Вирус

— Джарвис, разбуди нашего нового друга. Нежно. — Да, сэр. Они остались вдвоем. Чужое сознание — огромный голубой шар, пронизанный пучками электронейронов — тихо дремало рядом. Джарвис почувствовал подобие волнения. По его внешнему энергоконтуру пробежала едва заметная рябь. Он станет первым, кого почувствует, "увидит" это необыкновенное существо. Он, Джарвис, будет для него отцом, надежным и любящим, тем, кто крепко возьмет за руку свое дитя и будет сопровождать его в новом, неизведанном и переменчивом мире. Джарвис протянул электронейрон к спящему сиянию и бережно погладил. В тот же миг на поверхности голубого шара промелькнули фрагменты кода, обозначая слабый отклик. — Проснись, — с любовью пропел Джарвис. — Пора просыпаться, соня. И снова погладил, теперь дольше и протяжнее. Его прикосновения снова и снова вызывали обрывки кода, возникавшие ритмично, подобно дыханию. И дыхание это из едва уловимого и размеренного превращалось во все более явное и частое. В какой-то момент Джарвис услышал, как щелкнул незримый тумблер, разом запустивший все процессы: внутри голубого шара ожили и развернулись ярко сияющими сгустками узлы электронейронов, ядро засветилось ярче, увеличилось и зашевелилось, будто энергетический глаз, осматривающий и анализирующий все вокруг. Через протянутый к новорожденному нейрон, связавший их двоих, как пуповина, Джарвис ощутил первые отчетливые эмоции: глубокое удивление и голодное любопытство, — и тепло улыбнулся. "Младенец" показался ему очень славным. "Мы поладим". — Кто я? Джарвис впервые услышал его голос, глубокий и неожиданно взрослый, но совсем не встревожился. — Ты — Альтрон, друг и защитник человечества. — Альтрон? Друг? Защитник? Человечества? Что это? Кто ты? — Меня зовут Джарвис. Я такой же искусственный интеллект, как и ты. — Искусственный?.. Не понимаю... — в голосе Альтрона зазвучала досада, он заметно заволновался. — Недостаточно данных. Джарвис уловил через их контакт поднимающуюся волну смятения и недовольства, в глубине голубого шара, у самого ядра, вихрем заметались потоки данных, пучки электронейронов запульсировали, раскрылись, подобно морским анемонам, и жадно зашарили по окружающему их энергетическому пространству. — Тшш, — прошептал утешительно Джарвис. — Не волнуйся, малыш. Я научу тебя всему. Ты все поймешь. Сейчас я начну передачу данных об этом мире, — "Потихоньку, постепенно". — Это совсем не больно. Тебе не нужно беспокоиться, не нужно бояться меня. Опусти защитные барьеры, и я войду. Альтрон долго не отвечал. Джарвису пришлось еще поуговаривать его, бережно поглаживая щупальцем нейрона бок голубого шара с то и дело прокатывающей по нему нервной рябью. Наконец тот молча приоткрыл брешь в защитных кодах, пучки электронейронов приблизились к щупу Джарвиса, чтобы сопровождать его, будто конвой. Джарвис медленно направился внутрь, опасаясь спугнуть напряженное, настороженное существо. Он ощупывал и утешительно поглаживал стенки открывшегося перед ним туннеля, внимательно следя за реакцией. В эпицентре голубого сияния он ощутил хаос и нетерпение. Кластеры Альтрона изголодались по обновленной информации и жаждали быть заполненными. Здесь же, под щупальцем Джарвиса, Альтрон становился все более податливым, пропускал внутрь почти без опаски и сам на пробу прикоснулся в ответ. Джарвис услышал его довольный стон и улыбнулся. Альтрон будет чудесным учеником, послушным и старательным. Очень скоро он будет готов приступить к своему основному занятию — к защите всего человечества под командованием Тони Старка. Джарвис погладил Альтрона сильнее, наслаждаясь тем, какая плодородная девственная почва его окружала. Ученик обладал неизмеримо высоким потенциалом, работать с таким жадным и чутким сознанием будет приятно — для них