слушайся и повинуйся

      Судья вынесла приговор и ударила киянкой, явно не намереваясь более выслушивать выкрики и мольбы родителей. Она собрала бумаги и начала что-то подписывать, наслаждаясь воцарившейся тишиной в зале. Билл нервно сжимал пальцы, а потом поднял голову, смотря на свою несчастную семью: мать зажала лицо платком, её плечи вздрагивали, отец с серьёзным лицом смотрел в одну точку, его лицо не выражало эмоций, но парень знал, что папа очень расстроен. Джорджи смотрел в ответ на своего брата, высоко подняв брови – и в один момент мальчик кивнул и ободряюще улыбнулся. Денбро грустно приподнял уголки губ, а потом посмотрел на своих друзей. Ричи под столом держал Эдди за руку и о что-то шепотом говорил ему, скорее всего, успокаивал и обещал, что всё обязательно образуется. Стэн опёрся головой на одну руку, другой нервно постукивал по столу, пока Майк, низко опустив голову, рассматривал пол, что-то выискивая в нём.       — Извините, Вы считаете это решение правильным? — Вскочила мама Эдди, тыча пальцем в судью. — Сажать подростков за драку!       — Миссис Каспбрак, они избили человека до смерти. К сожалению, закон не может оставить это безнаказанным, сядьте и примите реальность. — Не поведя и бровью, произнес судья.       — Ничего, вам это аукнется! — вскрикнула Соня и, схватив свою сумку, выбежала из зала.       — Охрана, отведите подростков в их камеру, — двое взрослых мужчин подошли к ребятам, указывая на дверь, и подросткам ничего не оставалось, как подчиниться. Тут родителей прорвало и послышался злой мат и рыдания.       Заведя детей в камеру, охранники закрыли металлическую дверь и остались сторожить её, чтобы обвиняемые не сбежали.       — Черт, — прошептал Эдди и, не выдерживая ни секунды, начал плакать. Ричи, смотря на такого сломленного друга, обнял его, аккуратно поглаживая по голове, — как же так, блять, что мы будем делать? Даже представлять не хочу, как придется выживать.       — Хотя бы Бев с Беном оправдали, — проговорил тихо Майк, — единственный плюс в этом всем дерьме.       — Вы жалеете о содеянном? — глухо спросил Билл, осматривая присутствующих.       — Что? — утерев слезы, спросил Каспбрак и вдруг выпрямился. — Знаешь, сколько бы я тут не рыдал, я никогда не буду жалеть о содеянном. Никогда не буду жалеть, что испытал огромное облегчение, когда избивал этого ублюдка. Это не достойно жалости, ну уж точно не моей.       — Я тоже, — кивнул Ричи, прогибаясь в затёкшей спине, — будь моя воля, еще бы повторил. И плевать, что видео гуляет по интернету, как мамаша по чужим хуям, я всем доволен.       — Согласен с ребятами, ублюдок знатно испортил нам жизнь. Помнишь, как он избивал Джорджи? — подхватил тему и Стэн, чувствуя, как напрягся Билл. — Белч также избил и Бена, наслаждаясь его стонами боли. Таких мерзких тварей надо убивать.       — А мы не мерзкие твари? — спросил Майк, вопросительно уставившись на друга.       — Мы подобны Робин Гуду, — улыбнулся Ричи. Подобное поведение с его стороны чуть-чуть поддерживало сломленных ребят, — только он забирал у богатых и отдавал бедным. А мы бьём сильных и защищаем слабых. Мы не твари, Майки, весь наш район держался на нас.       — Вы во многом п-правы, — Денбро кивнул друзьям, что сейчас смотрели на него с ожиданием и вожделением, как-никак их лидер, — в колонии мы д-должны держаться вместе.       — Держались уже вместе, вон что из этого вышло, — усмехнулся Стэнли, прекращая смотреть на уверенного в себе Билла, — человека убили и не жалеем.       — И что ты хочешь этим сказать? То, что раздельно мы сильны, а вместе — убийственны? — хмыкнул Хенлон и с вызовом посмотрел на Уриса.       — Не улавливаешь смысл моих слов? Майк, дружок, с твоим слухом что-то не то, — в воздухе почувствовался запах жареного.       — Так, народ, прекращайте свою шарманку. — Встрял Ричи, ибо драка ему не была нужна. — Он сам сдох в больнице, когда мы уходили, он был дохера живой. — На эти слова Билл кивнул головой, как бы, подтверждая сказанное и подростки сели на стулья, ожидая пока их позовут.       