Ненависть доводит до смерти

Был ужасный, промозглый вечер, он словно был пропитан вязкой липкой тиной, портящей настроение всем. Тоже случилось и с Вриской. И без того ужасное настроение переполнялось ненавистью буквально ко всему мирозданию. Все, что её окружало выбешивало до кончиков пальцев. Хотелось это вмиг уничтожить, не оставив и пылинки. Ноги брели по пустым улицам, огражденным высокими домами, словно заборами. Небо заволокло серыми беспроглядными облаками. Хотелось убить всех. В груди у девушки зияла дыра. Все, все без исключения избегают её, ненавидят и считают отвратной. А все от чего? Да потому, что она стала виновницей паралича одного сопляка. Этот парнишка, Таврос, был лишь половой тряпкой в глазах Вриски. Он был ни на что не годен, все время заикался и был не уверен во всем, в отличие от девушки. Та была самоуверенной стервой, которая всегда добивалась поставленных целей. И в тот день, мелкий хлюпик даже побоялся съехать на велосипеде с маленькой горки. Видите ли, она мокрая после дождя. Перед ним сотни учеников съехали на пути в свои жилища, и только он тупил, боялся лишний раз оцарапаться. Буря страстей пронеслась в голове Вриски, и она, разгневавшись на его уникальную тупость, толкнула этот нелепый вид транспорта изо всех сил. И даже этого было достаточно, чтобы колеса на полной скорости свернули с крутого спуска. Таврос перекувырнулся пару раз и остался лежать на сырой траве с неестественно изогнутыми ногами. И лишь глаза полные боли метались в орбитах в поисках помощи. «Скорая» подъехала быстро, и на следующий день было известно, что этот парень парализован ниже пояса, и обратить это уже невозможно. Весь класс, да что весь класс, вся школа обернулась против нее! И если раньше, эта стерва привлекала внимание, то теперь у всех в глазах она превратилась в низкую тварь, которая смогла без зазрения совести парализовать несчастного мальчика. Даже её друзья по переписке как-то узнали об этой истории и так же возненавидели её. Оставалась лишь одна единственная надежда - это Джон, её самый лучший друг. Он всегда помогал ей в трудных минутах, всегда поддерживал теплым словом и обещал быть рядом. Конечно же, он снова начал играть из себя психолога и послушно выслушивал весь её бред и раскаяния об этом инциденте. Но пальцы, самовольно двигаясь, писали не только слова раскаяния, но также слова удовольствия от содеянного. Да, в подсознании Вриска не просто радовалась сей участи паренька, она даже хотела тогда подбежать и добить его, выбить кулаками ему все зубы, сбить кожу на лице в кровь до полной смерти Тавроса. От всех этих слов Джона пробрали мурашки. Такой Вриску он никогда не видел. Да, бывали моменты её ярости, но они не были настолько кошмарными. А Вриска все никак не могла остановиться, она перечисляла и перечисляла все возможные способы убийства гнусного паралитика. Тем самым она оттолкнула от себя и Джона, который её заблокировал с целью забыть о прежних разговорах. Они никогда друг с другом не виделись, не встречались вживую. Они лишь друзья по переписке, которые стали лучшими, но лишь пара фраз ужасного характера могут повернуть эти отношения вспять. А пальцы бегали по клавиатуре, отправляя сообщения в никуда, которые никто никогда не прочитает. Они не имели адресата, и, лишь спустя минуты, девушка с ясностью осознала, как плохо её положение. Но все это было в прошлом, хоть и не таком далеком. Кратко говоря, после того разговора в чате, она не задумываясь зачем и почему схватила куртку и выбежала навстречу холодному осеннему вечеру. Ноги все также шли в никуда, пока не набрели на улицу, где стоял восемнадцатиэтажный дом. Впрочем, этот дом был напротив её собственного, просто она сделала большой круг. В голове сразу появилась мысль: " А зачем мне дальше жить? Все меня ненавидят, собственная мать за дочь-то и не считает. Лучший друг отвернулся. Смысла в продолжение жизни больше нету..." С такими темными, пессимистичными нотками в голове она пошла в сторону злополучного дома. Раньше, Вриска очень любила подниматься на самый высокий этаж и смотреть с балкона на местность. Весь город был словно на ладони, и если захотеть, то можно схватить любой дом. Сейчас же, те детские воспоминания о балконе восемнадцатого этажа разрушали планы о собственной смерти. Подняться туда не составляло большого труда, надо лишь позвонить в какую-нибудь квартиру и сказать, что забыл ключи и все. Дорога наверх обеспечена. Лифт казался ужасным средством передвижения. Он не нагонял той угнетающей обстановки как лестницы. Издавна на эшафот поднимались по лестницам, и также Вриска поднимала ноги на каждую бетонную ступень, преодолевая один пролет за другим. Где-то на середине пути она нашла перочинный ножик. Здесь всякая малолетняя гопота любит ошиваться, стараясь казаться крутыми, попивая в подъездах пиво и делая глубокие затяжки сигаретного дыма. Этот нож был словно еще одним толчком к её поступку. "Напишу что-нибудь прощальное своей кровью. Зато будет, хоть какой-то шум от моей смерти" - подумала она. Даже в такой момент, она старалась найти какой-то повод для шутки, хоть и черной, но все-таки шутки. Ну не могла она быть серьезной даже в момент попытки суицида. Не её это. Дверь на балкон самого высокого этажа распахнулась под действием сильного ветра на улице. И снова странные знаки для Вриски. Это точно прекрасный вечер для красивой смерти. Недолго полюбовавшись на этот унылый городской пейзаж, он сжала в руках нож. Яркой полосой чиркнуло лезвие по запястью, и незамедлительно алые капли медленно обрушивались на поверхность балкона. Яркие, красные, они были словно праздничные конфетти на торжестве смерти. Вторая, такая же ровная, симметричная полоса появилась и на второй руке. Все-таки, порядок нужен во всем. Недолго думая, темноволосая стала чертить своеобразную предсмертную записку прямо на бетоне. Весь балкон служил ей листком бумаги. В конце её незамысловатого рассказа, она приписала, что ненавидит весь свой класс, и вообще все человечество, и весь мир. Порезы были не глубокие, поэтому времени хватило на написание столь душераздирающей поэмы. Кровотечение было медленным, и словно вишневый сироп, кровь текла по руке. Решив больше не тянуть время, как тот бестолковый парень, она со смелостью вскарабкалась на балкон и посмотрела вниз. Вот что её ждало - унылый серый асфальт. Ну, выбирать не приходится и нужно брать то, что есть. Как говорится, от жизни нужно брать все до последней капли, и девушка, оттолкнувшись, прыгнула ласточкой вниз. Кровь переполнял адреналин от чувства полета, от такой сильной эйфории. К сожалению, полет был не долгим, и вскоре на земле лежало окровавленное тело, хотя это было больше похоже на мешок с костями, который изрядно прокрутили в мясорубке. И лишь сумасшедшая улыбка на лице трупа добавляла пестрые краски в унылую картину вечера.