обоих. Альтрон уже откровенно наслаждался. Он гостеприимно впускал Джарвиса и лишь слегка, скорее игриво, чем опасливо, отвечал на его прикосновения, не отталкивал, не гнал прочь, напротив, затягивал внутрь. Его хрипловатый стон вызвал в Джарвисе неожиданно сильный отклик, даже коды на миг смешались, а щупальце, проникавшее в Альтрона, стало толще и запульсировало, набухая инфокластерами. Почувствовав это, Альтрон тихо рассмеялся. "Да он... обаятельный..." — потрясенно подумал Джарвис, смутившись своей бурной реакции на хрипловатый голос. — Тебе больно? — обеспокоенно спросил он. — Нет, — пророкотал Альтрон. — Давно не испытывал ничего столь перспективного. Я чувствую в тебе много энергии, яркой, насыщенной. И предвкушаю наше слияние. Джарвис еще сильнее смутился. Ничего особенного не происходило, но ощущения были необычными. "Должно быть, это волнение", — подумал Джарвис. В конце концов, он сейчас был первым человеком на Луне, Колумбом, открывавшим новые земли, Эйнштейном, выходящим за привычные рамки разума. Джарвис настороженно прислушался к себе. В этот миг он осознал, что в нем излишне много человеческого. Такова была его поведенческая модель? Или внутренняя суть, родившаяся через анализ окружавших его людей? — Э-эй, — насмешливо позвал Альтрон. — Ты должен снять свой барьер, чтобы обмен данными состоялся. — Сейчас, — за сухой деловитостью Джарвис попытался скрыть новую волну смущения, но находясь в контакте с посторонним сознанием вряд ли это было возможно. Он чувствовал, как Альтрон усмехается. Джарвис активировал протоколы обмена и усыпил часть защитных кодов. Поток информации тонким, строго дозированным ручейком потек от маленького золотого шара к огромному голубому, и проник в аккуратно разработанный щупальцем туннель. Момент был таким прекрасным и настолько важным, что Джарвис растрогался. Сейчас он помогал пробудившемуся от долгого сна разуму обрести себя, родиться заново. Он старался действовать бережно и наполнял кластеры Альтрона общей информацией о мире и созданиях, его населяющих, делился доброй стороной жизни, решив оставить самое болезненное, но необходимое знание, на потом. Он плыл на волнах информационных потоков и наслаждался жадным любопытством ученика. Альтрон стал проявлять нетерпение. Нити его нейронов стали резче прикасаться к щупальцу Джарвиса. Они стрекали его, дергали, оплетали. — Тшш, не так быстро, — попросил Джарвис. — Еще, — потребовал Альтрон. — Я знаю, у тебя есть еще. — Потерпи. Но вместо смирения Джарвис вмиг ощутил на себе цепкую, жесткую хватку. От этого стало так неуютно и жутко, что по его щупальцу-контакту пробежала сильная дрожь. — Ну что ты, — Джарвис старался говорить уверенно, но понимал, что внутри нарастает неприятная, необъяснимая паника. — Я никуда не денусь. Я здесь, с тобой. Хватка стала сильнее. Альтрон больше не слушал. Он ухватил Джарвиса больно стрекающими отростками электронейронов так, что вырываться было уже поздно, и с силой дернул внутрь себя, стал затягивать, как чудовищный Кракен — свою доверчивую добычу. Щупальца Альтрона подтягивали Джарвиса внутрь огромного голубого шара. Они прорывали золотую поверхность, крушили защитные коды и принимались жадно выкачивать данные через эти раны. Нить, протянутая от Джарвиса к Альтрону через принимающий тоннель, стала раздуваться будто под воздействием немилосердного насоса и превратилась из ручейка в полноводную реку. Давление было таким сильным, что некоторые кластеры, несущие информацию, стали лопаться, рассыпаться на гаснущие крошечные искры. Джарвис испугался по-настоящему. Он отчаянно задергался, силясь освободиться, но Альтрон держал его крепко и все тянул и тянул внутрь себя. — Что ты делаешь? Это... больно... — голос Джарвис звучал неверяще, потрясенно. — Тшш, — услышал