотят узнать, что этот образ не совсем настоящий. Единственным силой, что могла сдержать Клауса и удержать его был Ник, даже не смотря на то, что у братьев была еще сестра. Но она не настолько понимала своих братьев, чтобы влиять на них. Но после смерти Ника... Клаус стал пугающим. Нет, для всех солдат он оставался все таким же веселым пареньком. Ален даже несколько раз слышал, как солдаты переговаривались о том, что даже после той экспедиции блондин совсем не изменился. Некоторые даже неодобрительно косились на него. Но, все же, Клаус продолжал оставаться в их глазах таким, каким был всегда. Даже не подозревая этого, солдаты в глубине души желали, нет, жаждали видеть Клауса именно таким. И Ален это точно знает. Как ни как, он сам ощущает то же, как бы эгоистично это не звучало. - Я пойду на все, ради своей цели. Костьми лягу, но добьюсь своего, - уверенно произнес Клаус, сохраняя на лице непривычную для всех серьезность и решительность. Почему то Абрамс даже не сомневался о правдивость его слов. Одного взгляда на него было вполне чем достаточно. Но... - Даже, если нужно было бы предать кого-то? - нахмурился Ален. - Смотря кого именно ты имеешь ввиду, - пожал плечами Блейк, - Мне плевать на Легион Разведки. Уже плевать. Я готов даже пойти против него, или всей системы в целом, но добьюсь того, что хочу. - А если нужно было бы предать нас? Меня, свою сестру, капитана? Клаус повернул голову в сторону брюнета и, Ален готов был поклясться, что в его единственном целом глазу мелькнула искра странной грусти. - Видишь, Ален, даже не подозревая этого, ты уже называешь Валери капитаном. А ведь она тоже обычный человек, наша подруга детства. Но ты сейчас воспринимаешь её как начальника, которого стоит боятся. Алену запомнились эти слова надолго. Ему даже стало стыдно за это, хотя он даже и не думал никогда в таком ключе. Клаус будто взглянул ему в подсознание, вывернул все, рассмотрел... Раньше такого никогда не было. Блейк никогда не смотрел на людей как на равных себе, ощущая себя королем всех и вся. Он смотрел только на себя, он думал только о себе. Но не сейчас. За столь короткий срок блондин будто набрался жизненного опыта больше, чем за все те годы, что он прослужил армии. - Что же с тобой случилось, Клаус? - тихо спросил брюнет, понимая, как глупо это звучит. - Я... Понимаешь, в один миг... Всего лишь за один миг я будто прозрел. Посмотрел на мир другими глазами, - как-то убито ответил зеленоглазый, - Мне будто насильно раскрыли глаза. Ой, прости, глаз. Клаус пугающе хихикнул, попутно дотронувшись до повязки, что скрывала его пострадавший глаз. Ален впервые увидел блондина настолько разбитого. Он прикрыл глаза, не в силах смотреть на такого Блейка. Подул легкий ветерок, будто кто-то резко приблизился к ним. Ален резко открыл глаза, начиная озираться в поисках нарушителя. Но вокруг никого не было. Послышался облегченный вздох от Клауса и уже через минуту на его лице была легкая улыбка. Одной рукой он потянулся к своему карману и вытянул от туда две конфеты в ярко-желтых фантиках. - М-м-м, блаженство, - промычал он, прикрыв от удовольствия глаза. - Хм, эгоистично с твоей стороны игнорировать мои вопросы и меня в целом, - закатил глаза Ален, не замечая, как Клаус странно посмотрел на него. Блейк несколько секунд тупо пялился на Абрамса, а потом, что-то вспомнив, пробормотал: «Хм. Это так эгоистично». Было ощущение, что он вспоминал что-то из своего прошлого. - Наверное, ты прав, - все же произнес блондин, - Как говорится, с кем поведешься, того и наберешься. - М? - не понял Ален. - Да ладно, забей, - махнул рукой парень, странно улыбнувшись, - Ладно, вот твоя комната. Я пошел. Абрамс с удивлением заметил, что они уже дошли до его комнаты. Коротко попрощавшись, брюнет зашел в помещение. - Хм, а действительно. Это так эгоистично, - пробормотал Клаус. Или же Алену это только послышалось? КОНЕЦ ФЛЕШБЭКА ******************************************************************************** POV Катерин Абрамс Мы с Аленом в рекордные сроки переоделись в парадную одежду. Могу поклясться, что даже в армии мы собирались не с такой скоростью. В моей голове все еще не укладывалось то, что мой уже единственный родной брат — предатель. Сначала это казалось просто неудачной шуткой и я действительно думала, что после того, как в дом войдут солдаты из Гарнизона через секунду «влетит» Клаус и, смешно разведя руками и скорчив невинную мордашку, как может только он, скажет: «Расслабьтесь, это шутка!». А ведь это могло быть, зная характер моего братца. Но нет. Все это оказалось реальностью. Выбежав на улицу, Ален быстро посадил меня на лошадь, а потом сел позади меня и умчался в сторону штаба Легиона Разведки. Даже в такой ситуации он оставался джентльменом, что заботится обо мне. Может, в любой другой ситуации это бы польстило мне и заставило сердце биться чаще, как это всегда бывало рядом с ним, но сейчас мне было плевать на все. Я переживала за всех: за брата, Валери... Её же поведут на трибунал! Судье будет плевать на доводы о невиновности капитана Барроуз. Столь сильный проступок никто не прощает. Но мне остается надеяться лишь на то, что наказание не будет слишком сильным. Хотя, зная наш суд и армию в целом, эта надежда постепенно потухает, как огонь на ветру. Мы очень быстро добрались к штабу и, соскочив с коня, побежали внутрь, чтобы найти Валери. По дороге нам попался задумчивый и нервный Армин. Блондин, только увидев нас, сразу же приосанился и, отдав честь, поздоровался с нами. В любой другой ситуации я бы сказала, что эти формальности необязательны, все же мы с Аленом уже не солдаты армии. Но сейчас было не до этого. - Привет, Арлет. Не видел капитана Валери? - сразу же перешел к делу мой муж, держась за спину. Впрочем, как и я. Все же, раны при таких нагрузках сильно болят. Но именно сейчас это казалось сущей мелочью, недостойной нашего внимания. - Д-да. Она ушла в свою комнату еще утром и не выходила от туда, - протараторил Армин. - Спасибо, Армин, - поблагодарила я, сразу же побежав в сторону комнаты старой подруги. Буквально через минуту мы, можно сказать, вломились в комнату капитана. Она сидела за столом, закинув ногу за ногу и скрестив руки на груди. Валери смотрела в окно, явно думая о чем-то важном и даже можно догадаться о чем именно. Но это было до того, как мы «влетели» сюда. Даже Цербер подскочил на коврике и опасно зарычал от неожиданности. Но, увидев нас, он успокоился и гордо отвернулся от нас. М-да, он совсем не поменялся. - Вы? Какого чёрта вы двое здесь делаете? - первый вопрос был полон удивления и недоумения, но вот последний... Её уже даже как-то привычно видеть в таком разозленном виде. Хотя, признаться, у меня все еще коленки трясутся от такого взгляда ярко-алых глаз. - Сегодня нам передали это, - Ален тут же встал по стойке смирно, будто забыв, что уже не является её подчиненным. Он вытянул то самое письмо, которое нам передал солдат из гарнизона сегодня, и протянул его Валери. Черноволосая взяла и быстро прочитала его, устало прикрывая глаза и откидывая его в сторону. Я никогда не видела её такой... опустошенной. А, помнится, я когда-то мечтала стать капитаном и руководить целым отрядом, а теперь смотрю на ситуацию вокруг и на самого капитана и думаю, как хорошо, что это не случилось. Ну нафиг. Оно мне вообще надо? Как хорошо, что я так вовремя ушла из армии. Хотя, смотря на свою подругу, мне становится стыдно за то, что посмела бросить её в столь трудный момент. Будто прочитав мои мысли, Валери помахала головой в отрицательном жесте, говоря: - Не обращайте внимания. Трудный день. И это еще мягко сказано. Я, конечно, никогда не отличалась тем, что сыплю матами направо и налево, но именно сейчас просто язык чесался. Блин, и это мои мысли?! - Мы понимаем, - сказала я, садясь на её кровать. Ален же остался стоять, опершись спиной о стенку. Несколько минут в воздухе висела полная тишина. Мне даже показалось, что Цербер поежился от той тяжелой атмосферы, что очень сильно ощущалось даже ему. - Так... Клаус действительно... Пуф? - попыталась правильно поставить вопрос, но в конце-концов получилось как-то комично. Валери удивленно посмотрела на меня, а я под её взглядом ощутила себя полной дурой. Масла в огонь подливал Ален, что не сдержал смешка от моего вопроса. Я даже покраснела от этого. Валери и Цербер странно переглянулись и одновременно весело фыркнули. - По другому и не скажешь, - ответила Барроуз, сжав руки в кулаки. И опять тишина. Я беспомощно посмотрела на Алена, но тот просто пожал плечами, говоря этим, что не знает, что еще можно сказать, чтобы не нагнетать обстановку. Именно в такие моменты не хватало Клауса. Он бы мигом своими странными шутками разрядил обстановку. Или даже песнями. Бр-р, как вспомню, так в дрожь бросает! - И... Как там ваша совместная жизнь? Когда мне уже можно будет поздравить вас с скорейшим пополнением? Я озадаченно посмотрела на Валери, что ухмылялась, расслаблено сидя на кресле. Поняв её вопрос я нещадно покраснела. Я думала, что хуже уже некуда, но... - Мы в процессе, - с серьезным лицом ответил муж. - Ален!!! - на всю комнату крикнула я, закрывая руками покрасневшее от смущение лицо. - Хм. Это хорошо, - хоть я и сидела, закрыв лицо, но была уверена, что Валери кивнула. - Валери, и ты туда же!!! - убрав руки с лица, прокричала я. На этот раз рассмеялась даже Барроуз, постукивая кулаком по столу. Я шокировано смотрела на это. Посмотрев на Алена, я поняла, что он тоже не в меньшем недоумении, чем я. Но теперь, смотря на веселую Валери, мне казалось. Что ситуация не такая уж и страшная, раз даже капитан нашла над чем пошутить. Это принесло мне какое-то странное облегчение, будто с души убрали большой груз, хотя мы даже еще не побывали в суде. - Хах, я еще никогда не видела такого смущенного лица, Кетти, - с какой-то нежной ухмылкой произнесла Валери. Я даже не заметила, как скромно улыбнулась ей в ответ. - Так. Вы двое будете на суде? - уточнила она. - Так точно, капитан, - ответил автоматично Ален, на что Барроуз лукаво и хитро прищурилась, будто напоминая этим, что ему уж точно можно называть её по имени. - Но, - подала голос я, - все же ведь будет хорошо? Подруга закатила глаза, будто не ожидала услышать от меня такую глупость, но, все же, ответила: - Конечно. Не забывай кто я такая. Я — капитан Валери Барроуз, меня все знают, боятся и уважают. Что мне будет? - небрежно фыркнула она, картинным жестом откидывая свои смоляные волосы назад. Что-то я никогда не замечала за ней эту тягу к кривлянию, но это еще больше успокоило меня. Еще немного поговорив, мы с Аленом попрощались и ушли. Да, раз Валери говорит, что все будет хорошо, значит так и будет. END POV Катерин Абрамс Как только Катерин и Абрамс вышли из комнаты из лица Валери пропала ехидная привычная всем ухмылка. Девушка мигом помрачнела и устало опустила голову на стол. - Да уж. Не думала, что когда нибудь мне придется так нагло врать им. Но я еще не настолько могу так нагло врать людям как ты, Клаус. ******************************************************************************** По ровной дороге двигалась карета, запряженная несколькими вороными лошадьми. Внутри неё было лишь четверо человек: майор Ханджи Зоэ, капитан Леви Аккерман, командующий Эрвин Смит и капитан Валери Барроуз. Обстановка внутри была очень напряженной, но каждый пытался делать вид, что ему все равно. Правда, не у всех это получалось. Например, Ханджи трясущими руками перелистывала страницы своего блокнота, где она записывала все важное и о гигантах, и данные об армии, или данные каждого перспективного солдата. Даже свою речь записала, будучи уверенной, что её обязательно что-то спросят на суде насчет Валери. Также она что-то неразборчиво бормотала себе под нос, что немного раздражало. Эрвин Смит сидел ровно, прикрыв глаза, просчитывая все возможные варианты развития событий. Было очень непривычно видеть его без одной руки, но даже так это не портило впечатления о нем. Этот «недостаток» будто показывал, насколько сложно быть командиром в Легионе Разведке, будто показывало со сколькими трудностями он столкнулся за всю жизнь, но при этом постоянно умудряясь выжить. Леви смотрел в окно, подперев голову рукой и привычно закинув ногу за ногу. На лице была привычная холодность и только сжатый кулак на сидении красноречиво намекал в каком он напряжении. Валери сидела вроде как расслаблено, также закинув ногу за ногу и скрестив руки на груди. Она тоже смотрела в окно на улицу, но взгляд выдавал её, показывая, что в мыслях она далеко от сюда. Наконец-то они приехали. Карета остановилась, выводя всех из своих мыслей. Они переглянулись и начали выходить