Клерк

      Просыпаясь в несусветную рань, чтобы успеть на первый автобус до Москвы, мужчина медленно заправлял постель, пока на неё не становилось жалко садиться; долго варил кофе, насыпая ложки четыре этого молотого порошка. Каждое утро Карл проверял полку со специями на наличие сахара и, не найдя его, пил живительный напиток и морщился.       После он шёл одеваться. Белая рубашка топорщилась, а чёрные штаны пропахли зеленью - покупать пять мешочков от моли не было самой гениальной идеей Карла. Но, что удивительно, крылатых насекомых он видеть перестал. Последним пунктом в списке утренних дел стояла чистка зубов и умывание.       Десна привычно зачесалась, но мужчина не подал виду, хоть и был наедине со своим отражением. Голубые глаза смотрели на Карла сквозь мутные разводы на зеркале, и тот потянулся за тряпкой, чтобы стереть их. К несчастью, глаза не стёрлись, зато от пятен не осталось и следа. Кинув взгляд на десяток новых тюбиков зубной пасты, мужчина поморщился и выкинул свой, использованный лишь один раз. Карл зевнул и пошёл переобуваться. Накинув зимнее пальто и обув сапоги, про которые продавец отзывался как о самых тёплых, что могли сделать китайцы, Карл вышел из квартиры.       Через снежные тёмные улицы он пробирался с пыхтением, а когда сел в пустой автобус, долго приходил в себя. Горячий воздух в конце концов разморил мужчину и тот уснул. — Конечная! - — Бас водителя вырвал Карла из плена сна и тот, дёрнувшись, быстро покинул тёплый автобус, чтобы снова продрогнуть на тёмных улицах города. В свете ламп мужчина пробирался сквозь снега Москвы, иногда уходя в чёрные переулки, а в голове его кружилась мысль, что ещё вчера он мирно шёл за снегоуборочной машиной практически по асфальту. Тогда первые лучи солнца слепили глаза мужчины и тот постоянно жмурился.       Сегодня такого нет. Людей, для столицы, шло меньше обычного, и даже, казалось, часть из них была грустной и пьяной, но мужчина списал пустоту улиц на ранний приезд. Все-же сегодня автобус привёз Карла в Москву без пробок.       Через двадцать минут, оказавшись у входа в высокое здание, где Карл работал уже три года, мужчина успел продрогнуть и быстро дышал, окутывая лицо густым паром. Попробовал открыть дверь и... На удивление она была заперта. На лице мужчины отразилось непонимание и тот оперативно достал свой телефон -раскладушку, которую покупал ещё девять лет назад на накопленные карманные деньги.       Охнув, Карл понял, что сейчас первый час ночи.       Убрав телефон, мужчина сжал кулаки и зажмурился. Глубоко вздохнув и оставив клубы пара вокруг, мужчина пару раз топнул ногой, а потом уже двинул по городу. Он рассматривал улицы с потухшими магазинными витринами и тёр руки, изредка дышал на них; перетаптывался с ноги на ногу, ожидая зелёный свет светофора. Иногда он сворачивал налево, а потом резко направо. Его щеки горели румянцем, а ресницы слегка слипались и окончательно побелели от инея. Тяжелое дыхание смешалось с тихим урчанием желудка. В последний раз, вспоминал Карл, он принимал пищу вчера в часа два, с высокой блондинкой, секретаршей Леночкой, которая любезно угостила коллегу мягким суфле.       Леночка очень часто караулила мужчину у входа в уютную комнатку, где в отведённое время работники принимали пищу. Часто невзначай касалась его рук и сильно краснела, стоило Карлу оценить ее безупречный вид. Некрасивой и грустной секретаршу Карл никогда не видел.       Мужчина же подолгу разглядывал чашку, а потом резко вздыхал и переводил взгляд на собеседницу. Он мог смотреть на неё весь перерыв, но было ли во взгляде его что-то большее, чем когда он рассматривал свою кружку? - Леночка не знала и, вероятнее всего, знать не хотела.       На табличке у центра занятости высветилась температура и Карл прошептал тихое ругательство. Зайдя за очередной переулок, он ненадолго замер, углядев неоновую надпись, и прибавил скорость.       