Это девчонки!

«Сегодня Хеллоуин» С такой мыслью проснулся Лео Эванс. Он потянулся, пытаясь совладать с собой и не заснуть снова. Лео вздохнул. В голову лезли непрошеные мысли. Его брат, Патрик, сильно разозлился, когда узнал, что он и Серрена прочитали его письмо. И теперь ходит, фыркает и обзывает Лео «уродом». Да сам он моральный урод! Но обидно, все-таки. Время в Хогвартсе летело быстро, словно сон. Лео когда-то читал, что любой сон длится всего-то несколько минут. Это тогда его очень потрясло, ведь в каждой сказочной иллюзии он успевал победить великанов и орков, поплавать на корабле с пиратами и остановить грабителей на мотоциклах, и в голове не укладывалось, как столько событий умещаются в пять минут времени. И теперь он всегда называл какие-то короткие явления, или быстротекущее время молниеносными, словно сон. Лео закрыл глаза. Сейчас не время для воспоминаний. Он в лучшей школе магии, пора радоваться каждому дню. В Хогвартсе Лео нашёл какую-то часть себя, которой не хватало раньше. Что-то магическое, необычное. Наверное поэтому его письма домой были сложены в пять-шесть раз больше, чтоб они поместились в конверт. Он писал про школьную еду, про уроки магии, про учителей, про свои оценки, но этого было мало, чтобы родители прониклись аурой Хогвартса. Первая неделя учёбы была полностью окутана восхищением и волшебством. Тогда все только начали разбираться, что такое тыквенный сок, и почему на зельеваренья лучше приходить в специальной экипировке. Зельевареньие очень даже нравилось Лео. Эти ароматы, которыми пропитан воздух над котлом, хоть и не часто были приятно пахнущими, но вводили в транс, одурманивали. Следовать процессу, ловко бросать нужные ингредиенты в правильных пропорциях, наблюдать за путём создаваемого зелья, которое может излечить, или помочь многим людям, при всём этом сберегая спокойствие и терпения. Это было чудесно! Летом, как только Лео вернулся в свой дом после прогулки с профессором МакГонагалл, то сразу умчался рассказывать Серрене про это. Она немного обиделась, что Эванс пошёл без неё в Косой Переулок, но потом не вытерпела и взахлёб начала объяснять все тонкости волшебного мира, а в основном тонкости зельеваренья. Серрена первая привила мальчику любовь к этому предмету, тем более, что у неё уже получалось варить элементарные зелья, и продавать их. За что Лео был безумно благодарен подруге. Все уроки в Хогвартсе были неимоверно интересными и занимательными для Лео, даже История Магии. Эванс знал, что в обычной жизни маггла, не так много развлечений, чтоб теперь ещё и фыркать, когда рассказывают про гоблинов и волшебников. Лео перевёл взгляд на огромные часы, которые Марк повесил над своей кроватью, и которые по форме напоминали золотой снитч, отметив, что сейчас только пять часов утра. Эти часы напомнили мальчику про девчонку Поттер. Лео с самого первого дня возненавидел эту наглую, самодовольную выскочку. Поттер всегда была лучше всех, и не пыталась этого скрыть! Кто умеет выделывается на метле круче всех? Поттер! Кто ведёт себя так, будто Королева? Поттер! Кто действует на нервы Лео? Поттер! Хотя составить ей конкуренцию на право называться самой раздражающей девочкой года, все-таки решилась Блэк! Они каждый день доводили Филча до нервного срыва, своими шуточками, срывали уроки, потому что, видите ли, им скучно! Буквально вчера Сильвания добавила какую-то очередную дрянь в свою котёл на зельевареньи, и он взорвался, покрывая всех розовой пыльцой. Конечно всем срыв урока показался забавным, но это же было совершенно не смешно! А то, что они делают с Серреной? Поттер и Блэк считают день упущенным, если не наколдуют его подруге подножку! Мальчик перевернулся на другой бок, стараясь абстрагироваться от всего мира. А точнее, от Марка, который храпел, как стадо слонов. Если слоны умеют храпеть. Марк был идеальным другом. Он весёлый и общительный. Ему нравятся сладости и квиддич. Но он не был таким как Поттер, или Блэк. Марку не было всё равно на учёбу, или домашнеё задание. Нет, мальчик и не думал сидеть часами в библиотеке, но он хотя бы пытается сочинить несколько предложений. Лео честно не знал, что Марк в нём нашёл. И хотя раньше у Эванса в магловской школе было много друзей, он не знал, что люди находят в его скромной персоне. Когда-то Серрена сказала, что у Лео сильный, волевой характер и добрая душа. Что люди тянуться к нему, как к солнцу, потому что хотят погреться его энергией. Тогда Эванс смущённо пробормотал, что это небылицы. Лео потянулся и улыбнулся. Как хорошо, что у него появились такие друзья! Вместе с ним и Марком в комнате проживали ещё Алекс Стоун и Мэтью Маккензи. Алекс оказался приятным собеседником и любил растения. А Мэтью был более