Часть 1
20 февраля 2013 г., 20:20
Как-то на миссии, когда Какузу считал вырученные за очередной труп деньги, к нему подошел Хидан.
— Слушай, Какузу, тебе же на меня похуй? — прямо спросил джашинист и положил руку на плечо напарнику.
— Тысяча двести, тысяча триста… отстань, Хидан, а то голову отрублю, тысяча пятьсот… — не отрываясь от подсчета денег, грубо бросил Какузу.
— Ла-адно, — протянул альбинос и отошел подальше, — я тут решил тебе прозвище придумать…
— Две тысячи сто, две тысячи двести, — считал Какузу, не обращая внимания на надоедливого напарника.
— Как насчет «Каку»? Сокращенно от имени, как раз по цвету похож. Каку, слышишь, ты будешь Каку!
— Хидан, заткнись, ты мешаешь мне считать деньги! Ну, вот из-за тебя сбился со счета. Заново. Сто, двести…
— Ну, раз не нравится, что-нибудь другое придумаем… Блять, нихуя не придумывается. Какузу. Кукуруза, блять! Какузу, ты будешь, блять, Кукурузой! Такой желтой, с солью.
— Хидан, ЗАТКНИСЬ! — закричал заведующий финансами Акацуки, уже распахивая плащ.
— Все, блять, молчу, считай дальше свои грёбаные деньги, — сказал Хидан, потянувшись к косе.
— Заткнись и уйди отсюда! Иди вон соверши какой-нибудь свой ритуал. Иди, не знаю, попротыкай себя косой! Заново. Сто, двести, триста, — руки у Какузу уже тряслись от злости, от чего деньги шелестели, успокаивая бедного бухгалтера.
— Ладно, — спокойно сказал Хидан, прислонившись к дереву.
Достав кунай, он провел им по ладони и растянулся в кровожадной улыбке, слизнув алую жидкость. Снова посмотрев на успокоившегося напарника, он злобно усмехнулся и начал рассуждать вслух.
— Какузу. Не Каку… не Кукуруза. Домовенок Кузя, блять! Придумал!
У бедного Какузу затряслись руки и он выронил деньги, которые разлетелись по земле.
— Ой, ой. Какузу, у тебя деньги упали, — сказал Хидан, уже предвкушая неизбежное насилие над его телом.
— Неважно, — сказал Какузу, поднимая лежащий на земле кунай.
— Кузя, ну успокойся. Смотри, вон твои деньги улетают.
Какузу его будто не слышал, медленно двигаясь по направлению к своему напарнику.
Ну, а что было дальше… Хидан, обсыпая каждый куст трехэтажным матом, бегал по лесу от спятившего Какузу, постоянно называя его «домовенком Кузей», что, разумеется, еще больше злило деньгомана.
— Хидан, я тебя убью! — кричал взбесившийся Какузу.
— Домовенок. Кузя, ты же знаешь, что ты не можешь этого сделать! — расплылся в довольной ухмылке Хидан, и, споткнувшись о какой-то камень, смог удержаться на ногах и продолжил бежать, — Блять, ебаный куст, пидрила, блять… Кузя, блять!
Мы не знаем как закончилась эта история, но не думаю, что все части Хидана оказались после этого на своих местах.
