Я просто её съел.

- Алекс, ты любишь сладкое? - Сладкие люди? Пока не пробовал. - Да нет же, - я хихикнула, - в человеческой жизни. - Не знаю, - парень, видимо, перебирал в голове воспоминания, - может, и любил, кто знает. - Ты что, не помнишь? – у монстров вроде как, должна быть абсолютная память. Увиливает? - Эм… ну, иногда я мог и поесть что-нибудь, - Мерсер отвел взгляд, - да и вообще, будучи человеком занятым, мне было не до сладостей. - Даже так? – с удивлением спросила я, - ну, не ври, наверняка ты любил сладости! - Возможно. Кстати, теперь я хочу попробовать сладкого человека. - Человек в шоколаде типа? – я покосилась на Зевса, - не очень заманчиво, скажу тебе. - Думаешь? Очередной патруль местности. Рядом вроде как никого не было, но мало ли. Всех зараженных на расстоянии нескольких километров я уже перебила, хищники… ну, пусть попробуют сюда придти. Если что, мама с детьми спрячутся в подвале или наоборот, на чердаке. Кстати, эти маленькие оболтусы уже почти говорят. Маму они называют мамой, так что они для меня, кхем, сестра и брат? Смешно. Меня же называют Екса или же Лекса, как язык повернется. Алекса примерно также – Лекс, Екс. Удивительно, что вот, скажем, я – монстр, а они – люди. Раньше представление о монстрах было немного иное… хотя, это было представление о не особо разумных представителей монстров. Да что там, Алекс вполне разумен, но на его счету тысячи и тысячи невинных и винных жертв. И эта мысль меня совершенно не пугает. Почему же? Потому что я тоже в какой-то степени являюсь Мерсером? Хех. Убежав дальше того расстояния, по которому я должна была пройтись, я решила походить немного и здесь. Ага, тут я уже чувствую присутствие зараженных. Бегу к одному из них, посмотреть. Вот же ж… да тут целая деревенька. И сплошные зараженные, как я вижу. Спокойно прохожу вдоль домов, по главной улице. Страшная картина, если честно. Остановилась перед зараженным-ребенком, жующем мертвую собаку. Маленькая девочка лет шести в некогда бывшем белоснежным платье, напомнила мне себя, только человеком и в детстве. Ребенок был в крови, одежда тоже. Глаза стали серыми, как у меня, потеряли цвет. Взгляд ничего не значит, бездумный. И безумный. Хочет плоти и крови. Подойдя к ней поближе, я заметила, как она подняла голову и посмотрела на меня невидящим взглядом. С губы свисала кровавая ниточка, отчего становилось жутко. Ребенок протянул мне руку и открыл рот. Вопросительно уставившись на нее, я еле уклонилась от ее атаки. Отойдя подальше, я заметила, как она меня потеряла и снова бездумно уставилась куда-то вдаль, даже не продолжая поиски. Жутко. Возвращаюсь домой спокойно, особо не разгоняясь. Смотрю на животных, что в ужасе убегают от меня. Странно, но только птицы не боятся нас, монстров. Ко мне подлетела ворона и, повернув голову на бок, что-то каркнула. Я каркнула в ответ, что прозвучало довольно глупо, но ворона, каркнув в ответ, улетела. Я бы тоже была не против полетать. Открывая дверь, почувствовала запах еды. Ладно, вру, я ее уже давно почувствовала. Зайдя в дом, вижу, как близнецы в задумчивости на меня смотрят, держась за руки. Их голубые глаза смотрят куда-то внутрь, а в голове воображается – деревня, а вместо той маленькой девочки эти близнецы. Стоят вот так и смотрят на меня. Мир как будто стал замедленным. А когда дети сделали шаг вперед, я уже хотела уклониться и избавиться от представленных зараженных. Из ступора меня вывел голос Фабулы: - Лекса пришля. - Дя, - твердил ей в ответ Твинг. Так и застыла в непонятной позе, прижав руки к себе. Близнецы побежали на кухню, так как их позвала кушать мама. Вдох-выдох. Все в порядке. Просто воображение разыгралось.