Мотылёк над хищной орхидеей

— Не дёргайся! Из Рея ожидаемо получился абсолютно недисциплинированный натурщик. Он всё время потягивался и норовил подсмотреть, как идёт работа, повернувшись под другим углом. Но Конраду всё равно нравилось, что тот тратит столько времени на него, хотя занятия лепкой в итоге и превращались скорее в своеобразную игру. Нечего и говорить о том, что при правильном свете тело Рея казалось безупречным, и если бы не его неспособность замереть неподвижно на десять секунд, он мог бы служить натурой для Аполлона Микеланджело. Когда Конрад обмолвился об этом, Рей расцвёл особенно и почти минуту не двигал ни ногой, ни рукой. Сама ситуация неимоверно льстила ему — никто до сих пор не лепил или не писал с него портрет, тем более по собственному желанию, а не на заказ. — Ты правда так думаешь? — спустя тягостную минуту вынужденной неподвижности спросил он. — Да, но ещё немного — и я решу, что проще лепить по фотографии. Конрад вытер тряпочкой руки и подошёл к нему. Закрыл глаза и положил ладони на обнажённую грудь Рея. Тот внимательно наблюдал за его движениями, будившими в местах прикосновений вспышки электрического тока. Конрад тоже работал в одних джинсах, но волосы, уже прилично отросшие, собирал в маленький хвостик. Обычно Рей предпочитал видеть их распущенными, но вид такого Конрада, собранного и погружённого в себя, зачаровывал его. Хотелось обнять его и притянуть к себе, но Рей сдерживался, чтобы не нарушить тот транс, в который Конрад погружался сейчас. — Что ты делаешь? — спросил он тихо, наблюдая, как скользят пальцы Конрада по его груди, исследуя каждый уголок, безошибочно находя самые чувствительные места. — Запоминаю тебя, — глухо сказал тот. Конрад надолго замолк, движения пальцев его замедлились. Теперь уже он в самом деле не столько изучал рисунок мускулов, сколько проверял пальцами то, что интуитивно знал и так. Торс Рея ощущался знакомым до боли. Так что у Конрада начинало сбиваться дыхание при попытке представить, что кругом царит темнота, и глухие стены отделяют его от мира со всех сторон. Он водил пальцами, прислушиваясь к звукам, которые издавал Рей — Мастер всегда с силой выдыхал, когда Конрад касался впадинки с правой стороны груди — точно так, как и Рей сейчас. Живот его поджимался, когда Конрад проводил по нему кончиками пальцев, слегка перебирая и щекоча, и тут же начинал мелко подрагивать, выпрашивая ещё. — Прекрати… — выдохнул Рей и, поймав руки Конрада, прижал их к губам. Он тяжело дышал и расширившимися зрачками смотрел на юношу. Тот тоже открыл глаза и теперь задумчиво смотрел на него. — Знаешь, — сказал он, — иногда мне кажется, что «он» обучал меня для тебя… Если бы я не знал, что меня должен был купить другой… Рей стиснул зубы. Нужно было запретить Конраду лепить. Он понимал это головой, но сделать не мог. Попытался поймать его за плечи и притянуть к себе, но тот был как деревянный, хоть и позволил себя обнять. — Я знаю каждое место на твоём теле, — задумчиво сказал он и, не имея возможности добраться до груди Рея, погладил его по руке, задевая венку на внутренней стороне локтя, так что по телу Рея пронеслась новая дрожь, — и порой мне вообще кажется, что ты — это Он. — Я просил тебя, Конрад… — Рей невольно повысил голос и тут же пожалел об этом, потому что Конрад обмяк в его руках и издал тихий всхлип, — Кони! — почти умоляюще закончил он. — Я не понимаю, что со мной, Рей, — прошептал тот, — я не понимаю, так будет всегда? Я так и не смогу поверить тебе? Я знаю, как много ты делаешь для меня, а я… я понимаю твою злость. Рей сделал глубокий вдох. — Мне не хотелось этого говорить… я не хочу, чтобы ты думал, что я считаю тебя больным, но у меня есть хороший психотерапевт… Ты мог бы встретиться с ним несколько раз. Конрад резко вывернулся из его рук и, зло