Замыкая круг

Я сказал Имиру чистую правду. Кажется, я влюбился. Сам не заметил как. Мне нравилось бывать в племени соседей. Смотреть, как они живут, изучать их быт, религию, охоту. А этот парень почему-то всегда был рядом, рассказывал и пояснял, если мне что-то было непонятно. Мы даже с ним на охоту отправились вдвоем. Мне было интересно, какие ловушки и на какого зверя они ставят. Естественно стрелять с лука я не умел, но надеялся, если вдруг пойдем на крупного зверя на лазерный пистолет, найденный мной на древнем корабле у запасливого Саймона. Ну а если не успею его достать и выстрелить, то моя энергия высшего всегда со мной. Только не хотелось ее использовать перед местным парнем, тем самым открывая свои способности. И все же я пошел с ним на охоту, рано утром. Сначала обошли его прошлые ловушки. Мелкого зверья там попалось много. Потом он подстрелил косулю, а может и не ее. Точнее сказать я не знаю, как местные аборигены ее называют. В общем, охота удалась. Он представился мне как Тими-А-Ра. А чего удивляться? Имя как имя. Я не стал спрашивать, как оно переводится или что обозначает. Неудобно как-то. Тими так Тими. А потом после той охоты мы сблизились еще больше. Он меня пригласил на охоту завтра, потом на послезавтра и так она вошла в каждодневную утреннюю привычку. Сначала я как-то не обращал внимания на его внешность, но заметив, как он на охоте двигается плавно и грациозно почти бесшумно, обратил. Словно опасный хищник всегда готовый прыгнуть на свою жертву. Роста он был одного со мной. Смуглолицый, темноволосый и темноглазый. Фигура с виду казалась хрупкой, но на самом деле он был подкаченным и сильным. На вид лет ему восемнадцать-двадцать. В общении мягкий и осторожный. Всегда думал прежде чем сказать что-то. Это удивляло. Почему? Он меня боится? Тогда почему зовет на охоту? При каждом моем появлении в их племени первым приветствует меня, словно ждет все это время меня. Странный он какой-то. Вот так день за днем, неделя за неделей я к нему привязался и не только как другу. Мне нравилось быть рядом с ним разговаривать, делать ту или иную работу, слушать его бархатистый голос. Самому себе признаться в этом оказалось не просто, а еще труднее сказать об этом Имиру. Но сказал. Так правильно будет и честно. Осталась еще одна проблема – Тими-А-Ра. Как ему сказать об этом? Были ли такие случаи однополой любви в прошлом моей страны мне неизвестно. Как он воспримет мою симпатию к нему? Испугается? Назовет меня извращенцем? Пошлет? Или… Мне, конечно же, хотелось, что было или. Но как оно там получится неясно. И я каждый день откладывал признание. Делал вид, что мы с ним просто друзья. Но честно сказать мне с каждым днем становилось все сложнее и сложнее быть просто другом. Хотелось большего. Пусть не секса, но поцелуев и ласк. Я сошел с ума? Да. После того как свыкся с мыслью что Имир для меня не просто друг, а любимый, считал что съехал с катушек, ну и ладно. А тут снова здорова. Только теперь я сам первый влюбился и стал как бы на место Мира, только с другим парнем. Осознал в полном смысле этого слова, что чувствовал тогда он, и как ему было больно от моего равнодушия и отказа. Утешало только то, что Тими мне пока не отказал… А на следующее утро я проспал и не попал на охоту. Может оно и к лучшему. Мне просто необходимо время, собраться с духом и признаться. Встал, умылся и пошел готовить себе завтрак. В древнем корабле хозяев был синтезатор, там можно было синтезировать любое блюдо по желанию. И еда получалась вполне съедобная. Как работает этот аппарат мне неизвестно, откуда берутся продукты тоже. Одно понятно, что древние технологии превосходят наши земные. Но все это время мы с Имиром так питались и остались живы. Мир кстати тоже завтракал, увидев меня, так поздно, на кухне корабля, удивился и спросил: – Ты сегодня на охоту не пошел? Толку от нее никакого, домой ты даже часть дичи не носишь. Зачем спрашивается, туда ходишь? А, понятно. Что бы со своим новым парнем время провести. И как он в постели? Лучше меня? – Мир, тебе не кажется, что это не твое дело? – возмутился я. Понятное дело он ревнует, но и без него тошно. – Дело как раз