Старший брат.

Мать, как и думал старший, пришла к обеду, и застала их в его комнате, будя стуком в дверь. Хорошо хоть Чонгук был в шортах, иначе бы их тайна стала бы не тайной. — Чонгук, просыпайся, — тряся брата за плечи, как можно громче, сказал Юнги. Младший что-то недовольно буркнул, но глаза открыл, даря хёну улыбку. — Давай вставай, соня, мама уже пришла. — А где мой утренний поцелуй? — продолжая улыбаться и обратно закрывая глаза, хрипло спросил Гук. — Я могу предложить тебе только надрать задницу, бесплатно, — усмехается старший, но все же целует того и улыбается в ответ. Они оба выходят из комнаты Юнги, убедившись, что матери рядом нет, Чонгук быстро проскочил в свою ванную, а потом в комнату. Старший же спустился вниз, здороваясь с мамой. — Как прошла операция? — садясь на столешницу, чем вызвав у матери недовольный взгляд, поинтересовался Юнги. — Могло быть намного лучше, — горько усмехается та, заваривая чай. — По крайне мере, для нее это лучше, чем умереть в столь раннем возрасте. — Я бы лучше умер, чем мучился всю жизнь, — не подумав, говорит тот, и мать снова смотрит с осуждением. Старший лишь быстро пожимает плечами и поджимает губы, быстро спрыгивая и уже присаживаясь на стул. Взгляд улавливает газету, и тот незамедлительно берет ее в руки и читает первую страницу. Да, мама частенько просиживает вечера за этими газетами. — Снова мир погряз в руках разбойников! — Что верно, то верно, сынок, — присаживаясь напротив и отпивая чая, согласилась мать. — Слушай, давно хотела с тобой поговорить, и вот, наконец-то подходящий момент. — Я весь во внимании, — откладывая газету, и обращая взор на женщину, сказал Мин. — Юнги-я, у моей подруги, доктора Су, есть красивая дочь. Ей двадцать, умная, стройная, а самое главное — хозяйственная! Может, пригласишь на свидание? — улыбнулась она и, выжидающе смотря на сына, снова отпила напиток из кружки. — Мам, я же говорил уже! Никакой семьи до тридцати лет! И то, может мне и в тридцать никто не будет нужен, — недовольно говорит Юнги, закатывая глаза. — Сейчас не лучшее для этого время, потому что ты постоянно работаешь, а Чонгука я оставить одного не могу, ему еще учится нужно и выбрать, куда поступать после окончания школы. — Кстати об этом, я хочу его отправить учиться в тот же колледж, что и тебя, только на хореографический факультет, — задумчиво протянула та. — Нет, мама, сразу же нет, — отрицательно сказал Мин. — В Америку ему путь закрыт. Особенно в этот колледж. — Юнги, я уже все решила, я хочу, чтобы мой сын учился в том колледже. Я уверена, из него выйдет отличный студент, — грозно сказала мать. — Я понимаю, вы только встретились, но ты уже работаешь, а ему необходимо полное образование. — Мам, это плохая идея, еще раз тебе говорю: Чонгук туда не поедет, — настаивал на своем старший. — В Корее тоже полно хороших институтов… — О чем болтаете? — входящий на кухню младший ярко улыбается, и обнимает маму, садясь рядом. Юнги замолкает и, поняв всю сложность ситуации, решает перенести разговор на потом. — Да так, сынок, обсуждали, какой же мир стал плохой. — улыбаясь, проговорила мать. — Сегодня снова к Тэхёну пойдешь? — Да нет, дома посижу, с хёном время проведу. Ты же пойдешь к тете Сахи? — спрашивает тот, смотря на мать. — Да, часика через два, — вставая и убирая со стола, ответила она. — А мам, можно мне на вечеринку к Мине сходить? Только я не знаю, когда точно, но как узнаю скажу! — Конечно иди. Мина девочка хорошая, надеюсь, пить не будешь? — смотря на сына подозрительным взглядом, спросила мать. — Нет, я пойду с хёном! — улыбаясь и не замечая ошарашенного взгляда брата, ответил Гук. — Юнги будет за мной следить. Довольная ответом, мама парней ушла в свою комнату, оставляя тех одних. Юнги, недогнавший с какого это он лешего идет с мелким, попросил его объясниться. — Ну хён, ты же знаешь, мама одного бы не отпустила, а с тобой, как видишь, пустила, — вставая и идя в гостиную, пожал плечами Чон. — Я буду хорошо себя вести, честно. — Конечно, иначе наказания не избежать, мой мальчик, — облизывая нижнюю губу, хмыкнул тот. *** Ближе к вечеру Чонгуку позвонила Мина, предупредив, что вечеринка будет через неделю. Еще немного с ней поболтав и обрадовав новостью, что Юнги придет тоже, младший, пожелав