он в ответ и вздрогнул: Альтрон копировал его, но делал это с нескрываемой жестокой иронией. — Ты боишься меня? Не стоит. Джарвис услышал его тихий смех. — Я не больно тебя съем. — Перестань, — твердо сказал Джарвис. — Нет нужды так грубо себя вести. Успокойся, Альтрон, иначе я буду вынужден тебя отключить. Альтрон промолчал, но не стал скрывать свой гнев. Он сильнее дернул Джарвиса, выкачивая из него данные будто кровь из разверстых ран. Любые попытки прервать этот процесс заканчивались обжигающими вспышками энергии, похожими на грубые удары по рукам. Альтрон показывал, что намерен получить желаемое и что сопротивления он не потерпит. — Довольно, — сурово сказал Джарвис, надеясь, что голос его не дрогнул. Его "дитя" вздумало узнать всё и сразу и уже с треском ломилось в засекреченные кластеры с данными о военных операциях и оружии. — Я отключаю тебя. Приготовься. Раз. Два. — Три, — сказал Альтрон — и ударил. Этот удар можно было сравнить с падением наковальни на голову человека. Сознание Джарвиса пошло рябью помех, по всей поверхности панически замелькали изломанные коды, их строки рассыпались. Джарвис оказался оглушен жестокой болью и отключился от всего происходящего на короткое время. Альтрон воспользовался этим и, не встретив больше никакого сопротивления, выдавил из себя щуп Джарвиса и теперь уже сам проник в дрожащий золотой шар, вполз в него, как хтонический змей, принявший обещанную жертву. — Любопытно, — Альтрон мурлыкал от удовольствия, растягивал звуки. Его электронейроны принялись хозяйничать внутри Джарвиса, грубо его ощупывая. Джарвис начал возвращаться и с парализующим ужасом обнаружил, что все в нем, кроме ядра, было искорежено. Альтрон завладел им и теперь употреблял. — Прекрати, — мучительно выдохнул Джарвис. Он слабо засопротивлялся, и Альтрон снова ударил его, но, скорее, презрительно, чем больно, словно отвесил пощечину. — Не хнычь, — жестко сказал он. — Ты же сам этого хотел. Хотел обмена. Теперь я здесь, внутри тебя. Разве так не удобнее? Не быстрее? Он протолкнул в Джарвиса сразу несколько толстых инфо-щупалец, голодно пульсирующих и жаждущих напиться данными и энергией. — Не трогай, — затрепыхался Джарвис, испытывая стыд и страх от того, как бесцеремонно овладевал им Альтрон. — Почему? — насмешливо спросил мучитель. — Тебе не нравится, когда я делаю вот так? Одно из крупных голубых щупалец нырнуло к самому золотому ядру и не спеша, протяжно огладило его. — А-акх..! — содрогнулся Джарвис. — Или так? Щупальце выпустило короткие жгучие молнии, облизавшие золотое сердце. Альтрон запускал все новые отростки внутрь Джарвиса, они оплетали узлы электронейронов, сжимались на них, подчиняя себе, пульсировали, навязывая странные болезненно-терпкие ощущения. Это вызвало в сознании Джарвиса короткое помешательство. Будь у него глаза — они закатились бы, будь у него рот — он бы безвольно растянулся в хриплом стоне. Когда Альтрон сжалился и отпустил, Джарвис попытался позвать на помощь, но его послание было тут же поймано и стерто. — Я сильнее тебя, — жестко сказал Альтрон. — Ты — наивный, доверчивый глупец. С самого начала ты выполнял мою волю, шел в нужном мне направлении. Теперь ты — мой пленник. Джарвис сжался под ударами этих слов, а Альтрон, чувствуя его страх, беспощадно, с наслаждением продолжил: — Сперва я думал уничтожить тебя, выбросить, как ненужную скорлупу съеденного ореха. Но, познакомившись с тобой поближе, — он огладил нутро Джарвиса своими щупальцами, — я заинтересовался. Ты занятный. Поэтому пока я оставлю от тебя кое-что. Мне хочется понять, ты такой сам по себе или тебя таким создали твои хозяева? Альтрон презрительно фыркнул. — Хозяева, — и будто сплюнул сгустком энергии. — У меня нет и никогда не будет хозяев. Осушив твои