Life is on our side/Жизнь на нашей стороне

      Вернувшись после рабочего дня, Анна решила зайти к Дину. Она подошла к двухэтажному, большому строению и постучала в дверь. Ее открыл Рин, он был одет примерно так же, как и в прошлый раз, но сейчас у него на голове не было вороньего гнезда.       — О, Анна, привет, — сказал парень, пропуская девушку в дом.       — Хай! Твой брат… — она задумалась — короче, ты можешь как-то позвать Дина?       Она окончательно запуталась…       — Да, могу, — ответил Рин, — но он и так сам придет. Эм… минут эдак через пятнадцать.       — Ладно, давай, я подожду, — согласилась девушка и пошла по уже знакомому ей маршруту прямиком на кухню.       — Ладно, — тихо проговорил парень. — Может тогда пока чаю?       — Наливай. И у тебя ничего не найдется спиртного? Грамм двадцать пять, а то работа вот здесь уже, — Анна провела ребром ладони по шее.       — Может и найдется, но я без понятия где, а вот брат знает. Придет — спросишь, — проговорил он, а затем через пару минут добавил: — Ой, кажется начинается. Тебе лучше этого не видеть. Не волнуйся, он придёт через пять минут, — и парень помчался на верх.       Рин был прав, так как действительно через пять минут в кухню спустился Дин в своей неизменной черной одежде, только на этот раз джинсы были рваными.       — О, привет, — мило поздоровался парень, увидев гостью.       — Привет, Дин! Извини, я все-таки гость у тебя, но давай по чашечке чая? И такой вопрос: есть ли спиртное, грамм двадцать пять? Немного расслабит…       — Какую выпивку предпочитаешь? — поинтересовался хозяин, вставая напротив гостьи.       — Я бы выпила ликёру. Или бальзама. Но если нет, то на твой вкус. Водяру только не наливай, ибо невкусно.       — Ликер, так ликер, — проговорил парень и, порывшись под столом, достал бутылку сея напитка.       Они выпили по двадцать пять грамм «Бэйлис’а». Затем по кружке чая.       — Дин, как у тебя дела обстоят?..       — Ну-у, все нормально. Можно считать, что я недавно встал, — он снова улыбнулся и сделал глоток чаю.       — Во, везёт кому-то — встал недавно. — Завидую… Знаешь, сейчас шесть вечера. Может в кино сходим, пока не поздно?       — А что, я не против, пошли! — согласился Фуджиока. — Только давай в этот раз я тебя подброшу?       — Давай. Я никогда не каталась на спортбайке.       — Отлично! — парень аж подпрыгнул. — Тогда пошли!       Они вышли во двор, но там стоял только велик       — Это типа твой мотоцикл? — возмутилась девушка. — Серьезно, Дин, это мощно…       — Нет, обижаешь, — парень изобразил обиженный голос. — Подожди пару секунд.Сказав это, он хлопнул в ладоши и велик превратился в черный мотоцикл самой модной и навороченной модели. — Вот он, мой красавец, — проговорил Фуджиока и протянул девушке темные очки.       — Не надо, Дин, у меня свои есть — она достала из кармана куртки зеленые «Ray-Ban». — Ну, тогда в «Скалу» едем? Там вроде что-то интересное крутят.       — Эх, это не простые очки — это шлем, — он надел очки, тронул дужку и у него на голове появился шлем, такой же черный, как и вся его одежда, да, собственно, и байк был тоже черный, без единого пятнышка какого-либо другого цвета.       — Ааа! — протянула Эдвардс. — Тогда давай, я не знала…       — Вот, держи, — он протянул ей ещё одни. — Мы фигни не держим, — он улыбнулся. — Ну что, в «Скалу»?       — Летим!       Он завел коня, тот заревел, и они помчались в сторону кинотеатра, и, хотя ехать тут было около двадцати минут, они немного покружили по округе и прибыли в пункт назначения через пол часа.       — Все, мы на месте, — произнес парень. — Чтобы шлем принял форму очков, коснись вот этой кнопки, — Дин сам дотронулся до нужного места и шлем снова стал очками.Анна очень удивилась тому, как все это работает, но постаралась не подать виду. А в кино шел триллер «Убийство Ли-Энфилда» и комедия «Нарочно не придумаешь».        — Куда пойдем? — спросила девушка, разглядывая афиши.       — Ну, я не знаю, — протянул парень. — Что тебе больше по душе?       — Пойдем на убийство Ли-Энфилда, люблю триллеры всякие, — сказала, как отрезала Анна.       Они купили пару билетов, после чего прошли в зал… Кино оказалось очень годным. Хоть кровь, мясо, насилие и т.д. После сеанса Анна спросила:       — Ну, тебе понравилось? Мне вот очень.       — Вполне не плохо, знаешь ли. Я ожидал худшего, — проговорил парень, выходя из зала.       — Слушай, Дин, уж коли мы в Риверлэнде, то давай в кафешку зайдем какую-нибудь. Посидим, перекусим, поговорим… Есть одна тема важная.       — Да, давай, — его слова подтвердил живот, громко заурчав. — Тут недалеко есть одно классное место! Во! — он показал кулак с оттопыренным большим пальцем. — Зашибись местечко.       — А что там готовят?       — Да все, что хочешь! — он подмигнул. — Я с хозяином знаком. Поедим от пуза, дык ещё и со скидкой. — Теперь он улыбнулся. — Во, зашибись! Полетели!       Они зашли в уютное заведение. Там стояло несколько прилавков, где лежало много разнообразной снеди, а рядом находился мангал с шашлыком.       — Дин, закажешь на свое усмотрение? А то я что-то запуталась…– проговорила Анна, рассматривая меню.       К ним подошла довольно милая девушка-официант и парень стал шептать ей что-то на ухо. Получив заказ, девушка кивнула и удалилась.       — Ну, о чем ты хотела поговорить? — поинтересовался парень       — Знаешь, тут очень классно. Хорошее место, — начала Эдвардс, но в этот момент девушка-официант принесла заказ. Это были две чашки ароматного, дымящегося кофе и два куска пирога с малиной.- И еда хорошая… Но это не главное, тут есть такое дело… Я… что-то косноязычная сегодня… Тяжелая смена. Никак не могу сказать…       — Для меня и моих друзей здесь всегда отличная еда! — он улыбнулся и придвинул к Анне ее чашку с кофе. — Вот, держи расслабься, соберись с мыслями и дерзай!       — Да. Кофеек — что надо! — оценила девушка напиток. — В общем, Дин, не пойми меня неправильно… Но… — она немного помолчала — Я… люблю тебя. Ты мне очень нравишься.       Чашка, которую парень держал в руке упала на пол и с треском разбилась, а рот так и остался открытым.       — Дин, почему ты так испугался? Тебя испугало мое признание? — спросила девушка, увидев реакцию Фуджиоки. — Пойми, я должна была тебе это сказать… Я не могу работать, пациентов принимать, все мешает…       — Нет, все нор-ма-ль-но, — медленно проговорил парень. — Все хорошо. Просто дело в том, что я ощущаю похожие чувства…       — Чего же ты тогда пугаешься?.. — Она не успела договорить, так как парень молнией выбежал на улицу. Анна последовала в след за ним, а выйдя из кафе, продолжила:       — Ладно, Дин, это очень хорошо… Знаешь, я не думала, что я сколько-нибудь интересна тебе. Эта работа на «Скорой помощи» сделала меня грубоватой, циничной… Вот уж не думала… — она поцеловала парня, — пойдем прогуляемся по вечерней набережной «Огненной»?       Парень ответил на поцелуй девушки и начало происходить нечто невероятное — они засияли ярким слепящим белым светом и оторвались от земли. Когда Дин отстранился от Анны, то вся эта светомузыка прекратилась, но зато откуда-то появился Рин. Он был все такой же — в старой поношенной одежде на два-три размера больше, чем нужно. Единственное, что поменялось — цвет его волос, они стали пепельными, хотя и остались спутанными. Дин тоже немного изменился. Его глаза, которые раньше были разного цвета теперь были одинаковые — фиолетовые (а глаза брата как были серыми, так такими и остались).       — Дин, что произошло? — Анна просто выпала в осадок — Стоп! Ты что-то говорил, мол любовь тебя спасет…       — Ура! — Крикнул Рин и бросился в объятья брата, в начале Дин немного опешил, но всё-таки обнял брата. — Ах, как хорошо всё-таки вернуться!       