робок и вёл себя очень скромно. Тем не менее, уже начало нового дня, а точнее, начало Хеллоуина. *** По коридору шли два мальчика и смеялись. Один из них с более медным цветом волос и яркими зелёными глазами. А другой — синеглазый блондин, не в очень глаженой рубашке. Марк сегодня был в ударе, как уже понял Лео. Он выдал пару шуток на завтраке, и на первом уроке чар. Но всех добила его история из детства, рассказанная на обеде:  — Короче говоря, проспорил я когда-то с друзьями на то, что докину гнома аж до далёкого дерева — посмеиваясь говорил Марк — Но, спорил я-то с профессионалами, так что у меня не было шансов. А спорили мы на желание. В итоге мне пришлось прихватить с улицы бродячую кошку, прийти в магловский, очень населённый район, посадить её на людную площадь, и целых двадцать минут при свидетелях повторять: «Муся, ты меня слушаешь? Я тебе нормальным языком объясняю, когда дойдёшь, помахай мне лапой!» Все тогда очень смеялись. Лео, все так же весёло улыбаясь, попрощался с Марком, и пошёл на встречу к Серрене. Они начали так мало общаться, когда попали на разные факультеты. Лео договорился встретиться с Серреной возле озёра. Эванс первым увидел девочку, сидящую на берегу и кидающую в воду камни.  — Привет! — широко улыбнулся Лео, садясь рядом с подругой. Она повернула к нему своё мрачное лицо. Как только Серрена увидела Лео, то в тот же миг озарилась улыбкой. Они начали болтать про уроки, про новости магического мира и про учителей. Но Лео явно понял, что Серрену что-то гложет. То, как она избегает прямого взгляда, говорило само за себя.  — Серрена. — Эванс посмотрел на подругу — Что-то случилось? Девочка замешкалась, словно сомневалась, говорить, или нет. Она снова нахмурилась, и сказала:  — Ничего. Я же на Слизерине… И… Вобщем…  — Тебя кто-то обижает? — Лео не мог понять, что случилось. Серрена вздохнула, и собираясь с мыслями ответила:  — Ты знаешь про вражду факультетов, Лео? Ученики Слизерина не могут дружить с Гриффиндором, и наоборот. Я боюсь… Что мы тоже не сможем.  — Глупости, Серрена! — тряхнул головой Лео в праведном негодовании — Я не позволю этим глупым предрассудкам испортить нашу с тобой дружбу! Серрена скептически хмыкнула. Она никогда не понимала такого чрезмерного оптимизма Лео. Лео наоборот не понимал этого пессимизма подруги. Понимая, что разговор зашёл в тупик, мальчик перевёл тему:  — Как у тебя проходит Хеллоуин? Серрена пожала плечами. Иногда у Лео было ощущение, что он разговаривает со шкафом, а не с подругой. Хотя он никогда не признается в этом Серрене. Но тема, для общения была выбрана удачная. Девочка начала вслух размышлять про Бал-Маскарад, на который могли попасть ученики только старше пятых курсов.  — Но это же полный бред! — восклицала она, не скрывая отвращения — Эти балы не нужны никому, кроме пустоголовых дурочек! В моей спальне, Забини и Мальсибер уже обсудили всевозможные наряды на целых три года вперёд!  — Серрена, эти балы часть учебного процесса, мы должны уметь не только замечательно накладывать заклинания, а и разговаривать с живыми людьми, приспосабливаться к обществу — Лео всегда знал, что Серрена немного страдает антропофобией, и ей сложно находить общий язык с незнакомыми людьми, но сейчас это особенно его взволновало. Он думал, что его подруге будет очень тяжело учиться в Хогвартсе с такими-то качествами.  — Мне это не нужно! — хмыкнула Серрена, срывая несколько травинок — Знаешь, что самое ужасное? Когда мы будем на пятом курсе, мне прийдется выслушивать нудные трепания девушек по поводу нарядов, парней и макияжа! И если бы бал был один, так нет! Каждый год у нас будет Осенний бал и Рождественский бал!  — Да что ты! — притворно ужаснулся Лео, про себя смеясь.  — Я же серьёзно! — обвинительно произнесла Серрена, легонько пихая друга в плечо.  — Ладно-ладно! — подняв руки, сдался Лео — Пошли в замок, практически вечер уже. По дороге в Большой зал на пир, они развязали спор.  — А я тебе говорю, что валериану нельзя выращивать без специального разрешения! — вспыхнула Серрена, от возмущения размахивая руками.  — Но мы не можем знать наверняка, что у Хагрида его нет! — Лео старался быть спокойным, но это не очень получалось. Возле Большого Зала уже столпилось кучу народа. Старшекурсники поприходили в масках и костюмах. Толпы вампиров идущие под руку со сказочными феями выглядели очень забавно. Лео показалось, что он увидел промелькнувшую растрёпанную чёрную макушку, и его настроение скатилось к отметки «минимум». Обиженная Серрена ушла к столу Слизерина, сутулясь, а Лео в который раз проклял Хеллоуин. Этот праздник ему напоминал о тех временах, когда он и Патрик одевались в смешные костюмы и ходили по домам, выкрикивая радостное «Сладость, или Гадость!». А потом всё. Словно этих годов и не было. Словно это не Патрик размахивал игрушечной шпагой, угрожая расправой детям постарше, которые хотели отнять у Лео конфеты. Словно не они вместе делили добычу, прячась в домике на дереве. Просто в один год Патрик посмотрел на Лео, и фыркнул сквозь зубы: «Ребёнок!». Лео очнулся от своих безрадостных мыслей, только тогда, когда Марк схватил его за руку и повёл за стол Гриффиндора, бурно рассказывая про Луеллу Оуэн:  — Эта карга заставила меня писать дополнительную работу про… Послушай-послушай: про магию. Нет, она серьёзно?! — Марк громко возмущался, вытягивая из сумки учебники и пергамент на стол — Теперь, чтоб успеть к завтрашнему дню, мне надо потратить уйму времени! Луелла Оуэн — это профессор ЗОТИ, старая и с монотонным голосом, она могла составить серьёзную конкуренцию Бинсу. Только разница была в том, что Оуэн — очень требовательная, и часто может дать какому-то бедолаге дополнительную работу. Просто так. Она только первый год преподаёт в Хогвартсе, до неё был полноватый мужичок, который любил коверкать чьи-то фамилии. Лео молча наблюдал, как на ещё пустом столе, появляются библиотечные книги, чернила, перо и пергамент.  — Ты можешь сделать работу после банкета — посоветовал Лео, лениво разглядывая профессоров.  — Не могу — Марк открыл первую книгу в поисках нужной информации — после того, как поем, я не смогу себя заставить написать хоть строчку. Да и обидно будет — вы пойдёте спать, а я как дурак учится буду! Если бы эта Оуэн не сказала, что проверит завтра, то ничего не делал бы! Лео только хмыкнул. Бурчания друга могли длиться хоть до утра, но, Слава Мерлину, Марк понимал, что тогда получит тролля. Лихорадочно листая учебник, МакКиннон пытался найти нужные предложения.  — Магия — способность, благодаря которой с помощью внутренней (в основном психической) энергии можно управлять предметами и явлениями. Магия морально и этически нейтральна! — с победоносным видом зачитал Марк, кидаясь записывать.  — Молодец, а теперь повтори — фыркнул Лео, листая очередной учебник.  — Иди к чёрту — Марк был поглощён скатыванием материала на пергамент — «Магия является сверхъестественной силой, которая может изменять ткань реальности на фундаментальном уровне. Возможность использовать магию является наследственной чертой и передается своим потомкам от предков, что позволяет ведьмам и колдунам практиковать волшебство.» Очень заумно, научно и типа по теме! Идеально!  — Не думаю, что идеально — хмыкнул Эванс, поглядывая на стол Слизерина. Серрена сидела мрачная, и в упор не замечала его пристального взгляда.  — А по-моему: все замечательно! — Марк подул на чернила, чтобы те побыстрее высохли, — Тут правда маловато. Лео, а может ты что-то знаешь про магию?  — Напиши про сквибов и маглов, что они не могут колдовать… — задумался Лео, — про волшебные палочки, про заклинания можешь упомянуть.  — Спасибо, Лео, ты просто находка! — обрадовался Марк, дописывая последние слова. Как раз в этот момент в Зал ввалились Поттер и Блэк. Девочки запыхались, и ели дышали. Лео услышал, как Джейн сказала подруге: «Было весело». Обычно эти слова влекут за собой множество неприятностей, в ходе каких Эванс всегда с ними ругается, но мальчик не стал в этот раз поднимать шум, потому что и так был не в духе. Внезапно Дамблдор встал со своего трона. Гул в Зале сразу же стих, и студенты уставились на него.  — Добрый всем вечер! — улыбнулся он, оглядывая учеников цепким взглядом голубых глаз, — Сегодня 31 октября, Хэллоуин, и я могу сказать вам только одно: ешьте до отвала!  — Мудрые слова! — согласился Марк, с особым рвением принимаясь за жаренную курицу. Лео все ещё не мог привыкнуть к такому разнообразию еды. Для него оставалось загадкой, как стол вообще умещает на себе картошку, пирог с мясом, курицу, пирог с патокой, рис, тыквенный сок и мятные леденцы в таких количествах. Сегодня, ввиду исключения, возле пирогов стояли тарелки с тыквенными пирожками. Над столом возник приятный запах тыквы. Когда Лео уже начало казаться, что он лопнет, солёные блюда заменил десерт. И ему пришлось напихивать себя ванильным мороженым с шоколадным сиропом. А в итоге, праздник прошёл весьма весело: они с Марком и несколькими старшекурсниками от души повеселились, когда рассказывали смешные истории. И даже Поттер не так сильно его бесила. Уже после банкета, уставшие гриффиндорцы тащились в свою башню. В спальне Лео хватило только на то, чтобы почистить зубы, и переодеться в пижаму. Марка и на это не хватило, и он завалился спать в мантии. Засыпая, Лео вдруг вспомнил, что так и не помирился с Серреной. Успокаивая себя мыслью, что завтра с этим разберётся, он провалился в сон.