мое, котенок. Сначала ты от меня бегаешь, потом заявляешь что влюбился… – Да я виноват перед тобой, Имир. Но так получилось, прости, – извиняюсь я. – Я сам не понимаю что со мной. Ты ведь знаешь, что был моим первым парнем и если бы не твое терпение, осторожность, верность, я бы так и остался, наверное, традиционным парнем со своими заморочками в голове. Твой брат сдался быстрее и отступил, выбрав моего брата-клона Костю, а ты оставался всегда рядом, страдал из-за меня, теперь я тебя понимаю, когда встал на твое место. Осознал, что значит быть безответно влюбленным. – Иль, так ты ему еще не сказал? Почему? – доедая свой завтрак, спросил у меня ристанец. – Я тебе уже рассказывал, что такие отношения в нашем мире не приветствуются, тем более в прошлом. Вот я и не знаю, как он отреагирует на мое признание. Тут не Империя, Мир. – Я забыл, прости. Все наладится, поверь, я ведь верил… – Забудь, сам разберусь. А пойдем, погуляем? Раз я на охоту с Тими не попал, – предлагаю я Имиру сходить прогуляться. Сходим к реке, золота поищем. Не то что бы оно мне было нужно, но сам процесс мне нравится. – А, пойдем. Ты не часто меня на прогулку зовешь, надо пользоваться моментом. Закончив завтрак, мы с Миром в лес пошли к тому месту, где я тогда кусок золота нашел, сходим от него вверх по реке, затем вниз. Может что-то и найдем. Долго бродили вдоль реки, несколько маленьких кусочков нашли, они были намного меньше того что я нашел раньше. И их заметил не я, а Мир. Я никак не мог сосредоточиться, все боялся случайно нарваться на Тими. Пока были заняты поиском, с парнем не встретились, а когда в обед возвращались домой, все-таки столкнулись. Не обращая внимания на Имира, Тими подошел ко мне и стал что-то быстро говорить. Вроде звал куда-то. Парень был взволнован, говорил слишком быстро, чтобы я успевал за ним переводить. – Говори медленнее, Тими, я за тобой не успеваю, – попросил его говорить медленнее. Он еще раз повторил, все – понял. – Чужаки, про которых ты говорил, пришли. Ты ведь говорил, что с ними надо быть острожными. А они говорят на непонятном языке, вот отец и послал меня за тобой… Стоп. Получается, я со временем ошибся? По моим подсчетам первые колонисты должны были придти сюда гораздо позднее. Или… я все-таки наделал «бабочек» своим появлением здесь и история поменялась? И теперь это не мой мир, а альтернативный? Это плохо, ведь тогда получается, что я не домой вернулся… – Пойдем, – звал меня Тими-А-Ра, сбивая с мыслей и подсчетов. – Иль, кто это? – спросил меня Имир, разглядывая парня. – Это он? Да? Ничего такой, но я ведь лучше, Иль… – Мир, давай не сейчас. Видишь, он меня зовет. Надо идти. А ты возвращайся на корабль и жди там. Я потом тебе все расскажу, обещаю. Имир выполнил мою просьбу, а мы с Тими пошли разбираться, кто к ним пришел и зачем. Выяснилось, что это были англичане, они приплыли на нескольких кораблях – открыв так сказать для себя новые земли. Они уже побывали в другом племени индейцев и это именно они и привели гостей сюда. Оказалось что вожди этих двух племен давно знакомы, вот и подсобили так сказать знакомым. Купцов заморских привели. Чужаки не торопились домой. Судя по их рассказам, корабли повредило во время шторма, провизии на обратную дорогу тоже нет. Получается, что они решили остаться здесь? Не в лесу, а на открытом материке. По истории, такое соседство ничем хорошим для индейцев не закончится. Даже если это альтернативный мир. Ведь новых земель землевладельцам и колонистам никогда не бывает много. Я пытался их отговорить оставаться здесь, настаивал на обратной дороге домой. Даже обещал снабдить их провизией, в смысле мясом на дорогу, но они не согласились. Все, что происходит сейчас, не правильно. Слишком быстро. Первооткрыватели ведь должны вернуться домой, рассказать всем о новых землях, снаряжать новые экспедиции одну за другой… Кажется – это я во всем с Миром виноват. Иначе никак не объяснить что происходит. Все летит кувырком. Одно ясно, этих переселенцев надо как можно дальше увести от племени Тими, иначе все может обернуться так же как в истории. Ведь все итак идет не так как должно быть, хуже не будет. – Если вы