Иди ко мне.

Чаепитие трёх лучших друзей. Будто именно тут стоит и тот чайный сервиз родителей Тэхена, которому делал комплименты Чонгук, когда они оставались с его родителями вместе и поговорить было о чем-то слишком неловко. Задумчивость заволокла глаза Чона и он витал где-то совсем не здесь, пытаясь переварить, что он делает. Рядом с ним сидит сонный, перепуганный Чимин, который кусает и без того свои опухшие губы, косясь чаще всего на Тэхена, но ругая себя за невольный взгляд на Чонгука. И Тэхен. Все тот же нежный, но спокойный, безмятежный с искренними глазами, разглядывающий каждую линию его лица, ища каждый раз в нём недостатки, изучая и улавливая его малейшую мысль по дрожи нижней губы. Это начинало потихоньку выводить из себя. — Так зачем ты приехал? — Чонгук еле скрывал его бушующий гнев, направленный на уничтожение Тэхена, за маской нервной улыбки и глубокого дыхания, которое после бурного душа с Чимином до сих пор не могло до конца установиться в норму. — Ну… Я хотел просто увидеться с тобой… — еле выговорил Тэхен, потерявший равновесие своего голоса из-за невидимого, но так ощутимого давления в его сторону. Взгляд Тэ остановился на Чимине. Тот покраснел и вспыльчиво насупился, перебирая все фразы, которые он мог сказать, но так и никогда не скажет. Оставалось лишь молчать и стараться не чувствовать себя здесь третьим лишним. — Чимин. Я не ожидал тебя тут увидеть. — Тэхен вопросительно переводил взгляд с одного и другого, стараясь уловить ответ, но не мог унять дрожь, которая незаметно покрывала все его тело. Чонгук приподнял бровь и усмехнулся. Он настолько был смешон… Ким Тэхен, ты совсем дурак? Он тут же отогнал эти мысли и глубоко вздохнул. — Пойдем прогуляемся, подышим свежим воздухом. — стараясь собрать в себе всю оставшуюся нежность, альфа улыбнулся своей самой лучшей и мирной манерой. И лицо Тэхена озарила яркая, искрящаяся, ещё та наивная улыбка, которая была так знакома Чону. Чимин неодобрительно посмотрел в сторону, но понял, что все обойдется без скандалов и тихо выдохнул. Тэхен резко встал из-за нервозности и стол грохнулся, а Чимин тихо вскрикнул от неожиданности, улавливая при этой ехидную улыбку альфы. — Рад, что встретился с тобой, Чимин — эти слова тяжело дались Тэхену и он решил быстро покинуть номер, ожидая альфу около двери. Подмигнув Чимину, Чон медленно двинулся за Тэхеном к двери, закрывая её за собой и беря омежку за руку. — Не стоило тебе приезжать, ты же знаешь, что я постоянно с ним работаю. Только нервы свои тратишь без причины. — Чон притянул к себе подбородок Тэхена и коротко поцеловал, но омега затянул его в поцелуй, энергично обнимая руками за шею. Спустя пару минут, альфа умело выбрался из поцелуя и ухмыльнулся, разглядывая довольное лицо омежки. — Мой же ты любвеобильный. — не найдя что сказать, Чон слегка грубо взял Тэхена за руку, утягивая его прочь на улицу подальше от Чимина. Тэхен говорил и говорил, а Чон мрачно молчал и оглядывал скорее его тело, чем вслушивался в болтовню омеги, оглаживая покорные ягодицы и ожидая, когда это все закончится. Это действие более менее его успокаивало. — Тебе пора, я думаю. — Минимальные ласки омеге были оказаны и Чон замолчал, ожидая согласия Тэхена. Время тянулось с каждом минутой всё медленнее. Чимин вздохнул и опустил взгляд вниз, перебирая пальцами одеяло. Обнаружив записку рядом с опрокинутым столом, Чимин приподнял бровь и задумался откуда она тут взялась, если раньше ее не было. Подняв сложенный листок, омега медленно его развернул и удивлённо выдохнул. « Подходи к фонтану в три часа ночи, когда Чонгук уснёт. Мне нужно переговорить с тобой. Тэхен.» Только не это! Всё что угодно, но только не смотреть в глаза Тэхена и не выслушивать, что он скажет. Может, рассказать альфе? Что этот омега возомнил о себе? Чимин оправданно считал себя красивее с более пышными формами, но он был не настолько нежный, как Тэхен. В блеске глаз Чимина можно было бы прочитать слово «страсть». Но эта страсть не могла быть вечной. От одного взгляда Чона омега взмокал, но будет ли так же весь он гореть от каждого взгляда альфы через год? Омега часто думал об этом, но не мог себе признаться в том, что, скорее всего, по натуре своей любовь его Чиминова длится не так уж долго лишь короткими вспышками, лишь тактильно, лишь адским притяжением двух тел на одной взмокшей простыни. Чимин был источником пламени, который рано или поздно остывал. Не замечая ничего вокруг, омега опустил взгляд вниз и горячие слезы хлынули из уголков его глаз. Он резко сжал свои волосы пальцами, пытаясь подавить свой приступ отчаяния, но не смог. Срываясь на истеричные рыдания, омега сжал ногтями свои бедра, резко в них впиваясь и падая спиной на матрас. Вдруг опомнившись, Чимин замер и прислушался, быстро пряча бумажку в урну и стирая слёзы с щек и оглядывая мокрое пятно на одеяле. Судорожно вздохнув, Чим зашёл в ванную, умываясь и вдыхая запах недавнего секса, царившего в этой комнате. Печально улыбнувшись этому вновь прибывшему ощущению, омега вернулся. Ночью, так ночью. Он пойдет. Никто не смеет трогать его альфу.