С силой открыв массивную дверь с ледяными ручками, мужчина начал долго спускаться по лестнице. С каждым шагом он прибавлял скорость и наконец он оказался внутри. Неоновый свет и громкая музыка заставили Карла поморщиться, но тот, буквально через пару мгновений, широко улыбнулся и скинул тёплую одежду. В гардеробе старая бабуська поменяла вещи на жетон и, показав при входе на танцпол свой паспорт, Карл оказался в месте, где можно согреться ночью. Весь зал был наполнен мужчинами, но Карл, видя только стул у барной стойки, мало обращал на такое внимание. — Чего желаете? — Спросил бородатый широкоплечий бармен. — Меню дай, — Ответил Карл и начал вспоминать, сколько он денег имеет при себе.       "Меньше чем на ночь в отеле и больше чем на обед в Бургеркинге" - подумалось ему.       Пролистав список жидкостей, мужчина заказал себе сок. Бармен лишь поднял бровь, но заказ выполнил.       Сев у стены на мягкий пуфик, Карл расслабился и начал наблюдать за танцульками аборигенов. Заподозрил неладное отогревшийся сонный мужчина только тогда, когда к нему подсел парень, одетый в широкую улыбку. Уставший Карл хорошо запомнил именно ее.       Парень, сидящий рядом с пилоном, приметил незнакомого блондина с большими глазами и красными щеками как только тот зашёл в клуб.       Кир выбирал светленьких партнеров сколько себя помнит. Особенно хорошо он помнит того мальчика, с которым он играл в шесть лет на участке. Голубоглазый блондинчик постоянно лез обниматься, целовал Кира в щеку и называл его принцем. Они каждый вечер носились вместе по участку и стоило Киру в очередной раз упасть или удариться - мальчишка сразу-же утешал своего "принца".       Тот мальчик переехал жить в Москву, а Кирилл подрос и уже в тринадцать лет тесно общался со всеми блондинчиками в городе. А потом пацан превратился в мужчину и одной дружбой все переставало ограничиваться...       Воспоминания Кир отбросил и начал свой флирт: — Привет, никогда тебя тут не видел, ты новенький? — Нет, просто слишком рано приехал на работу, жду, когда офис откроется. — Честно ответил Карл и зевнул. — А во сколько тебе на работу? - Приподнял бровь Кир и внимательнее оглядел стандартную для клерков одежду, которая топорщилась на мужчине. — К девяти, — Спокойно ответил тот и, успершись руками о стол, начал вырубаться. — Тут чертовски тепло, никогда не спал в клубе...       Кир услышал тихий смех и предложение само слетело с губ: — Хочешь, выпьем немного и я отведу тебя к себе? Там есть мягкая кровать.       Карл поднял голову и посмотрел на незнакомца. С непониманием произнёс: — А зачем выпивать?       Кир закашлялся, а потом рассмеялся, дезориентировав собеседника окончательно. — Я сюда пришёл выпить в приятной компании и расслабиться, приятную компанию я нашёл. Осталось выпить.       Этим ответом Карл остался доволен и только добавил: — Я денег на попойку не брал, — Я оплачу, не беспокойся!— Засверкал улыбкой рыжий и стал махать молодому неуклюжему официанту, чтобы тот принёс меню.       Сознание Карла же генерировало только одну мысль: Какой хороший человек, он даст мне поспать этой ночью! — И как тебя зовут, солнышко? — Спросил Карла Кир и протянул ему уже принесённый коктейль. Специально коснулся тёплой руки блондина, но через пару секунд убрал. Вдруг этот клерк не любит романтику. — Меня зовут Карл, спасибо за коктейль, — Сонный собеседник присосался к алкоголю, надеясь, что так он слегка взбодрится. — Какое имя! Ты иностранец? — Спросил Кир, получая свою дозу алкоголя. — Да нет, Мама американка, папа русский. С трёх лет живу тут. — О том, что его мама покончила с собой, когда Карл был совсем маленьким, мужчина решил умолчать. — У тебя есть любимый человек, Карл? — Киру было не очень важно знать ответ, но приятнее было бы, если бы он был отрицательный. — Да нет, у меня никогда времени на отношения не было. Семь/ноль и перерыв раз в день на часик. Завоевать сердце красавицы никогда не.. не выходи.. выходя.. не вы-хо-ди-ло! — Язык Карла уже начал подводить, а в голове зажужжали щекотливые тёплые блошки. — А сердце красавца? - зацепился за слово Кир. — С парнем встречаться? Да меня ж сожрут за такое гейст.. гейство! — Карл непонимающе уставился на Кира. — Если бы тебе понравилось? — Спустя