и, правда, решили остаться здесь, то идите на юг, – попытался гостей спровадить отсюда я. – Эти земли возле леса и сам лес мои. – Правда? – спросил меня один из них, наверное, главный. – Тогда почему земля на поле не обработана? И где твой дом, парень? И самое главное, как ты сюда попал? Ты ведь не такой как они. Знаешь наш язык. Где твой корабль? – Я не обязан отвечать на ваши вопросы, – отвечаю им я. – Давайте по-хорошему. Просто уходит е с моих земель. Земли округ много всем хватит. Идите на юг и выбирайте любую. – С какой стати нам уходить? – спросил другой мужик из гостей. – Нам может тут нравится. А если тебе что-то не нравиться сам уходи. Земли как ты уже сказал, хватает. Их было много. Человек пятьдесят может даже больше, мне одному с ними при желании не справиться, необходимо мирно спровадить их отсюда. Мне-то все равно. Я сяду на корабль с Миром и перелечу в другое место, а вот Тими бросать не хотелось, да еще с такими соседями. Парень явно не бросит племя, семью, отца, что бы отправиться со мной. Задача! – Что они говорят? – спросил меня вождь племени. – Не хотят уходить. Говорят, что останутся здесь с вами в лесу. Что вы им такого показали? Чем заинтересовали? Подумайте хорошенько. Может золото? Еще и похвастались, что его тут много? – Да, про золото говорили. Им понравились украшения наших женщин, – ответил мне отец Тими и улыбнулся. – Они столько всего нам предложили за него. – Нельзя было этого делать. Я ведь предупреждал, про золотую лихорадку и переселенцев. О чем вы думали, рассказывая все это? Теперь они вас в покое не оставят. Хорошо если просто ограбят, могут и убить, видите у них огнестрел. Мушкеты, которые стреляют порохом. Не чета вашим лукам. Могут убить с одного выстрела. И что теперь делать? – Ты преувеличиваешь, посланник. Может все не так уж и плохо. Пусть строят дома рядом с нашими и живут. Я сделал все что мог. Попытался уговорить обе стороны. Меня не услышали. Пусть дальше все идет, как идет. Жаль местные не понимают, чем им грозит такое соседство. – Я вас предупредил. Живите, как хотите, – говорю я вождю. – А вот Тими заберу с собой. Я не хочу, чтобы его убили переселенцы. И вы меня не остановите. Хоть кто-то из вашего племени должен выжить, поймите, такое соседств опасно. Эти люди доведены до крайности. Домой вернуться в ближайшее время не могут. Еды у них нет, жилья тоже. Да и не похожи они на порядочных людей. – Время покажет, посланник, – отвечает мне вождь. – А сына можешь взять к себе, только пусть часто ко мне заходит, чтобы я видел, что с ним все хорошо, раз такова воля Богов. – Пойдем, – сказал я Тими. – Твой отец разрешил тебе пожить у меня дома, пока у вас гости. – Правда? Ты покажешь мне, где ты живешь? А то когда отец приказал мне привести тебя, я все оббегал, но дома твоего не нашел. – Покажу. Вещи с собой не бери, все, что понадобиться есть у меня, – ответил я сыну вождя и повел за собой. Озираясь по сторонам и оглядываясь назад, чтобы убедиться, что переселенцы не следят за нами. Чисто. Мы смылись под шумок и, похоже, наше исчезновение никто из них не заметил. – Далеко? – Нет. Сразу за лесом возле океана. Только не пугайся. Ладно? Я живу в доме, который отличается от ваших. Там есть свет, не надо зажигать лучину, чтобы ночью было видно как днем. Он живой и может разговаривать. – Кто? Дом? – Да, – ответил ему я, когда мы пришли. – Вот тут я и живу с моим другом Имиром. Ты его видел со мной в лесу. – Где? Ведь нет ничего. Где дом? – Есть, просто иди за мной. Он спрятан, так что другие, кроме меня и моего друга его не видят. Тими зашел на корабль и зажмурился от яркого для его глаз освещения. Открыл глаза, проморгался и глаза привыкли. – Другой. А с чего он сделан? Это ведь не камень и не дерево. – Металл. Не знаю, открыли вы тут такой уже или нет. Да и не важно. Проще говоря, он, такой как золото, но намного прочнее и надежнее. Его так быстро не переплавить. Выбирай себе комнату, – сказал Тими-А-Ра я, когда мы пришли в жилой отсек корабля. Тими выбрал. Обычная каюта. Стандартная. Кровать, шкаф, стол и пара светильников – вот и вся ее обстановка. А вот в ванной комнате он завис. Долго пришлось