Еще одно объятие.

— Джувия, — мой голос звучит так устало, что ты невольно напрягаешься, придумывая тысячу причин такого холодного поведения с моей стороны. Но разве что-то поменялось? Разве я когда-нибудь вел себя иначе? Томно вздыхаю, пристально вглядываясь в твои испуганные глаза. — Ты мне что-нибудь скажешь или так и будешь молчать? — учтиво добавляю, с интересом наблюдая за твоими жалкими попытками взять себя в руки. А чего ты ожидала, девочка? Что я мгновенно растаю после такого пристального внимания с твоей стороны? — Джувия беспокоилась, Грей-сама, — ты мотаешь головой и прикусываешь губу, пытаясь сдержать предательские слезы. В этот момент мне хочется как следует ругнуться и закрыть дверь прямо перед твоим носом. Я что дал повода так печься о себе? Я что так хотел этой трепетной необоснованной заботы с твоей стороны? Ты переминаешься с ноги на ногу, и тут мой взгляд падает на запечатанную коробку. Розовую коробку с аккуратным девичьим бантиком. Что это, черт возьми, такое? — Вы несколько дней не появляетесь в гильдии. Джувия очень беспокоилась и обратилась к мастеру за вашим адресом… Я и сам не знаю, что двигало мной в тот момент. Но я крепко схватил тебя за руку и притянул в дом. Дверь захлопнулась, и ты, тяжело дыша, подняла на меня свой детский, невинный взгляд, пытаясь найти в моих ледяных глазах ответы на свои немые вопросы. Твои губы и ресницы дрожат, явно демонстрируя как тяжело тебе сдержать слезы. — И я испекла вам печенье, — ты заканчиваешь свой рассказ, протягивая мне эту коробку с тошнотворным цветом.- Грей-сама? — твой голос звучит отчужденно, и я делаю шаг, сокращая расстояние между нами. Ноздри раздувались, рот превратился в тонкую линию, а ты так и стояла, ожидая дальнейших действий. Меня охватила настоящая злость. Злость, схожая с наркотическим дурманом. Злость, которая впивалась в каждую клеточку моего тела. Почему ты все еще здесь? Почему не бежишь сломя голову? — Я не боюсь Вас, — твой голос звучит так уверенно, что я невольно замираю. Этот голос касается каких-то тайных струн моей души, и я хватаю тебя за талию, прижимая к себе. Ты дрожишь, но продолжаешь стоять рядом со мной, не смея даже шелохнуться, не смея поднять глаза. Мои руки скользят по твоему телу, исследуют, касаются каждого изгиба. Тебе приятно, ты буквально таешь в моих руках. Расслабляешься. Я чувствую твое смятение, твое полное подчинение, и именно в этот момент я довольно грубо прижимаю тебя к стене. Ты морщишься то ли от боли, то ли от неожиданности. — Все ещё хочешь остаться? — шепчу, крепко сжимая твои руки. Ты дернулась, предпринимая жалкую попытку освободиться, а затем подняла на меня свои глаза. Меня обожгло волной ледяного холода. Вместо привычного детского взгляда я увидел вызов. И куда делась маленькая целомудренная Джувия Локсар? Я горько усмехаюсь, а затем вдыхаю в твои приоткрытые губы: — Значит, все-таки хочешь. Ты ничего не отвечаешь. Да и зачем нам слова? Я впиваюсь в твои губы, и в этот момент все мое самообладание летит к чертям.Одержимость? Навязчивое желание? Жуткая зависимость? Следом посыпались и другие вопросы. Но вместо того, чтобы пытаться найти на них вразумительные ответы, я продолжаю сладостную пытку. Электрический заряд проникает под кожу, воспламеняя кровь, которая разносит жар во все уголки тела. Нервы звенят, дыхание учащается, кровь грохочет в ушах. Провожу языком по твоим сомкнутым губам, чувствуя вкус корицы и мяты. Ты послушно приоткрываешь губы, и я мгновенно пользуюсь этим. Наши языки встретились и заскользили в чувственном танце. Звонкий стон, и ты, тяжело дыша, отстраняешься, судорожно глотая драгоценный, такой нужный кислород. В голове все перемешалось. Пламя потребности растекалось по венам. Если сейчас твое здравомыслие возьмет вверх, и ты оттолкнешься меня… Я прикрыл глаза, пытаясь подавить внезапный порыв леденящего душу страха. Я сорвусь. Я, черт возьми, сорвусь, потеряв последние крупицы долбанного самообладания, которые я так старательно собирал воедино не один год.  — Если тебе неприятно и не хочется, — начинаю я довольно спокойно, но тут же замолкаю, потому что чувствую твои дрожащие руки на ремне своих джинсов. Не дышу, позволяя тебе медленно стянуть с себя теперь уже ненужную деталь гардероба. Я почти голый, а ты все еще стоишь передо мной, полностью одетая в эти тряпки. Непорядок. Теперь моя очередь. Мои руки жадно изучают твое тело. Тяну молнию платья, и оно послушно скользит по твоим точеным плечам и падает на пол, растекаясь шелковой лужей. Затем мои руки небрежно касаются твоих волос. Привычная шапочка давно валяется на полу. Прижимая твои бедра поплотнее к себе, снова атаковываю твой рот, покусывая нижнюю губу, потом переключаюсь на шею и челюсть, покрывая их жаркими, яростными поцелуями. Ты тяжело дышишь, и зарываешься рукой в мои волосы, давая мне драгоценную возможность изучить твое податливое, покорно принимающее мои ласки тело. Рука перемещается на грудь, и только сейчас я замечаю, какое на тебя соблазнительное белье. Кружево? Ты явно была готова. Краснеешь под моим испытывающим взглядом, но ничего не говоришь. Мои губы растянулись в хищном оскале, а глаза загорелись неистовым, прожигающим тебя насквозь огнем. Я подхватываю тебя и усаживаю на ближайший стол в комнате. Все ненужные бумажки летят на пол, и теперь ты лежишь передо мной лишь в одном нижнем белье. Рваный вдох, и мои руки снова возятся с застежкой твоего лифчика. Ненужная деталь летит в сторону. Осознание того факта, что еще чуть-чуть, и ты будешь лежать передо мной абсолютно голая, врезается в твое сознание, и ты быстрыми движениями прикрываешься, полностью забывая о недавней страсти. Я ухмыляюсь. Неужели в тебе осталась хоть капля гребанного самообладания? Тело не подчиняется искалеченному разуму. Резкими движениями убираю твои руки, наслаждаясь открывшейся передо мной соблазнительной картиной. Облизываюсь и снова впиваюсь в твои губы поцелуем, попутно поглаживая нежную кожу. Ты выгибаешься мне на встречу, трешься, словно кошка, изголодавшаяся по ласкам. Опускаюсь чуть ниже, оставляя красные, хорошо заметные следы. Теперь ты моя. Целиком и полностью. — Грей, — тяжело дыша, умудряешься произнести мое имя. Мой взгляд цепляет твой. — Не останавливайся, пожалуйста. Мне нужно, — тихо, едва слышно. Я мгновенно напрягся. В боксерах стало просто невыносимо тесно. Черт возьми, я так больше не могу. Я продолжаю сладостную агонию, мои руки обжигают нежную кожу. Ты извиваешься, трешься об меня, когда мои руки доходят до самого сокровенного места. Замираю на каких-то пару секунд, костяшками поглаживая плоский живот. Моя. Только моя. Эта мысль въедается в мой мозг, посылая новые импульсы. Я не хочу спешить, тем более такое для нас обоих в новинку. Плавно, едва касаясь тебя пальцами, снимаю последнюю деталь твоего белья. Резкий вдох. Расслабься и получай удовольствие. Назад пути уже давно нет. — Не бойся, — успокаивающе шепчу я. Мои пальцы проникают внутрь. Ты резко дергаешься, но все же позволяешь мне и дальше священнодействовать, доводить тебя до непреодолимой агонии. — Ты такая мокрая, — небрежно замечаю, не сводя с тебя глаз. Тяжело дышишь, глаза прикрыты. Какое потрясающее зрелище. Совсем скоро ты уже активно выгибаешься мне на встречу, и именно в этот момент понимаю, что сейчас самое время. Снимаю боксеры и кидаю их в сторону. Прижимаюсь к тебе и плавно вхожу. Совсем чуть-чуть, давая тебе возможность привыкнуть к новым ощущениям. Кровь. Маленькие капельки крови стекают по твоим ногам. Наслаждение, словно ртуть, пульсирует по венам. Нужно больше. Прямо сейчас. Я чуть-чуть двигаюсь, а ты, крепко стискивая зубы, пытаешься не закричать. Резкая боль, но совсем скоро это пройдет. Обещаю. Я наклоняюсь, шепчу тебе ободрительные слова, а затем снова двигаюсь. Уже не так узко. Уже намного приятнее. Рычу, закинув голову, позволяя ощущениями полностью завладеть мной. Сгорая от желания, сгорая от этой невыносимой страсти, делаю еще один толчок. На этот раз жестче. На этот раз грубее. Ты сладко стонешь, забыв обо всем на свете, кричишь, чтобы я не останавливался. Боль сменятся приятными ощущениями. Чувства становятся острее, тела движутся неистовее, вдох за вдохом, стараюсь набрать темп. Погружаюсь в тебя. Растворяюсь в тебе. Такая близость дурманит разум, отключает мозг. Наслаждение пульсирует по венам, проносится диким ураганом и сосредотачивается в одном месте. Я горю. Мы горим. Плавимся в этом восхитительном потоке страсти. И тут… Весь мир взорвался яркими красками, резкие вспышки наслаждения уносили нас за собой. Глухо рыча, изливаюсь в тебя, понимая, что больше не могу сдерживаться. Ты кончаешь следом за мной, выкрикиваешь мое имя, цепляясь за него будто за соломинку. Так правильно. Так и должно быть. Я помогаю тебе приподняться. Воинственно режущий взгляд сосредотачивается на моем лице. Что-то не так? Я высказываю свою мысль в слух. — Грей-сама, — ты утыкаешься носом в мою шею, все еще сидя на столе. Руки обхватывают талию, я приподнимаю тебя. — Джувия так счастлива. Джувия так рада, что вы стали у нее первым, — мгновенно вспыхиваешь. Наверное продолжаешь перебирать в голове события этого часа. Я усмехаюсь и несу тебя в ванную. Нам предстоит долгий разговор, если конечно на это останется время.