посмотрев на Рея, стремительно замотал головой. — Нет! Ты не понимаешь, Рей! — Я пытаюсь понять. Я боюсь за тебя, Конрад, и я просто хочу, чтобы это прошло. — Нет, не пытаешься! Как я могу пойти к кому-то и рассказать, что там делали со мной? Как он вставлял в меня пальцы, и это снимала камера, и… — Конрад задохнулся и закрыл лицо руками, — я даже с тобой не могу об этом говорить. Рей молча смотрел на него и не знал, что сказать в ответ. «Он не хотел тебе зла»? Ничего более умного он придумать не мог. — Кони, теперь ты со мной… — Я всё это знаю, Рей! — Рей снова попытался поймать его в объятия, но Конрад вывернулся и отступил на шаг назад. — Я просто ничего не могу поделать с собой. — У меня такое чувство, что твои страхи становятся только сильней день ото дня. — Я не знаю, — Конрад бессильно покачал головой и обнял себя руками. Какое-то время стоял, глядя на парк за окном. — Не хочу, чтобы ты думал, что мне плохо с тобой, Рей. — Я так не думаю, — Рей больше не пытался приблизиться, хотя и очень хотел. — Прости меня. Мне нужно немного побыть одному. — Хорошо, — Рей на мгновение разочарованно поджал губы, но спорить не стал. Шагнул к Конраду и, быстро взяв его лицо в ладони, поцеловал в лоб, — я буду ждать тебя, как договорились, в шесть часов. С тех пор как Рей пригласил Конрада на яхту в первый раз, он брал его на вечеринки и приёмы всегда. Если он шёл развлекаться, то хотел, чтобы Конрад был рядом с ним. Если вечер был деловым, то Конрад не давал ему заскучать. К тому же Конрад умел поддержать разговор, оставаясь один на один с акулами, и потому представлял собой дополнительную пару ушей и глаз. Его рассказы об искусстве покоряли сердца людей старшего поколения, которых давно перестали интересовать деньги сами по себе, и к своему неудовольствию Реймонд отмечал, что предложения устроить выставку сыпятся на того со всех сторон. Сам он пока что подобного предложить не мог — да и не думал никогда о том, что, заплатив за свою находку почти что три миллиона самому же себе, будет вынужден вкладывать деньги ещё и ещё, чтобы удержать того рядом с собой. — А ты бы в самом деле хотел, чтобы твои работы выставлялись где-нибудь в Милане? — спросил как-то он. Конрад грустно улыбнулся. — Конечно, я бы хотел. Дело за малым, — он горько усмехнулся, — у меня нет работ, которые я мог бы выставлять. Я понимаю, что многие сейчас выставляют полнейшую ерунду, но я не хочу прославиться как художник, на выставке которого лежало два десятка недоделанных рук. Рей тогда промолчал. Самокритичность Конрада давала ему отсрочку, но зато поднимала вопрос об обучении, который им разрешить так и не удалось. С известных пор Рей брал Конрада с собой практически на все вечеринки и приёмы, но сегодняшний был исключением, и он до последнего сомневался, говорить о грядущем мероприятии Конраду или нет. В конце концов удержаться всё-таки не смог — Конрад, казалось, видел его насквозь, и врать ему в глаза было очень тяжело. — Намечается небольшая встреча постоянных членов в яхтклубе, — сказал он невзначай, отвечая на очередной вопрос, каковы планы на вечер, пару дней назад. Конрад с удивлением посмотрел на него. — Ты не говорил. Рей побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, на котором сидел. — Я не был уверен, что тебе стоит идти со мной. Всё же это мероприятие…узко тематическое. Тебе может быть там скучно. Конрад прищурился. — Тема та же, что и в прошлый раз? Он явно имел в виду бассейн. — Ну… честно говоря, близкая к тому, — признался Рей. Конрад поднялся со своего места, отставив в сторону чашку чая, которую терзал уже десять минут, и, плавно покачивая бёдрами, приблизился к нему, чтобы приземлиться Рею на колени. — И ты решил не брать меня с собой, — взгляд его словно пришпиливал голову Рея к подголовнику. — Я так понял, тебе