Лето,которое ты запомнишь надолго

«Остановись! Остановись! Остановись, придурок! Ты всё испортишь! Живо! Давай!» — мысленно заорал на себя Натаниэль, взял девушку за плечи и резко отстранился. Маринетт начала хватать ртом воздух, почувствовав свободу в движениях. Сосчитав в голове до десяти и восстановив дыхание, Маринетт с опаской посмотрела на молодого человека. — Прости, Мари, — он провёл руками по волосам. Девушка знала, что он всегда так делал, когда винил себя в чём-то. — Я не хотел сделать тебе больно. Я просто...просто во мне что-то озверело и... было ощущение, будто я себя не контролирую, — парень замотал головой и сделал от возлюбленной два шага, увеличивая расстояние между ними. — Прости. Прости, если сможешь. Маринетт закрыла глаза, и спустя несколько секунд с выдохом распахнула их, тепло смотря на Натаниэля. Девушка подошла к нему и мягко провела ладонью по его щеке, а потом взяла за руки. — Нат, всё в порядке. Я не обижаюсь на тебя и даже почти не злюсь, — она заглянула к нему в глаза. — Просто... Я была напугана, — замолчала на несколько секунд и опустила глаза, — но я рада, что ты смог остановиться и не причинил мне боль, — снова посмотрела ему в глаза, — Поэтому ... да, всё в порядке. Всё хорошо. — Спасибо, Мари, — прошептал молодой человек. — Спасибо. Я так тебя люблю. — Натаниэль положил руки на её спину и прижал к себе, обнимая. Девушка улыбнулась и обняла парня в ответ. — Всё. Давай пить чай, — скомандовала Маринетт, отстранившись. — Да. Я всеми руками «за», — кивнул юноша и, выпустив девушку из объятий, сел за стол. Мари поставила чашки с чаем, сладости на стол, и села сама. Натаниэль начал что-то с энтузиазмом говорить о каких-то картинах, Испании и новых литературных произведениях. Кажется, они оба хотели забыть то, что было несколько минут назад.

***

Адриан сидел на подоконнике своего окна. Он пропустил ужин, поругался с отцом из-за того, что, видети ли он пришёл на полчаса позже, чем нужно и не нарисовал какую-то грёбаную картину, разбил вазу после разговора с Агрестом старшим, так как ему некуда было больше выплеснуть свою злость, он отыгрался на ни в чём неповинном сосуде для цветов. Времени было уже давно заполночь, а юноша всё по-прежнему молча сидел и тупо смотрел в окно. «Знаешь, говорят, что всё идёт из семьи. Видимо в твоей семье отец тоже плевал на чувства твоей матери!» — неожиданно для себя вспомнил Адриан, и злость накатила с новой силой. «Сука! Много она понимает! Она же блять нихера не знает о моей семье!» — юноша потёр переносицу и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться, но совсем некстати в его голове всплыли воспоминания из детства. Маленький Адриан лежал в своей кровати, а его мать читала ему какую-то книжку. Он любил слушать её, и всегда просил рассказать ему сказку на ночь.Тихий, нежный голос убаюкивал, успокаивал, тёплый, любящий взгляд согревал. -… конец. — проговорила женщина. — Неет, мамочка. Почитай ещё какую-нибудь сказку. — Нет, солнышко. Я почитаю тебе завтра.- улыбнулась любящая мать. — А сейчас закрывай глазки и засыпай. Пусть тебе приснятся хорошие сны. — женщина ласково погладила сына по голове и поцеловала в щёчку. — Я люблю тебя, мальчик мой. Больше всего на свете. — снова улыбка. — Засыпай. — выключила свет и вышла из комнаты. Адриан закрыл глаза, а спустя может несколько минут, может часов он услышал крик. Это была его мать. Быстро встав с кровати, мальчик побежал в гостиную, откуда слышался крик. Оказавшись в нужном месте, Адриан ужаснулся. Его мать держалась рукой за щёку и плакала, волосы были растрёпаны, а губы дрожали. Его отец, человек, с которого он всегда хотел брать пример, стоял напротив нее, держа в руках ремень. Мужчина замахнулся, а потом услышал крик. Не жены, а своего ребёнка. — Папа, не надо! — закричал мальчик, побежал к матери и встал перед ней, закрывая своим крохотным телом от отца. — Ей будет больно! — Адриан, уходи. — произнесла женщина и притянула его рукой к себе. Мужчина зло сощурил глаза, а потом… просто рассмеялся. — Не будь тряпкой, сын. Женщина должна быть наказана, если она поступает неправильно и не важно, как сильно ты её любишь. Адриан сморщился. Он до сих пор помнил тот ужасный смех отца и ужас в глазах матери. Юноша знал, что человек, которого он ласково называл «папой», любил его маму, но, как оказалось, внутри него был монстр, которого он выпускал наружу. Очень редко, но, когда это случалось, страдали те, кого он больше всего любил. Самым большим страхом для Адриана было — стать таким, как его отец. Молодой человек давно зарекся, что никогда не поднимет руку, на ту, кто слабее его и которую он сильно полюбит. У него было много девушек, но большинство из них были стервами. Им не нужна была его ласка, забота и уж в тем более любовь. Всё, чего они требовали — это деньги, подарки и хороший, жёсткий секс. Он был не против. Его это устраивало. Но сегодня в нём что-то вспыхнуло, когда эта глупаяничегонепонимающая Маринетт бросила ему слова о его семье. Он был зол, очень зол, но с этим же пришло и удивление. Маринетт — первая девушка, которая возразила ему. И ему просто стало интересно. Он видел, как ей понравилось то платье. И почти сразу же после того, как он развёз Алю и её по домам, вернулся в магазин и купил его, а потом отправил девушке. Ему была интересна её реакция. Он хотел узнать — вернёт она ему его подарок или нет. «Что ж… посмотрим какая ты, Маринетт Дюпэн-Чэн.» — ухмыльнулся юноша, спрыгнул с подоконника и лёг в кровать. Где-то через полчаса его ёрзаний в постели, он наконец уснул.