Лето,которое ты запомнишь надолго

Маринетт проснулась с ужасной головной болью. Казалось, еще чуть-чуть и голова просто взорвётся. «Так тебе и надо.» Девушка была зла на себя. Она так и не воплотила свою вчерашнюю идею в жизнь. А всё почему? Потому что она струсила, а Нат, как обычно, не стал с ней спорить. Ведь всё шло так… правильно. Натаниэль быстро кладёт Мари на кровать, снимает с неё одежду, оставляя её лишь в одном белье. Медленно проводит ладонью от шеи и вниз до бедра. Гладит живот, спускается ниже, в это же время целует Мари в губы, та сразу же отвечает, притягивая его за голову и углубляя поцелуй. Его рука спускается ниже, к её трусикам, при этом юноша не разрывает поцелуй и придерживает девушку за талию. Маринетт выдыхает ему прямо в рот и слегка напрягается, когда его рука накрыла её под тканью трусиков. Он начинает медленно гладить её там, целуя в шею, а другой рукой забираясь под бюстгальтер и сжимая её грудь, отчего девушка слегка прогибается, поддаваясь навстречу. Спустя какое-то время Маринетт слышит звук расстегивающейся молнии, и она широко распахивает глаза. «Маринетт, ты не готова. Остановись.» И она слушает саму себя, отталкивая парня и резко садясь на кровати. Она что-то затараторила ему про то, что она еще не готова, что она ничего не может с собой поделать, что ей очень жаль и что она хочет, чтобы он ушёл. Натаниэль ошарашенно смотрел на нее. Было видно, как он возбудился и что ему нужно продолжение. Она это видела, а он и не пытался это скрыть. Но Нат лишь сказал «Всё нормально. Я не сделаю того, чего ты не хочешь.», а потом быстро оделся, как-то неуверенно поцеловал Мари и ушёл. Разочарование. Вот, что чувствовала сейчас девушка. На себя за свою слабость, на Ната за то, что он не сумел проявить твёрдость и просто согласился с ней. Как всегда. Ничего не хотелось делать. Весь день Маринетт просто пролежала в кровати. Мистер и миссис Дюпэн-Чэн ушли с утра по делам и вернулись только вечером. Только тогда девушка встала, чтобы поужинать с родителями, а после, надев серёжки, вернула Тикки.

***

Адриан лежал на кровати, закрыв глаза. Сегодня был хороший день. Даже очень. Утренняя пробежка, завтрак без отца, что нисколько не удивило, пара часов прогулки с Нино, потом поход в кино и ресторан с Алей, которая выглядела умиротворенно, поход в два модельных агенства, фотосъемка, вечернее занятие по фехтованию, ужин снова в одиночестве, горячая ванна и, наконец, тёплая постель. Сегодня его не мучила головная боль, не раздражала Аля, которая, кстати, очень даже помогала отвлечься от всяких ненужных мыслей, он ни разу за сегодня не поссорился с отцом, хотя, наверное, дело в том, что они вообще сегодня не виделись. Может это и к лучшему. Всё сегодня шло так, как надо. Он был спокоен.

***

Следующие три дня пролетели очень быстро. Маринетт даже сама не заметила, как наступил день, когда Натаниэль должен был уезжать. Они ни разу не поднимали тему того, что случилось. Вернее того, что не случилось. И их обоих это устраивало. За эти три дня они виделись всего пару раз и были в обществе друг друга куда меньше, чем обычно. Маринетт первая находила предлог уходить, а Нат не противился, и они расставались. Всё складывалось не самым удачным способом. Но в день отъезда Маринетт не смогла не прийти проводить своего парня, хотя сначала хотела остаться дома. Ей всё ещё было стыдно и неловко перед юношей. Дурацкие чувства. — Пиши мне, звони, — произнес Нат, когда уже нужно было садиться в поезд. — Да, хорошо, — кивнула девушка. — Ты тоже. — Хорошо. Повисла пауза. — Эм, — начал Натаниэль, — Тогда пока? Маринетт опустила глаза. — Да, пока. Парень уже развернулся к ней спиной, собираясь зайти, как девушка его резко окрикнула и развернула к себе. — Нат! — на выдохе произнесла Мари, обняла парня за шею руками и поцеловала в губы, сильно прижимаясь к нему. Сейчас ей было всё равно, что на них удивленно смотрят его родители, ещё кто-то. Маринетт понимала, что не может его вот так вот отпустить. Не может так просто попрощаться с ним. — Я люблю тебя, — прошептала она отстранившись. — Прости меня за то… «Что сама затащила тебя в постель, а потом, не доведя начатое до конца, прогнала тебя.» — Всё в порядке, — он мягко улыбнулся, не выпуская Мари из кольца своих рук. — Я всё понимаю, и я буду ждать столько, сколько нужно. — Да, но… — Никаких «но», Мари, — он мягко провёл рукой по её волосам. — Я люблю тебя и уважаю твои решения. Девушка уткнулась ему в шею и прошептала: — Спасибо.

