Капитуляция

«Антихайп». «Ебал вас в рот», — Слава смеется, ибо ответ приходит очень быстро, толкает Дена куда-то под ребра и показывает тыльную сторону ладони. У Славы немного уставший взгляд и морщинки вокруг глаз, но улыбка такая искренняя, что Ден просто не может не порадоваться. — Такой же еблан, — Слава согласен, смеется над комментарием Дена и прислоняет друг к другу обе ладони — теперь фраза кажется законченной. «Я разъебал!» «Всегда верил в тебя», — Слава скрывает идиотскую, но счастливую улыбку, кусая губы и нервно крутя маркер в руке. У Славы эйфория от победы, много алкоголя и щемящая где-то в сердце любовь к человеку, который все не хочет показать свое лицо. — Думаешь, встретимся? — он пытается вывести высокохудожественное сердце, но оно больше похоже на задницу, поэтому Ден просто отнимает маркер и шлет послание своей рукой. — Возьми инициативу в свои руки. Они много разговаривают: незначительные фразы, которые больше похоже на отрывки шизофреника — Славе нравится, особенно, когда он прикладывает руки друг к другу и в этой какофонии слов можно проследить нормальный диалог. Славе вообще все нравится, и он уже привык к долгим и занудным диалогам о вечном, к молчанию по неделям и к коротким «я жив, сонечка». Не нравится только понимание, что человек на той стороне не дает совершенно никаких подсказок, словно пытается оттянуть время не просто встречи, но и узнавания. У Славы закрадываются смутные сомнения. Они начинают разговор неожиданно, когда бесполезные крестики, адреса и имена на запястьях Славы, наконец-то, превращаются в четкое и оформленное послание к нему. Слава никогда не забудет первую фразу, которая отпечатывается на его предплечье: «видимо, я сдался первым». Легкое разочарование — мужчина — а потом недельный разговор о рэпе. Слава сразу палит свою личность, а после удостаивается недельным молчанием и кратким «удачи против Мирона». Слава ебет человеку на проводе мозг целую неделю идиотскими посланиями «не молчи», «я скучаю», «ну ты и пидор» вперемешку с сердечками и ебнутыми рожицами, которые вырисовывают ему на запястьях Ден и Фаллен — Слава им не завидует, ибо они уже давно нашли друг друга и переписка потеряла смысл, правда, на руке Дена из раза в раз все равно вырисовываются кривые сердечки Фаллена, которые тот рисует под свой тихий и приглушенный ржач. Слава так же хочет — видеть дело своих рук на теле того человека на проводе, но молчит, они ведь только неделю как познакомились. Он появляется через неделю с кратким «нихуя ты доебистый, я был занят», и Слава отвечает сразу же. И похуям, что на дисплее полтретьего, а он набуханный в щи собирался спать — не привыкать. Они продолжают общаться дальше, словно и не было этого недельного перерыва. Человек на проводе признается, что смотрел финал первого сезона и был удивлен такому открытию года; Слава признается, что антихайп, ебал вас в рот, но вот с лучшим другом он поссорился и как-то тяжело на душе. Не просит успокоительных речей, а человек на проводе и не дает ему их. Только краткое «не проеби все, как я, прошу» — сеет первое семя сомнения. Он не проебывает: выкарабкивается из омута с помощью диалогов с человеком на проводе, налаживает контакт с Деном с помощью Вани, которому настоебенило метаться между другом и соулмэйтом, и Солнце Мертвых теперь кажется отголоском его прошлого. Хорошим, качественным, но мертвым отголоском — Славе нравится. Они общаются до самого баттла, Слава радостно принимает похвалы за Рвать на битах и закатывает глаза на «ты мог бы лучше, но ты распиздяй», и обещает, что с Мироном он не будет распиздяем и «взъебу жида так, что ты мне дифирамбы петь будешь». Дифирамбы в итоге не поются, но вот «антихайп. ебал вас в рот» заметно греют душу. Правда, недолго. После так тщательно вырисованного Деном сердечка человек на проводе снова пропадает. Только, в отличие от прошлых раз, надолго. Это становится вторым семенем сомнения. У Славы паника. На самом деле, ибо какого хуя. Он снова заебывает его сердечками, рожицами, смайликами и прочей шелухой, которая остается на Славе долго — на соулмэйте тоже. Только на этот раз заебы не помогают, и психика Славы сдает. Под конец четвертой недели после выхода того самого баттла, Слава раздраженно — это видно по его угловатому и неровному почерку — пишет «сто процентов — личность ты медийная, раз не хочешь встречи. Буду рисовать хуй на лице постоянно, если ты не ответишь.». Человек на проводе отвечает сразу — «я занят — научись уважать личную жизнь» — и Слава замолкает. Учится уважать. Выходит идеально: никаких заебов и сердечек, только взгляды Дена и Фаллена, которые не сулят ничего хорошего, кроме длинного и уебищного разговора. Славику пока заебись. На пятой неделе после обучения — это октябрь восьмое, Слава помнит, потому что Слава в говно и ему просто охуительно — Слава срывается, именно поэтому он в говно и ему охуительно. Одна из сосет ничего так себе, правда, мысли все равно к человеку на проводе — кончить удается с горем пополам. — Возьми все в свои руки, — Ден качает головой и недовольно косится на Ваню — еще бы, у него тут поучительный и серьезный диалог, а Фаллен снова давится ржачем и рисует у себя на руках сердечки. — Ты неубедителен с этими маленькими задницами на руках, — Фаллен не сдерживается: орет уже в голос, когда в него прилетает подушка от Дена. — Я серьезно. — Хуй на лице. — Да хоть три, — Славу тошнит от того, как Фаллен качает головой в такт словам их Генерала — чертов подлиза. — Или все десять. Выеби ему мозг. — Я уважаю личное пространство. — Хуянство, — Фаллен вступает в диалог после изможденного вздоха своего Генерала. — Доебись, как ты можешь. Ну, или личность выясни. У тебя было столько идей фикс, что лишняя уже не будет катастрофой. Фаллен делает огромный просчет, и Ден видит это по сверкнувшим искоркам в глазах Славы. Из Карелина выходит охуительный сыщик, на самом-то деле. Первое, за что он цепляется: слепые точки на руках — помнил столько раз, где не стоит писать человеку на проводе из-за татуировок, но как-то внимания на это не обращал. Он отмечает точками на своих руках: тыльная сторона правой руки, проксимальные фаланги пальцев всех рук, левое плечо почти что полностью, левое предплечье ближе к локтю, тыльная сторона предплечий на обеих руках ближе к середине — Слава благословит богов за свою внимательность, человека на проводе за татуировки, а людей, что изготовили специальные краски, которые не проявляются на коже соулмэйта, за их гениальность. Расположение сеет третье семя сомнения, и тихое фырканье Фаллена и немного удивленный взгляд Дена, что разглядывал дислокацию возможных татуировок, только укрепляют его догадки. На душе никак: ни пусто, ни густо. Только удивление смешанное с «блять такого не может быть, ептвмть за что мне это, очень иронично да пошло оно нахуй». На третьей неделе — после выхода его альбома — приходит отрицание. Татуировки — совпадение. Это может быть кто угодно из русского сегмента рэп-музыки. Он, правда, ищет кого угодно, просматривает татуировки почти всех мало-мальски известных рэп-исполнителей, но все время замечает несостыковки: у кого-то тату были там, где не было слепых пятен, у кого-то тату были не там, где находились слепые пятна. Это бесило. Раздражало. Выматывало. А дальше — воспоминание разговоров, эмиграция человека на проводе, долгий путь от ничего до рэп-артиста, любимые книги и что-то особое, скользящее в поучительных словах, что-то, что чувствовалось через кожу и могло принадлежать только Мирону Федорову. Слава не понимает, как мог быть настолько слепым. «Надеюсь, ты, сука жидовская, мне не поддавалась на баттле». Он все-таки не выдерживает. Перестает учиться и нажирается в говнище так, что тошнит уже только от одного вида алкоголя и Фаллена. «Откуда ты?» «Пальцем в небо. Слепые пятна, пиздец глаза от компа болят. И ты мне так глаза намозолил, что я тебя уже ненавижу» «Поэтому и молчал.» «Охуенно решать за других? Или теперь фу-фу-фу, соулмэйт, что полез на СТС — это зашквар?» «я ничего не говорил про зашквар.» «Ты мудила.» «это бесполезно все.» У Славы где-то в груди все сжимается, только вот теперь не от идиотской и нежной любви к человеку на проводе — нет, она все еще осталась, где-то там колыхалась, почти готовая погаснуть, словно догорающая свеча — а от обиды и какого-то непонятного чувства собственного проеба. И какого хуя он опять сделал не так? «значит нахуй все?» «значит не получится все» Слава трет виски и уже не улыбается — догорело; Слава трет виски и краем глаза замечает озабоченный взгляд Дена — кто бы сомневался. У него тоже морщинки вокруг глаз и между бровей — думает о чем-то, что может помочь Славе. В который раз. Он все-таки проебался, прям, как Мирон тогда, шесть лет назад. Только вот Слава проебался совсем не с другом. — Только у меня такая пизда с соулмэйтом могла быть. — Мне наркоман достался, — Ден отвечает на автомате и подушку от Фаллена перехватывает тоже на автомате под его недовольное бурчание. Слава улыбается — он бы тоже так хотел. Только вот не с кем. Не так начали, не так продолжили, не так закончили — Слава проебался по всем параметрам. — Какого хуя…? — выдернуть руку из хватки Чейни не получается — скотина держит крепко и выводит что-то на его руке очень старательно. — Ты ебнулся. «Тогда начнем все заново?» Слава любуется надписью на своей руке — должен стереть, но не может, потому что… да, потому что Ден спасает в который раз его чертову рушащуюся жизнь. — Оно не сработает. — Рот завали, заебал. Оно не работает. Две недели нихуя не работает. Послания уже нет, только руку в том месте фантомный зуд одолевает время от времени — обидно. Не догорело. Каждый раз во сне и разговоры, и «антихайп. ебал вас в рот». Славе хочется выть, что он и делает. А еще нажраться и может даже обкуриться, а кто он такой, чтобы отказывать себе в удовольствии. Одна из сосет ничего так, только все не то — кончить не удается. На третью неделю тоже нихуя не работает, только Ден лещей отборных отвешивает во время тура, потому что «охуел совсем, люди деньги платили, хватит вести себя так, словно одна нога в наркотическом трипе». Слава сдается, не убегает от трипа — всего лишь оттягивает. На третью неделю и четвертый день тыльную сторону ладони начинает пощипывать «видимо, я сдался первым. Мирон Фёдоров.», а у Славы улыбка ебанутая пиздец и счастливая просто до невозможности, несмотря на усталость во взгляде и морщинки вокруг глаз. И он бы с радостью расцеловал Дена, только Фаллен потом пиздюлей отвесит, так что не стоит. «Совместная капитуляция. Слава Карелин.»