Няня для Художника

Бонус — Гено и Рипер. Зачем бонус после первой главы? Вдохновения только на эту пару Рипер всегда умилялся с Гено. Но сейчас он умилялся вдвойне. Ведь он ребенок. Маленький ребенок, что кидается ему в объятья. Да-да, сам Гено, кидается, вы не нашли очередную ошибку с добавлением в шапку предупреждение с ООС. Давайте проясним причину становления Сансов детьми. Ошибка в коде. Это поменяло отношение скелета к Жнецу. А влюбленный Смерть довольный и его все устраевает. Похоже, он не слышал о педофилии… Скукота(фаза 1) Чем еще занять себя на загрузочном экране? Если ты ребенок лет пяти? Если ты скелет? Если кроме тебя здесь никого нет, даже того скелета в мантии. У Жнеца есть работа — забирать души. Он не мог остаться, но и забрать Афтера он не может — его любовь умрет, если будет не на загрузочном экране. Гено что-то послышалось. Чей-то смех, отраженный эхом по месту, в котором сидел скелет. — Глупый, глупый монстр!* — монстренок почувствовал боль во лбу. Но «крови» нет, да и часть его черепа просто расплавлена, а боль ощущается и там. Гено открыл глаза. Было ощущение, как будто падаешь. Пространство было темное, и он снова был там один. Но было ощущение, что он там не один**. Там точно был кто-то, и до Геноцидного Санса дошел шепот. Он не разобрал того, что там сказали, но часть все-таки расслышал. «Скелетик».

***

Голова болела в том же месте. Все перед глазами плыло, видно было что-то черное, белое и одна синяя точка. Зато со слухом было все в порядке. — Зачем я тебя оставил одного?! Ты же ребёнок! Стоит мне отойти, как на тебя нападают. Мне надо было попросить Тори за тобой приглядеть… — Рипер?.. — Спросил одноглазый — почему ты… плачешь? Смерть не плакал. Никогда и не сейчас. Гено просто ошибся. Но перед глазами была картинка с плачущим Жнецом. -Что? Ты о чем? — недоумевающе сказал Рипер, — Гено, Развалинка, с тобой все в норме? Отречение(фаза 2) Гено — простой скелет, обычная версия оригинала. Он так же ленив, так же шутит. И некому не говорит что случилось. Рипер давно понял, как ему везет с таким «подарочком». Пусть это и не заметно, но Жнеца начала бесить не взаимность. Он давно понял, что Гено не любит никого, поэтому он старается влюбить его в себя. Теперь он следит за малышом не один — с ним была богиня природы Ториэль, которая разнообразила экран, и теперь там было похоже на Водопалье. Геноже просто промолчал, не решив перечить. И все-таки, он слишком много провел на этом чертовом экране… Гено же думал о «братах». Фреш и Эррор может быть тоже стали «мини», может нет — все зависит от сложности кода. Эррор точно нет — геноцидный сомневался, что у него он вообще есть. Все так Эррор интересная личность. Также Афтер думал о шатенке из ведения. У нее кровожадная улыбка, румянец на щеках, и то, что он запомнил как пятно -зеленый свитер. К его руке кто-то притронулся. Это был не Рипер — его косанием было холодным, как и надо Смерти. Но и не Ториэль — от ее руки шло тепло. А эта рука была не той и не другой. Малыш уже видел вырвиглазные цвета. Сомнений не осталось, и тут он понял, что это Фреш. — Хей Бро! — YoLo поднял руку в знак приветствия. Гено аж зажмурил глазницу (?) от ярких цветов одежды брата. — Да ладно, не так уж и ярко. Хех, Глюче решил уничтожить АндерФелла, но не думаю, что вселенная не появится вновь… — Стоп-стоп-стоп! Он не в себе?! — крикнул Гено. Рипер И Тори не было по близости. Паразит пожал плечами. — Если он ее уничтожит, то Инку будет очень и очень плохо… Гено ходил кругами посылая ругательства на глючного. Художник был его другом. — Ну, Эррор, тебе конец… — Кошмар из 90-х достал попкорн. Любовь(фаза 3) Когда он признал свою симпатию, в нем не загорался огонь. Он загорелся тогда, когда он вспомнил число отвергнутых писем о любви, записок о любви, фраз, угадайте о чем? О любви. Жнец стоял со своим братом и обсуждали правила поведения. И не только Генки, но и самого Папайруса на разные случаи. Было обидно, что за ним присматривают. Хотя, недавнее нападение было хорошей такой причиной. Наконец старшая Смерть уходит, оставляя брата и любовь одних. Папи сразу же обернулся на дитя. И сразу усилился. Маленький, серьезный. И огромная рана и множество глюков даже не мешают образу, в общем, Папирус понимал выбор своего брата.

***

У скелетика приступ. Смерти в панике, ведь малышу реально больно, как бы там ни было. — Х-хей, Раз-звалинка… — Жнец погладил дитя по спине. Холод немного ослабил хватку боли, но как только рука была убрана, боль прилила с новой силой. Гено поднял взгляд. Кажется, все прошло. Братец решил уйти, ведь знал: сейчас будет романтика. — Хей, ты в порядке? Ты весь трясешся… Генадий обнял Рипера. — Я тебя люблю. — сказал геноцидный. К несуществующим щекам Жнеца прилилась синева. А к щекам Гено выступил красноватый румянец. — Я знаю… я тоже.