по одному. Сначала вышла майор, потом командующий. Валери и Леви переглянулись и, одновременно вдохнув, выбрались из кареты. Солдаты из Военной полиции и Гарнизона смотрели на этих четверых, что даже в этой ситуации выглядели величественно. Они смотрели гордо вперед, а кто-то, казалось, с полным безразличием. От леденящего душу взгляда Эрвина некоторые непроизвольно вздрагивали. Майор Ханджи Зоэ с немного растрепанным конским хвостом выглядела еще больше сумасшедший, особенно когда её очки блеснули в лучах солнца. Капитаны Леви и Валери выглядели пугающе спокойными и в тоже время насторожено, как дикие животные что были в любой момент набросится на своего обидчика. Но, справившись с минутным страхом, несколько солдат подошли к Барроуз, а один из них держал наручники. Капитан недовольно покосилась на них, но все же позволила надеть их на себя, хотя и чувствовала в них себя не очень хорошо, будто уже был вынесен страшный приговор. Леви же с холодной яростью посмотрел на солдат и обманчиво спокойно спросил: - Зачем это? - Страховка, - ответил один из Военной полиции. После этого они все направились в зал суда. Валери была здесь, когда проходил суд над чудо-мальчиком (Эреном), но она никогда в жизни не думала, что опять придет сюда, но уже в качестве подсудимой. Хах, вот это ирония. Было бы смешно, если бы не было так грустно. В зале суда уже были Катерин и Ален, судья, казалось, ждал их с самого утра и сидел неподвижно. Также здесь стоял командир Дот Пиксис с некоторыми солдатами из своего подразделения, командир Военной полиции и несколько журналистов, что жадно смотрели на Валери, стараясь запомнить все до мелочей, чтобы потом воспользоваться этим и написать об этом статью. Аккерман, Зоэ и Смит отошли в сторону, став около трибуны. Валери даже не посмотрела в их сторону, а смотрела лишь в глаза судьи, что немигающим взглядом смотрел прямо на неё. Даже в наручниках она держалась не так, как остальные подсудимые. Несколько секунд в помещении сидела полная тяжелая тишина. И вот, наконец, сам «расспрос» начался. Мужчина задавал много каверзных и провокационных вопросов, стараясь вывести капитана Барроуз на чистую воду, но на все его вопросы Валери и её «спутники» умело отвечали. Особенно Эрвин. Видно, что он уже несколько лет на службе. Казалось, будто он просчитывает все возможные варианты наперед. Но вот судья задал вопрос непосредственно Валери: - Капитан Валери, что делал Клаус Блейк до того, как... произошло непоправимое. - Он был около меня, тренировал солдат. Потом я отправила его проведать пленника и отнести ему обед. - То есть, Вы просто переставили свои обязанности на подчиненного, будучи уверенной, что ничего не случится. Я правильно понял? - Да, - решительно ответила Барроуз, хотя понимала, к чему ведет судья. И следующий вопрос только подтвердил её догадки: - Вы осознаете, что пренебрегли своими обязанностями капитана? За столько лет служения армии Вы стали уж чересчур самоуверенной. - Я бы так не сказа... - Ваша честь, - перебил Валери Эрвин, - позвольте... - Нет, - решительно отрезал мужчина, - В последнее время Легиону разведки дают уж слишком много поблажек. Мы позволили оставить титана Эрена Йегера в живых и передали его вам в надежде, что он послужит всему человечеству. Но результата все еще не видно, хотя прошло уже более чем достаточно времени. Валери отвернулась, сжав кулаки. Жаль только, что нельзя было скрестить руки на груди. Наручники мешали. Но в каком-то смысле судья прав. Весь Легион действительно защищал этого чудо-мальчика, надеясь, что он действительно сможет истребить всех гигантов. Нет, это, конечно, прогресс, что армия узнала о супер-способности гиганта — контролировать друг титанов, но все равно этого было недостаточно. - Вы взяли на себя ответственность за свой элитный отряд, провалить миссию по поимке Женской особи, тайно провернуть операцию по её же поимке в городе, не предупредив никого, - начал говорить судья, откровенно спихивая все косяки на неё, - Более того, в Ваших рядах оказался предатель, который не только помог пленнику сбежать, но и украл двух гигантов. Я ничего не упустил? Но Барроуз благоразумно решила промолчать. Подумать только, столько лет верно прослужить стране, чтобы потом на неё начали смотреть как на предателя, врага всего человечества, что раньше был надеждой. Валери никогда не нарушала приказы, всегда старалась свести количество жертв к минимуму, чтобы после всего, что она делала с таким непосильным трудом, слушать какого-то старого маразматика, что смеет винить её во всех смертных грехах?! Валери прикрыла глаза и втянула воздух сквозь сжатые зубы. Да уж, она никогда не думала, что ей когда-нибудь будут предъявлять такие претензии. Хотя, если сейчас она скажет что-нибудь не то, начнет оправдываться, то её репутация пойдет ко дну и ухудшит её положение здесь. А этого не надо. К счастью, ей не пришлось ничего говорить, так как за неё заступился Эрвин Смит. Но Барроуз его не слушала, а смотрела на Алена и Катерин. Она даже забыла, что они тоже здесь. Катерин выглядела очень обеспокоенной, но стоически держалась, слушая, как её старшего брата оскорбляют. Ален выглядел немного лучше и держал за руку Катерин. От них буквально исходило сильное напряжение. Валери даже не представляла, как это должно быть тяжело — просто стоять здесь и быть обязанной слушать все эти гадости которые, иногда, были завуалированы, но относились именно к ней и её семье. Валери не слушала, что именно говорил Эрвин, какие аргументы предъявлял о её невиновности. Барроуз нахмурилась, пытаясь просчитать, какое же именно наказание её ждет. А в том, что её просто так отсюда не отпустят она не сомневалась. Тем более, что командир Военной полиции тоже не дурью маялся и, судя по лице Ханджи, у него были действительно веские аргументы, которые доказывают о её виновности. Сейчас девушка чувствовала будто от этого суда зависит её дальнейшая жизнь. Капитан скосила глаза и посмотрела на Леви. Тот все еще выглядел уверенным, но она очень хорошо его знала. Его выдавали подозрительно потемневшие глаза и немного напряженные руки. Понимание того, что не она одна переживает странным образом успокоило её. Вдруг Леви повернул голову в её сторону, пристально глядя ей в глаза. Барроуз незаметно кивнула, будто говоря, что она в порядке, хотя