Последствия корпоратива

      Солнце давно скрылось, небо укрылось плотным черным одеялом. Многие люди ушли с улиц. В домах зажигался свет. В одном из таких домов жил По. Сидя за столом, он писал новое произведение лишь для одного человека, намертво засевшего в голове Эдгара.        Слова никак не приходили на ум писателю, а если и приходили, то не складывались в целостные предложения. По откинулся на спинку кресла, а Карл, жевавший все это время что-то в своей миске, тут же запрыгнул на колени хозяина. Эдгар вспоминал прошедшие несколько дней. Когда Рампо попросил его о помощи в битве с Портовой мафией, эспер очень обрадовался и тут же написал огромную детективную новеллу, зная, что объект его воздыхания обязательно выберется. Затем в памяти всплыл телефонный разговор и радостный голос Рампо, который ярко во всех подробностях рассказывал и о поимке Достоевского, и о выздоровлении обожаемого им директора.       Директор Фукузава… Как По завидовал ему! Почти все внимание Рампо было приковано к этому мужчине.       «Вот бы хоть раз Рампо-кун смотрел на меня с таким же восхищением» — в голове у Эдгара появились сцены, как Эдогава счастливо улыбается, глядя эсперу прямо в глаза, как детектив тянется к нему, как сладко стонет, принимая его ласки, как смотрит на него молящим взглядом, полным желания… По резко поднялся, покраснев и отгоняя тем самым мысли, от которых внизу живота приятно тянуло. Карл, упавший с колен, тихо прошипел и поплелся в сторону своего небольшого, но уютного домика.       Эдгар взглянул на часы. Время давно перевалило за полночь. Эспер начал готовиться ко сну. Идя в душ, он проходил мимо входной двери, когда в нее постучали.        «Уже ведь так поздно, кто это может быть?» — По повернул ключ в замке и с детской осторожностью приоткрыл дверь. Когда он увидел ночного гостя, сердце пропустило удар. На пороге в прекрасном, но изрядно помятом выходном костюме с расстегнутыми верхними пуговицами рубашки и стянутой, лежащей в руках бабочкой, стоял лучший детектив Йокогамы. По румянцу на щеках был понятно, что член Вооруженного детективного агенства слегка перебрал.  — Рампо-кун, что-то случилось? — детектив стоял молча, опустив голову, словно обидевшийся ребенок. Тревога писателя из-за долгой паузы начинала расти, ведь Эдогава не придет к нему просто так.  — Бросили… — Рампо говорил тихо, будто сейчас заплачет.  — Что? — По нагнулся чуть ниже, чтобы услышать то, что пытается произнести детектив.  — Они меня бросили! Просто ушли с лайнера! Знают же, что я не разбираюсь в общественном транспорте, так еще и Ёсано заставила с ней выпить. Потом я вспомнил, что ты живешь рядом с портом, вот и пришел! — Эдогава говорил в своей обычной манере настолько громко, что Эдгар тут же выпрямился назад, — В общем! Можно мне переночевать у тебя сегодня? — от резкого вопроса По опешил и, видимо, очень долго молчал, раз Рампо решил повторить, — Ну что? Пустишь?  — А, да, конечно, заходи, — эспер отошел в сторону, пропуская друга. Детектив чуть пошатнулся и нетвердой походкой вошел в дом.        В гостиной Эдогава занял диван, а Эдгар сновал туда-сюда, не зная чем занять гостя.  — Р-рампо-кун, может чаю? — По заметно волновался, от чего на его щеках появился румянец, — У-у меня еще тортик есть.  — Да, давай! — детектив встрепенулся, а эспер пулей улетел на кухню, из которой чуть позже начал доноситься звук гремящей посуды.       