Все время до суда они пробыли в КПЗ (Камере предварительного заключения) где были две подушки, на которых Эдди с Ричи даже смогли поспать, пока Билл и Стэн молча смотрели в стену, иногда перешёптываясь. Там у них было полно времени, чтобы обдумать всё то, что их ждет и что они пережили. Билл трет свои глаза, пока прямо перед ними яркая картина, где он и Ричи бьют ногами по лицу этого дерьмоеда Белча. Он был самым ярким экспонатом из всей шайки Гэнри: тупорылый, уродливый, но у его родителей есть связи. Конечно, все издевательства над другими детьми сходили ему с рук, ибо он был под крылом Бауэрса, особенно тот день, когда Джорджи Денбро был похищен этими ублюдками и избит, из-за чего у Билл заикается во времена сильного стресса. Но, вспоминая, с каким хрипом Хаггинс падал на землю раз за разом, на лице подростка расплывается сладкая улыбка, которая наполнена запахом крови ублюдка и его последним хрипом: «Билл».       На самом деле «Неудачникам» было плевать, кого из слюнявчиков Гэнри избить, главная цель была — насолить самому Бауэрсу. Представьте, какой позор выпал на его банду, когда в сеть разлетелось видео, где Белч, весь в соплях, крови, просит поговорить с Гэнри.       Пересматривая видео, которое выложил Бен, многих тошнило, но не Ричи. Ричи смотрел с горящими глазами, делая глоток пива каждый раз, когда он в видео бил по этому жирдяю Белчу. «Сука, сраный здоровяк, Билл, мы его, блять, уложили. Майк, красавчик, смотри, какие у тебя тут бешенные глаза».       Это был личный протест Стэна. Быть сыном раввина равнялось тому же, что и быть на каторге. Он брал банку пива из холодильника, пока отец был на службе, включал его компьютер и пересматривал видео до того, пока его не начинало тошнить самого; после этого он обычно шёл мыться. Стэнли был логичен, а также любил чистоту и порядок, поэтому после их «дел» он всегда выстирывал рубашки, брюки и перебинтовывал костяшки пальцев остальным членам клуба.       Эдди Каспбрак. Отличный мальчишка, который никогда не лез в драку первым, ибо у него ипохондрия; поэтому он всегда либо с Ричи, либо Биллом. Когда он ещё не был в банде «Неудачников», то шайка Гэнри часто избивала его, но теперь за него стоят особо опасные подростки, а Бауэрс всегда любил лезть на одного, а не на целую банду.       Майк рано лишился родителей, и он живет с дедушкой, который рассказывал, что его отец был главным гангстером на районе, которого боялись даже старши́е. Но Майк не хочет быть таким как отец – он слишком добросердечный. И оказаться в тюрьме для него было подобно ножу в сердце, ибо история его отца повторялась.        К ним вышел высокий белобрысый мужчина в форме надзирателя и пробасил:       — Я офицер Крисс. Я буду называть Вашу фамилию, а Вы подходить ко мне, уяснили? — Получив одобрительный кивок, он посмотрел в список, — Денбро, Каспбрак, Тозиер — налево. Урис, Хэнлон, Энгсторм — направо. Так мальчики и поступили.       Когда они зашли в серую комнату, глухой голос сказал им: «Раздевайтесь». Смущенные парни не сдвинулись с места, пока этот же голос не заорал: «Раздевайтесь, остолопы!» Дело пошло гораздо быстрее, и они начали по очереди подходить к рыжему надзирателю, который имел странного цвета кожу, будто болел – так подметил Эдди.       — Открой рот и скажи «А». — Эдди сделал то, что от него просили, и смущенно уставился в угол. — Подними ступни. Угу. Ладони. Да, хорошо. Покажи уши. Угу. — Частое угуканье надзирателя пугало и одновременно успокаивало Каспбрака, будто он был на приеме у своего педиатра. — Нагнись и покашляй. — просьба ошарашила подростка, и он встал как вкопанный, пока надзиратель снова не заорал: — Глухой? Нагнись и покашляй, я не собираюсь с тобой возиться. – К удивлению, осмотр не довел Каспбрака до слёз. До этого его могло довести только одно: сожалеющий и печальный взгляд, который Ричи адресовал ему. С Тозиером не было много мороки, он быстро все выполнил и начал одеваться в робу, которую выдали им троим. Настало время Билла. Он подошёл, чувствуя себя настолько паршиво, как только мог.       — Офицер Грей, называйте меня только так, сосунки. — Денбро был разозлён тем, что «Офицер Грей» начал свой монолог именно тогда, когда подросток стоял перед ним в чём мать родила. Нельзя было подождать, пока пройдет осмотр, а он оденется? — Я вам не мамка. Болит голова — терпи. Падаешь в обморок — отведём в мед. крыло. — В этот момент Ричи прошептал Эдди на ухо: «Конечно он не мамка, он ещё не знает, как выглядит твоя, да, Эдс?» из-за чего Каспбрак толкнул его локтем в ребра.        — Рот на замок. — Наконец-то Офицер обратил внимание на парня перед ним и сразу ошарашил его, — Нагибайся и кашляй... как чертов туберкулезник. — Билл хотел спросить, почему его не просят показать ладони, рот, уши, но всё стало ясно, когда он перестал кашлять. — Выпрямись. Угу, Рот шире, угу, угу. Подними пятки.— Закончив осмотр, надзиратель начал снимать свои перчатки, выкидывая их в мусорное ведро и поглядывая на то, как подросток начал одеваться. Когда Роберт Грей кивнул другому надзирателю, что их можно забирать, он окликнул Билла, а тот лишь уставился на него уставшим взглядом. — Эй, Денбро, слушайся и повинуйся. Слушайся и повинуйся. ***       — Я буду называть фамилии, номер камеры и койки, ясно вам? Заходите, расселяетесь, спускаетесь назад. Аддамс, камера 12, койка 3. — Первый парень, которого мальчики не знали, отправился в камеру, держа в руках постельное белье. — Денбро, камера 2, койка 1. Не повезло, сопливчик, прямо возле надзирателей. — Всё тот же, что и в первый раз, офицер Крисс хрипло посмеялся, но через мгновение снова читал со своего списка, — Донован, камера 2, койка 2, туда же. Билл начал подниматься на лестнице, думая о том, как же ему «повезло» с камерой, он обернулся, когда услышал, что какой-то парень будет жить с ним: «Надеюсь, ребят подселят со мной»        Поднявшись к камерам, он быстро разглядывал бежевые двери. Сейчас там никого не было, ибо все были на поселении, а те, кто жили тут до этого, находились в так называемой «школе».       — Чувак, мы вроде вместе жить будем? — К нему подошел рыжий парень с огромными глазами, — Рауль Донован, короче просто Дон. За что ты тут? Я угашенный был, угнал тачку отца и разбил её. А он меня, короче, терпеть не может, и упек меня сюда, ублюдок. Родного сына, бля. — Двери в камеры оставались открытыми, ведь ничего личного в камерах не было, да и самих заключенных в здании тоже пока не было. Поэтому они зашли в свою камеру и, пока Рауль говорил, расстилали простынь.       — Билл Денбро; я, т-то есть, м-мы избили ублюдка, а он подох, условка не вы-вышла. — Рыжий парень взволнованно ухмыльнулся, но быстро убрал улыбку со своего лица: не хватало ему подписать ему себя ссыкуном и стать сучкой.        — Ты заикаешься? Не боишься, что этим подпортишь себе репутацию? — Дон получил усталый взгляд и замолк, а другой подросток понял, что ему достался тупейший сокамерник, и вышел на построение, не дождавшись Рауля.       Когда Билл спустился, то к нему подошли Ричи с Эдди, которых он был очень рад видеть. Компания рыжего мажора была ему не по душе, хотя он подметил, что говорит Донатан не меньше Тозиера, но очкарик никогда так не надоедал.         — Нас с Эдди поселили вместе, с нами будут ещё какие-то два парня: один торговал наркотой, а другой сидит за продажу порнухи! Интересно, есть ли у него парочка журналов, а то представлять мамашу Эдса надоедает. — его сожитель всунул «Пошел нахуй, а», отчего Денбро заулыбался, — уже узнал с кем ты будешь жить? — Ричи опёрся локтем на плечо Каспбрака, а тот недовольно фыркнул и попытался скинуть его.         — С рыжим ебанатом, мажором, которого ненавидит отец, а двух других не знаю, а ты откуда про них узнал, их же нет в блоке? — Билл только задумался над тем, что сокамерников Тозиера тоже не было в здании, так откуда он мог это всё знать?         — Я везде найду способ найти информацию, везде выживу. — Гордо сказал он.         — Как мерзкий таракан. — пробурчал Эдди, думая о том, как много инфекций и болезней они переносят. Очкарик уже хотел что-то съязвить как обычно, но к ним подошел бледный, как снег, Стэн, а рядом шагал Майк.       — Стэн, что случилось? — Денбро положил руку на спину Уриса, подмечая его болезненный вид и легкое отвращение на лице.         — Там пиздец грязно, я не знаю, могу ли я попросить тряпку, отмыть эти надписи хотя бы со своей стороны? — Выговорившись, он в мгновение ока успокоился, в этом был весь Стэн, спокойный и чистоплотный, любивший порядок. Просвистел свисток – и парням пришлось встать в шеренгу, пока по бокам стояли надзиратели. Слева стояли офицер Грей и Крисс, а справа – Джонсон и Маршалл.        — Сейчас мы каждому дадим расписание учебы, отработок и другое дерьмо, что вы будете выполнять день за днем. Подъем в шесть, отбой в девять. Каждый обязан посещать школьные занятия, ходить на отработки, в свободное время – библиотека, спортзал, холл, сад. На выходных свидания и звонки. Уяснили? — Пока Грей все это говорил, другие надзиратели в темпе раздавали листы, выкрикивая фамилии заключенных.       