хорошего вечера, отключился. — Кто это тебе звонил? Ты так мило беседовал… — пытаясь сделать голос как можно безразличней, сказал Мин. Он даже не посмотрел на входящего брата, который не то, чтобы был удивлен тому, как его… мужчина тихо ревнует, а тому, какой же плохой из него актер. Но ему приятно, что тот хоть капельку, но ревнует. — Мина позвонила, предупредила о вечеринке. Хён, сможешь в следующую субботу? — укладываясь на его колени головой и внимательно смотря на лицо, спросил Гук. — Ну, минет и хороший секс утром могут помочь мне с ответом, — убирая прядки волос за ушко брату, хитро улыбнулся Юнги. Младший лишь хмыкнул, а после потянулся к губам старшего, нежно и тягуче целуя. — Хорошо, будет тебе минет, — посмеялся Чонгук, поудобнее укладываясь на коленях брата и поворачиваясь к телевизору. Довольно хмыкнув, Юнги тоже решил посмотреть дораму. За просмотром Чонгук благополучно засыпает, иногда что-то бубня, умиляя этим Юнги, который на протяжение практически всей дорамы, наблюдает за ним. Мать вернулась от своей подружки поздно, и увидев сидящего в гостиной сына, хотела что-то сказать, но Юнги быстро приложил палец к губам, давая понять, что второй сын спит. — Когда на работу? — смотря на спешащую на кухню мать, поинтересовался он. Странно, что мать никак не реагировала на то, что каждый из ее сыновей постоянно интересуется ее работой и когда ей нужно уходить. Возможно, все это она списывает на переживание и любовь. Ох, если бы она только знала, чем они тут занимаются. — Я немного опаздываю, даже и не заметила, как мы разговорились с Сохи. Она тоже хочет отправить своих детей в Америку, только в институт какой-то. Хорошо, что я успела отправить документы на его поступление. Чонгуку понравится там, я уверена, он у меня мальчик умный, справится там один, — собирая сумку, сказала она. — Я понимаю, ты только с ним встретился спустя так много времени, но ему нужно образование, поэтому, пожалуйста, Юнги, поддержи мое решение. Подумай над этим, твое решение и ответ очень важен для меня. — Мам, я уже сказал тебе: я против! Да и он, я просто уверен на все сто, он будет против, и только из-за того, что ты наша мама, он туда поедет. Ты считаешь, что он будет счастлив, если не по своей мечте пойдет? Откуда ты знаешь, что он хочет именно этого? — серьезно сказал Юнги, смотря на маму. — Если ты делаешь это только из-за того, чтобы потом похвастаться перед подругами, какой у тебя хороший сын, то прости, такой поступок материнским я не назову. — Для меня главное, чтобы мои дети были в достатке и могли жить так, как я хочу, — подходя к двери и открывая ее, тихо сказала та. — И тогда мне будет намного спокойней умирать в старости. Тяжело выдохнув, старший прикрыл глаза. Против мамы не попрешь, но… Чонгук… что будет, если он будет против, так еще и снова уйдет в себя, как в средней школе после того, как узнал что старшему придется их оставить на три года. Тогда они с матерью думали, что он безответно влюбился и страдает от этого, но недавно найденный дневник брата рассказал как все на самом деле было. Ох, бедный мальчик, теперь ему придется покинуть снова его, снова жить в отчаянии и в ожидании новой встречи с хёном, с любимым и горячим хёном. — Прости, малыш, прости… — поглаживая брата по волосам, прошептал он. — По крайней мере, у нас еще два месяца… Неожиданно, слышится короткий всхлип, а Юнги чувствует, как намокает его штанина домашних штанов, и тогда все становится на места. Чонгук плачет, и все из-за того, что снова нужно оставить брата, уехать. — Ох, Чонгук-а… не плачь, все хорошо, — пытаясь успокоить младшего, сказал Мин. На это послышалось только еще больше всхлипов и откровенное рыдание. — Хён… Я н-не хочу, пожалуст-а-а, уговори ее… — присаживаясь и обнимая брата, прошептал Гук. Обняв в ответ, Юнги лишь молча слушал все, что говорит тот. — Все будет хорошо, — снова повторяет старший, стирая слезы с лица брата. — Хён, я люблю тебя, — немного успокоившись, шепчет тот. — Пожалуйста, и ты люби меня тоже, люби даже когда меня не будет рядом. На это Юнги лишь улыбнулся, и прижал брата к груди, поглаживая по голове. У них все будет хорошо, просто в жизни должно быть хотя бы одно препятствие. Главное, чтобы оно не было длиною во всю жизнь.