Важная хрень, чтоб Кальян побомбил

Жара. Дохрена людей. Все отливает белым из-за сильного солнца. Делать что-либо лениво. Но сидя в кафе и заказывая холодный напиток и мороженое можно чуть-чуть исправить ситуацию. Именно это и делал жертва нашего рассказа*. Коля сидел и мысленно проклинал себя за то, что решил выйти из гостиницы в кофте. Он только додумался снять ее, и это явно не пошло ему в плюс. Хорошо хоть в кафе додумался зайти. Дожидаясь своего заказа он решил немного повспоминать свою предыдущую неделю. Ну во первых он прилетел один в другой город в 12 лет по середине учебного года, чтобы сходить на фестиваль. Во вторых сейчас придет одно туповато-гиперактивно-смешноватое существо, которое по ошибке является одним из представителей человеческого рода, а не неизвестным науке существом, которое желательно посадить на карантин и изучать новейшими способами, запрещая ей общаться с другими объектами, иначе их психике настанет конец. В третьих с этим существом он идёт на фестиваль. Ну а в четвертых у него небольшие проблемы. Такие небольшие, что с ума можно сойти от такого маленького размера проблемы. Но не дано было ему помедетировать, ибо из раздумий его вывел сильный удар посередь лопаток и оглушительный крик в ухо: - О ЧЁМ ЗАДУМАЛСЯ, ДРУЖИЩЕ? Это было настолько неожиданно ("а на что ты собственно надеялся? что я подойду и такая обнимая со спины скажу - сэр Николас, как ваши дела?!"), что отходил он секунд 20. А отойдя от сего приветствия Кальян заметил, что чудище уже успело захватить ложку, сок и сидеть - наслаждаться жизнью. А вот люди вокруг до сих пор на них оглядывались. - О том, как хорошо было не быть глухим. - Да ладно, шо ты паришься, не так уж и громко крикнула. Парень хотел уже было возразить, но она сказала, что разобьёт его укулялю* если, и Коля передумал. - Так зачем ты меня позвал? До феста же ещё 2 с половиной дня. Она вообще о чём? А..... точно. Он же думал о своей проблеме, до того, как его не самым приятным способом потревожили. - Мне нужен совет ("От меня? Ты не заболел?"). А так как судя по тому, что ты читаешь и как шутишь, а также зайдя один раз на твою страницу в Вк вполне можно убедиться, что в ЭТОЙ теме ты разбираешься ("ты с чего это вдруг геями заинтересовался?"). Так вот..... Тут парень маленько приубавил свой пыл, ведь Маша любит рассказывать всё всем и вся, так что стоит ли доверять ей такие вещи - вопрос сложный. Но раз уже всё равно некуда и не к кому обратиться можно и ей. - Только обещай, что без моего разрешения никто не узнает. На удивление Маша ограничилась лишь кивком. Весь её вид выражал сосредоточенность. - Я влюбился. *тихий долгий визг* Лицо Маши, только что сочившееся умом моментально превратилось в такую радостную физиономию, что об неё можно было зажигать лампочки. - Я знала, что гормоны тебе всё же доложили! И кто он? - С чего ты взяла, что это он?! - Ну для начала для такого сухаря, как ты девушка и не найдётся ("- пошла нахрен! - сам иди!"). А во вторых, когда говорят о девушках люди ломаются поменьше (" - в фанфике прочитала? - да не читаю я гетные! - ах да, я забыл с кем имею дело"). А ты - будто взорвалась вся Африка, а виноват ты. Наступило неловкое молчание. Маша продолжала усмехаться над шуткой про Колю - гея, а Коля пытался понять, как сказать, что это не шутка. И таким напряжением мозг его ещё никогда не был. - Это не шутка. Да, ограничимся самым простым вариантом. Но вот зря он это без предупреждения сказал. Девочка подавилась пироженным ("да за соседнем столом дали") и долго пыталась откашлятся. В финале она посмотрела на Колю красными глазами и хрипло спросила: - Кто он? - Знаешь, такой вопрос могла задать только ты. - Почему это? - Нет бы спросить - как давно, почему.... - Да будет у меня время спросить об этом, сейчас неинтересно. Ну да, чего он ожидал. Придется сказать. - Ну, я тут недавно пересматривал Гарри Поттера, и Дэниел Рэдклиф топчик, и ...... -Так ты ещё и малолетняя девочка?! Да что за день открытий ....... Да и он же тебя старше в 2 с лишним раза? - Давай подробнее объясню.... Так они просидели до обеда, потом до ужина, потихоньку закрылось кафе, и их выгнали наружу. Но говорить они не перестали.