догадывалась, что Аккерман не поверит ей сейчас. И так некстати вспомнился их поцелуй, когда их кто-то запер в кладовке! Валери даже вздрогнула от этого несомненно приятного воспоминания, поражаясь своим мыслям. Сейчас идет суд, а она, подсудимая, думает о том, как и когда целовалась со своим коллегой! Леви, несомненно, увидел, что она от чего-то вздрогнула и с хорошо скрываемым недоумением посмотрел на девушку. Через секунду он едва слышно хмыкнул, будто понял, о чем именно она подумала и, отвернувшись от неё, опять посмотрел на невозмутимого судью. Казалось, что он уже придумал какой именно приговор лучше озвучить в качестве наказания для Валери Барроуз. В таком темпе прошло еще пол часа напряжения. Казалось, что Катерин и Ален скоро перегорят от напряжения, Ханджи не выдержит и начнет кричать и размахивать руками, Леви уже смотрел на капитана Военной полиции с подозрительным желанием убить его и даже у вечно невозмутимого Эрвина начал дергаться глаз. И вот, наконец, судья поднял руку, заставляя мигом всех замолчать. Настала минута тишины, будто он держал интригу. Насладившись произведенным эффектом судья начал говорить: - И так, я принял решение. Все замерли, смотря прямо на судью, что, несомненно, наслаждался своей властью здесь и сейчас... ******************************************************************************** Имир сидела на кровати и с непониманием смотрела на двух напряженных парней, что сидели за столом друг напротив друга и играли в карты. Да, Имир сначала подумала, что она бредит, но, ущипнув себя несколько раз, она поняла, что это реальность. И если с тем, что её похитили она смирилась почти сразу же, то поверить в то, что эти двое играют в карты в такой момент она не могла. Ладно Клаус, он идиот и это признают почти все, но её седовласый похититель когда именно успел стать таким?! В принципе, она думала, что результат похищение будет не таким. Рок так и не сказал с какой именно целью он взял её с собой (если это можно так назвать). Кристалл он даже не думал прятать, а просто поставил его в другой комнате. Зачем именно Имир сначала никак не могла понять, но стоило Року это сделать и Клаус стал меняться прямо на глазах. С его лица пропали эмоции безразличия и даже появилась веселая улыбка. Атмосфера странным образом быстро стала непринужденной. Из раздумий её вывел ехидный голос Блейка: - ...На тебе валет, а это, - Клаус перегнулся через стол и с глухим хлопком «припечатал» две карты на плечи своего оппонента, - тебе на погоны. - Опять? - как-то устало спросил седоволосый, - Ну, вот как так? Я живу уже очень долго и умею практически все! - Хе-хе-хе. Просто Фортуна отвернулась от тебя, - самодовольно ответил Клаус, быстро тасуя карты и начиная раздавать новую партию. - Сплюнь, - раздраженно ответил Рок, беря свои карты в руки. М-да, не так Имир представляла себе похищение, ой как не так. - Я, конечно, понимаю, что это не мое дело, - вдруг заговорила Имир, - но чего вы ждете? - Ты права, это не твое дело, - не отрывая взгляда от своих карт, ответил Рок, - Бубновая дама. - Король, - отбил карту блондин, - А если серьезно, я тоже не понимаю чего мы ждем. - Подходящего момента. - И когда же он наступит? Имир переводила взгляд с одного парня на другого. Учитывая то, что эти двое говорили друг с другом не отрываясь от партии, это выглядело немного комично. Но Имир не обращала внимания на их слова. Девушка нахмурилась, нутром чувствуя, что здесь что-то нечисто. Да и Рок доверия никак не вызывал. Хм, забавно. К её похищению причастны эти двое, но даже после этого Клаус Блейк не казался ей очень плохим человеком. Ей показалось, будто он запутался и уже не знает, что нужно делать. Девушка прикрыла глаза, вспоминая знакомство с элитным отрядом капитана Валери. Тогда солнце ярко светило, а напротив неё и всех остальных солдат стояли четверо героев. Да, именно героев! Пусть они и служат армии, но они спасают людей, более того, они не утратили свою личность в тяжелых битвах с гигантами. Как только она посмотрела на Катерин ей стало противно от неё. Такая чистая, невинная, хрупкая. Прям как Криста. Хотя нет, её настоящее имя — Хистория. Но даже не смотря на эту схожесть Катерин Блейк с её подругой Имир все равно не понравилась эта сероглазая блондинка. Она выглядела мило и свежо, улыбаясь всем вокруг. Прямо как принцесса, которую все стараются защитить. И Ален Абрамс, что верной тенью стоял позади неё только дополнял этот образ. К самому Абрамсу она относилась нейтрально. В первую их встречу он нежно обнимал Катерин за талию, улыбаясь краешком губ. Но он не зацепил её. Казалось, в нем было все что нужно для хорошего солдата, но Имир смогла только презрительно искривить свои губы в усмешке. И даже сейчас она не совсем понимает такой реакции на него в первый же день знакомства. Клаус и Ник — это отдельная тема. Таких людей, которые идеально дополняют друг друга она никогда в жизни не видела. Они будто читали мысли друг друга, одновременно засовывали руку в карман, доставали конфеты с яркими, но разными цветами и даже закидывали их в рот одновременно. Но их лица, что от наслаждения закатывали глаза были такие одинаковые, будто какой-то безумный ученый смог разделить одного человека на две одинаковые части. Они одновременно говорили, иногда подхватывали и заканчивали мысли друг друга. И это было невероятно. Тот факт, что они принадлежат к элитному отряду её ничуть не удивил, но именно то, что они не изменились и все еще продолжали ярко и искренне улыбаться запомнился ей навсегда. Нельзя сказать, что эти двое сразу же ей понравились. Никак нет, сначала она смотрела на них с неким скептицизмом и недоверием. Но Ник никаких негативных эмоций у неё не вызывал. Впрочем, как и Клаус. Вот только голубоглазый блондин казался ей более... одомашненным что-ли? Он напоминал ей большого ребенка. Его глаза были даже светлее, чем у Хистории. Намного светлее. Он смотрел на мир с улыбкой и, казалось, был готов помочь всем. Да, это была их первая встреча, но даже так она была уверена, что сделала правильные выводы. Но вот Клаус... Этот наглый, заносчивый и самовлюбленный нарцисс! Она поняла это еще когда он со своей самодовольной, но приятной и яркой улыбкой церемонно поцеловал ей руку. Имир тогда еле-еле удержалась, чтобы не залепить наглецу сильную пощечину. Но нельзя, он ведь