объяснять назначения кранов, ванны, душа и унитаза. Вроде понял. – Если что-то будет не понятно, зови. Пойдем, покажу, где моя комната, – сказал ему я и провел экскурсию по кораблю. Познакомил его с ИИ древнего корабля. Они поболтали. Только Тими так и не смог понять, где прячется красивая женщина, которая таким приятным голосом с ним говорила. Я устал ему объяснять, что она не живая, это только ее голос и искусственный интеллект, но он мне не поверил. И тайком решил поискать таинственную незнакомку. Ужинали мне втроем. Я познакомил парней друг с другом и коротко рассказал Имиру, про то, что произошло в лесу. Тот понимающе закивал головой и пожалел парня. Кстати они друг друга не понимали, и мне пришлось переводить. О том, что на борту корабля есть устройство позволяющее выучить любой язык, я парням пока не говорил. Мне же в свою очередь рассказал об этом сам корабль и Саймон, когда я посетил его мир. А то, что парни друг друга не понимают так даже лучше. Мир не обидит Тими-А-Ра своей ревностью. Даже если обидит, тот не поймет. Обойдемся без лишних драк и скандалов. Потом разошлись спать после ужина. Вот только спал я в ту ночь плохо. Ворочался без конца и мне снился кошмар. Проснувшись на рассвете, я его не помнил, только то, что в нем было много-много крови. И появилось предчувствие, нехорошее такое – гадкое. Слово вот-вот что-то должно случиться. Первым делом я подумал, про племя Тими. Тихо собрался, обернулся волком и побежал к их стоянке. Было почти темно. Солнце медленно подымалось, но в лесу много различных деревьев, не позволяющих солнечным лучам пробиваться сквозь их кроны слишком рано. Добежал и ужаснулся. Вот откуда кровь в моем сне и предчувствие. Они все были мертвы – убиты. Дома их разграблены, огороды пусты. Черт, ведь предупреждал, не послушались. Похоже, гости их всех убили, чтобы обокрасть… Дикость какая-то. Я бегал от одного к другому – все мертвы. Похоже, я опоздал. Приди я на пару часов раньше, может, удалось хоть кого-то спасти. Одно утешало, тел женщин и детей не было. Наверное, с собой забрали в качестве рабов или постельных грелок. Ведь среди путешественников я не видел ни одной женщины. Вот и взяли их на замену. Они и работу по дому выполнять будут и в постели удовлетворять, я про женщин. Ну а дети ведь не навсегда дети. Вырастут и станут рабами тоже. Я бы побежал их искать, может, попытался бы отбить, но заметил, что отец Тими все еще жив. Пуля попала ему в грудь, но сердце не задела. Пульс слабый, но был. Сам вождь был без сознания и тихо стонал. Его можно спасти, если поспешить. Но как его доставить на корабль? Один я его аккуратно не дотащу, придется бежать за катером. Обернулся вороном и быстро полетел. Парни все еще спали и это хорошо. Не будут мешать расспросами, а когда проснуться я им все и сам расскажу. Выгнал катер из ангара корабля и полетел. Аккуратно перенес вождя в него и обратно полетел, теряя драгоценное время. Прилетел, вынес из катера, донес до медотсека, закрыл и корабль и медотсек изнутри, вывесил табличку, не входить идет операция и преступил. Вместе с ИИ корабля мы продезинфицировали рану, остановили кровотечение и извлекли пулю. Потом я поместил его в медкапсулу корабля на восстановление. Фух. Отец Тими будет жить. Хоть его удалось спасти. Правда, крови он потерял много. Если восстановление будет идти сложно, дам ему своей крови. Но эта мера только на самый крайний случай. Неизвестно как кровь высшего оборотня повлияет на местного. Пусть она и лечебная, но последствия таких экспериментов могут быть непредсказуемые. Мне только еще одного клона не хватало для полного счастья. Или оборотня. Ну, если все же будет умирать и сделать будет нельзя ничего, рискну. Попросив ИИ присматривать за больным, я пошел навестить ребят, надо все им рассказать и предупредить. Возможно, и нас тоже ищут, что бы убить. Свидетелей вряд ли кто-то будет оставлять. А живые свидетели еще и опасны – могут отомстить за смерть близких. Нашел я их в столовой корабля. Они пытались завтракать. Точнее сказать, ковырялись вилками в тарелках и ругались друг с другом, причем каждый на своем языке. И при этом удивительно то, что понимали