Brainless

Дима успевает исполнить приказ Дани и кое-как поворачивает в узкий проход. Даня резко схватил рюкзак и, окинув друзей взглядом, с некой паникой глядел вперед, там их ждало несколько ходячих. — Впереди были военные, — пояснил Даня на непонимающие взгляды друзей. В отличии от остальных, он вглядывался дальше, чем просто на дорогу, — едем, но медленно, — говорит Кашин, как толпа безумцев стала двигаться на них. Прильнув к машине они стали двигаться вместе с ней. — Блять, — выругалась Лиза, когда под давлением одного ходячего, из другого пошла кровь. Наконец переулок заканчивается и на сравнительно чистой дороге они могут набрать скорость и оторваться от мертвецов. — То есть вы надеетесь просто найти домик и жить, как ни в чём не бывало? — спрашивает вдруг Света. — Ебун, мысли позитивнее, — сказал Даня, повернувшись к подруге. — Я стараюсь, — ответила Дейдример. Наконец районы многоэтажек сменились районами богатых и больших домов. — Ну что, дорогая, — деловито говорит Юлик, — Какой дом брать будем? — Нужен маленький и с крепким забором, — сказал Ларин, пропуская большие дома. — И с винным погребом, — добавила Лиза. — И с винным погребом, — поддержала Света. Наконец небольшой домик с внушающим доверие забором попался на их пути. — Дима и девочки сидят в машине, Юлик идем глянем, — сказал Кашин, как только автомобиль остановился, — Машину не глуши. — Само собой, — сказал Ларин, повернувшись полубоком к заднему сидению, — Юлик, с пистолетом осторожнее, — сказал тихо Ларин, Онешко поднял на него свои глаза и на несколько секунд завис на них. *** Машину они бросили на всякий случай с правой стороны от дома. Погреба, о котором так мечтала Лиза не оказалось, но был просторный подвал. Две спаленки, одна из которых была детская с двухъярусной кровати, просторная кухонька, кабинет, санузел и чердак теперь принадлежали этой небольшой компании. … На улице стало темнеть, а ребята всё укрепляли своё убежище, Даня и Юлик ходили по соседним домикам и принесли достаточное количество покрывал, чтобы плотно заделать окна. Также парни нашли ещё одну машину и, на всякий случай, припарковали её на задней стороне двора. Буквально все были чем-то заняты, никто не сидел без дела. В доме также пришлось наводить порядок, люди, что, скорее всего убегали отсюда в спешке, разбрасывали вещи. Лиза меняла постельное бельё на то, что нашла в шкафу в детской комнате, в спальне она уже это сделала. Как в комнату зашел Кашин. — Как обстоят дела? — спросил парень, подняв плюшевого зайца с пола. Лиза резко развернулась и столкнулась с Даней. — Бельё чистое, кровати мягкие, — сказала Лиззка, подняв руку к волосам Кашина и запустив тонкие пальцы в рыжие пряди, она взъерошила их, — Устал? — тихо спросила она, убирая руку и сев на край кровати. — Это какое-то движение, что дальше будет, если нам удастся обрести здесь покой, — сказал Кашин присев рядом, — помрем от скуки. — Не переживай, мы в зомби-апокалипсисе, спокойствия мы здесь не обретем, — задорно сказала Лиза, словно говорила обратное. — Вид у тебя больной, — вдруг сказал Даня, заглянув в глаза подруги. — Я такой родилась, — ответила Неред отмахнувшись, но Даня приложил свою большую ладонь ко лбу подруги. — У тебя температура, — констатировал парень, — Наверное от Дудича заразилась, — тихо говорит Даня. … Ларин, сидя в гостиной на диване, наконец-то смог заняться своим ранением, привстав он стал стягивать штаны. Джинсы лежали рядом, а Ларин разбинтовывал ногу. — Давай помогу, — раздался голос Юлика за спиной. Онешко сел на колени перед Лариным и, взяв у него из рук бинт, стал разматывать его. Нога опухла и неприятно ныла, ибо Дима не жалел себя и работал наравне с остальными. Юлик достал из рюкзака Уткина перекись и стал промывать рану. Промыв рану, он стал разглядывать ранение, приблизившись к ноге мужчины. Онешко поднимает глаза и исподлобья смотрит на Ларина. — Что видишь ты, что видит она, — смеясь говорит Онешко вспомнив мем. — Дурак, ты, Юлик, — ответил Ларин и, откинувшись на спинку дивана, закрыл глаза. Онешко бережно и аккуратно бинтовал ногу Димы и стал что-то рассказывать, старую веселую историю, что приключилась с ним, пытаясь отвлечь друга от всего дерьма, что происходит в их жизни. Наконец закончив, он встал и заметил, что глаза Ларина закрыты. Первым делом он испугался, решив, что Уткин потерял сознание. — Дима, — громко сказал он, тряся его за плечо, — Ларин, блять, — тревожно говорил Онешко, как глаза Димы распахнулись и он непонимающе глядел на него. — Прости, устал очень, — тихо говорит Ларин, поворачиваясь на бок. — Ляг тогда нормально, — сказал Юлик и помог Диме лечь правильнее, со спальни он притащил одеяло и заботливо укрыл его одеялом. Договорились они не спать посменно, как бы они не укреплялись, этого казалось мало и страх всё равно присутствовал. Неред должна была дежурить после Кашина. Лиза уже настроилась сидеть два часа в одиночестве, но Даня остался с ней, он притащил упаковку чипсов и колы. Усевшись рядом с ней на кресло, что они перетащили в парадную, он как-то печально оглядел. Они стали разговаривать и два часа пролетели в рассуждениях о будущем и воспоминаниях о прошлом. И что больше всего хотелось, так это хорошего настоящего. Розовые очки давали надежду на хотя бы несколько спокойных дней. Они сидели, словно не было этих несколько суровых дней и ночей, словно Даня не потерял свою девушку, словно Лиза не видела эти сотни мертвых людей, они словно просто собрались выпить в обычный пятничный вечер. Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается, когда это закончится у них?! Скоро, несомненно скоро. Катастрофа уже поменяла их, она уже поломала их, но дальше она сломает каждого из них…