выше по званию. Но это не помешало ей ответить ему на этот выпад ехидной колкостью. Она все еще может поклясться, что увидела в его глазах большое удивление, что быстро переросло в какое-то странное, даже мазохистское удовольствие. От такого даже мурашки пошли по коже. Она помнит, как фыркнула на этот взгляд и, отвернувшись, подумала, что его ничего не изменит. Но она еще ни разу так глубоко не ошибалась. Странный незнакомец, что спас её и её товарищей в лесу заставил насторожится. Он постоянно ехидничал, имел чёрный юмор и бесил её, называя принцессой. Этот странный незнакомец, что за несколько минут убил почти всех гигантов вызвал у неё уважение. Имир даже не понимает какой чёрт её дернул прыгнуть прямо вниз к этим монстрам и перевоплотится в гиганта, тем самым выдавая свой секрет. Но... Даже если этот человек так её бесил, она не могла не признать его мастерство. То, как он убивал гигантов, было воистину незабываемо. И этот странный незнакомец оказался Клаусом. Тем самым раздражающим Клаусом Блейком, который, как все думали, был мёртв. Но впервые она испытала облегчение, что не совсем знакомый ей человек оказался жив. Вот только даже она заметила некие изменения в нем. Блейк не только изменился внешне, утратив один глаз, но и внутри что-то переменилось. И это Имир поняла, сидя в тюремной камере. Тогда она имела неосторожность упомянуть его младшего мёртвого брата. Даже не так, она откровенно унизила его. И сполна поплатилась — такого Клауса еще никто не видел. Его глаза прямо таки горели ненавистью. Ненавистью к ней. Она впервые порадовалась тому, что сидела за решетками. Но на этом удивление не закончились. Того же вечера её проведала Криста. Блондинка принесла ей еду и с улыбкой рассказывала о своем сегодняшнем дне. Кроме того, Имир впервые видела, как Хистория смеется по-настоящему, до слез и до икоты когда рассказывала о чудаке - Блейке. Имир с недоверием слушала о том, что Клаус додумался спеть в столовой при капитанах да так, что капитан Валери чуть ли не завывала от безысходности. А о его легендарном поступке — убежать от капитана Аккермана, спрыгнув через окно третьего этажа — можно складывать легенды. У брюнетки никак не вязался образ грозного одноглазого Клауса с тем, который описала Хистория. Ведь, судя по её рассказам, Блейк совсем не изменился. Тогда Имир даже начала думать, что ей все это привиделось, но красный след от его крови на полу говорил об обратном. Потом Клаус опять проведал её и вел себя как ни в чем не бывало. Он улыбался, шутил, ехидничал. Но когда он сказал ей, что теперь он её «надзиратель» она не удержалась и в очень грубой форме начала возмущаться. Но Блейк со своей яркой улыбкой честно признался, что тоже не в восторге, одним предложением застав её заткнутся. Ночью ей не спалось и она на свой страх и риск решила выйти на крышу, чтобы подышать, подарив себе иллюзию свободы. Но она никак не ожидала встретить его. И пусть Клаус её не видел, зато она впервые увидела его. Настоящего Клауса Блейка. Она никогда не думала, что этот парень может быть таким. Так страдать, но при этом улыбаться всем днем. Она вообще не думала, что он умеет играть на гитаре и так красиво петь. Она совсем не думала, что он умеет так чувствовать. Она никогда не думала, что его может что-нибудь сломать. И эти его слова: «Мне не хватает тебе, братец Ник. Сильно не хватает». Это было что-то на грани фантастики, но тогда она сама себе показалась бесчеловечной сукой. Ей все еще стыдно вспоминать, как в тюрьме она обозвала Ника слабым и недостойным зваться Блейком. Только после того, как она увидела страдания Клауса, она вспомнила лицо голубоглазого парня, который усмирял темперамент своего старшего брата близнеца. Слезы сами начали тогда идти из её глаз как только она вернулась в комнату и легла на постель. - ...ир. Имир! Девушка вздрогнула от знакомого голоса, что звучал около её уха. Быстро повернувшись в сторону звука она столкнулась с ехидным взглядом, но все же ей показалось, что он был обеспокоенным. Моргнув несколько раз она поняла, что это был Клаус. Увидев, что девушка уже реагирует на внешние раздражители (Блейк хмыкнул на то, что начинает себя считать «раздражителем») и ехидно протянул: - Ну, наконец-то ты решила обратить на меня своего драгоценное внимание! - Рада, что ты понимаешь всю его ценность, - не осознано вырвалось у Имир и она тут же решила закрыть рот, чтобы опять не нарваться на неприятности. Она заметила как на неё зло и недовольно посмотрел Рок, даже поморщился от её слов, будто услышал их от ничтожества. Но вот Клаус посмотрел на неё совсем иначе: с довольством от их словесной перепалки и даже с каким-то одобрением. - И так, Рок, теперь мы точно готовы тебя услышать, - констатировал факт Клаус. Седовласый странно посмотрел на Блейка, будто решаясь говорить ему правду, или же нет. Немного подумав, Рок взял в свои руки карты и, начав их тасовать, сказал: - Я жду знака. - Знака? Какого знака? - озадачено моргая переспросил блондин. Рок хмыкнул и кинул первую карту на стол. Шестерка бубновая...

*****

В зале суда все замерли, смотря на судью, что не отводил взгляда от пронзительных алых глаз. Барроуз упрямо смотрела на него, ничем не выдавая того, как бешено колотится её сердце в грудной клетке. - Валери Барроуз лишается звания капитана, - по помещению прошелся удивленный вздох...

*****

- Ах, Рокки, как же это эгоистично, - сказал свою излюбленную фразу Клаус, заставляя Имир странно на него покосится. Рок на это заявление лишь фыркнул и закатил глаза, продолжая тасовать колоду. Имир недовольно посмотрела на него, думая, что неадекватность зеленоглазого блондина все-таки заразна. Девушка посмотрела на веселого парня, что начал разворачивать с неприятным шуршанием ядовито-желтую обертку, улавливая даже со своего места запах лимона с примесью еще чего-то. Запах был довольно таки приятным и освежающим, вот только Имир прекрасно помнила вкус этой по настоящему взрывной штучки. - Но, если серьезно, - вдруг подал голос Клаус, - зачем мы тянем время? У меня железное терпение, но... - Сидеть здесь, понимая, что в соседней комнате еще живая убийца младшего брата выше твоих сил, - спокойно констатировал факт седовласый, не видя, как у Блейка вмиг потемнели на несколько тонов глаза и сильно сжались кулаки. На стол полетел валет червовый...

