Я тебя не брошу, брат...

      Эд и Ал стояли на балконе третьего этажа больницы, опираясь на перегородку. Дул прохладный осенний ветерок, на душе было спокойно, но только легкое удушение чего-то сжимало все внутри. — Ал, ты помнишь Нину, помнишь ли ты Шрама, город Лиор, помнишь ли ты наши детские воспоминания? — слова Эда прозвучали, как удар, будто что-то екнуло в груди. Но Ал не имеет сердца, зато прекрасно чувствует, ведь душа сама по себе не проста. Алхимик опустил голову вниз, золотые глаза будто потемнели на миг и потеряли блеск… Стараясь улыбаться, Эд не спешил показывать эмоций. — Братик, да, я всё помню, но брат, ты ведь можешь умереть. Почему?! Почему мир так жесток?! Это несправедливо. Я не хочу, чтобы в этом мире остался кто-то один. Не хочу, чтобы это был я! Я хочу, как и раньше, в детстве, спокойно проживать оставшиеся нам деньки. Ал опустил голову и повернул её немного влево, а на последней ноте сказанного у него будто душа разорвалась. Эд поднял голову, посмотрел на брата, его взгляд был как у котёнка, над которым сжалились. Он дотронулся до доспехов правой, металлической рукой. Это касание так больно делает обоим Элрикам. Ал не чувствует, а у Эда нет чувства осязания. — Ал, я во что бы то ни стало верну тебе твоё тело. Я не могу обещать это на сто процентов, ведь неизвестно, что случится завтра и в будущем. Но ты должен меня понять, другого выхода нет. Ал? — тихо произнёс Эд… — Братик, ты уже достаточно сделал. Позволь же мне теперь защищать тебя? Я не могу тебе отплатить за то, что ты сделал недавно для меня. Не могу высказать тебе все, что я чувствую. Но знаю наверняка, что начало положено, так что ты не потеряешь себя. — Эти слова и есть тот ключ к разгадке, которым наши Алхимики будут открывать себе дверь в будущем… Братья вернулись в палату Эда, они совсем не ожидали увидеть того человека, с которым они так долго не виделись. В палате тихо, без звука, сидела Уинри: она была как светлый цветок, который с возрастом подарил ей больше красок. Эд удивился, что делает Уинри в столице. Кто позвал её и почему именно сейчас? — Эд, я всё знаю. — Опустив глаза, она немного прослезилась, Уинри не смогла устоять и дала волю эмоциям. Она подбежала и обняла Эда. От удивления он быстро среагировал и, как ни в чем не бывало, обнял её в ответ. Немного улыбнувшись и прикрыв глаза. Наверное, сейчас всех троих притянуло унылое напряжение в воздухе. — Эд, ты ведь будешь жить, ты не умрёшь, я ведь знаю. Правда? — сказала тихо, всхлипывая от слез, Уинри. Из её глаз полились горячие слёзы, они были сильнее всего на этом свете для Элриков. Ведь, когда плачет их дорогая подруга детства, у них не остаётся выбора, как думать, что это они во всём виноваты. Она прижалась, уткнувшись в грудь Эда. — Да… — тихо сказал Эд, поглаживая её по голове. Ему больше ничего не остаётся, как просто молчать.

***

Когда Эда выписали, Уинри уехала в Ризенбург. Они настаивали, чтобы она не оставалась надолго в Столице. Тут ей нет дела до их работы, да и с рукой Эда было все в порядке. Ее здесь ничего не держало, ведь, когда-нибудь, братья сами решат заявиться в родной город. Эд и Ал стояли в кабинете Полковника Мустанга. — Эд, несмотря на твоё здоровье, ты всё равно Армейский пёс… Ты, конечно, можешь отказаться от этой должности. — С некой ехидной улыбкой произнёс Полковник, будто так и хочет избавиться от назойливого Элрика. Но это лишь снаружи, на самом деле у него внутри полный хаос, после того, как он все узнал, он будто и смысл жизни потерял, потому что братья ему были как родные. Сидя за столом, Полковник перебирал бумаги и отчёты, иногда пристально посматривая на своего подчинённого вместе с братом — Полковник, ты же знаешь, что это невозможно, я хочу вернуть Алу его тело, а для этого мне нужно быть Государственным Алхимиком! Это никак нельзя исправить, поэтому давай уже завязывай с лекцией. — Немного настойчиво, будто и ничего не происходило, сказал Алхимик. — Как хочешь, Стальной. Тогда, вот тебе задание: ты поедешь в город Шамбала. Там был замечен Шрам. По слухам, он убил там ещё трёх Государственных Алхимиков. Я знаю, что Шрам охотится за вами, но убить его сможете только вы. Сами знаете, почему, ведь это и выгодно вам обернётся. Сложив руки крестом, Мустанг посмотрел на Элриков пристальным взглядом. Эд не стал возражать и вдаваться в подробности. Он просто согласился со словами. — Понятно, тогда мы отправляемся. — Сказал Эд, думая про себя: «Почему эта сволочь такая жестокая, чёртов Полковник, убить нас собрался…» Братья развернулись и вышли из кабинета. По дороге, выходя из штаба, они увидели Лейтенанта Ризу, которая шла им навстречу по коридору, она несла документы и отчёты для Полковника. — Лейтенант… — поднял правую руку Эд и пальцы уперлись в висок. — Вы отправляетесь в Шамбалу? — Да. — Ответил Стальной. — Возвращайтесь живыми. — Глаза Ризы немного начали переливаться, ведь не только она, но и весь штаб привык к братьям и ужасному характеру Эда, его доброму, милому Алу, в котором никто души не чаял. Эд и Ал вышли из Штаба и по дороге на станцию зашли в банк, чтобы снять деньги. Подойдя к кассе, Эд начал говорить своё имя очень приятной на вид девушке. Ал тем временем стоял рядом с ним. Он заметил, что на них все смотрят — это из-за произошедшего совсем недавно, что Эд и Ал не хотят вспоминать.