Билл подошел к офицеру Крисс, который выдал ему лист, что был расписанием его жизни на предстоящее время в колонии. Он подумал, что самый спокойный на первый взгляд был Крисс, офицер не брюзжал слюной и был даже забавным, когда отпускал шутки. Об остальных надзирателях он пока ничего не знал, и Денбро подумал, что надо бы спросить у Стэна с Майком о них.       Но офицер Грей был ублюдком, пугающим, агрессивным, как будто вылез из документального фильма про злых надзирателей в тюрьмах для особо опасных преступников. У него был быстрый, бегающий взгляд, как бы говорящий, что он всех подозревает, а еще он часто улыбался. Грей мог сам шутить и улыбаться, не так, как улыбался офицер Крисс, слегка приподнимая левый уголок губы, а во весь рот, показывая большие зубы. Эта улыбка пугала.       Отвлекая от собственных мыслей, к Биллу подошел никто иной, как Дон: он положил свою руку на плечо Денбро и заглянул в его расписание, а затем воскликнул:       — Дерьмо! Я же просто угнал тачку, а ты чувака завалил, почему ты на отработках на кухне, а я с выездной в парк! — Рауль явно был возмущен такой несправедливостью жизни, но другой парень со сведенными бровями на переносице явно был в замешательстве, ведь у него также указаны выездные в парк. Но сердитый Дон тыкнул ему в одну из колонок. — Вот видишь, лишь половина, а у меня как у всех – обычный срок. « Выезд в 13.30, на месте 14.30. Выезд обратно в 17.30, на месте в 18.30 Суточное время работы: 3 часа/180 минут. Общее время: 30 суток. 15 суток.»       Удивленный Билл ещё немного смотрел на свой листок, не понимая, в чем подвох, пока не нашел внизу строчку, которая его поразила: « Ежедневный разговор с офицером: Да. Длительность: 0,5 часа/30 минут. Офицер: Роберт Грей.»       Денбро поднял глаза с расписания и встретился взглядом с жёлтыми глазами, который агрессивно бурлили его, но офицер Грей, увидев, что подросток смотрит в ответ, ухмыльнулся и что-то прошептал своему напарнику Криссу, который тоже вскинул взгляд, после слов, обращенных к нему. На этот раз Билл отвернулся, направляясь к «Неудачникам», ожидавших только его.         — Эдди сократили время до двух недель из-за того, что он ипохондрик, а его мамаша сильно наприседала всем на уши, она даже тут умудрилась все контролировать. — Ричи стоял рядом с Каспбраком, который был ему чуть выше плеча, потому что сам Тозиер был долговязый. — Стэну тоже сократили, без причины, наверное, из-за его боязни микробов или из-за отца. — Урис хмыкнул, но промолчал, смотря на потолок. — Ну, вот и выходит, что только мы втроем будем полное отрабатывать, пока не перераспределят.        — В-вдвоем. — Кратко вставил Билл.        — Чего? Тебе тоже сократили? Из-за чего? — Молчавший до этого Эдди разразился кучей вопросов, что было на него не совсем похоже, чаще всего, эту роль исполнял Тозиер.        — Не имею ни малейшего понятия, они просто перечеркнули общее время. — Подросток пожал плечами, пока Каспбрак читал недавно вырванное у Денбро из рук расписание.        — Билл, — подростки уставились на Эдди ожидая, его слов, — У нас такого нет. — Он тыкнул на самую нижнюю строку, где были слова об «Ежедневном разговоре», и Стэн нахмурился.        — У нас есть эти строки, но у нас просто указано «Нет» возле ежедневного разговора, у Эдди только 10-минутный ежедневный осмотр в мед. блоке. — От этих слов Каспбрак смутился, ведь снова постаралась его мать.        — И что это значит? — У Денбро, честно, была каша в голове, он запутался, и ему надо было бы время всё это обдумать, и когда он говорит «всё» – это и правда значит всё.         — Значит, что сраный Грей трахнуть тебя хочет, вот че. — Ричи бессовестно проговорил это, но на тон тише, хотя Майк всё равно дернулся и прошептал: «Можно и потише такое орать».         — Ид-ди нах-хуй, Ричи. — Билл отвернулся от Тозиера, который как всегда херово шутил, хотя сейчас было не до шуток. После его слов вся компания замолкла, пока Эдди не разорвал тишину своими словами.        — Но, что может быть, если Ричи прав, а? — Он проговорил это довольно тихо, но уверенно.       Молча и синхронно, не договариваясь ,они повернули свои головы в сторону надзирателя, каждый думая в голове о чем-то своём. Билл же думал о том, что Ричи нихуя не мог быть прав.