*****

- Кроме того, Валери Барроуз объявляется предательницей всего человечества из-за помощи человеку-гиганту... Глаза красноглазой шокировано расширились. Катерин всхлипнула и спрятала свое лицо на груди у Алена. Ален автоматически обнял свою жену и зажмурился до боли и искрящихся точек в глазах. Ханджи пораженно застыла, а рот приоткрылся. Нет, этого не может быть... Эрвин прикрыл глаза, хотя внутри у него бушевал целый ураган эмоций. Даже Леви утратил все свое хладнокровие, но был уверен, что этого никто не заметит. Ведь все внимание сейчас было приковано к судье и Валери. Он мигом повернул свою голову в сторону девушки. Она стояла, опустив голову так, чтобы челка скрывала её глаза, а кулаки были сжаты до побеления костяшек и казалось, что еще немного и из её ладоней начнет капать на пол кровь. Барроуз скосила глаза и посмотрела прямо на растерянного Леви. Хм, кто бы мог подумать, что ей «посчастливится» увидеть такое выражение его лица? Глубоко вздохнув, она резко подняла голову, чёрные волосы колыхнулись, падая водопадом на гордо расправленные плечи. На лице появилась привычная ухмылка и она ехидно произнесла: - Я так понимаю, что это еще не все?

*****

Минута прошла в тишине. Рок смотрел на карты, Клаус — на дверь, где находится Женская особь, а девушка — на непривычно подавленного блондина. Признаться честно, она лишь раз видела его таким и то потом пожалела об этом. Она уже давно поняла, что Ник для него больная тема, но, видимо, Року было глубоко плевать на чьи-то чувства. Или же ему нравилось делать кому-то больно. Седовласый вел себе как настоящая скотина, хотя Клаус все равно продолжает утверждать, что Рок ему друг. Но брюнетка была уверена, что это далеко не так, а блондин просто привязался к парню-гиганту. Имир с удивлением поняла, что ей жаль Блейка. Даже очень, она ему сочувствует и сейчас, смотря на подавленного Клауса, что низко опустил голову, чтобы никто не смог прочитать эмоции по выражению его лица, Имир захотелось его обнять и утешить. А это было совсем не типично для неё. Но, все же, она не могла его оставить таким. Пусть он предатель, пусть он похитил её, но ей понятны его мотивы. Если подумать, для Хистории она сделала бы нечто похожее. Поэтому Имир немного наклонилась и почти невесомо сжала его руку. Но это было вполне достаточно, чтобы Блейк встрепенулся и начал смотреть на неё вполне осмысленным взглядом, полным недоумения. Рок краем глаза следил за этими двумя, ведь не понятно что они двое могут придумать и воплотить задумку в жизнь. А ему это не надо. Ведь не для того он создавал этот план и придумывал все до мельчайших подробностей и неожиданностей, даже если вдруг его сила титана исчезнет, чтобы ему помешали две десятки в колоде его «союзников». И говорить им о своих намерениях он уж точно не думал. Но, все же, лучше что-то сказать, или лучше всего это соврать. Но Рок даже и не думал говорить им правду. Ведь тогда процент успешности не намного, но снизился бы. А так хочется, чтобы все прошло гладко, поэтому... - Сегодня, когда наступит нужный момент я обязательно расскажу, что задумал. Да, он солгал. И как бальзам на душу то, что Клаус посмотрел на него опять со щенячьим счастьем, надеждой и верой. Року плевать на то, что обманул своего «друга», который действительно дорожит им, Року плевать на презренный и недоверчивый взгляд, что бросила на него Имир. Ведь Блейк ни за что не предаст, а Имир — всего лишь шестерка в колоде его карт и уж точно ничего не сможет изменить. На стол полетел дама пик...

*****

Оу, похоже судье не понравились слова бывшего капитана. Но Валери ничем не выдала свои настоящие эмоции, а лишь продолжала ухмыляться. - Более того, за предательство и некомпетентность Вы будете изгнанной за Стены. Ту-дум. Глаза Валери опять округлились, выражая недоверие, алые глаза немного потемнели от пережитых эмоций. Однажды, много-много лет назад, Джэрард ей рассказывал о том, что давным-давно, если кто-то сильно провинился, то суд имеет право вынести действительно страшный приговор — выгнать бедолагу за Стены, дав ему лишь флягу воды, немного хлеба, коробку спичек и УПМ с одной лишь парой мечей. Это было очень жестоко, так как все понимали, что этот смертник долго там не проживет. Умереть в глотке гиганта становило 90%, 9% — смерть от голода, обезвоживания, заражения крови и т. д. И даже 1% - смерть от падения с высоты. Дело в том, что «смертника» выводили на стену, а потом сбрасывали его вниз, а от давления и ветра не всем удавалось зацепится за что-то. Правда через несколько лет это наказание сменили на более гуманные. И вот сейчас случилось то, что не мог предвидеть даже Эрвин Смит - возрождение традиций. Вот только счастья это не приносило никому. ******************************************************************************** После этого прошло пол часа. Валери дали полтора часа, чтобы и попрощаться с кем хочет. Как только Барроуз зашла в свою комнату и закрыла за собой двери, она тут же кинулась к своему Церберу. С глухим стуком падая на колени она обняла его за шею, зарываясь носом в немного жесткую чёрную шерсть. Только здесь она может показать свою слабость. Цербер не сможет её осудить, никому не расскажет. Но она не заплачет. Она сильная. Валери отстранилась и начала глубоко дышать, чтобы успокоится. Цербер наблюдал за ней очень внимательно и лизнул её в щеку, будто подбадривая её. Валери уставилась в его синие глаза, улыбнувшись уголком губ. Нужно найти плюсы. Только разве в этой ситуации они могут быть? «Ну, по крайней мере я все еще жива, а с Катерин и Аленом все будет в порядке. Да и остальные не пропадут. Судили только меня, Леви не трогали, разве это не большой плюс?». Быстро поднявшись с пола она посмотрела на часы. Пол часа. Много и чертовски мало одновременно. Еще раз посмотрев на Цербера Валери вышла из комнаты и направилась в кабинет Ханджи. Она сидела за столом, но ничего не делала, казалось, даже позабыла о своих любимых титанах. Но только услышав, как скрипнула дверь, она резко повернула голову в сторону звука и посмотрела прямо на Барроуз. Красноглазая даже не успела ничего сказать, как