Flowery boy

— Я надеюсь, что ты понимаешь, что все, что произошло, это всего ласки, и ты не будешь придумывать какие-то глупости в своей голове. Лишь скажи мне, и я больше никогда тебя не трону. Хорошо, Принцесса? — зеленоглазый старался не задеть сильно чувства мальчика, глаза которого налились слезами, которые он незаметно вытер. — Да, хорошо, мистер Стайлс, — Лу понимающе кивнул, но внутри угас один из тех счастливых огоньков. — Отлично, — Гарри улыбнулся, показывая ямочки и погладил младшего по щеке, оставив невесомый поцелуй на его шее, от чего у второго пошли по телу мурашки. Это естественно не ушло от внимания старшего, но он уже встал, спросив с улыбкой. — Ты голоден, сладкий? — очаровательные ямочки и ласковое прозвище заставили Томлинсона улыбнуться, не смотря на ком в горле, который он выплеснет через пару минут в душе. — Я уже наелся, — пролепетал малыш, от чего Стайлс залился смехом, который, возможно, был самым красивым звуком, что Луи только слышал в своей жизни. — Тогда приготовлю себе что нибудь поесть, — кудрявый затушил сигарету в пепельнице, развернулся и вышел из комнаты, а мальчик в ту же секунду забежал в ванную и включил воду, которая будет заглушать звук его всхлипов. За такой маленький промежуток времени он успел утонуть восхитительных глазах Гарри, смотрящие на него с теплотой, что была просто ловушкой. Он хотел, чтобы произошедшее что-то значило для мужчины, который покорил его сердце всего за несколько дней. Увы, сердце Стайлса было холодно к нему, как к любовнику. Он был всего лишь красивым, молодым мальчишкой, сыном подруги. Он умыл лицо прохладной водой и посмотрел в зеркало. Большие глаза цвета небес покраснели от слез, щечки приняли тот же оттенок, губы опухли как от своих, так и от укусов возлюбленного. Он шмыгнул носиком, вытер лицо полотенцем и вышел из ванной. На двери его шкафа было зеркало, которое позволяло видеть себя в полный рост. Носочки с белыми оборками, синие кружевные трусики, топик, растрепанные волосы. Ему редко когда нравилось своё тело. — Я... Я буду красивым для него, буду самым лучшим, он- он влюбится в меня, — шепчет себе под нос юноша и с силой трет свои по-детски пухлые щечки, размазывая мелкие слезинки по ним. — Буду самым лучшим мальчиком для мистера Стайлса, — Лу более уверенно улыбнулся тому, другому парнишке, что смотрел на него со стороны, и вытащил из своего шкафа свои любимые вельветовые шортики до середины бедра, цвет которых был похож на глаза Гарри во время пика — болотно-зеленые. Луи смущенно улыбается своим мыслям и решает выйти в топе, потому что это его дом и тут можно ходить в том, в чем он хочет, через пару минут сменив еще и тонкие носочки на теплые шерстяные гольфы. — М-мистер Стайлс? — зовет шатен, а в ответ лишь тишина. — 'Арри?! — уже прикрикнув, юноша топает ногой, стоя посреди коридора и желая услышать лишь свое имя из уст фотографа. — Ох, детка, ты замечательно знаешь, что я занят и где меня можно най… — Гарольд громко чертыхается, когда овощи начинают подгорать. — Подойди сам, если я тебе нужен! — кудрявый сдувает надоедливые пряди в сторону, быстро перевязывая их в слабый хвост. Томлинсон правда не знает, стоит ли подходить, но, все же , входит на кухню, обнимая мужчину сзади, дабы немного расслабить его. — Вы позволите мне поесть с Вами? Я, на самом деле, немного голоден. Стайлс расплылся в улыбке, чувствуя тепло маленького тельца, оттаивая на мгновение. — Да, детка, конечно, — Гарри