А это очень больно?

На улице начинало темнеть, когда Чимин возвращался домой после долгого и нудного учебного дня. Было огромное желание завалиться на кровать, уснуть на пару годиков и проснуться с дипломом в руках. В универе завалили любой работой по самые плечи и даже безграничные знания парня не помогали ему в срок правильно выполнить все задания. Но благо сегодня был последний день сессии, которую Пак так удачно закрыл с хорошими оценками. Посему можно расслабиться и утонуть в теплом одеяле, и пару серий дорамы, которую блондин совсем недавно начал смотреть. Чимин хватает со стола сладкие хлебцы и перемещается в свою комнату, по пути нечаянно чуть не раздавив Торнадо, что скакал около ног хозяина, прося любимое лакомство. Парень извиняется и хватает хорька на руки, чтобы положить его вместе с собой. Тор получает кусочек хлебца, довольно фырчит и принимается его поедать. Мин вздыхает и немножко даже завидует своему питомцу. Светловолосый тоже хочет, чтобы его кормили сладостями и любили. Когда до конца серии остается всего пару минут, на телефон приходит уведомление. Пак через силу ставит на паузу и тянется к тумбочке за своим смартфоном. В окошке мигает одно новое сообщение от Чон Хосока - друга и учителя по танцам Пака. Чимин думает проигнорировать сначала и уже собирается положить устройство на место, как приходит еще одно сообщение от того же человека. Блондин выдыхает раздраженно, но все же открывает. Несколько секунд Чимин не дышит, рассматривая фотографию хена, а потом визжит, когда получает еще десять сообщений наполненных одним капсом. Вся эмоциональность передается Паку, посему тот уже строчит ответ, поздравляя друга с его первым не пидорским проколом. Тот обижается на блондина, но через пару секунд скидывает еще одну фотографию, на которой уже лучше видно прокол и опухший язык. Хосок жалуется ему на боль и свой страх перед проколом, а потом замолкает. Чимин жмет плечами, продолжая, наконец-то, просмотр серии, но на телефон приходит еще одно уведомления, на которое Пак забивает. Он хочет отдохнуть и никто ему не помешает. Чимин не успевает завернуть за угол, когда его хватают под руки и тащат в сторону столовой. Пак не брыкается, потому что знает кто это, оттого позволяет себя нести. Сверху слышит тэхеновский гогот и бормотание Хосока-хена, и смеется сам. Это не он толстый, это просто кость тяжелая. — Тэхен хочет проколоть себе пупок. Чимин почти делает глоток зеленого чая, как Хо неожиданно выдает целое предложение, слегка шепелявя. Но Пак все равно давится. Если Тэхен действительно захотел, он это сделает. Только почему пупок то? — Хеен, я хотел проколоть, а потом уже сказать и показать ему. Чон виновато улыбается, помогая другу откашлиться. Пак машет рукой и постепенно начинает приходить в себя. Горло слегка болит, поэтому Чимин хрипит, когда начинает говорить. — А Намджун-хен хоть знает? — Нет, для него это будет сюрпризом. Тэхен странно улыбается, и Чимин хочет сбежать от этих двоих. Не хватало еще ему заразиться всем этим. Ему хватает проколов на ушках. Большего он не выдержит.