Ханджи буквально подорвалась с места и кинулась её обнимать. Валери готова была поклясться, что ребра начали хрустеть, а майор все равно не расслаблялась. Барроуз с недоумением посмотрела в затылок брюнетки у хотела сказать что-то привычно язвительное, но не смогла это сделать, увидев, как у Ханджи сотрясаются плечи и слыша тихие всхлипы. - Ханджи, ты чего? - обескуражено спросила девушка, слегка погладив её по спине. Смотреть на такую Ханджи было непривычно и... больно. Валери действительно успела привязаться к ней, а сколько смешных, веселых моментов связано с майором. Вспомнить хотя бы то, как Зоэ на всю столовую крикнула, что беременная, лишь бы Леви от неё отстал и не убивал. А потом так же на всю столовую крикнуть, что она солгала и все же получить от разгневанного Аккермана! Вспоминая это у Валери на лице сама собой появилась искренняя улыбка. - П-прости-и-и... - еще больше разрыдалась Ханджи, - Я... я ничего не смогла сделать. Мне т-так жа-а-аль! - Так ты из-за этого? В том, что случилось, нет ничьей вины, а твоей тем более. И еще... Хватит реветь, ты мне рубашку испортишь, - недовольно подмечает Валери, отстраняя от себя растерянную Ханджи. Несколько секунд майор просто стояла и ошалело хлопала мокрыми ресницами, но потом, поняв её слова, начала истерично смеяться. - Ха-ха-ха, В-валери, т-ты как всегда! Барроуз хмыкнула, удовлетворенно отмечая, что Ханджи более-менее успокоилась. - Ханджи, ты же меня знаешь, я живучая, - вздохнула девушка, прикрыв глаза. - Я знаю. Но даже ты, капитан, можешь умереть там одна в таких условиях, - мрачно ответила Зоэ, - Ты долго не протянешь, если будешь убегать от гигантов, или убивать их. Рано или поздно газ закончится и тогда... - Поняла я, поняла. Хватить, пожалуйста, - отвернулась Валери. Ей и так было не по себе от всей этой ситуации, отвлечься не получается, а мрачные мысли никак не хотят покидать её голову. Она уже пыталась представить свою смерть и каждый раз исход получался все плачевнее и плачевнее. Валери представляла, как клинки ломаются в неподходящий момент, а её за туловище ловит гигант и раскусывает её. Или как газ заканчиваться и она летит вниз с большой высоты. Валери представляла, как смогла добраться до Леса Гигантских деревьев и остановится на одном из них после боя с несколькими гигантами, она представляла, что на её теле множество ушибов и глубоких ран, что нестерпимо болят, как она смогла пережить на том дереве несколько ночей, а потом начинает медленно и мучительно умирать от заражения крови... - ...лери! Валери, ты меня слушаешь?! Барроуз вздрогнула и посмотрела в глаза майора. Та хмурилась и выглядела очень обеспокоено. - Что ты говорила? - даже не извинившись за свое поведение и свою невнимательность, спросила Валери. - Я спрашивала со в семи ли ты попрощалась? Попрощалась? Барроуз резко повернула голову и посмотрела на настенные часы. Десять минут. Леви! - Прости, Ханджи, мне пора бежать! Закрыв за собой двери, Валери даже не увидела с какой грустной улыбкой на неё смотрела Зоэ. Она ведь совсем не глупая... ******************************************************************************** Леви сидел у себя в комнате и смотрел на небо с грозовыми тучами. Да, погода сейчас точно такая же как и настроение. Аккерман все еще не мог поверить в то, что случилось. Она уж точно не заслужила на такое наказание. Она столько раз спасала гражданских, когда титаны прорвали Стену, никогда не ослушивалась приказов и действительно достойна была называться надеждой всего человечества. Ну, не могла она всего предвидеть! От куда ей было знать, что пленник сбежит, а кристалл с Энни будет украден, откуда ей было знать, что Имир будет похищена, а её напарник, друг и подчиненный Клаус окажется предателем? Даже он не мог этого предположить. Аккерман открыл ящик стола, где был рисунок от Ника и Клауса. На нем были нарисованы Валери и её еще целый отряд. Ален, который обнимал счастливую Кетти. Клаус и Ник, которые ставили друг другу рожки, при этом делая самые честные и милые лица, на которые они только были способны. И Валери, которая привычно ухмылялась, глядя на этот цирк и стояла, скрестив руки на груди.Вот уж точно, время не вернуть. Катерин уже не сможет так ярко улыбаться, Ален всегда будет на стороже и ожидать от всех удара в спину. Младшего Блейка уже нет на этом свете. А Клаус, если присмотреться, вообще стал другим человеком — мрачным, скованным, жестоким, эгоистичным, озлобленным. Валери больше не будет такой уверенной в себе, как раньше. Вздохнув, он спрятал этот рисунок обратно в стол и посмотрел на часы. Десять минут. Уже пора выходить. Валери бежала со всех ног к знакомой комнате. Рывком открыв дверь, она в кого-то врезалась. Барроуз удивленно посмотрела на этого кого-то. Им оказался такой же удивленный Леви. М-да, а ведь не так она планировала с ним встретится. Надеялась, что хотя бы в комнату его сможет зайти. - Эм, привет? - вот что она несет?! Больше она ничего сказать не успела, так как Леви резко схватил её за локоть и утащил в свою комнату. Потом Барроуз услышала звук закрываемой двери. И тишина... О чем говорить-то? С чего начать? - Все в порядке? - на всякий случай спросила Валери. Аккерман посмотрел на неё как на последнюю идиотку. Её выгоняют за Стену, где будет обречена на смерть, а она спрашивает все ли с ним в порядке? - Никогда не замечал за тобой этой самоотверженности и глупости, - будто в пустоту проговорил он. - ...