убирает выбившуюся кудрявую прядь за ухо, которая снова выпадает и он просто решает не обращать на неё внимание. Старший просто пока не видел вид мальчика, который обнимал его сзади и сгорал от предвкушения. — Положи пока тарелки, сладкий, — зеленоглазый с особой аккуратностью ставит сковороду на подставку и разворачивается, чтобы наконец маленькое чудо, которое стояло на носочках, дабы дотянуться до шкафчика с тарелками. Он подошёл сзади и, чуть наклонившись, обнимает Луи, обхватывая настолько тонкую талию, что дотрагивается кончиками пальцев до своих ребер. Гарри решает оставить влажный поцелуй на шее Луи, которая была усыпана бордовыми пятнышками, похожими на соседние галактики. — Специально оделся так прекрасно для папочки? Да, малыш, мне нравится, но ты должен добиться моего внимания и прикосновений, — Гарри жарко шептал на ушко Томмо, который покрылся мурашками и закусил губу, чуть улыбнувшись, ведь это именно то, что он хотел слышать. Лу закивал головой, после чего Стайлс отпустил его и сел за стол, как ни в чем не бывало. — Я бы... Я бы хотел слышать чаще похвалу от Вас, мистер Стайлс, потому что заслуживаю этого, — мальчик прикусил нижнюю губу снова и поставил тарелки на стол, топчась на месте возле стула Гарри несколько секунд, пока не решается и не присаживается на его колени боком, набираясь смелости. — Стол большой, а я маленький... Мне неуютно сидеть на другом конце. Вы же позволите мне? — Томмо опускает смущенный взгляд вниз, глазами следуя за пальцами Стайлса, которые от колена скользят до самого пояса тех самых шортов, забираясь внутрь, до шва шлевок на две фаланги. — Ты легкий, как пушинка, можешь остаться сидеть, а я смогу полюбоваться на твои чудные шортики. Давай кушать, — легкая ухмылка трогает винные уста мужчины и он наконец берет вилку, накалывая несколько кусочков овощей на вилку, засунув себе в рот. — Вам идут собранные волосы, я могу видеть скулы, — подушечками тонких пальчиков дотрагивается до щеки старшего, скользя вниз, к челюсти. — И я бы мог порезаться о линию подбородка, если бы захотел, — Лу обводит острый уголок подбородка и спускается еще ниже. — Ваша шея становится еще длиннее с этим пучком. Это незаконно, — подросток ведет до самого Адамова яблока, оставляя там теплый поцелуй своими маленькими губками. Легкие прикосновения и чувственные поцелуи мальчика заставляют Стайлса думать о чувствах, что малыш к нему испытывает. Он отгрняет эти навязчивые мысли, считая, что Луи слишком похож на невинную нимфетку, а такок поведение — обычно для него. Кудрявый полностью усадил младшего себе на колени, прижимая его спину к своей груди. Наколов на вилочку ещё пару овощей, Гарри преподнёс их ко рту Томмо. — Открывай ротик, принцесса, — улыбка украсила лицо мужчины. Покачивая ногами, он приоткрыл рот и начал разжевывать пищу. — Спасибо, Папочка, — проглотив, произнёс он, улыбнулся и ехидно ждал реакции, которая не заставила себя ждать. Зеленоглазый сильно сжал зубы, из-за чего его скулы стали невообразимо привлекательными. Лу облизнул губы и автоматически свёл ножки. Язык тела младшего быстро читался Гарольдом и он был весьма впечатлен такой реакцией, оставаясь довольным. У него было много пассий. Как женского, так и мужского пола. Такие жесты со слабой стороны говорили о повиновении. Это значит, что Томмо хороший мальчик. Он улыбнулся собственным мыслям и мимолетно чмокнул шатена в щеку. — Всегда пожалуйста, ягодка.

