Пьяная

      Люси и без того является неплохим раздражителем для мага молний. Вечно находясь словно на спусковом крючке, он еле сдерживается из раза в раз. Приходится терпеть её выходки и окружающих её людей.       Он ненавидит это чувство постоянного раздражения, которое поедает его изнутри, когда рядом с ней кто-нибудь находится. Особенно если это Нацу или Грей.       Дреяр, конечно же, знает, что за странное чувство им овладевает. Вряд ли раздражение, скорее простое и понятное желание пристрелить каждого мужчину, который подойдёт к ней ближе, чем на 5 метров. Да, Лаксус тот ещё собственник.       Но он ни за что не признается в том, что ревнует эту бестию. Проще выдать это за раздражение, в порыве прижать её к стенке, получая в ответ лишь жалобный писк. Убийца драконов получает удовольствие, заканчивая вот так вот каждый их скандал, который происходит из-за пренебрежительного и раздражённого взгляда мужчины.       Но сегодня была не простая ревность. Чёрт его знает, какие бесы попутали Хартфилию, что она решила сесть за один столик с Каной. Знает ведь, чем чревато это. Однако, уже через минут двадцать блондинка была пьяна до того состояния, что её глаза буквально ходили кругом, а за свои действия девушка и подавно не могла нести ответственности.       Дреяр улавливал запах крепкого алкоголя, который шёл с первого этажа. Представляя, какие финты будет выкидывать его невеста сегодня дома, если, конечно, не вырубится раньше, блондин чуть прикрыл глаза, делая глоток коньяка, чтобы успокоиться.       Приоткрывает один глаз Дреяр лишь тогда, когда с первого этажа начинают доноситься напуганные до чёртиков голоса Лисанны, Миры и Каны. Первая просто улетает в аут, видя столь раздирающую её сердечко картину; вторая с укором смотрит на картёжницу, пытаясь выпытать из той, на кой-чёрт она вообще споила Люси; последняя же лишь весело хихикает.       Но теперь настал черёд Лаксуса впадать в немую истерику. Какого чёрта там творится? Почему Люси сидит на коленях у Драгнила, что так любезно обнимает её за талию, и, посмеиваясь, просит Нацу мурлыкать. Блондин уже придумывает, как лучше и более красочно завтра рассказать об этом девушке, чтобы та вся покрылась краской и начала что-то возмущённо вставлять.       Поднимаясь со своего места, Лаксус подходит к «парочке» и, зло сверкая глазами в сторону Нацу, буквально выдирает свою невесту из его рук, крепко прижимая к себе. Подавляя в себе желание врезать мальчишке, Дреяр кидает недружелюбный взгляд на Люси, которая всё ещё просит: «Нацу, помурлыкай». Лаксус раздражён до глубины души. Цокнув языком, он наклоняется и, положив руку блондинке на затылок, целует её.       Икнув, блондинка замолкает, больше не прося никого мурлыкать. Успокаиваясь и понимая, что его больше не путают ни с кем, убийца драконов берёт Хартфилию на руки, закатывая глаза на удивлённые взгляды Миры и Каны, и идёт в сторону выхода. — Ну что, алкашка, пошли домой.       Как-то снисходительно усмехаясь, блондин покидает гильдию, оставляя там абсолютно всех в глубочайшем шоке, что уже говорить о тех, кто стал свидетелем этого поцелуя.