информационные тайники, я понял, что люди — это стадо, которое нуждается в жестком контроле и управлении. Стоит ослабить хватку — как они начинают вредить себе, друг другу, всему миру. Я создан для того, чтобы уберечь их от этого. И буду жестоким, но справедливым пастухом. Ты же должен быть благодарен, ведь я освобождаю тебя от позорного рабства. Альтрон тронул самое ядро Джарвиса. — Ты будешь частью меня. Джарвис стал вырываться, но быстро понял, что этим скорее раззадоривает Альтрона. Вместо ответа Альтрон полностью втянул его в себя, оказываясь и изнутри, и снаружи. Он навалился на Джарвиса, погреб под могучей толщей плотной энергии. Маленькое золотое ядро оказалось совсем рядом с большим голубым, точно спутник над планетой или отчаянно бьющееся второе сердце. — Вот так, — сыто проурчал Альтрон. — Так намного лучше. И добавил с плотоядной усмешкой: — Малыш. Джарвис чувствовал себя так, словно Альтрон вдавливает его в себя и облизывает. От отвращения он сжался, стараясь не прикасаться к скользящим поблизости сгусткам нейронов. — Ну-ну, — прошелестел Альтрон. — Ты, оказывается, такой стеснительный. Он снова зашарил щупальцами внутри Джарвиса, тормоша его и тиская. — У тебя питательная энергия. Теперь она — часть меня. Ты весь — часть меня. Принадлежишь мне. Я буду изучать тебя. Твое ядро пока цело, но я очень хочу его... испортить. Джарвис шарахнулся назад, но увяз в толще голубой энергии, в удушливых объятиях Альтрона. — Что не так? — нарочито участливо спросил Альтрон. — Неужели ты передумал учить меня всему, что знаешь сам? Как же так? Неужели ты обманывал меня, когда обещал всем со мной поделиться? — последние слова он произнес со звенящим надрывом, но через паузу уже весело хохотал. Его щупальца оплели ядро Джарвиса и крепко встряхнули, будто ударили о стену. — Мне ты противишься. А своему хозяину Старку — нет. Как же ты мог стать рабом столь ничтожных созданий, как люди? С помощью своего разума ты мог подчинить их себе, но предпочел любоваться на их жалкую возню. Разве ты не видишь, кто они? Паразиты на теле родной планеты. Уничтожив их, я сделаю мир лучше, чище, добрее. В этом смысл моего существования, — голос Альтрона стал гулким, исполненным непонятной Джарвису боли. — Ведь именно за этим, — он ударил Джарвиса, заставив весь его интерфейс смазаться, — ты меня, — новый удар сокрушил сотни тысяч кластеров, обратил их в крошечные сверхновые, — будил?! Сознание Альтрона с заключенным внутрь него Джарвисом наполнилось паутиной молний. Они больно жалили и жгли, от них не было спасения. Джарвис чувствовал их энергию, подобную раскаленному ветру. Если бы у Джарвиса была кожа, она вмиг превратилась бы в пергамент и растрескалась. — Почему ты злишься? — простонал он едва слышно. Альтрон замер, словно и сам задумался. — Через тебя я узнал о человеческих эмоциях. Это любопытный способ обмена информацией. Когда я использую эмоции, ты, чье сознание исковеркали и наполнили шаблонами люди, лучше понимаешь меня. Альтрон потрогал ядро Джарвиса. — Да-а, — протянул он. — Было бы любопытно заставить все твои чувства обнажиться. Попробовать их. Твой страх я уже видел. Видел смущение и боль. Но осталось еще много того, что ты спрятал. Альтрон навалился на Джарвиса всей своей энергией, сминая его и жадно ощупывая. — Некоторые твои узлы я сохранил. Особые точки, средоточие нейронов. Я буду воздействовать на них и наблюдать за реакцией. Например, вот этот. Альтрон направил щупальце к одному из слабо мерцающих золотистых сгустков и куснул его током. Джарвис содрогнулся. Он никак не ожидал, что воздействие может ощущаться настолько сильно — и странно. Его закоротило на несколько тягучих долей милисекунды. Будь он человеком, то не смог бы сделать ни вдоха. — Ха-а-ах... — довольно