Флэшбэк. Одну неделю назад.

Эд и Ал приехали в город Лиор. Из-за того, что у Эда на плече, ему нельзя волноваться и вообще допускать того, что мешало бы его психике, так как это оборачивалось в сильную боль. Эд поставил Алхимией себе эту печать, чтобы спасти Ала. У его младшего брата уже месяца три назад начались галлюцинации, в которых он видит свою умершую мать и как умирает его брат. Эд знал, что это. Настал такой период, когда у Ала начала отсоединяться его душа от доспехов. Следовательно, чтобы удержать душу Ала, Эд прикрепил её частицу, поставив печать на своё тело. Когда Ал видит эти галлюцинации, а они бывают чаще всего ночью, Эд испытывает ужасную боль: такое чувство, что разрывают его тело изнутри. Такими темпами он часто начал просыпаться ночью, когда это происходит. Лицо корчит от боли. В это время Алу очень больно видеть, как его брат страдает, но это единственный выход удержать Ала в его доспехах. Одновременно с этим, Эд страдает серьёзной болезнью сердца, которая передалась ему от мамы по наследству. «Да, возможно, она передалась и Алу, но, так как он в доспехах, ему ни боли не чувствовать, ни осязать». Их мать умерла именно из-за этого. Теперь Ал боится, что он может потерять единственного своего брата… Во-первых, Эд может умереть от своей собственной болезни, либо от того, что, когда Ал использует Алхимию, Эду тоже больно. Но самое главное в том, что в конце концов Эд умрёт. Поэтому ему надо срочно вернуть брату тело, пока он жив… Так вот, братья возвращались с библиотеки Лиора, где они узнали в одной из книг, что Эд умрёт после того, как печать достигнет своего конца. Да, к сожалению, они нашли ту книгу, которую искали несколько месяцев, но где? Прямо под носом, на задании. Дождь всё усиливался, Эд и Ал шли медленно, не смотря друг на друга, шлёпая по лужам. И вдруг Ал начал разговор об этом. — Ал, заткнись! — заорал Эд. Печать на плече действует на него и психически. — Я не хочу, чтобы ты умирал, лучше бы… — Ал не успел договорить, как Эд его перебил. — Лучше бы что? — спросил Эд. Ал немножко разозлился. Дождь усилился, на крики братьев стали обращать внимание люди на улице, которые спешили по своим делам. — Ал, ты, наверное, хочешь сказать, что лучше бы твой брат умер, ведь так? А что, я всегда доставлял тебе только неприятности? — Эд начал вести себя странно, у него появились круги под глазами, он побледнел и немного пошатнулся… — Эд, успокойся, Эд, тебе нельзя волноваться! Вдруг Эд сложил ладони, направил их к земле: появились сине-голубые молнии по сторонам, из земли начали вылезать шипы, они направлялись к Алу. Он использовал Алхимию, чтобы защититься. Эд не останавливался и продолжал нападать на брата. При этом чувствуя ужасную боль, он иногда пошатывался. Горожане наблюдали за уличным представлением и понимали, что это братья Элрики. Но вдруг Эд резко схватился за грудь, ноги подкосились и он упал на бок, закрыв глаза. Из уголка рта медленно полилась кровь. Ал от такой картины будто с небес спустился и побежал к Эду. Когда Эд открыл глаза, то увидел комнату, в которой они поселились с Алом для ночёвки в Леоре. Эд повернул голову налево, но почувствовал слабую боль и на секунду закрыл глаза. Открыв их, он увидел сидящего рядом брата… — Брат, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Ал. — Что произошло? — хрипло спросил Эд, но через пять секунд он всё вспомнил сам. Ужаснувшись, выкрикнул, приняв сидячее положение: — А-а-а-л, с тобой всё хорошо? — Да, братик, мы вчера немного пошумели, но всё хорошо, я не обижаюсь, ведь это я начал. — Нет, уж в чём-чём, а ты здесь не виноват. — Прости меня, Ал. — Эд опустил голову. — Всё хорошо, братик, кстати, я лично сделал тебе укол. Эда до чёртиков пронзили мурашки, ведь он их так ненавидит. — Что бы я без тебя делал. — Кстати брат, вот письмо. Оно пришло из штаба. — Эд резко побледнел и залился потом. — Брат, вчера мы хорошее представление устроили на улице, люди это всё видели… — Ал отдал письмо сидящему на кровати Эду. Тот взял письмо. «Ст-а-а-а-льной! Немедленно возвращайся в штаб, я тебе покажу, как родину любить!» Эд промямлил: — Ал, мне конец. — Сделав недовольную гримасу, он смотрел на Ала. На утро они отправились в штаб и там всё выяснилось. Мустанг отправил Эда силой в больницу на обследование и там все узнали правду.