Блестящий мальчик, или У счастья твой голос)

— Нет, Поттер, у тебя всё не как у людей. Да ты и сам не очень на человека похож. - возмущение так и пёрло из Малфоя-младшего, когда он высказывал Годрику своё «ФИ» по поводу его лексикона в финале первого тура. И главное голова у Драко болела уже две недели из-за такой простой вещи, как магическая привязка по необходимости. А всё оказалось до банального просто. Из-за того, что дракониха была без привязки уже очень долгий промежуток времени, а по сути своей они изначально подчинялись только фейри, а уже потом из-за отсутствия оных - всем кому попало, милая Селитри излучала эмофоном, всё своё желание не идти против законов Магии и природы. И почувствовав в Гарри сущность фейри, она накинула на него чары как у вейлы, только тут привязка была не на любовную волну, а очень даже на подчинительную. Ей нужен был хозяин и она его себе нашла, а возмущения Юпитера на великом нецензурном, это лишь реакция на её страх перед людьми. Зато теперь, впервые со времён Основателей в замке живёт дракон-фамильяр, что очень не нравилось Министру Магии Корнелиусу Фаджу. Но кто он и кто сама Магия, потому и молчал самый большой подкаблучник истории. О, а как был рад новому жильцу сам Хог и говорить не стоило, он выстроил для дракоши целую залу-гнездо прямо над башней, находящейся в распоряжении Помоны Спраут и её факультета. Но самым довольным был некий Зельевар, с которым Поттер-Блэк очень активно делился ценными ингредиентами. Ведь Селитри так часто линяет от пересторойки магического тела, а вместе с этим у неё меняются и когти с зубами и многое другое(навоз П.А.). И вот уже третий день подряд Драко жалуется на Судьбу-злодейку, которая свела его с этим неугомонным искателем приключений на свою аппетитную попку. — Да хватит тебе убиваться, Малфой, подумаешь не смог догадаться о том чему тебя с детства обучали. Со всеми бывает. - ехидным тоном сказал Седрик и запустил пятерню в волосы сидящего рядом блондина. От возмущения, а может и от смущения тот мгновенно пошёл алым румянцем и уставился злобным взглядом на шатена. Приводя его в неконтролируемый приступ веселья. За всем этим наблюдал Гарри и делал в уме пометки почаще оставлять этих обалдуев наедине, может быть тогда они осознают свои чувства друг к другу. — Хватит ворковать, голубки,- с улыбкой сказал предмет спора — Мы кажется обсуждали бал перед вторым испытанием, а не ваши брачные игрища. - язвительно пропел тот и имел честь наблюдать картину того, как двое парней буквально отлетают в разные концы напротив стоящего дивана. Дальнейший вечер действительно прошёл в обсуждениях Зимнего бала и партнёрш, с которыми пойдут парни. Годрик сразу предупредил, что это будет эпично и он хочет увидеть лица своих друзей, а потому ничего им не расскажет. Парни поступили аналогично, но по другой причине, у них в отличии от друга не было пары. А вот план Гарри был проще, у него была пара, но этот человек был не самым подходящим вариантом по мнению его дяди. ДЕНЬ БАЛА С самого утра замок стоял на ушах, во-первых все готовились к балу, во-вторых половина от этих всех были девушки, которые обязательно что-то могли забыть. Ну и в-третьих с самого утра исчезли все три чемпиона. Их искали, потом все дружно ругались, а в конце все просто плюнули и решили искать способы выкрутиться, если эти трое всё-таки не появятся. Спокойным в этом бедламе был всего один человек и это отнюдь не директор. Этот человек вообще в последнее время стал очень счастливо выглядеть... И вот настал вечер. Двери большого зала с минуты на минуту должны были быть открыты Чемпионами, но их всё не было. По заранее заготовленному плану на такой случай, в зал стали заходить профессора, затем гости и репортёры и в конце концов ученики с 4 по 7 курс, и вот когда вход уже готов был закрыться на пороге появилось две пары. Все четыре человека были в мантиях тёмных оттенков зелёного и синего с капюшонами на головах. Двое из них были низкими около 160-170 сантиметров, они стояли в центре, по бокам от них стояли двое высоких 180-185 см. Один был широкоплеч , другой наоборот сухопар и жилист, что угадывалось даже под такими балахонами. Казалось что это были обычные пары девушка-парень. Ну опоздали, что же тут такого. НО спустя мгновение маленькая фигурка стоявшая справа по центру взмахнула рукой и мантии рассеялись… Зал замер на мгновение но тут же заиграла музыка для первого танца и первая пара вступила на танцпол. Это были Жан-Симон и Виктор. На Симоне была тёмно синяя туника с гербом его школы на воротнике в виде значка, ноги его плотно облегали чёрный брюки, а на ступнях красовались необычайной красоты полусапожки. Они были выделаны из кожи и казались очень мягкими и уютными. Вик же был одет в кафтан от формы школы и потому как он был притален, стало сразу видно, что плечи его не широки, а фигура не выглядела мощно. Сейчас он выглядел как простой подросток, что подтверждала мягкая улыбка на его лице, когда он смотрел на своего партнёра. Следом на паркет ступила вторая пара, как можно было бы догадаться первым был третий Чемпион, то есть Годрик. Зато второй произвёл настоящий фурор на зал. Мужчина был высок и широкоплеч, чёрные немного волнистые волосы опускались до середины спины. Молочная кожа и знакомый пронизывающий взгляд на холёном лице, аккуратные тонкие брови были словно нарисованы художником, а чуть алые губы доселе бледные как мел, вдруг оказались не плоскими, а чуть пухлыми. Белоснежная рубашка и такого же цвета штаны плюс изумрудный жилет создавали непередаваемый контраст с его повседневной одеждой. Ему можно было дать не больше 25. ДА, Северус Снейп был великолепен в этот вечер и возможно неспроста. Его спутник, который и являлся главной сплетней Хога вот уже 5 месяцев был облачён в роскошное женское платье под цвет жилета зельевара, рукава были украшены воланами, а вырез декольте прикрывало колье из белого золота, инкрустированное белоснежным жемчугом и бриллиантами чистейшей воды. Само платье было ниже колен и до середины голени спереди, но ложилось летящим магическим шлейфом сзади. Голову украшала диадема из того же золота в комплект к ожерелью, что в контрасте с чёрно алыми волосами давало сногсшибательный эффект. Последней каплей были чуть подведённые глаза и ярко алые словно кровь губы. Обе пары станцевали три положенных танца, непринуждённо переходя с одного на другой в полном безмолвии, и только когда отзвучал последний аккорд третьего танца, зал взорвался бурными аплодисментами. Для Гарри это будет очень трудный вечер...