Обычные моменты

От автора: захотелось не юмора, а сплошного уми-ми-миления _____________________________________________________________ На улице сегодня снежно и пахнет полноценной зимой. Теру закрывает глаза и глубоко вдыхает этот воздух, ей кажется, она ждала этой спокойно-снежной погоды и этого ни на что не похожего запаха очень и очень долго. Сегодня весьма важный день. Когда все зашли в дом отмечать, Теру решила остаться на улице, и медленно уходила в тень дома, чтобы, раскинув руки, упасть на взрыхлённый снег и десять минут в полной тишине смотреть на звёзды, ярче которых никогда в жизни не видела.Чтобы оттянуть как можно дольше тот момент, когда придётся поздравлять Куросаки. Только одна мысль про вручение подарка вызывала маргариточный оттенок лица. Но нужно было обязательно уйти, чтобы внезапно над собой услышать шорох, увидеть знакомую куртку и самого владельца куртки, развалившегося только что на снегу. И Теру от удивления открывает рот и вдыхает свежий воздух: - А как же гости? Куросаки молчит, только дым от сигареты поднимается вверх. Занятно - дым и дыхание на фоне ясного звёздного неба неотличимы. Они не были только вдвоём, кажется, целую вечность, не разговаривали, не наслаждались тишиной. Прошла целая бездна минут, когда Куроскаки думал, что больше не услышит цитаты его смсок от Теру, что не обнимет, что она больше не будет оберегать его от плохих снов, не... Над ними чистое прозрачное небо с перевёрнутой звёздной картой, зажжённой ярче фонарей и окон. Теру сумасшедше и отчаянно, упрямо пытается отыскать Кассиопею и Большую медведицу и находит, ориентируясь не на Полярную звезду, а на могучего Ориона, обнявшего собой весь купольный центр ночи. Куросаки ухмыляется и пытается опровергнуть утверждения Теру, за что получает хорошую груду снега в лицо. На возглас "За что?" улица слышит звонкое "курить меньше надо". Пока все празднуют в квартире, они лепят Сузуки-сана: добротного снеговика, который похож сначала на Будду, а потом на богатого толстяка-добряка с греческим профилем. Чёрные угольные глаза и брови, шапка Куросаки и сухая трава за ухом ставят всё на свои места и преподносят имя. После чего Теру смущённо протягивает из безразмерного кармана своей куртки свёрток. Стесняясь и молча. Куросаки чуть удивленно рвёт упаковку, из которой плавно вылетает яркой лентой шарф. С маргаритками по краям. И Куросаки радостно и смущённо смеётся, очарованный красотой шарфа, прижимается своим плечом к ней. А Теру почти неподвижно стояла, вспоминая, как всю дорогу думала: объявлять ли при встрече громогласны поздравления, чтобы скрыть свою неловкость — но смелости в общем-то так и не хватило. - Сама делала? Она отвечает Куросаки удивлённо распахнутыми глазами и то ли кивком головы, то ли улыбкой губ. После их ухода угол улицы, наверное, так и остался пустовать под начавшимся снегопадом. Ночью Теру снится лето и все они. И у них всё хорошо.