Жизнь.

Ко дню рождения лучшего из людей. Ко дню рождения человека. *** Циферблат жизни. Секундная стрелка - дни, минутная - годы, часовая - десятилетия. Пожалуй, никому не известно, когда этот часовой механизм поломается. Разумеется, можно думать, думать днями и ночами, считать эти эфемерные секунды, но... Зачем? Это будет не жизнь, а жалкая пародия. Если твоя жизнь тусклая, лишенная смысла и воздуха, то и стандартного порога жизни будет через чур много, но если ты горишь, секунда на вдохе и жизнь на выдохе, то даже восьми будет мало. Перевернутой восьмерки будет мало, чтобы обуздать огромную вселенную, кипящую жизнью. Что же тогда была моя жизнь? Знаю, что критик из меня никчемный, но могу сказать совершенно точно - это была жизнь. Настоящая, полная. Жизнь, в которой было поистине все. От боли потерь до радости обретения маленького кусочка счастья - семьи, которую я построил сам. Но было и то, что было для меня всем. Воздухом, жизнью. Душой, сердцем... Было мной. Это музыка. То, что приносило боль. То, что приносило неземное, разрывающее, всепоглощающее мое существо счастье. Пока ты творишь, где-то между сердцем и ничем, что-то болезненно-сладко сжимается. Наверное, там и обитает душа, потому что когда создаешь что-то, во что вкладываешь свои мысли, стремления, то непременно у тебя получается. Не сразу, но если ты делаешь это от чистого сердца, то все, что задумано, исполнится. Я создавал душой. Как будто душа покидала мое тело, брала ручку с едва пишущими чернилами и писала стихи. Холодными, почти невидимыми пальцами играла чуть слышные аккорды. Чувство полета, отрыва от Земли. Чувство того, что все теперь на своих местах. Некая пустота терзает потом. Что-то подступает, чувства рвутся наружу, сердце бешено стучит, руки дрожат. Дрожит и это что-то между сердцем и ничем. Дрожит душа. В такие моменты начинаешь ощущать вкус жизни, все ее грани, все радости сразу. Мое тело подобно ветру. Этот ветер пропускает сквозь себя все. Эмоции людей, их счастье, их боль. Все, через свое тонкое, но до дрожи настоящее существо. Что самое сильное? Порой спрашивал себя, и мгновенно находил ответ. Всецело пронизывающая искренность. То чувство, сродни которому нет. Не любовь, не дружба. Все это ничтожно и мало, порой способно на очень болезненную фальшь. Обладать искренностью - искусство. И порой наступают такие моменты, когда душа выворачивается наизнанку от этой самой нерастраченной искренности, я беру гитару, лист бумаги, ручку, и прекращаю существовать. В эти моменты я начинаю жить. Когда становится нестерпимо плохо, и приходят разного рода мысли, невольно задаюсь вопросом - а что бы было, если бы не было меня? Каким был бы мир без одного меня? Зачем я здесь? Ведь каждый приходит в этот мир для чего-то. Не для собственного обогащения, удовлетворения каких-то потребностей, нет. Бог дает каждую жизнь для чего-то. Напрасных, пустых и случайных жизней не бывает. Ничто не случайно. Кажется, я нашел свое призвание, и то, для чего Бог дал мне жизнь. Музыка, стихи, любовь - мое все. Мой воздух, жизнь. Все, что ни есть иное - это не мое, чье-то, но это не то, что способно сделать меня счастливым. Среди людей так трудно найти человека, и может именно поэтому многим кажется, что мое счастье глупо, мало и неважно? Но ведь... Среди этих серых людей есть и человек. Когда-то я сказал, что когда понял, что не смогу найти такого как я, я перестал заводить дружбу с людьми. Увы, убеждаюсь в этом снова и снова. Единственный человек, что может понять мое счастье, сказать, что да, это настоящее, живое, это никогда не закончится, не исчезнет, не покинет тебя, не предаст, это послано свыше. Этот человек я. Пусть так. Неважно, что там будет. Все мы когда-нибудь умрем. Все мы рождаемся живыми, в моральном смысле, и лишь от нас зависит, когда морально сдохнуть, чтобы от боли душу разорвало, оставив пустую, бренную, лишенную всякого смысла оболочку. Кто-то умирает очень быстро, а кто-то жив и даже после своей физической смерти. Тело умерло, а душа распадается на миллиард осколков, оседая в душах людей, которые любили этого человека. Оседает там, и живет вечно. Частицы моей души еще при жизни остались в песнях. В каждой строчке, в каждом аккорде я. В каждой спетой ноте все мое всесильное и несгибаемое чувство любви. Меня есть за что ненавидеть, как и любого человека, и я, скорее всего, эту ненависть пойму и приму. Но ведь и за что хотя бы понять. Всю жизнь я искал хоть немного понимания, совсем чуть-чуть. Это такое хрупкое счастье - понимание тебя кем-то чужим. Кем-то, кого ты даже не знаешь. Бесценно, когда можешь услышать, о том, что да, я понимаю тебя, я знаю, что ты чувствуешь. Если разложить жизнь, прожитую мною, то получится, что всего было поровну. Сколько боли, столько счастья. Но в какой-то степени я сомневаюсь в этой аксиоме. Даже после смерти меня помнят, а память - сильнее всего на этой Земле. Жизнь - настоящая жизнь, наполненная всем, включая и боль, утраты, потери, разочарования, страхи, падения - это лучшее, что может быть у человека, но не самое страшное, ведь он может потерять себя. Потерять себя - значит утратить все чувства, стать ничем. Тем, чего не существует и не существовало. Но если ты по-настоящему живешь, то смерть не является чем-то страшным. Лишь огорчение от того, что как-то быстро все закончилось. Моя жизнь не закончилась. В конце моей истории нет точки. В конце нее многоточие, как напоминание о том, что ничто в этом мире не проходит бесследно...