Salt

Это кафе идеально для встреч, музыка здесь приятная и всё такое привычное, течёт своим ходом, не переливаясь за края. Но главное даже не это, а чужое лицо, оптимистично смотрящее за окно и улыбающееся. У Питера идеальное лицо, идеальный характер и идеальное всё; всё в нём идеально. Гарри повторяется про себя, пока разглядывает лучшего друга и глупо тянет губы — у него всегда получалось плохо скрывать эмоции. Они солью жгли по его ранам, и Гарри шипел, и Гарри просто… Гарри — почти-что-учёный, почти что может вводить формулы и теоремы, точно может выводить правила. Типа того, что Питер — идеальный. С идеальным умом, идеальной внешностью, идеальной добротой и идеальными привычками, на которые невозможно долго злиться. Вместе они как соль со льдом, жгучая смесь, но по отдельности Гарри без Питера тает и распадается по швам, потому что Гарри не идеальный. Гарри носит фамилию Озборн и этого факта достаточно, чтобы понять, насколько высоки критерии совершенства рождённых под ней. Гарри должен быть не умным, а гением, Гарри должен выглядеть не красиво, а восхитительно, Гарри не должен быть добрым, но хитрым и прагматичным. Гарри обрамлен обязательствами и серебряной рамой, из которой ему не выбраться, только плавить в ложку и гордиться ею. Гарри не идеален, так что с Питером вместе они создают грандиозный тандем. — Чего такое грустное лицо, приятель? Музыка теряется на фоне этого голоса. Питер смотрит не обеспокоенно, лишь с исключительным любопытством, и Гарри продолжает видеть в зелёных глазах теплоту, от которой он тает и тает. — Забей, Пит. И улыбка для идеала, потому что идеалам не положено волноваться. — Я только что случайно добавил соль в свой коктейль, Гарри, тебе нужно это попробовать! Это такая гадость! — Питер морщит лицо и шутливо высовывает язык, хихикая; Озборн продолжает пялиться, пока в голову не стукает мысль. — Я хочу попробовать кое-что другое. Паркер не успевает спросить, как на его сухие губы опускаются другие, и чужие ладони крепко замыкаются за спиной. Гарри, возможно, не самый лучший, это факт, но есть ещё один, как дважды два четыре. В Питере по правилу всё идеально, поцелуи с ним — не исключение.