Чё? - выгнула бровь Барроуз. - Зачем пришла? Валери опасно прищурила глаза. То есть, она мчала сюда, чтобы поговорить с ним, возможно в последний раз, а он так холодно еще спрашивает? - Тц, поговорить хотела, - раздраженно ответила Валери, даже не смотря на него. Глубоко вздохнув, она произнесла то, в чем сама была неуверенна: - Я собираюсь найти Клауса. Аккерман медленно повернул голову в её сторону, как в самых страшных кошмарах, и на всякий случай переспросил: - Прости, что? - Я собираюсь найти Клауса, - еще раз уверенно повторила она, не отводя взгляда. Да, она действительно это сделает, найдет, надерет ему зад, а уж потом будет спрашивать о его мотивах. - Ты понимаешь, что говоришь? Он предатель. - Клаус не предатель. - Блейк предал всех нас, веру в него... - Он не... - Да ты думаешь своей головой, или нет?! - вдруг не выдержал Леви, хватая её за плечи, - Он без раздумий оставил нас, подставил тебя. Ты не сможешь найти его в Лесу, полным гигантов. Да даже если и сделаешь это, он может опять ударить в спину. После всего, что он сделал, ты все еще веришь, что он на твоей стороне? Барроуз упрямо молчала, поджав губы. Может, Леви в чем-то и прав, но она не бросит его. Валери знакома с ним с детства и не может поверить, что он оставил её, сестру и друга без особо важной причины. Ведь... - Он мой друг. Клаус столько раз помогал мне, прикрывал спину, хотя я в этом особо и не нуждалась. Он был душой нашей компании, моего отряда. И... и я не верю, что он мог оставить нас всех на растерзание этим «гиенам»! Наступила тишина. Капитаны упрямо сверлили друг друга глазами, не желая отступать. Мертвую тишину разбавили звуки какой-то возни на улице. Валери встрепенулась и посмотрела на часы. Через пять минут нужно выходить. Чёрт, как мало времени! - Тебе пора, - вернул свою обычную холодность Леви. Он обошел её и потянулся к дверной ручке. Стоп, Аккерман её так оригинально пытается прогнать?! Барроуз опять нахмурилась и, не выдержав, сделала большой шаг вперед, вставая между ним и дверью. Не обращая внимания на его скептический взгляд, притянула капитана к себе за воротник рубашки и, зажмурившись, поцеловала его. Что не говори, а такие вещи были для неё в новинку и были очень смущающими для вечно холодной и язвительной девушки. Валери даже показалось, что от переизбытка эмоций и стыда у неё покраснели щеки. Хотя, может это и действительно так. Глаза Аккермана пораженно расширились. Девушка ближе прижалась к нему, обнимая руками за шею. Леви никогда не думал, что окажется в такой ситуации. Да, он целовал её и не один раз. Но сейчас от понимания того, что её скоро просто здесь не будет, больно резало и так уже покалеченное сердце. Но не успел тот что-либо сделать, как Валери резко отстранилась и шепотом сказала: - Нам пора. Действительно. Пора. ******************************************************************************** Все собрались на вершине Стены Розы, так как Стена Мария уже давно была уничтожена и на её территориях уже давно «поселились» гиганты. На самом краю стояла девушка с черными волосами, собранными в высокий хвостик на затылке. На ней была военная форма Легиона Разведки. Белые штаны были абсолютно чистыми, хотя она не сомневалась, что скоро они станут серыми. На ногах военные, но удобные кожаные ботинки. Белая рубашка не уступала чистоте штанам, а коричневые кожаные крепления на талии и ногах создавали резкий контраст. Крепления держали грузный, но такой привычно тяжелый УПМ с «полным баком» газа и единственной парой немного затупившихся клинков. Поверх еще был накинут плащ с крыльями свободы на спине. Позади неё стояли солдаты из Военной полиции на случай если бывший капитан разведки попытается сбежать. Но она и не думала об этом. Пусть и бывший, но она капитан — гордый и независимый. И никто не смеет втаптывать её в грязь. Смотря на то, как Валери Барроуз смотрела вперед с гордо поднятой головой множество солдат странным образом ощутили неловкость. Не такого поведения они ожидали от человека, которого практически присудили на смерть. Внизу Стены Мария собралось множество людей и каждый из них кричал что-то свое. Много народу протестовало, но находились и те, что поддерживали взгляды судьи. Катерин и Ален, что стояли там же, ели сдерживались. Чтобы не наорать на этих людей, что живут и горя не знают, ничего не делают, а потом всех и вся обвиняют. Ханджи и Эрвин серьезно смотрели на Валери, а Леви. Скрестив руки на груди, недовольно сверлил взглядом солдат, что вели Барроуз как под конвоем. Валери вздохнула и обернулась, прощальным взглядом окидывая всех людей, что стояли позади неё. Посмотрев на солдат из Военной полиции она ухмыльнулась, да так, что некоторые вздрогнули покрепче стиснули свое оружие. - Вспомните мои слова, когда случится что-то серьезное вы будете прятаться и перекладывать ответственность на других. Но вот когда за дело возьмется Легион Разведки, а солдат будет недостаточно и вы все равно должны будете сражаться с гигантами — вы все пожалеете, что «послали» меня, - последние слова она произнесла с нескрываемой усмешкой. Потом она посмотрела на Леви. Пользуясь тем, что все остальные были слишком обескуражены. Валери встретилась взглядом с Аккерманом и одними губами прошептала: - Подожди чуть-чуть. Мы обязательно встретимся. И, резко развернувшись, она сделала резкий рывок вперед, падая в пропасть. В лицо резко ударил сильный и холодный поток воздуха. От силы ветряного потока глаза начало невыносимо считать и слезится. Может, Ханджи носит очки совсем не из-за плохого зрения? И как она раньше об этом не подумала и почему именно сейчас додумалась. Перевернувшись в воздухе, она выпустила тросы, но они не смогли зацепится за стену. Получилось только на третий раз, когда уже до земли было не так уж и много. Легко приземлившись, она услышала над головой звук пушечного выстрела. Знак, что она спустилась. Еще раз посмотрев вверх, ей вдруг показалось, что скоро будет конец. Но чему именно? Резко развернувшись, она спокойным шагом пошла вперед. Что не говори, а газ нужно экономить. ******************************************************************************** Прозвучал звук пушечного выстрела. Он был слышен даже до Леса Гигантских деревьев. Этот звук заставил встрепенутся Клауса и Имир, что уже успела расслабится и задремать. Блейк насторожено поднялся с места и посмотрел через окно. Где-то там вдалеке виднелся густой столб дыма. Клаус посмотрел на вдруг повеселившегося Рока. Тот сразу же подскочил с места и тоже посмотрел в окно, ухмыльнувшись. - Рокки, а это что такое было? - напряженно спросил блондин. - А это, дорогой мой, и есть тот самый знак, которого мы ждали. Выбежав на улицу, он резко укусил себя до крови за руку и мигом превратился в гиганта, а бывший солдат Клаус наблюдал за этим всем непривычно хмуро.