Пожалуйста, живи...

После победы над Воландемортом мир будто замер, не в силах выдохнуть. Затих, вылизывает раны. Руины и глухая тишина, это все, что от него осталось. Я был готов пожертвовать собой ради спасения мира, но не готов был жить в этом мире, в котором не осталось ничего. Чего стоит жизнь, когда ушло все остальное? Эта победа далась слишком высокой и горькой ценой. Война забрала многих. Всех, кого я любил. Родителей, Люпина с Тонкс, Дамболдора, Сириуса, Гермиону, Джинни, Северуса. Из близких друзей остался только Рон, но и от него прежнего мало, что осталась. Он не смог пережить и принять потерю любимой. Мой лучший друг спился, а у меня даже нет сил помочь ему. Все мы солдаты, привыкшие быть героями. Такие умеют жить, лишь ходя по лезвию ножа, под руку со смертью... так ты понимаешь, что живой. А в мирное время как научиться жить, когда герои уже не нужны? - Северус, - выдыхаю я, хотя это больше походит на болезненный стон. Вот, чья смерть лишила меня воздуха, лишила смысла жить. Без него нет мира, а лишь разрушенные руины, без него сердце разрывается в клочья, норовя прорваться из грудной клетки. Не успел. Не спас. Не помог. Все оборвалось коротким вздохом. Не успел сказать самого главного, что люблю его, всегда любил. А теперь у меня осталось только одно — кладбище, где похоронены все любимые. Где холод и тишина, где ветер гуляет между могил. Но почему... почему меня все оставили? Я так многим был наделен, так много сделал. Но судьба решила, что счастья я не достоин. Джинни... погибла. При воспоминании о ней на глаза наворачиваются слезы. Слезы сожаления о том, что когда было время я не дал ей любви. А она так похожа на мать, в решающий миг закрыла меня собой от Воландеморта, встала между нами как щит, совсем как мама когда-то. Кажется с того момента прошла целая вечность. Горько и противно от самого себя. Джинни любила меня больше жизни, принимала со всеми странностями. А я всегда был мысленно где-то там, в другом мире, где я за руку держу Северуса, где смахиваю его ухмылку жарким поцелуем и в тишине лишь слышится: «только мой». Мечты, которые могли исполниться, но не дали им времени на это. Время ушло, как вода сквозь пальцы, и осталось лишь прерывистое дыхание и сожаление. Я всегда был с кем-то, но не с ней. А она тихо меня любила и ждала. Я поднял глаза к небу. Вечерело. Прохладный воздух успокаивает меня, падает снег пушистыми хлопьями и тишина, мягкая, приятная тишина. Так поздняя осень уступает место зиме. Не лучшее ли время, чтобы покинуть этот мир? Это не эмоции, не истерика, а осознанное твердое решение уйти, выбор, данный каждому человеку. Кто-то спивается, а кто-то тихо уходит, прикрыв за собой дверь. Чего стоит жизнь, если в ней не осталось смысла? Я медленно поднимаюсь на Астрономическую башню, набираю побольше воздуха в легкие, подхожу к самому краю. И прикрыв глаза, делаю шаг вперед, желая оборвать свою жизнь.