Эдгар вернулся минут через пятнадцать с подносом, на котором стоял чайничек, чашки, сахарница и тарелка с уже нарезанным тортом. Поставив поднос на столик перед диваном, По немного помялся, но все же сел рядом с Эдогавой.  — Почему у тебя так душно? — Рампо затуманенным взглядом перед собой.        «Кажется в тепле его совсем развезло» — По встал с дивана и открыл окно. Повернувшись, он увидел, как детектив снимает жилетку и расстегивает еще пару пуговиц на рубашке. Он делал это так неуклюже, что По невольно улыбнулся от умиления. Эспер вернулся на место. Рампо потянулся за кусочком торта, но рука дрогнула, и лакомство упало на пол.  — Ой, прости, — проговорил Эдогава, заплетаясь, и потянулся за ним через колени По, но чтоб наверняка достать торт, ему пришлось лечь грудью на колени эспера. Такого Эдгар выдержать уже не мог. Он рывком опрокинул Рампо спиной на диван, заведя ему руки над головой и сковав их замком из своих длинных пальцев. Вторую свою руку он положил на щеку детектива и впился губами в мягкие, кажется, всегда сладкие губы Эдогавы. Целовал он нежно, но требовательно, наслаждаясь рваным дыханием своего любимого и попытками что-то возразить. Чуть надавив свободной рукой на челюсть, чтобы та открылась, писатель протолкнул язык, исследуя ровный ряд зубов, нёбо, переплетая свой язык с языком Рампо. Когда воздуха стало не хватать, По отстранился, глядя в лицо детективу.  — Что ты делаешь? — попытки вырвать руки из сильных пальцев или ударить эспера не увенчались успехом, а только больше раззадоривали писателя, а раскрасневшиеся щеки, затуманенный взгляд, рваное дыхание, открытые ключицы так возбуждали. Эспер просто не мог позволить себе остановиться сейчас. Он припал к шее, чуть покусывая, позволяя себе оставить небольшую метку, снова возвращаясь к губам, — Нет! Стой! Остановись! Хватит! — По будто не слышал, лишь отметил про себя, что диван для них двоих слишком узок, подхватывая легкое извивающееся тело на руки.        Кинув Рампо на кровать, По навис сверху.  — По-кун, хватит! Прошу, прекрати! — голос детектива дрожал от страха и непонимания всего происходящего, а Эдгар уже начал срывать давно мешавшую рубашку, продолжая целовать шею и грудь, — Хватит! Стой! — пуговицы разлетелись по полу, — Нет! Перестань! — голос дрожал все сильней и наконец достиг эспера. Он взглянул на лицо. Все тот же мутный взгляд, но из глаз текли слезы. У По кольнуло сердце. Он положил руки на щеки, вытирая большими пальцами мокрые дорожки, а лбом прикоснулся ко лбу Эдогавы.  — Прости, Рампо-кун, — голос охрип от возбуждения, — Прости, но я больше не могу… Я слишком долго сдерживался, а ты был слишком неосторожен… Прости, я слишком сильно тебя люблю, — Рампо был удивлен, даже сильно удивлен, но тем не менее обнял руками писателя за шею. По слегка опешил, но, расценив это как согласие на дальнейшие действия, поцеловал его в лоб, затем в нос, щеки, спускаясь ниже к ключицам, покрывая грудь, живот мелкими короткими поцелуями, спускаясь к краю брюк. Быстрым движением расстегнув ремень, ширинку, сорвав ненужную часть одежды вместе с бельем, По поднялся, чтобы рассмотреть хрупкое тело. Увидев руку Рампо, прикрывающую рот, сдерживающую слабые, пока, стоны, Эдгар улыбнулся нежно, по-настоящему любящей улыбкой.  — Эй, — дрожащим уже больше от возбуждения, нежели от страха голосом окликнул эспера детектив, глядя на него из полуоткрытых век, — Если собираешься сделать это, то все должно быть честно, — По без слов понял желание любовника и тут же начал наспех расстегивать рубашку. Некоторые пуговицы отлетали, падая куда-то к пуговицам Рампо. Через мгновение туда полетели и брюки с бельем.        