не понравилось в прошлый раз. — Но ты привёл убедительный аргумент, и я показал, какой выбираю вариант. Рей глубоко вздохнул. Такого упорства он не ожидал. — Ты хочешь переспать с кем-нибудь ещё? — почти умоляюще спросил Конрад. Рей не знал, что сказать. — Ни с кем я не собирался… Ладно, — он оборвал бессмысленную оправдательную речь, — если хочешь — конечно, идём. Только будь готов проявить выдержку, Конрад. Ты наверняка увидишь то, что будет тебе не по вкусу. Ни в коем случае не проявляй своих чувств. Теперь, после неудачного разговора в студии, Рей ещё более убедился в том, что Конраду не стоит идти на эту встречу, но и оставить его дома одного в таком состоянии не мог. У Йонаса хватало дел кроме того, чтобы его развлекать, а больше никто из команды Рея не сошёлся с ним настолько близко, чтобы Конрад чувствовал себя в его обществе достаточно легко. К тому времени, когда Конрад вышел из дома и открыл дверь автомобиля, Рей уже жалел, что согласился появиться на этой встрече вообще — но это как раз таки было одно из тех мест, появления в которых избежать он не мог. Он окинул Конрада придирчивым взглядом, но ничего, что вызывало бы сомнения, как обычно не нашёл — на Конраде был узкий фрак, который недавно заказал ему Жак, а рукава скрепляли запонки, которые подарил ему Рей в Швейцарии. — Ты увидишь там разную одежду, — осторожно сказал Рей, — постарайся не реагировать слишком остро. Конрад, смутившись, окинул себя сомневающимся взглядом. — Нужно было выбрать что-либо попроще? Я думал, там соберутся серьёзные люди… — Да… это так. Что имел в виду Рей, Конрад понял, как только оказался в зале, который был снят под банкет. Здесь в самом деле было немало мужчин, одетых пусть и не во фраки, но в смокинги. Женщин в вечерних платьях в пол тоже было достаточно много. Но молодые люди, сопровождавшие их, выглядели куда более разнообразно. В основном на них были обтягивающие футболки, иногда разукрашенные пайетками, а губы и глаза некоторых были подкрашены, так что Конрад мгновенно покраснел, поняв, какова их роль. — Я говорил, что тебе не стоит сюда идти, — сказал Рей, когда Конрад подался назад и уткнулся в него спиной. Конрад затравленно оглянулся на него, но сказать ничего не успел, потому что Майкл с бокалом мартини вынырнул из гущи людей и отсалютовал Рею. — Наконец-то. Я думал, что окончательно тебя потерял, — он перевёл насмешливый взгляд на Конрада — и снова на его хозяина, — я думал, ты никогда не решишься показать его всем. Конрад почувствовал себя и свой фрак ещё более неуместными здесь. — Кто эти люди? — спросил он требовательно, но тихо, так чтобы даже Майкл не мог расслышать его вопрос, но тот расслышал всё. — Они очень разные, — сказал тот вместо Рея, — вот это, к примеру, — он указал на мужчину в смокинге с короткой острой бородкой, — агент шейха Аль-Сахима, исключительно интересный человек. Он думает перекупить здесь кого-нибудь, не хочешь с ним пообщаться, Рей? Конрад почувствовал, что по спине его побежал пот. — Все эти мальчики… — заговорил он. Рей молча притянул его к себе, обнимая за талию так, чтобы Конрад не мог никуда отойти от него. — Я же говорил, это узко тематическая встреча. — Ты говорил, что это яхт-клуб! — прошипел Конрад. — Так и есть. Мимо них прошествовала пара, состоящая из сорокалетнего мужчины и молодого человека заметно моложе его. В вырезе его рубашки виднелся ошейник. — Не все имеют возможность выходить в свет со своими… — Питомцами, — подсказал Майкл. — Со своими компаньонами, — отрезал Рей, — как я. Но этим людям тоже хочется показать, какая ценность у них есть. — Или перепродать надоевший экземпляр, — добавил Майкл. Конрад то белел, то краснел. — А ты зачем пришёл сюда? — прошипел он, вперив в Рея требовательный взгляд. — Мне нужно поддерживать отношения, — тот пожал плечами