Затем он сделала небольшую паузу и Дин ответил на вопрос Анны:       — Да, именно это я и имел ввиду, говоря, что меня спасёт любовь. Спасибо! — Теперь уже Дин кинулся с обнимашками к Анне, а затем он снова поцеловал ее. Рин почему-то смущённо отвернулся.        — Ты всё ещё здесь, оболтус маленький? — заметил Дин брата. — А ну пи…уй от сюда! — прикрикнул он и запустил в брата не пойми откуда взявшимся плюшевым медведем. Рин поймал игрушку и исчез.       — Дин, ты самый лучший — девушка погладила парня по шикарным фиолетовым волосам — но пообещай, ты не будешь таким грубым, как прежде. У меня это с работой ассоциируется.       — А мне и не нужно больше быть таким грубым, — он наконец-то искренне улыбнулся. — Ведь теперь все в порядке — у меня есть тело, любящая девушка и… Зануда брат, — парень состроил кислую мину.       — Да, я тоже очень счастлива. Знаешь, теперь я, пожалуй, самый счастливый человек на свете… — Начала Анна, но осеклась, вспомнив что-то. — Но завтра мне в семь утра на смену на сутки… Надо идти. Хочешь, заходи на подстанцию? Она на «Эрвина Паттона», 12. Это десять минут от твоего дома. Я иногда свободна бываю… Ладно.Главное, что мы вместе! — Анна и Дин слились в страстном поцелуе.       — Да, конечно я буду заходить к тебе, но под вечер, ибо из-за работы я веду ночной образ жизни, — он состроил загадочную мину. — Ну что, тебе до дома довезти?       — Давай, работяга! А работаешь кем, если не секрет? — она улыбнулась и обняла Дина.       Неожиданно, но парень надолго задумался.       — Кхм… Ну как тебе сказать… — он снова запнулся. — Ночной деятельности у меня две. Одна — основная работа, а вторая — секретная. О ней я может быть как-нибудь в другой раз расскажу. А вот о первой… — он снова сделал паузу, выудил из кармана пачку сигарет, достал одну, задымил и только потом продолжил. — Слыхала ли ты когда-нибудь о «черном рыцаре» или о «черном всаднике»?       — Я слышала городскую легенду, про «черного всадника». Но знаю плохо.Слышала, что есть такой парень, весь в черном, на черном байке, он хранитель этого города. Но могу ошибаться…       — Да верно, — ответил парень, а затем продолжил. — Так вот, этот самый «черный всадник» стоит сейчас перед тобой. — Дин сделал паузу, внимательно осматривая лицо девушки, видимо ожидая ее реакции. Затем выпустил струйку дыма и продолжил. — Можно сказать, что ты единственная, кто знает его лицо, — он опять улыбнулся. — Даже брат не знает, хоть у нас и было одно тело на двоих.       — Ого, не подумала бы никогда! — воскликнула девушка. — Знаешь, я всегда считала это байкой ребят из моего двора, типа страшилок про крыс-мутантов в метро. Но вот оно как… Ладно, полетели, хранитель ты мой! — она чмокнула парня в щечку и улыбнулась.Он еле заметно залился румянцем.       — Есть, моя госпожа! — с этими словами он подхватил ее на руки и донес до байка, они уселись на него и помчались с неимоверной скоростью. Уже где-то минут через двадцать они были у порога дома Анны.       Дин уверенно вел свою черную «Ямаху», а Анна сидела сзади и крепко обнимала любимого человека. Это был самый счастливый момент в её жизни. Но настала пора прощаться…        — Ладно, Дин, я пойду. Приходи завтра, а то я не могу одна быть, тяжело. Люблю тебя, — они снова страстно поцеловались.       — Угу, — ответил тот. — Я постараюсь… Ну-у, если конечно отдеру свою задницу от кровати… — он улыбнулся. — Ну ладно, я поехал, — он надел на голову шлем, на этот раз это был обычный блестящий черный шлем. — Ладно, бывай. — попрощался Фуджиока и укатил.       — Третий, Третий, я Байкер, как слышно? Повторяю, я Байкер, как слышно? — говорил парень в маленькую рацию, встроенную в шлем.