друг друга. Заметив меня, Имир хотел сказать что-то остро-язвительное, но увидев, что я чем-то расстроен, не сказал, а спросил: – Что случилось? Пришлось рассказывать парням о том, что я увидел утром в племени Тими-А-Ра. На двух языках повторить, чтобы понял каждый из них. Тими мне не поверил, подхватился и собрался туда бежать, чтобы лично убедиться в том, что я лгу. Добежав до входного люка, остановился и не смог его открыть. Я же его заблокировал на личный код и запретил ИИ корабля открывать дверь любому кроме меня. Догнал его там. Он требовал открыть дверь, кричал, бил по ней руками, психовал и паниковал. Ведь о том, что его отца я успел спасти, ему не сказал. Не было времени, да и он меня не стал слушать, сразу помчался проверять. Пришлось его сильно обнять со спины, удерживать и тихо-тихо утешать. Пока он хоть чуть-чуть не успокоится. Тими вырывался, брыкался, бил меня, плакал… – Тишььь-тихо, малыш, все будет хорошо, – успокаивал я его, а он меня не слышал. – Там мои сестры, они их забрали, надо догнать, убить, наказать… – Тими, их много нас мало, мы не сможем, – ответил я парню, когда он мне поверил, наконец, и стал чуть лучше соображать. – Поправится твой отец, вместе решим что делать, а пока лучше ждать. Разведать обстановку, найти место, где они станут на постоянную стоянку и лишь, потом придумать план. Так будет правильно, поверь. Если сейчас их догнать и вступить в бой они и нас перестреляют как цыплят. – Отец жив? Но как? Ты же сказал, что всех мужчин племени убили? – удивленно спросил индеец. – Он был тяжело ранен, когда я его нашел, но жив. Я привез его сюда и извлек пулю. Все хорошо. Он слаб, но выживет. Я врач и знаю что говорю. – Где он? – В медотсеке. Но к нему пока нельзя. Он спит в восстановительной капсуле. Проспит так дня два-три и выздоровеет. – Но я должен его увидеть, пожалуйста, – взмолился Тими. – Хорошо. Только издалека. Дверь приоткроем, и ты посмотришь, идет? – Да. Пришлось вести Тими-А-Ра к отцу. Он был послушным парнем и сделал все, как я сказал. Посмотрел издалека, убедился, что вождь дышит и успокоился. – Спасибо. Ты спас ему жизнь, посланник. Теперь я, как и он, твой должник. Моя жизнь принадлежит тебе. – Тими, не стоит давать таких клятв никому, – отказался от его клятвы я. – Спасибо будет достаточно. Теперь давай ждать и молиться, чтобы он быстрее поправился. А когда это произойдет, будем решать, как вызволить из рабства твоих сестер. – Согласен. Но их, же за три дня не убьют как остальных? – спросил он и с такой надеждой посмотрел на меня, что мне стало, искренне жаль парня, который внезапно остался совсем один, оторванный от родного племени и привычной жизни. – Не должны. Если бы хотели, убили сразу же той ночью. А раз забрали с собой, то женщины и дети им нужны живыми. А нам всем необходимо быть осторожными. Далеко от дома не уходить, вдруг они вернуться? – Могут, – ответил мне Мир, как-то поняв, что я сказал. – Возможно, нужно перелететь в другое место, Иль. – Да но сначала надо позаботиться о телах… Нельзя взять их и бросить там гнить. Парни со мной согласились. Мы осторожно вернулись к месту стоянки племени. Собрали все тела и устроили погребальный костер. Я не в курсе как хоронили до нас тела индейцы, но такой выход казался самым лучшим. Если мы перелетим в другое место, то кто и когда будет ухаживать за могилами. А так мы собрали прах, и Тими взял его с собой на наш корабль. Но перебраться в другое место, парень категорически отказывался. – Там дом. А если они вернутся, а нас нет? Куда им идти, где искать? – упрямо повторял он, не желая уступать. – Пойми, Тими, они не вернутся. Их никто не отпустит. Если попытаются сбежать, их убьют. Пусть лучше сидят там и ждут нас, – пытался достучаться я до него. – А нам лучше тоже уйти отсюда. – Как они нас найдут? Ваш дом не видим! – И ты предлагаешь нам сидеть три дня в нем невылазно? – спросил я его. – Уступи, Иль, видишь, парень убит горем. Посидим три дня на корабле, – вмешался в наш спор Имир. – Ладно, уговорили, будем сидеть тихо на корабле, – сказал я на двух языках, что бы поняли оба парня. Тими облегченно вздохнул и даже благодарно улыбнулся мне.