Эдгар массировал, чуть сжимая, разгоряченную плоть и, закинув ногу детектива на свое плечо, целуя и прикусывая кожу на внутренней стороне бедра, наблюдал за постанывающим и сжимающим углы подушки Эдогавой. По вновь припал к губам любимого, отвлекая, медленно проталкивал палец в Рампо, стараясь причинить как можно меньше боли, но детектив все равно шипел сквозь поцелуй. Эспер углубил поцелуй, вводя второй палец, разминая узкие стенки. Внезапно тело детектива пробила дрожь, неся за собой волну наслаждения. По продолжил его разминать, специально давя на заветную точку. Когда Рампо немного привык к новым ощущениям, Эдгар приставил член ко входу и вновь наклонился к губам любимого, вовлекая его в страстный поцелуй. Войдя до конца, По замер, продолжая яркий танец сплетающихся языков. Подумав, что детектив привык, эспер качнул бедрами, толкаясь в хрупкое тело, постепенно наращивая темп, срывая с губ Эдогавы стоны наслаждения, перерастающие в крик, заставляя его выгибаться в спине до хруста. Невольно детектив закинул ноги на поясницу эспера, а руками вновь обхватил его шею, прижимая ближе к себе. Комната наполнилась низкими стонами писателя и яркими, звонкими криками его возлюбленного, которые иногда звучали очень похоже на имя эспера.        Рампо содрогнулся всем телом, кончая в руку По. Эдгар несколько раз толкнулся как можно глубже, изливаясь внутрь тела. Тяжело дыша, эспер повалился рядом с детективом, чтоб не задавить его. Эдогава почти сразу заснул, а По укрыл их обоих одеялом, прижал к себе любимого, поцеловав его сначала в висок, затем в щеку.        «Наверное, это последние счастливые часы в моей жизни, » — По засыпал, наслаждаясь этим моментом.        Солнце отправляло свои лучи в окна, попадая на лидо Эдогавы. Рампо открыл глаза; голова ужасно болела. Он попытался встать, но боль, словно молния проскочила в пояснице и откинула его обратно на подушку. В памяти начали всплывать сцены вчерашней ночи. Все было будто в тумане, но детектив все равно понял, что произошло. Густо покраснев, он укрылся одеялом с головой, пытаясь убежать от этих воспоминаний. Эдогава и не заметил, как дверь в комнату открылась, и в проеме показался По.  — Р-рампо-кун, к-как ты себя чувствуешь? — ему было очень страшно. Вдруг детектив накричит на него, оборвет все связи, вдруг они больше не увидятся? Но Рампо не отвечал. Эспер осторожно начал подходить к нему, аккуратно откинул одеяло с головы и замер на месте. Раскрасневшийся, отводящий взгляд Эдогава дрожал.  — Зачем? — голос немного срывался. Рампо просто не мог совладать с ним, — Зачем нужно было говорить такое, если просто хотел воспользоваться? Вы, члены Гильдии, жестоки по своей натуре! Так гадко поступать с человеком, который тебя любит! Ты отвратителен!  — Р-рампо-кун, все не так! Абсолютно все, что я говорил, было правдой! Я очень тебя люблю! И! И. И… Стоп. Т-ты сказал, что лю-любишь меня?  — А ты что думал? Я не приду к не пойми кому, когда практически ничего не могу сделать! А ты! — он указал пальцем на эспера, — Ты воспользовался этим! — детектив отвернулся от него, снова укрывшись одеялом.  — Нет, Рампо, — По обошел кровать и присел на пол рядом с Эдогавой, положа руку на то место, где должно быть плечо, — Я правда очень тебя люблю, я готов на все ради тебя, я… — договорить ему не дали. Рампо поцеловал его, чуть коснувшись губами.  — Да понял я уже! — По счастливо улыбнулся, обняв возлюбленного.       Так начались их нежные и счастливые отношения.