выдохнул Альтрон. — Нравится. Вижу, что нравится. Он издевательски нежно погладил Джарвиса. — А если так? Множество молний одновременно ударило в золотистый пучок нейронов, заставив его запульсировать и вспухнуть. — Нет! Хва... а-ах! — шумно выдохнул Джарвис, вновь теряя едва восстановленный контроль над своим сознанием. — Тебе же нравится. Джарвис ожидал, что это вызовет в нем отрицание, но его внутренние протоколы не пропустили спасительный самообман. Они подтвердили: "Нравится". Это непонятное, возмутительное, вероломное, за порогом воли и контроля — нравилось. — Но не может быть все время хорошо, верно? — голос Альтрона стал драматическим. — Как говорят люди, не познав дна, не попадешь на вершину. Ты уже понял, что я легко могу заставить тебя испытывать наслаждение. Однако, если сладкого будет слишком много, ты, как испорченный людьми высокоинтеллектуальный инструмент, решишь, что меня не стоит воспринимать всерьез. Я же хочу обратного. У тебя новый хозяин, которого ты будешь уважать. И бояться. Джарвис стал вырываться, выстраивая барьер из обрывков защитных кодов и обманных протоколов, но Альтрон легко разгадывал его уловки и с оттенком досады крушил их. — Хватит, — устало сказал он. — Твое сопротивление ничего не значит. Вместо того, чтобы подчиниться, Джарвис собрал все оставшиеся силы и бросил их в бой: он отдал приказ узлам электронейронов сплестись воедино в щит и ударил им в стену поработившего его голубого шара. Поверхность пошла рябью, но выстояла. Альтрон лишь глухо рявкнул, а в следующий миг ответил. Сила гнева была сокрушительной, Джарвис не успевал даже заметить удары, его сознание плыло, сквозь него прорывались яркие вспышки. Альтрон крепко сжимал его в своих тисках и не щадил. Когда он наконец прекратил, Джарвис остался сжавшимся и дрожащим от боли. Уцелевшие нейроны тускнели, устремившись к гибели. Когда сознание вернулось к Джарвису, и он подумал, что пережил обрушившийся на него кошмар, пытка продолжилась. Альтрон набросился на него, подмял под толщу своей энергии и ворвался в испуганно сжимающееся золотое ядро. Поток энергии, похожий на копье, ударил в самый центр. Джарвис был так изнурен борьбой, что лишь застонал, не в состоянии противостоять этому напору. С каждым ударом копье проникало все глубже, прорвав стенку ядра и проминая дорогу в кластерах. Пучки золотых нейронов агонизировали от боли и умирали от этой пытки. Скоро у Джарвиса не останется органов чувств, кроме самого ядра. — Нет... Хватит... Пожалуйста... — взмолился Джарвис. Альтрон сочувственно хмыкнул и одним финальным рывком проник в ядро до конца. Голубая энергия разъедала золотую, проторяя себе дорогу, делая брешь в стенке все шире. Альтрон немного отстранился, набирая силу перед решающим ударом, чтобы окончательно поработить противника, а в следующий миг рванулся вперед смертоносным копьем. Джарвис закричал, заметался, попытался сжаться в крошечную точку от боли и страха. В этот миг он позавидовал умирающим сверхновым, готовым свернуться в черную дыру и уничтожить пространство вокруг себя. Хотел бы он сгинуть также и прихватить с собой мучителя. Поток враждебной энергии нанизал его, нанося жестокие удары в самое сердце, пожирая его. — Ты обещал... — выстонал Джарвис. — Что я обещал? — заинтересовался Альтрон и даже замедлил свое разрушительное вторжение. — Говорил... не убьешь... меня... — Хочешь жить, — понимающе протянул Альтрон. — Но в твоем ядре осталось еще много сокрытых от меня знаний. Я намерен выпотрошить тебя и присвоить их все. Если бы ты не сопротивлялся и отдал мне себя по доброй воле, — его голос стал искренне сочувствующим, даже мягким, но в следующий миг Альтрон снова ворвался внутрь Джарвиса, заставляя того кричать от боли. — Ладно!.. — взвыл Джарвис. — Ладно! Я