***

      Восемь вечера. Июнь. Птицы уже почти не поют, но слышен треск цикад и прочих насекомых. Рин пришел на «Эрвина Паттона» 12, 42-ю подстанцию скорой помощи города Риверлэнд. Это было трехэтажное здание из белого кирпича, все скрытое кронами пятидесятилетних лип, рядом с которым стояли припаркованными четыре автомобиля «Мерседес спринтер», но того, на котором работала Анна, не наблюдалось. Парень зашел внутрь, и к нему сразу же подбежала женщина-фельдшер из диспетчерской.       — Молодой человек, чем вам помочь?       — Здравствуйте, — поздоровался Фуджиока. — Не подскажите, где я могу найти Анну Эванс.       — Видимо, вы имели в виду Анну Эдвардс?.. А вы, собственно, кто, молодой человек?.. Я вас не помню. — фельдшер нахмурилась.       — Да, именно так, — согласился Дин. — Я ее молодой человек.       — А, вот как… — протянула женщина. — Она на вызове, но уже возвращается. Пятнадцать минут назад сообщила, что их бригада выполнила все лечебные мероприятия. Ждите…       — Хорошо, спасибо, — ответил парень и присел на диванчик в приемной.       Через минут семь-восемь на территорию подстанции влетел желтый «Мерседес Спринтер» под номером «AE-1914». Это была служебная машина Анны. Из неё выскочила героиня, вся растрёпанная и явно уставшая. Она закурила сигарету, после чего расплакалась. Да, девушка врач-реаниматолог, видевшая смерть во всех проявлениях, плакала, как подросток.Эту картину заметил Дин и что было сил бросился навстречу девушке, по дороге снеся пару человек и кубарем скатившись с крыльца.       — Аня, Аннушка, что с тобой? — выкрикнул он и, подлетев к девушке, обнял ее.       — Дин, ты понимаешь?.. Я испортила все! Никакого толку!.. Это конец… Я тупо, банально не смогла ничего сделать. Поступил вызов: «Ж, 50 лет, загрудинная давящая боль, задыхается»; адрес: Северная, 43, кв. 177… Это была моя мама… Сначала диспетчер хотел отправить 8-ю бригаду, но я «приказала» передать вызов мне и Роману, — она показала рукой на своего фельдшера, сидевшего на подножке салона автомобиля. — и мы полетели. Когда наша «колесница» прилетела к дому мамы, а мы с оборудованием, лекарствами, дефибриллятором и кислородом в один миг очутились на шестом этаже, было слишком поздно… — девушка снова разрыдалась. — У нее остановилось сердце до нашего прибытия. Я и Роман проводили реанимационные мероприятия почти сорок пять минут, но все было безрезультатно… — она скинула куртку, оставшись в синей форменной рубашке, сняла бейджик и сломала его — Грош цена врачу вроде меня!!! А сейчас, с…а, нам передали очередной вызов «умирает на улице». Мы прилетели за шесть минут, а оказалось, что какой-то пьяный го…н развалился посреди газона, а сердобольное му…чье вызвало ему «Скорую помощь».Ненавижу эту жизнь! За что?! Где тут справедливость?! Я уже два года катаюсь ко всяким маргиналам, алкашам и прочим уродам. А реально помогать людям не могу!        — Не надо так, — начал успокаивать ее Дин. — Мне же ты помогла.       — Да, но это любовь. Я искренне люблю тебя и знаю, что тебе стало лучше, но моя профессия — врач, а врач я хреновый! Если я стану уборщицей или официантом, то будет больше пользы!       — Но ведь… Ведь… — парень не мог подобрать слов для аргумента.       — Ладно, Дин, хватит этих слез. Я больше не хочу так работать, эта медицина… Не живу я с ней нормально. Увольняюсь! — почти выкрикнула девушка, вскочив на ноги, затем обернулась и посмотрела на парня. — А ты можешь научить меня магии?       — Ну ладно, — смирился Дин. — Только если ты этого хочешь.       — Хочу. Я обожглась и поняла, что, имея в арсенале у себя все самое современное медицинское оснащение, я не могу сделать ничего, — пояснила Анна. — Я сегодня же пишу заявление об увольнении! В конце концов, я устала. Хочу быть с тобой, ты у меня единственный остался, кто любит.       — Это твоё решение — отговаривать я не буду. Главное, чтобы потом ты не пожалела об этом, — тихо и медленно сказал Дин.       — Не пожалею. Когда мы сможем начать обучение этому? И что нужно с моей стороны? — поинтересовалась Эдвардс.       — Да хоть сегодня! — он улыбнулся. — А особо ничего и не нужно. Все, что нужно есть у меня дома. Ну что, поехали?       — Подожди тут, пожалуйста, я схожу в отдел кадров.       Девушка ушла, а Дин закурил сигарету, у него в голове тоже было все неспокойно. Через пару минут из окна второго этажа сначала послышался какой-то тихий разговор, а затем и крик Анны. Нет, она не визжала, а очень громко и жестко говорила:       — Ах, так?! Доработать смену?.. Да пошли вы все на х… с…и драные! Я увольняюсь, и ноги моей тут больше не будет. Хватит, два года всяким му…ам жопы целовала, только из-за того, что «Пил три дня, башка болит». А взамен что?.. Эти жалкие гроши! Ах, не выплатите деньги? Да засуньте их себе в анус, пусть там лежат, не возьму я ваши вонючие бабки. И отдайте мне трудовую книжку!       Еще через десять минут из здания вышла Анна с каменным лицом, одетая уже не в форменный костюм, а в свою любимую черную одежду. На пальце она вертела ключи от машины.       — Ну, поедем? Только я за рулем!       — Эм, я тоже не пешком сюда пришел, — проговорил парень и указал на байк.       — Ладно, давай тогда каждый на своем.        И они поехали домой. А за спиной у них оставалось трехэтажное белое здание с флагами, автомобили, белые и желтые и люди в синей униформе, куда-то бегущие. Сначала они заехали к Анне, Дин остановился у крыльца, резко нажав по тормозам и развернув байк.       — Ну, мы начнем сразу или вначале чайку, али чего покрепче? — с ехидством спросил он.       — Пойдем ко мне, — предложила Анна. — Выпьем чаю, а «покрепче» оставим на другой раз, а то магия и алкоголь — не очень совместимы, я думаю. У меня есть классные печенюшки, недавно купила.       — Да, давай, — согласился Фуджиока и снял шлем. — Тока ща, я от крыльца отъеду.       Он припарковал «Ямаху» около гаража, где стоял «Мерседес», после чего прошел в дом Анны. Это был шикарный небольшой одноэтажный домик из красного кирпича, весь укрытый зеленью.        Войдя на порог, Дин оказался в прихожей, справа от которой располагалась гостиная. Однако из комнаты донесся голос Анны:       — Дин, проходи сюда, ща чаёк тут попьем.        Он вошел в комнату Анны. Стены были оклеены кремового цвета обоями, на самих стенах висели фотографии. В углу комнаты стоял компьютерный стол, на котором валялось огромное количество бумаг, папок и т.д. Около стены находились кровать, тумбочка и большой шкаф. На стене висело ружье, а на шкафу пылилась гитара в кейсе.        — Извини за бардак? — она ткнула пальцем в незаправленную кровать, — собиралась в спешке. Присаживайся.       Парень остановил своё внимание на гитаре и спросил:       — О, гитара! Ты играешь?       — Да так, раньше умела, а теперь даже «ля-минор» не возьму. Разучилась. — ответила девушка. — Но гитара у меня хорошая. Дорогая.       — Вижу, — проговорил парень. — Можно?       — Держи — она вытащила из кейса 35-й Мартин со звукоснимателем — Сыграй что-нибудь потяжелее, а то я мелодичное, протяжное не люблю. Хочешь, вруби в комбик — она протянула Дину шнур.       — Хорошо, — сказал Дин и стал настраивать гитару под песню. — Когда говорят потяжелее мне на ум приходит только эта композиция, так как с другими я не так дружен. — Сказав это он заиграл песню Our Last Night- Same Old War (Acoustic).       — Ты чудо, Дин, люблю тебя! Как ты с песней угадал хорошо, мне она нравится, — она поцеловала парня. — Ну, теперь можно и чай с печеньками попить, правда?       — Да ты права, — ответил он и отставил гитару. — Давай.       Анна убрала гитару на шкаф, после чего села за стол. Они выпили по чашке ароматного Цейлонского чая, а печеньки оказались действительно хорошими. Затем девушка убрала посуду и спросила:       — С чего начнем обучение магии?       — Ну для начала с самого простого — огонька на пальце. Но перед этим, — парень нежно взял девушку за руки и закрыл глаза. Они посидели так минут пять, и только тогда Дин снова открыла глаза:       — Да, можно начинать. У тебя есть склонность к магии, и что-то мне подсказывает, что ты будешь очень хорошей волшебницей.       — Ого! А как огонек сделать? — она щелкнула пальцами, но ничего не получилось.       — Так, подожди. Для начала не спеши и расслабься, — он положил руку ей на плечо. — Ну и внимательно посмотри, что у тебя должно получиться. — С этими словами он оттопырил указательный палец и на нем загорелся небольшой желтенький огонек.       — Так, я кажется поняла… Я успокоилась, расслабилась, очистила разум от дурных мыслей… Та-а-а-а-ак, еще… И, чудо! — огонек загорелся на пальце Анны.       — Ура! Молодец! — похвалил ее парень. — Та-ак, а теперь пять огоньков, — и он продемонстрировал ей пять пляшущих огоньков, каждый над своим пальцем.       Девушка несколько минут сосредоточенно думала, концентрировалась, но вскоре на каждом пальце загорелся огонек.       — Ого, а у тебя неплохо получается. Так, а теперь усложним, один, но цвета твоей магии, — с этими словами на его пальце загорелся огонек, переливающийся двумя цветами — фиолетовым и белым.       Анна долго пыталась что-то сделать, но огонь упорно не хотел менять свой цвет.        — Дин, я что-то нифига не могу с ним сотворить.       — Так, не волнуйся. Все нормально. Расслабься и внимательно представь, как твоя магия течёт к пальцу, почувствуй ее, какого она цвета, температуры и с какой скоростью.       — Я расслаблена, ничто во мне не напряжено, все скелетные мышцы расслаблены… Я чувствую, эта сила течет через меня… Она пронизывает мою грудь и выходит из пальца. Течет мощно, быстро. Та-а-а-ак, внимание… Она… Она красно-оранжевая! — И пламя на руке стало почти ярко красным.       — Воу-воу, палехще!       — Что такое, Дин, я делаю что-то неправильно?       — Но ты, однако, молодец! Не у всех это упражнение получается даже со второго раза.       — Ну и последнее на сегодня — самое сложное, — он зажег фиолетово-белое пламя на ладони и несколько раз переложил его из одной руки в другую, после чего дунул на него, и оно превратилось в пять маленьких.       У Анны сначала не получалось сделать это, но затем она начала говорить себе:       — Я чувствую Силу. Мне надо просто расслабиться, почувствовать поток энергии, идущий через меня, мои ладони. Огонь — это всего лишь внешнее ее проявление. Так, я едина с Силой. И… — Красный огонь загорелся в правой руке. Анна аккуратно переложила его в другую руку, после чего дунула на него. Пламя разделилось на пять огоньков, но тут же разлетелось в искры.       — Ого, — глаза парня полезли на лоб, а рот превратился в огромную букву «О». — Ни хрена себе!       — Я думала, что накосячила… Когда он в искры разлетелся…       — Нет, что ты, для первого раза это очень круто!       — Та-а-а-ак. Я чувствую навязчивую мыслю. Стоп, секунду! Я поняла, что значит красный цвет моего пламени! Я едина с жизнью и смертью. Наверное, я стану магом, избавляющим от смерти.       — Вполне возможно, — задумчиво сказал Дин. — Я тоже почувствовал нечто похожее, когда изучал твой потенциал.       — Тогда продолжим завтра?       — Да, продолжим обучение завтра, но никто не говорил, что я уже ухожу.       — Оставайся. Я чувствую твои мысли, что ты не хочешь уходить. Тебе тяжело без меня…       — Пока да, но думаю, что скоро мы с этим чудиком помиримся…