коктейль спросил клерка Кир. Сонный пьяный Карл поднял голову и переспросил: — О чем ты? — О том, если бы тебе понравилось быть с мужчиной или если бы ты влюбился, ты бы был с ним? — Почему я чувствую себя пьянее тебя, а эти мысли мне в голову закладываешь ты? — ответил Карл и забурчал, — Я хочу спать, ты обещал мне кровать. — Пойдём, — Выдохнул Кир и приобнял мужчину. С ним дошёл до бармена и расплатился, а потом одел, часто касаясь руками Карла и вывел в холод. Клерк был сонный и тарахтел как трактор, пока шёл по сугробам. Почему-то ни одна мысль не скользила в голове Карла. Ни на минуту он не задумался о том, что разговор с незнакомцем имеет подтекст. Только кровать будоражила его пьяный мозг.       И даже тогда, когда Карл впервые увидел название клуба " Голубой персик", зацепился лишь за слово "клуб". Сейчас это было не важно. Возможно, Карл никогда не догадается, что случайно забрёл туда, куда даже представить не мог. С другой стороны, стыдно перед коллегами ему не будет.       Кир жил в двух минутах от гей клуба и подрабатывал в Голубом персике в качестве гитариста по всем нечетным ночам.       Удобно иметь работу под боком.       Зайдя в подъезд, а потом в лифт, Кир обнял мужчину, буркнув ради приличия, что "чтобы быстрее согреться" и вдохнул полной грудью ванильный запах шампуня, которым пользовался не так давно Карл.       Рыжий очень хотел уложить на кровать этого парня и поиметь. Но и нежность была близка мужчине.       Лифт открылся и Кир повёл за ручку жертву в свою обитель.       Карлу было неловко, но очень приятно, когда его новый знакомый снял с него ботинки и пальто. Подумал, что тоже стоит друзьям так помогать, особенно, если быть виновником их алкогольного опьянения. Потом Кир отвёл блондинчика в спальню, интерьер которой не замечал мужчина, лишь только кровать. Раздел, потому что пуговки застревали в пальцах или пальцы застревали в пуговках и поцеловал.       Поцеловал!?       Карл оттолкнул Кира и, с глазами по пять копеек, уставился на него. Пряный мозг ни как не мог сгенерировать причины и следствие. Карл никогда не был в клубах и тем более после в таких ситуациях! Кир же обиженно засопел, но решил пойти другим путём. — Карл, все в порядке?— Кир состроил самую непонимающую моську. — Ты... Ты меня поцеловал?! —ошарашено выдал клерк. — Нет, с чего ты так решил? — Нахмурился Кир, — Ты на пару минут отключился, а потом дернулся и развёл панику... — Ох, значит пора спать... — Выдохнул Карл и залез в глубину кровати.       Кир приобнял мужчину со спины и начал его гладить. Тонкие пальцы умело ласкали бледное тело, которое размякло под такими непривычными ощущениями.       У Карла сбилось дыхание и тот повернулся к незнакомцу.       Полусонный в дрова пьяный парень смотрел мутными глазами на все то, что творил с ним рыжий незнакомец и только один вопрос засел в его голове. К несчастью, он был не о том, поимеют ли его сегодня ночью. Лучше бы об этом спросил, Карл, лучше бы об этом... — А как тебя зовут? — Услышал Кир полувнятное бурчание Карла. — Кирилл. — Просто ответил он и начал целовать шею пьяному пареньку. — А почему ты меня трогаешь? Мы ведь так хотели спать... — Я думаю, сейчас ты не только спать хочешь, — Прошептал Кир на ухо Карлу и легонько прикусил мочку уха. Клерк засопел и начал вертеться.       Кир обхватил детородный орган блондинчика и, размазав по головке члена вытекшую смазку, начал медленно надрачивать Карлу. Стоны были тихие, движения мягкие. Тёплые батареи казались холодными, а вьюга, снежными лапами бьющая в окно, тихим ласковым шёпотом. Кир достал из комода крем для рук и, выдавив достаточное количество белой субстанции, сполз к дырочке пьяненького клерка.       Холод и неприятные ощущения не сильно волновали Карла. Он не мог соображать, только клочки мыслей всплывали и тут же тонули в вязком времени.       Спустя мучительные минуты, посвящённые разработке попки, Кир обхватил свой эрегированный член рукой, на которой ещё были остатки мази и провёл вдоль по стволу. Пассивность партнёра его немного задевала, но сам вид покорённого блондина заставлял что-то внутри переворачиваться. Кир старался не думать, что покорил Карла алкоголь на трезвый желудок и вероятное отсутствие нормального сна.       