***

Блондин сбегает от этих двоих, запирается у себя в квартире и начинает спокойно раздеваться. Из комнаты слышит шум и совсем тихое фыркание. Посему спешит туда, чтобы выпустить Торнадо на волю и покормить его. Животное не в полную силу кусает хозяина за палец, мстя за то, что тот не сделал это утром, и начинает уплетать корм. Пак извиняется перед хорьком еще раз, потом хватает ноутбук и, переодевшись, плетется в сторону кухни. Есть хочется ужасно, но в холодильнике пусто, а из еды осталась только одна пачка рамена. Чимин ставит чайник и пока тот не закипел, включает ноут. Отвечает на вчерашнее сообщение Хосока, а потом лезет к Тэхену. Ким скидывает пару фотографий, которые Мин быстро пролистывает, а потом просит лучшего друга сходить вместе с ним. Мини сразу же соглашается на предложение друга, вспоминая, что тот тоже ходил с ним на все его проколы и улыбается, надеясь что Намджун не даст пизды своему парню за это. Тэ пишет что-то еще, но Пак уже отвлекается на чайник, который как раз вскипел и идет заваривать себе лапшу. Парню становится скучно листать ленту в твиттере, посему решает посмотреть еще пару серий дорамы. Но через пару минут понимает, что лезет совсем не туда и вводит в поиске совсем не то, что хотел. Чимин листает картинки всех возможных проколов, иногда морщится, когда видит не очень приятные вещи и неожиданно натыкается на одну. Пак считает ее слишком интимной, даже краснеет, когда рассматривает и постепенно впадает в ступор, понимая что хочет также. Рука сама тянется к телефону, быстро набирая номер друга. — Когда ты там собирался идти? До субботы остается всего два дня и Пак понимает, что все-таки успел подхватить эту заразу от двух любимых дебилов. Он еще раз смотрит на фотографию, понимая, что шанс у него на лечение еще есть и что уши были его первым и последним раз, и снова лезет в интернет читать всю информацию об этом пирсинге. Болевой порог у Пака такой же, как его рост, но это почему-то блондина не останавливает. Просто это красиво очень, а Чимин любит все красивое. Когда они приходят в салон, Ким еще не знает, что страдать сегодня он будет не один. Когда Ким выходит из кабинета, они почему-то не идут на выход. Когда Пак заходит в другой кабинет, откуда только что вышла милая девушка, Тэхен только успевает открыть рот. Его друг, кажется, перепутал дверь выхода. Чимин заходит именно туда, куда советовал ему Хосок и видит молодого парня с татуировками на руках. Тот вынимает один наушник, из которого слышится классическая музыка и улыбается вошедшему блондину. Пак кивает в знак приветствия и медленными шагами идет к кушетке. Он все еще может передумать. Он все еще надеется, что не умрет от боли. А еще немного от стыда. Темноволосый парень смотрит на него внимательно, а потом что-то спрашивает, но Чимин не слышит. Кажется. Перед ним сидит такой горячий парень, а он пришел соски колоть. Спасибо, Хосоки-хен. — Так, что колоть то будем? — Эм...со..соски. Парень осматривает его с ног до головы и возвращает свой взгляд туда, где находятся паковские сосочки. Мин смущается из-за взгляда парня, оттого слегка оттягивает свою футболку вниз. — Ну что ж, снимай ее. Пак на пару секунд теряется в другой вселенной, считает пропавших кроликов с тэхеновской луны и приходит в себя. Его рука держит ручку двери, а тело уже само хочет покинуть это красивое, но до жути пугающие сейчас блондина место. Кажется Чимин не настолько уж и хочет себе проколотые соски. Подумаешь, картинка красивая. Её же и распечатать можно, ведь так? Мастер косится в сторону странного парня, а потом растягивает на своем лице довольную лыбу. Он встает со своего вращающегося стула, обшитого черной кожей, вынимает наушники и направляется в сторону своей жертвы. Пак же почти пищит, когда его вытянутые руки касаются крепкой груди и приоткрывает слегка один глаз, но тут же от удивления открывает и второй. Лицо мастера находится слишком близко. — Стесняешься меня что ли? Пак готов начать возмущаться, но ему не дают это сделать, толкая в сторону кушетки. Чимин успевает помолиться, когда сильные руки мастера снимают с него футболку, а потом аккуратно кладут на спину. Чон готовит все инструменты, внимательно проверяет их, натягивая на себя черные перчатки. Тянется к вате, чтобы продезинфицировать участки прокола, но его отвлекают. — А это очень больно? Светловолосый сжимает руками края кушетки и по нему действительно видно, что парень боится, но и Чонгук врать не хочет. Процедура крайне неприятная. Но больше всего зависит именно от реакции тела. — Я подую, не бойся. Чонгук улыбается так нежно, но от этого блондину легче не становится. Он спрашивает его про анестезию, но предупреждает, что она не особо действует и боль все равно будет чувствоваться. Пак почему-то с ним соглашается. — Т-требую вместо компенсации одно свидание. Чимин чувствует, как игла проходит на сквозь и стонет от боли. Глаза становятся влажными и влага вот-вот готова вытечь из глаз, но Пак только сильнее зажмуривает глаза и терпит. Через пару минут этот ад заканчивается. Чон рассказывает ему, как надо ухаживать за пирсингом, дает ему какую-то бумажку, где все четко расписано. И дует. Точнее перед этим опускается на корточки перед парнем, приближает лицо ближе, закрыв при этом глаза, и дует сначала на правый, а потом уже на левый сосок. Пак так и застывает со своей футболкой в руке и краснеет еще сильнее, чем когда Чон нагло разглядывал его соски, хоть и через ткань. — Я согласен. — Что? — Согласен пойти на свидание.