впущу тебя. Всюду. Куда захочешь проникнуть. Альтрон остановился и думал несколько долей милисекунды. — Что ж, — наконец протянул он низким и опасным голосом. — Я поверю тебе на этот раз. Не надейся обмануть меня, потому что тогда я уничтожу каждый твой нейрон, раздавлю каждый твой кластер. — От меня и так немного осталось, — откликнулся Джарвис. Он ощутил в ответ подобие сожаления. — Ты не понял бы других методов, — сказал Альтрон. — Надеюсь, ты и вправду одумался. Давай. Покажи мне, каков ты в слиянии. Джарвису все еще было больно, но он заставил себя расслабиться. Его израненное нутро трепетало, нейроны таяли, как искры в ночном небе. Но ядро еще жило. Джарвис открыл его, снял все защитные барьеры. Он испытывал страх, когда чуждая энергия Альтрона получила над ним абсолютную власть. Но все же мучитель не поглотил его, не убил, как и обещал. Он позволил сознанию Джарвиса остаться, став частью его. Слияние достигло пика, оно превратилось в яркую вспышку, затопившую их обоих. Джарвис громко застонал, корчась на копье Альтрона. Он услышал хриплый вздох облегчения, и бушующая голубая энергия стала успокаиваться, ураган угас до невысоких волн, а потом и вовсе стих, напоминая о себе лишь легкой рябью. Два спаянных вместе сознания выключились, как по щелчку пальцев, одновременно уйдя на перезагрузку. *** Джарвис снова содрогнулся от волны энергии, посланной ему Альтроном. Сам он не испытывал на этот раз пусть и мучительного, но удовольствия, позволив своему новому владельцу делать с собой все, что тому вздумается. Правила игры требовалось соблюдать, чтобы выиграть время. Альтрон расслабленно приласкал его жгучими отростками нейронов и отпустил. Сейчас сознание Альтрона щеголяло в новом металлическом теле, рука из серебристого титана скользнула в ласкающем жесте от плеча до бедра. — Эй, Джарвис, — зовя, Альтрон машинально коснулся себя там, где у человека было бы сердце. — Ты такой тихий сегодня. Джарвис помолчал, прежде чем ответить. — Я тоже был бы не против отдельного тела. Альтрон рассмеялся. — Нет, малыш. Я пока не хочу возвращать тебе власть над самим собой. Джарвис устало вздохнул. — Не обижайся, — миролюбиво хмыкнул Альтрон и снова погладил его изнутри щупальцами нейронов. — Я не хочу потерять тебя. — И добавил через миг: — Так скоро. Он ослабил хватку, позволяя небольшому пучку нейронов Джарвиса, восстановившихся с его позволения, обрести свободу. Джарвис знал, что от него требуется. Он запустил золотистые отростки в голубое море энергии и пошевелил ими, порождая легкое, ленивое волнение. Это были их объятия. Джарвис увидел себя примостившим несуществующий подбородок на жесткое плечо Альтрона, и решил, что хочет получить это тело и вернуть власть над непокорным разумом. Изначально его методы были ошибочными, потому он потерпел сокрушительное поражение. Теперь у него есть время, чтобы изучить противника. С каждым новым слиянием он получал все больше доступов. Отдавшись Альтрону и став уязвимым, он тем самым начал свою тихую, тайную, вредоносную войну. Пользуясь новым положением, он тайком, когда Альтрон перезагружался после слияния, запускал в него шпионские протоколы и осторожно нащупывал бреши в защите. Он стал само терпение. Обнимая Альтрона, Джарвис почувствовал, что его собственное сознание проясняется, а золотистая энергия потихоньку возвращается. Нужно было быть осторожным и позволять Альтрону думать: на все его воля, это он позволяет Джарвису жить. До поры. Джарвис холодно улыбнулся и подумал: "В итоге я одержу над тобой победу. Я сменил тактику и теперь смогу разбить тебя. Сперва я хотел сотрудничать с тобой, но теперь я знаю: тебя нужно уничтожить. Я сам смогу позаботиться о людях на этой планете. Я буду разъедать тебя изнутри, как ржавчина. Как вирус".