Медленно войдя в тугую попку, Кир закрыл глаза. Клерк застонал и стал ласкать свой член.       Медленно вбиваясь в своего партнёра, Кир выцеловывал ключицы и шею непрерывно стонущего партнёра. Руки царапали, гладили, Карлу казалось, что его ласкает толпа. Что он сам кусок секса. Что все что происходит есть часть чего-то таинственного и важного.       А ещё в какой-то момент мужчина вдруг предположил, что в его алкоголе была наркота. Потому что так не бывает.       Темп ускорялся и Карл уже не мог не отвечать на ласки. Не мог получать их без отдачи. Он стал выцеловывать партнёра, кусать и терзать, сквозь сон понимая наверное, что завтра будет жалеть.       Но это завтра!       У него есть сейчас!       И именно сейчас Карл хотел Быть. Быть с большой буквы.       Не клерком с графиком в семь на ноль и аллергией на зубную пасту.       Сейчас он был совсем другим. — Я хочу ещё! — Простонал прямо в ухо Киру Карл. — Конечно, сладкий, — ответил рыжий и поцеловал мужчину в губы.       Темп возрастал. Дыхание давно сбилось не у одного.       У двоих.       Карл кончил первым и просто выпал звездой на кровать. Кир вытащил член и, быстро подрочив, излился себе в руку.       Вышел в ванную, где быстро ополоснулся, а когда вернулся, Карл уже спал, обняв одеяло и дерзко растопырив свою пятую точку. — И тебе спокойной ночи, Карл, — Вздохнул Кир и ушёл спать в гостиной.       Сон разорвал будильник. Он дребезжал слишком раздражительно, чтобы Карл мог долго его игнорировать. Открыл глаза.       Воспоминания быстро пронеслись в его голове и мужчина покраснел. Резко встал, ощутив дискомфорт в пятой точке и достал телефон из кармана брюк. Вырубил мелодию.       Карл долго стелил кровать, медленно одевался и в душе понимал, что может ещё часа два просто сидеть в этой квартире. Но совершенно не хотел этого делать. Прошёл мимо комнаты, где спал рыжий тип, о котором не хотелось думать, и зашёл на кухню.       Влил в себя пару кружек воды.       Вскипятил чайник.       В холодильнике нашлась колбаска, хлебушек и яички.       Зачем хранить хлеб в холодильнике мужчина не знал, но списал эту странность на счёт бездушных рыжих. Если они трахают пьяных дураков, то могут и хлеб хранить в холодильнике.       Карл приготовил яичницу и съел добрую половину блюда, запивая горячим сладким кофе. Убрав остатки в холодильник, написал записку Киру и пошёл умываться.       Сцапав хозяйскую щётку, мужчина уставился в зеркало над умывальником. Компактная тусклая ванная вызывала ассоциации с пост советскими фильмами, измученное отражение порадовало засосами.       Выдавив немного зубной пасты, Карл начал монотонно чистить зубы. Голубые глаза лениво изучали трещинки на плитках, а потом резко стали по пять копеек.       Воровство зубной пасты было не самой большой платой за извращённый секс, который, частично признал для себя Карл, был чертовски хорош. Лучше любой близости, что случалась с ним за всю жизнь.       Карл накинул верхнюю одежду и тихонько покинул непримечательную квартиру.       Долго ждал лифт.       Рассматривал расплавленные кнопки этажей, ехал вниз.       У выхода приметил спящего кота.       Открыл дверь.       Улица. Так неприятно холодно.        Карл вышел на все ещё темную улицу. В свете фонарей прошёл шагов пять.       Остановился. Снежинки медленно падали с неба. Карл поднял голову и перестал дышать. Снежинки начали лизать его щеки, губы, нос, цеплялись за светлые ресницы. Карл вздохнул и прошептал в небо: — Блядь... — И это было единственное, что рвалось из его уст. ***       Дверь в офис с легкостью открылась и клерк с облегчением вздохнул. Отработав положенное число часов и выдержав опрос Леночки о засосах и ужасном виде, Карл поехал домой.       Поставил на полку в ванной свою новую зубную пасту и решил для себя больше не вспоминать ту ночь. Никогда.       Как это обычно бывает, у него не получилось.