***

Как вдруг кто-то с силой дергает меня назад, и я с шумом падаю навзничь на холодный пол. И это отрезвляет меня, в душе поселяются недоумение и вопросы. Кто мог спасти меня, если не осталось никого, кто меня любил? И каково же было мое удивление, когда я, обернувшись, увидел Драко Малфоя собственной персоной. Да только бывший слизеринец мало походил на себя прежнего: не было ни усмешки, ни надменности. В глазах пылала ярость, безумие, страх, он тяжело и прерывисто дышал, а волосы его были растрепаны. Он выглядел странно, будто бежал сломя голову и боялся, что не успеет. Все эти выводы немного напоминали о чем-то важном. Но не успел я опомниться, как Малфой с силой швырнул меня к стене, и с яростью в глазах стал надвигаться. - Что ты творишь, Поттер? Ты совсем обезумел. А что, если бы я не успел?! - никто еще не видел Драко в таком состоянии, в такой неконтролируемой агрессии. Я, не смотря на удивление и ступор, мысленно восхитился им. Вот какая ярость, какой огонь может бушевать в холодном слизеринце, какая сила. А он так красив в гневе, - странная мысль, неподходящая ни месту, ни времени, немного встревожила мою душу. Я медленно опустился на пол. - Спасибо за спасение, ты вернул должок. - Я выдавил улыбку. - Давно я не чувствовал себя школьником, которого так отчитывают. Моего ухода никто бы не заметил, я потерял смысл жизни, - признался я, хотя и казалось, что это все сон, какая-то абсурдная ситуация, в которой Малфой помешал мне свести счеты с жизнью. - На вот, выпей, полегчает, - сухо сказал блондин, протягивая небольшую бутылку с коньяком. Я отпил и мое горло словно обожгло огнем. После я передал Драко, тот тоже сделал глоток. Однако, злость и ярость в его глазах никуда не пропала. - Поттер, ты как ребенок, которому вечно нужно внимание, смысл жизни он потерял. Война, слава Мерлину, закончена, нужно начать жизнь с белого листа. Ты потерял всех, но я сегодня мог потерять намного больше! Знаешь, чтобы стать счастливым, нужно иногда смотреть по сторонам, а не жалеть себя и упиваться любовью к Северусу, которой не могло просто быть. Я замер, не в силах выдохнуть и смотрел Малфою прямо в глаза. - Ты и предположить не мог, что ты нужен мне. Ты спас меня от заточения в Азкабане. Но мне не нужна эта свобода без тебя. И я не вернул тебе должок, ты спасал меня многим больше, чем тебе кажется. Я хочу, чтобы ты знал. Я должен на этот раз успеть сказать, что люблю тебя. И, о Мерлин, если бы ты знал, как я боялся, что не успею. Что ты уйдешь, а мое сердце разобьется вдребезги об этот каменный пол. Не в силах что-либо сказать от потрясения, я сделал несколько больших глотков. - Да, я ненавидел тебя, желал тебе смерти, когда ты отверг меня в первый раз. Помнишь первый курс и протянутую тебе мою руку? А все последующие годы я делал вид и убеждал себя в том, что ненавижу тебя. Это было легко, ты был достойным соперником. Но в глубине души я любил тебя, и в этом было мое спасение. - Драко, я... - Молчи и слушай, - грубо прервал меня Малфой. - А когда ты покинул школу после шестого курса, лишь тогда я окончательно осознал, что люблю тебя. И мне стало так одиноко, как будто вместе с тобой ушла и часть моей жизни. И я молился всем богам, чтобы ты избавил этот мир от Воландеморта, чтобы вернулся ко мне живым. Мне было горько, я больше не хотел быть твоим соперником, не хотел быть с тобой по разные стороны баррикад. Я хотел быть с тобой, доказать тебе, что я могу быть хорошим человеком. А теперь от Гарри Поттера осталось тень, оглянись по сторонам, я хочу вернуть тебя! Малфой вдруг с силой схватил меня за ворот рубашки, поддался вперед и накрыл мои губы своими. Это был яростный животный поцелуй. И струйка крови медленно стекала по моему подбородку, заставляя нас осознавать, что мы все еще живы. А когда поцелуй прервался, я почувствовал небывалую усталость, вдруг сильно захотелось спать. Я посмотрел вдаль, уже была ночь, а снег все падал и падал, заставляя невольно улыбаться. Да, иногда следует смотреть по сторонам, чтобы увидеть истину. Сегодня определенно неподходящий день, чтобы умереть. А Драко невольно напомнил мне Джинни, он тоже ждал меня. - В Малфой-Мэнор? - спросил Драко и я кивнул.

***

Больше в глазах Драко не было ярости и гнева, наоборот, я углядел в них нежность. Мы сидели на диване, возле камина. Драко укрыл нас пледом и снова поцеловал меня, на этот раз нежно, бережно, с трепетом. Поцелуй вышел ласковый и горячий, полный страсти и любви. Я нежно улыбнулся Малфою. - Я останусь с тобой навсегда, и лишь в этом случае мой долг будет уплачен.