и, ловко подхватив бокал с подноса плывшего мимо стюарда, сделал глоток, — Конрад, я тебя предупреждал. Вспомни мои слова. «Только будь готов проявить выдержку, Конрад. Ты наверняка увидишь то, что будет тебе не по вкусу. Ни в коем случае не проявляй своих чувств», — пронеслось у Конрада в голове. Он опустил взгляд. — Нужно было предупредить, — мрачно сказал он. — Я бы… не пошёл. Или, — Конрад усмехнулся, — по крайней мере подобрал бы более уместный костюм. Рей крепче стиснул его талию и, повернувшись, сказал почти шёпотом, в надежде, что не расслышит Майкл: — Я не хотел оставлять тебя сегодня одного. Но если уж ты здесь и со мной, я хочу, чтобы все знали, кто ты для меня. Ты не такой, как они. Конрад закрыл глаза и приник лбом к его плечу. — Я не верю тебе, Рей. Всё это… в самом деле слишком для меня. — Некуда отступать, — Рей поцеловал его в висок, хотя от слов Конрада сердце его стиснуло тоской. — Я бы хотел, чтобы мы начали по-другому, Конрад, — неожиданно для самого себя сказал он, — но вряд ли это было возможно. И теперь я в любом случае ничего не могу поменять. Конрад кивнул. — Я бы тоже, — сказал он глухо, — этого хотел. — Твоя болезнь не прошла, — разрезал пространство между ними жёсткий голос Майкла. Конраду показалось, что пальцы Рея стиснули его ещё крепче, почти до боли. — Хватит, Майкл. Советую тебе успокоиться и принять ситуацию как есть. Майкл пожал плечами. — Я давно уже предложил мир, — он бросил на Конрада быстрый взгляд и тут же перевёл его обратно на Рея, — но за все прошедшие месяцы ты так и не вспомнил обо мне. Чувствуя, что этот спор ни к чему не приведёт, Рей предложил: — Пойдём выпьем. Видишь, я же всё-таки пришёл. Они выбрали несколько диванчиков, Майкл организовал запасы спиртного и завёл разговор о каких-то акциях, о которых Конрад не знал ничего. Рей тоже скучал, но всё же старался поддерживать разговор. Конрад, сидевший прислонившись к его плечу, принялся осматриваться по сторонам, разглядывая других гостей. Развратные позы мальчиков, сопровождавших своих хозяев, милостивые поглаживания по голове и плечам… Всё это было отвратительно — и в то же время притягивало взгляд. «Такая судьба могла ожидать меня?» — думал он. По спине пробегал холодок при мысли о том, что такие встречи могли стать единственным его уделом за пределами хозяйской спальни, и Конрад невольно прижимался к Рею ещё сильней. «Не оставляй меня», — так и хотелось прошептать ему, но проклятый Майкл мешал вести доверительный разговор. А в следующее мгновение взгляд Конрада остановился на лице мужчины, которого он уже видел, хоть и недолго, один раз. — Рей, я знаю этого человека… — прошептал Конрад, со всей возможной силой вцепляясь в его руку. Кагерт тоже внимательно смотрел на него. Рей проследил за его взглядом и тоже похолодел. Он наклонился к Майклу и шепнул: — Справа. Какого чёрта он здесь? Майкл бросил быстрый взгляд в том направлении, о котором говорил Рей. — Он член клуба. Это не я его пригласил, не смотри на меня так. Потом Майкл перевёл взгляд на Конрада и, наклонившись к Рею так же близко, прошептал: — Он думает, что Питер мёртв! Это ты во всём виноват! — Поговори с ним, — бросил Рей, поднимаясь и увлекая Конрада за собой. — Отлично… — прошипел Майкл, наблюдая, как они выходят за дверь. Поднявшись и наклеив на лицо фальшивую улыбочку, он направился к Кагерту. Рей тем временем почти тащил Конрада по усыпанной гравием дорожке за собой. Затолкал его в машину — хотя Конрад предпочёл бы сделать это ещё быстрей. — Это он! — выдохнул он. — Он должен был меня купить! Мотор взревел. — Я понял, — холодно сказал Рей, — не стоит конфликтовать с ним. — Рей… Рей молча привлёк его к себе. Конрад слышал, как бухает его сердце — не менее сильно, чем его собственное. — Рей, защити меня от него. — Конечно. Я уже говорил.