***

На следующий день Адриан проснулся ночью от какого-то шума. Открыл глаза, проведя рукой по лицу, взглянул на часы — времени три ночи, нахмурился. Решив, что ему показалось, снова опустил веки, и сон медленно опять начал завлекать его. В голове вновь возник силуэт девушки, стоявшей к нему спиной. Она стояла у окна, опираясь ладонями на подоконник. На ней свободно висела рубашка, его рубашка, из нижнего белья на ней были только трусики, видневшиеся из-под неплотной ткани. Волосы были слегка спутаны, голова чуть наклонена вправо. Он делает к ней шаг, второй, зовёт её по имени, но не слышит своего голоса. Она едва заметно вздрагивает, выпрямляется, медленно поворачивая голову в его сторону, и вот он уже видит её профиль, слегка приоткрытый рот и глаза. Эти чёртовы глаза. Она протягивает ему свою тонкую, изящную руку, улыбаясь. Он берёт её за руку и тянет в свои объятия. Их лица напротив друг друга, но она ниже его, поэтому слегка поднимает подбородок, заглядывая ему в глаза. Он наклоняется к её губами и… Звук бьющегося стекла и женского крика быстро вернул Агреста из царства Морфея. Юноша резко встал с кровати, накинул халат и вышел из комнаты. Почти перейдя на бег, Адриан спустился к кабинету отца, двери которого были распахнуты, и застыл. Сон окончательно пропал. «Что за чёрт?!» Зареванная Натали лежала на полу с разорванной блузкой и задранной юбкой, прижатая рукой его отца, который практически сидел на женщине, в другой руке он держал бутылку виски. Рядом лежали осколки от разбитого бокала, и растекалась жидкость, расплескавшаяся из него. — Отец! — заорал Адриан, быстро подбегая и стаскивая мужчину с Натали. Тот, видимо, не заметивший сначала сына и ничего не ожидая, не сопротивлялся. — Совсем рамок не видишь?! Что ты творишь?! А? — парень даже не пытался сдерживать себя. Он орал на своего отца, сжимая и разжимая кулаки. Вдох. Выдох. «Не теряй контроль.» Адриан повернул голову и взглянул на Натали, которая отползла к стене и прикрывала свой бюст руками, запуганно смотря на двух родственников. — Натали, — позвал молодой человек и сделал шаг к женщине. — Всё хорошо. Теперь всё в порядке. Она перевела взгляд с младшего Агреста на старшего. Тот, встретившись с ней глазами, громко рассмеялся, отчего Натали вздрогнула и сильнее прижала руки к своей груди. — Хватит, — твёрдо произнес Адриан, переведя взгляд на отца. — Ты итак многое себе позволил. Хотя, нет, — юноша выпрямился, — ты перешёл все границы. Габриэль Агрест несколько секунд изучающе глядел на лицо своего сына, а потом, прикрыв глаза, криво усмехнулся. «Он просто издевается. Не заводись.» — Адриан сжал руки в кулаки, впиваясь ногтями в кожу. — Ты настоящий герой, сынок, — снова открыв глаза и посмотрев на юношу, произнес мужчина, особенно выделив последнее слово. — Спасаешь бедняжку от плохого дяденьки, — Габриэль кивнул в сторону Натали. — Она кричала, а, значит, ей было больно, — спокойно, но твёрдо ответил Адриан. — Ты сделал ей больно. Агрест старший снова усмехнулся и перевёл взгляд в окно. — Ты всё такой же, — будто сам себе произнёс мужчина. — Хочешь всех защищать, выглядеть сильным, показать мне, что ты уже взрослый мальчик, — Габриэль усмехнулся и вновь взглянул на сына. — Да, Адриан? — Нет, — жёстко ответил молодой человек. — Я никогда не хотел произвести на тебя впечатление или что-то тебе доказать. Твоё одобрение уже давно не является для меня чем-то важным. — Уже давно? — ехидно протянул мужчина. — И с каких это пор? Адриан сжал зубы. Он знал, что отец и сам догадывается, и от этого было противно. — С тех, когда увидел кто ты на самом деле, — тихо произнес Адриан. — Натали, уходите отсюда и не приходите больше. Ваши вещи я свезу вам завтра, — сказал парень, посмотрев на женщину. Та быстро встала и направилась к выходу. — Ты помнишь, что я тебе говорил, сынок, — спросил Габриэль, всё также продолжая сидеть на полу. Адриан снова посмотрел на отца. Он помнил. — Да, — устало опустив голову, произнес юноша. — И я по-прежнему с тобой не согласен. Еще раз прямо посмотрев на отца, Адриан покинул комнату. Зайдя в прихожую и увидев там Натали, молодой человек дал ей своё пальто и вызвал такси. — Простите нас, Натали, — тихо, но чётко произнес юноша. — Я не знаю что сказать. — Ты и не должен, — замотала головой женщина. — Ты ни в чём не виноват. Агрест горько усмехнулся. — Виноват, ещё как виноват. — Нет, Адриан. Это не так, — вглядываясь ему в глаза, проговорила женщина. — Ты не несёшь ответственности за чужие поступки, и ты не должен винить себя за то, чего не совершал. Ты хороший парень, — она устало, но мягко улыбнулась. — Перестань себя грузить. — То, что он с вами сделал, ужасно. — Я в порядке, — она снова ему улыбнулась. — Он ничего не успел: ты пришёл вовремя. Всё, что я к тебе чувствую — благодарность, Адриан. Так что, не переживай. Он шумно выдохнул и кивнул. — Ваше такси. Он посадил женщину в машину и заплатил за неё. Через несколько минут, как она уехала, молодой человек оделся, взял Плага, вызвал такси и поехал к Нино, который разрешил ему остаться у себя на эту ночь. Адриан устал. Он ужасно хотел спать, но не мог. Стоило ему закрыть глаза, и его отец уже снова прижимает к полу Натали. «Кажется, я стал слишком впечатлительным.»