***

Позавтракав без происшествий, Луи прибрался и сел на диван рядом со Стайлсом, который наблюдал за неуклюжими движениями маленького ежика. Он резко развернулся и неожиданно спросил: — Ты не хочешь стать моей моделью? Малыш развернулся и в недоумении спросил в ответ: — М- моделью? Томмо не знал о профессии Гарри. С детства зеленоглазый мечтал быть фотографом и делал все возможное для этого. Окончил университет и школу на высшие результаты, спустя полгода усердной работы (чаще всего даже без сна), его привлекли в модный дом Гуччи в Англии. Там он и встретился с Кендалл. Она была одной из его первых моделей такого уровня. Его восхищению не было предела и уже через пол года отношений он решил связать их узами брака. И сейчас они одни из самых успешных пар в модном доме. — Да, сладкий, моделью. Я фотограф, — он мягко улыбнулся воспоминаниям своего пути к успеху. — Но я же такой... неподходящий? — он опустил взгляд. Парень имел ввиду не только свою внешность, но еще и возраст, рост, ведь все самые лучшие модели высокие и их ноги слишком привлекательно выглядят в высоких сапогах, коротких юбках, милых трусиках... Мысли мальчишки обрывает тяжелый вздох кудрявого. — Я разве предложил бы тебе, если бы ты не подходил, ммм? — Гарри впивается пальцами в худые бока подростка и прижимает его еще сильнее к себе, потихоньку закипая от слов шатена, что заставляет егр выпрямиться в струнку. — Ну, может быть?.. — Я предложил тебе это для того, чтобы все увидели твою красоту... Невинную, девственную, почти детскую красоту, — Стайлс поджимает губы и расслабляет пальцы, когда видит страх в глазах мальчика. Вот оно — вдохновение. — Если я соглашусь, то могу попросить кое-что, от чего Вы не откажетесь? — Луи поднимает уголки губ в смущенной улыбке и ерзает на чужих бедрах от волнения, скопившегося внутри него за несколько минут. — Все, что ты пожелаешь, но в пределах разумного, — кудрявый сжимает тонкие запястья, что так и тянутся к нему, чтобы прикоснуться, нежно поправить волосы, чтобы не поддаться искушению. Луи не был тем, в кого стоит влюбляться мужчинам. Маленький пожиратель сердец, который сегодня будет искренне и в слезах признаваться в любви, а завтра найдет такого же дурака. Так думал Гарри, ведь сам поступал именно так в возрасте Лу, получая достаточное количество конвертов с любовными посланиями, пока не сменил адрес, перебираясь жить ближе к своей семье. — Можешь просить все, что тебе угодно, кроме крутых тачек и огромных квартир в центре сердца Англии или чего-нибудь еще... В общем, не обанкроть меня, — Томмо хмурит бровки и закатывает глаза, вызывая еще большую ухмылку на губах Гарри. — Мне бы хотелось быть кем-то уникальным? Но Вы, мистер Стайлс, дали обещание, так что, — Луи протягивает свой мизинчик, на что мужчина лишь качает головой, скрепляя их уговор. Он уже успел полюбить эту инфантильность. — Раз уж ты на все согласен, то уже можешь готовить себя к тому, что завтра ты увидишь съемки Беллы для Dior, — щелкнув мальчика по носу, заявляет Стайлс, отвлекаясь на телефонный звонок и уходя в другую комнату. Подросток лишь удивленно хлопает ресницами и спешит сообщить об этом своему лучшему другу, смущенно улыбаясь от его расспросов. "Мне кажется, что я совсем немножко начинаю нравиться ему" — Луи пишет последнюю смс-ку и залезает в инстаграм, просматривая страницу Беллы Хадид, мечтая, что однажды Стайлс будет фотографировать его с таких же ракурсов, пока по ту сторону экрана белозубая улыбка превращается в крепко поджатые губы Зейна. Он не должен делить свое маленькое солнышко с этим чертовым Стайлсом. Только он достоин любви Луи, ведь сам влюблен в него слишком сильно.