Одержимость

      Мариан растерянно переводила взгляд с Орсино на Мередит. Она заметила Каллена, который тоже стоял в совершенной растерянности. Было понятно, что она опоздала. Спор между двумя наставниками достиг своего пика. Мередит нападала, Орсино отчаянно пытался защищаться и умерить её гнев. Но все было тщетно. Ситуация выходила из-под контроля. Мысленно Защитница проклинала этот город, Круг, храмовников, малефикаров, кунари и остальные прелести Киркволла. Ей вдруг отчаянно захотелось прирезать их обоих, лишь бы прекратить эту грызню.       Орсино, по всей видимости, тоже желал прекратить спор, и применил свой последний аргумент:       — Споры ни к чему не приведут. Пусть Владычица Эльтина рассудит нас! — с этими словами он развернулся, чтобы немедленно позвать Владычицу, однако Мередит схватила его за руку:       — Не смейте впутывать сюда Ее Светлость!       — Владычица Церкви ничем не поможет! — Хоук удивленно обернулась на голос невесть откуда взявшегося Андерса. Маг вышел вперед.       — А ну-ка объяснись, маг, — Мередит резко развернулась и сделала шаг навстречу Андерсу. Хоук мысленно задала тот же вопрос. Внутри у нее все похолодело в ожидании ответа.       — Я не собираюсь стоять и смотреть, как вы относитесь к магам, будто преступникам… и пока те, кто стоят во главе Круга, пресмыкаются перед своими истязателями! — С этими словами Андерс повернулся к Орсино.       Хоук сглотнула ком в горле. Она напряглась, приготовившись оттащить Андерса и заткнуть ему рот.       — Как ты смеешь говорить такое? — гневно и в то же время растерянно проговорил Орсино.       — Круг изжил себя, Орсино. Просто признай это, — последние слова Андерс произнес низким грудным голосом. Сердце Мариан дрогнуло. Если вмешался Справедливость, это точно добром не кончится. Нужно было положить конец этому представлению. — Пришло время действовать. Больше никаких полумер. Назад дороги нет…       Хоук сделала шаг навстречу Андерсу, но внезапно земля пришла в движение. Ноги Хоук приросли к месту. Она испуганно и удивленно воззрилась на Андерса, и в следующий миг раздался мощный взрыв, оглушивший всех собравшихся на площади. Взгляды обратились в ту сторону, откуда вырвался ослепительный столп света — в сторону Церкви. Ее больше не было.       Несколько секунд Мариан ошеломлённо смотрела в пустое небо, на которое стремительно наползало облако пыли, поднявшейся от взрыва… Все её подозрения, что Андерс задумал что-то мерзкое, подтвердились. Но до последнего она надеялась на благоразумие мага. Надеялась, что его рассудок возьмёт верх над безумием Справедливости. Но нет, всё тщетно. Она верила, что прожила три года с мужчиной, который любил её и заботился о ней. С ласковым и нежным мужчиной, который никогда бы не причинил ей боли. Теперь же Хоук поняла, что все эти три года она содержала у себя дома двуличного террориста, на чьих руках теперь была кровь многих невинных людей. Создатель, она ведь уже почти поверила, что тоже начинает любить его, что у них всё может получиться. Нет. Взорвалось. Всё взорвалось. Хоук услышала, как где-то поодаль упал на колени Себастьян с именем Эльтины на устах. Услышала, будто сквозь пелену, голоса Мередит и Орсино. Услышала, как Андерс что-то говорит про компромисс. Но уже неважно, что они скажут. Все кончено. Для этого города все кончено. И для неё тоже.       — Как рыцарь-командор я требую Права Уничтожения! Каждый маг в Круге должен быть казнен — немедленно! — Во всеуслышание объявила Мередит.       — Вы не можете! Мы не причастны к этому! — с дрожью в голосе возразил Орсино. — Виновный перед вами, пусть отвечает за содеянное! Он ведь даже не из нашего Круга, он отступник! Защитница, не позволяйте ей этого! Остановите это безумие!       — Церковь разрушена магией! Народ тоже захочет крови, захочет наказать виновных! Этого нельзя так оставлять, — гнула своё Мередит.       Хоук почувствовала, как её затрясло от злости, обиды, разочарования и бессилия исправить то, что сотворил этот безумный маг.       — Что ты наделал?       Все разом замолчали.       — ЧТО. ТЫ. НАДЕЛАЛ?! — с этими словами она кинулась к Андерсу и со всего размаху двинула ему кулаком в челюсть, повалив мага на землю. Хоук схватила его за ворот мантии, тряхнула и со всем презрением, на которое только была способна, произнесла ему в лицо: — Я три года делила с тобой кров, еду и постель! Я три года слушала твои байки про любовь и прочую ерунду! И что я получила? Вот что! Ты практически моими руками уничтожил… — Мариан рывком повернула Андерса в сторону разрушенной церкви.       — Разберетесь со своим любовником после! — прервала Мередит. — Выбирайте, на чьей вы стороне, Защитница.       Мариан отпустила Андерса, и он словно кукла глухо упал на мостовую. Защитница выпрямилась, собрала всю волю в кулак и, отчеканивая каждое слово, сказала:       — Я не собираюсь участвовать в этом.       — Вы уже участвуете, хотите вы того или нет, — громогласно возразила Мередит.       Хоук почувствовала, как ее разум застилает пелена гнева пополам с отчаянием.       — Семь лет я только и делала, что вытаскивала этот город из неприятностей! Я истребляла бандитов на улицах, спасала угнетенных, отбивала нападение обезумевших кунари, была у вас на побегушках. И вот теперь чем вы отплатили мне? Хотите, чтобы я участвовала в ваших бессмысленных распрях?! Почему вы не можете ужиться друг с другом? Я всеми силами пыталась сделать Киркволл домом для своей семьи. Но теперь моя мать мертва, сестру вы у меня забрали. Что должно меня удерживать от того, чтобы не плюнуть на всё?! Да пусть ваш город с землёй сравняется, мне больше нет до этого дела! — резко взмахнув рукой, отсекая всякие возражения, Мариан развернулась и зашагала прочь.       Раскрыв рты, все удивленно смотрели ей в след. Никто не смел остановить её, возразить ей. Андерс поднялся с земли и провожал её с болью, разрывающей его сердце. Он знал, на что идёт. Он знал, что Мариан скорей всего глубоко будет презирать его после такого. Как там она говорила? Хорошие поступки перевешивают плохие. Но этот поступок перевесил всё хорошее, что было у них за эти годы. Уничтожил всё. И он сам выбрал этот путь. Путь справедливости для магов. И полного уничтожения для себя.       Первой опомнилась Мередит:       — Тебе не уйти просто так, Защитница! Если уйдешь — разделишь судьбу этих магов!       Мариан обернулась. Варрик, стоявший к ней ближе всех, в ужасе отшатнулся. Такого гнева на ее лице, такой обреченности в ее глазах он никогда прежде не видел. Та ли это Защитница, с которой он провел бок о бок все эти годы? Внезапно Хоук приняла боевую стойку. В её руках мелькнул небольшой флакон, и в следующий миг она исчезла. Все собравшиеся начали удивленно озираться кругом, кроме друзей Хоук. Они знали, что это за приём, и ничего хорошего он не сулил. Мередит достала меч из ножен, но было поздно. Хоук появилась прямо у нее за спиной. Прежде, чем хоть кто-то успел пошевелиться, кинжал Защитницы вспорол рыцарю-командору горло. Кровь хлынула на доспехи, окропив мостовую. Меч Мередит со звоном упал, а следом, гремя доспехами, повалилась и она сама. Толпа пришла в движение, загудела, словно улей. Каллен схватился за меч, но не решался обнажить его против Мариан. Он полагал, что достаточно хорошо её знает, и она ни за что не стала бы совершать убийство без веских на то причин.       — Я выбрала, — скривив губы, рявкнула Мариан, с ненавистью глядя на тело Мередит. Внезапно взгляд ее упал на меч командора. От него исходило знакомое свечение. Красные прожилки то вспыхивали ярче, то угасали в глубине необычного металла. Внезапная догадка осенила ее, холодком пробежав по позвоночнику.       — Смотрите, жители Киркволла! Мередит была безумна! Шесть лет назад с Глубинных троп был принесен лириумный идол, коснувшись которого любой теряет рассудок. У вашего рыцаря-командора меч сделан из переплавленного идола! Если вы сомневаетесь в моих словах — подойдите и коснитесь его. Вы услышите голоса, которые будут нашептывать вам, которые и вас приведут к безумию!       Каллен сделал несколько шагов вперед. Тот факт, что храмовники не набросились на Защитницу, говорил об их молчаливом одобрении. Мало кто поддерживал Мередит и сожалел о её кончине, а её сторонники были в замешательстве. Рыцарь-капитан поднял меч и замер. В голове его тут же зашептали голоса. Он с отвращением швырнул меч на землю.       — Защитница говорит правду. Кто хочет удостовериться в этом?       Несколько храмовников подошли ближе. Один из них неуверенно взял меч и замер в ожидании. Потянулись томительные мгновения. Стало ясно, что храмовник не намерен бросать меч, а на лице его появилось странно отчужденное выражение. Не теряя больше ни минуты, Каллен резко выбил меч из рук незадачливого сослуживца. Тот непонимающе заморгал и отшатнулся. Больше желающих не нашлось. Стало понятно, что теперь лидером станет Каллен. Он повернулся к Орсино и так спокойно, как только мог, проговорил:       — Возвращайтесь в казематы, Первый Чародей. Все вопросы мы разрешим позже.       Орсино только и смог, что кивнуть в ответ. Храмовники стали расходиться. Несколько человек уносили тело Мередит, завернув его в плащ. Первый Чародей повернулся к Защитнице:       — Это было… неожиданно. Хотя ваши меры несколько радикальны, вынужден поблагодарить вас за такое скорое разрешение конфликта. Не думаю, что убийство рыцаря-командора, сойдет вас с рук так просто. Будьте готовы к ответственности. А сейчас вам все же стоит разобраться со своим другом. Он совершил тяжкое преступление, — с этими словами Орсино покинул площадь.       Варрик и остальные медленно подошли к Мариан, не зная, с чего начать разговор. Первым голос подал Себастьян:       — Отступник должен умереть! Он пролил кровь ни в чем не повинной женщины! И Создатель знает, сколько ещё невинных пали вместе с ней.       Хоук перевела взгляд на Андерса, который сидел на ящике поодаль, весь сжавшись и ссутулившись. Жестом Хоук заставила принца замолчать и направилась в сторону мага.       — Я предупреждал, что разобью тебе сердце, — в который раз повторил Андерс, который словно утопающий хватался за последнюю соломинку добросердечия Мариан. — Но я не мог сказать тебе, не мог впутать тебя в это. Что, если бы ты стала отговаривать меня? Или, что еще хуже, помогла бы мне? Тогда ты была бы ответственна за смерть этих людей, а этого я не мог допустить…       — Молчать! — совралась на крик Хоук, теряя терпение. — Не хотел впутывать, говоришь? А кто просил собрать ингредиенты? Кто просил отвлечь Эльтину?! Гребаный революционер! Да плевать я хотела на твои жалкие оправдания! Ничто, Андерс, ничто не оправдывает такого святотатства, такой жестокости. Если уж ты так хотел насолить церкви и храмовникам, надо было взрывать церковь в Вал Руайо, а не здесь! Чтобы на воздух взлетела сама колыбель веры, вместе с Верховной Жрицей! Чего ты добился, уничтожив церковь здесь, в Киркволле?       — Как ты не понимаешь! Дело не в уничтожении церкви, а в том, чтобы показать миру, что Круг — это несправедливость, нельзя оставлять все, как есть! Что Церковь не права, и ее порядки изжили себя! Создатель вовсе не предписывал запирать магов в Круге и обращаться с ними, как с мусором! Маги не обязаны терпеть, они должны сражаться за справедливость.       — Где же эта справедливость в смерти невинных, а? Дурак! Ты лишь ещё раз доказал миру, что маги опасны, и их нужно держать под замком! Они уже покушаются на саму нашу веру. Однако, похоже, твой план устроить тут очередное смертоубийство не удался. Рыцарь-капитан не похож на Мередит. Он разумный человек, он не допустит тех же бесчинств, что творила она.       — Не делай преждевременных выводов. Вот увидишь, маги поймут этот знак. Не здесь, а по всему миру, — Андерс, до сих пор сидевший к Мариан спиной, обернулся, и тут же получил звонкую пощечину. — Знаю, я заслуживаю смерти. Если считаешь нужным — убей меня. Я буду только рад, что это сделаешь ты, а не кто-то другой.       — Смерти? Убить тебя? — горько усмехнулась Мариан. — Я не собираюсь марать руки о такое ничтожество как ты. А теперь живи с этим. Живи с кровью невинных на руках. И моим растоптанным доверием, — Защитница склонилась над магом и прошипела ему в самое ухо: — Убирайся прочь.       Андерс вздрогнул. Несколько мгновений он осмысливал слова Защитницы. Его сердце разрывалось в клочья, когда он видел Мариан в таком состоянии. И виной всему был он. Он начал всё поцелуем и закончил этим взрывом. Маг горько вздохнул, поднялся и, не оглядываясь, побрел, сам не зная куда. Хоук отвернулась, не желая смотреть ему вслед. Её сердце взорвалось вместе с церковью.